Devil's Swordsman

У Алека не было причины поднимать взгляд от земли. С тех пор, когда он падал вниз и смотрел вверх, протягивая руку человеку, чтобы тот его спас. Любой, кто был готов спасти его, когда он был уже безнадежен, пошел бы вниз вместе с ним; и Алек знал это задолго до того, как увидел очередного человека. Постоянный звон в голове напоминал ему о том, кем он являлся — демоном. Даже Майя сказала, что он никогда не сможет об этом забыть, потому что если забудет — падет в два раза быстрее и ударится о землю гораздо сильнее, если вдруг потеряет контроль. Тогда Алек этого не понял, но сейчас все начало обретать смысл. Он не мог бояться демона внутри себя, потому что тогда демон станет его самым большим врагом, маячащим позади, словно тень, которая будет преследовать его, пока он не споткнется, поглощенный темнотой, которую всегда стремился избегать. Игнорировать тоже было не вариантом, но если он это сделает — демон вернётся к нему отрезвляющей оплеухой по лицу. Алек никогда не убежит от того, кем он является; кем он должен быть. Принять демона внутри себя будет непростой задачей, особенно если учитывать, что весь мир, знающий о его существовании, грезил отправить его обратно. Как и во время его падения, не было никого, готового помочь ему, сказать, что все будет хорошо и показать на свет в конце туннеля. Так было до тех пор, пока не появился Магнус. Наконец-то в своей жизни, и, возможно, даже впервые, Алек мог поднять взгляд, не чувствуя себя незащищенным. Больше не было задних мыслей или высших сил, толкающих его на колени, а напряжение в его позвоночнике, наконец, стало небольшой болью, изредка возвращающей его в реальность. Сомнения и страхи Алека никогда не исчезнут; однако, он сможет взять их под контроль, настраивая на то, чего он действительно хочет. К примеру, ему стоит контролировать свои демонические вспышки, если он собирается быть рядом с Магнусом в течение большей части своей бессмертной жизни. И вот он снова думает о Магнусе, желая каждый свой день проводить с ним и держаться на плаву. С другой стороны, кто может его винить? Магнус был единственным, кого Алек прижал к своему сердцу достаточно близко, чтобы захотеть остаться здесь, в мире примитивных, пусть он не понимал и половины того, как здесь все работает. Он хотел начать свою жизнь заново, делая её своей собственной, и при этом включающей Магнуса. Каждая улыбка, каждое прикосновение и, теперь, каждый поцелуй, которые он разделил с Магнусом, добавляли ему дополнительный год к его и так бессмертной жизни. Если бы ему было не за что бороться, если бы у него не было мечт или целей, то в чем тогда смысл бессмертия? Естественно, бесконечное количество времени, чтобы найти цель или мечту было полезно, но бесчисленные недели молчания и самоуничтожающих мыслей заставляли бы Алека чувствовать себя смертным. Каждая мысль будет просто убивать его, заставляя встать на колени под весом на его плечах и наблюдать, как вселенная стареет. Закончится ли существование когда-либо? Узнаем ли мы об этом? Но будет знать Алек, в одиночестве. Алек хотел прожить жизнь с улыбкой на лице. А что заставляло его улыбаться? Магнус. Магнус заставлял его улыбаться и дышать, словно он был смертным; у него была жизнь вместе с Магнусом. Есть лапшу и целоваться на его диване напоминало всего лишь звезду в целой галактике. У них были годы, чтобы узнать все друг о друге, тратя дни впустую или же проживая их по полной. Алек хотел этого так сильно; просто повернуться к Магнусу и запросто поцеловать его, притянуть в объятия или выйти на улицу и держать его за руку, как делали примитивные парочки. Смогут ли они когда-нибудь так сделать? Возможно, у Магнуса был туз в рукаве, и он собирался помочь Алеку исчезнуть, как и обещал, но судя по тому, с какой страстью он его целовал, они с такой же вероятностью могли разорвать этот контракт и выбросить его с балкона прямо сейчас. Если Магнус хотел проводить каждый день с ним, Алек был готов. Но пока они не могли иметь этого. Им необходимо было расправиться с Валентином, схватить его и посадить в тюрьму до конца жизни. Затем разобраться с Конклавом, нынешним фан-клубом Алека, учитывая, что у него был меч, который они давным-давно хотели заполучить обратно себе. При этом Алек не собирался упрощать им задачу, потому что, несмотря на то, как сильно он хотел избавиться от меча, чтобы тот больше не доставлял ему проблем, он совершенно не доверял Конклаву. Особенно ему не хотелось отдавать оружие, способное положить конец всем нижнемирцам, что включало Магнуса и его друзей. Раз уж Алек был выбран защитником меча, возымев над ним контроль, то он мог стать защитником всех нижнемирцев. Защитником Магнуса. А Магнус взамен защитит Алека. Научит его всему, начиная с пользования микроволновкой и заканчивая контролем своих демонических сил. Магнус будет безоговорочно любить его, и Алек ответит ему тем же, когда придёт время признать это вслух. По сути, они и так это признали, но с войной у порога у них не было времени даже чтобы просто поговорить. Общение станет для них очень важный частью, они оба это знали и были совершенно не против. Пока Магнус мог заставить Алека улыбаться, как сейчас, все усилия и дни, направленные на окончание этой войны, будут того стоить. Изначально Магнус полагал, что исходом этой войны будем мир и спокойствие, но сейчас одним из вариантов стала любовь, которую он так долго ждал. Каждая секунда делала этот шанс чуть более реальным. Поцелуй Алека отличался от того, что он себе представлял. Ничто не могло подготовить их обоих к тому пику эмоций, который растекся по их коже, словно вода, обтекая их и поглощая мыслями о том, что они хотели, но боялись сказать. Они сказали об этом позже, но первоначальная вспышка чувств заключалась в том, что они прикасались друг к другу и укрепляли ту связь между ними, которая, в конечном счете, может положить конец этой войне. У Алека было, ради чего жить и дышать, а у Магнуса был тот, с кем можно было вновь научиться любить. Благодаря друг другу они могли научиться любить друг друга, принимать каждый недостаток и груз на плечах. Распределив вес на своих плечах, они смогут поддерживать друг друга до тех пор, пока вселенная не прекратит свое существование. Их любовь была такой сильной, что расцветала даже от небольшой улыбки, от легкого движения пальца вверх по руке Магнуса. Магнус почувствовал, каково быть в объятиях Алека, сидя на его коленях и выпав из реальности на пару минут. Нежное касание его губ, тихая песня дыхания Алека, когда Магнус чуть сильнее тянул за его волосы, отклоняя его голову назад, делая поцелуй еще более желанным. Между ними был идеальный баланс. Алек отдавал все Магнусу в ответ. Когда-нибудь Алек отдаст Магнусу больше, чем маг ему, а когда-нибудь Магнус согреет Алека теплом, о котором тот не мог и мечтать. Так или иначе, они будут вместе. Бороться вместе, любить друг друга за каждую частичку, желая, чтобы эта любовь была вечной до тех пор, пока судьба позволяет их бессмертным сердцам петь. По одной строке, по одному аккорду. Алек с Магнусом будут играть свою песню вместе, или подстраиваясь друг под друга, научившись гармонизировать её как одно путешествие, одну песню, которую они смогут спеть вместе. Они будут любить, вновь будут людьми. Опьяненными любовью, смеющимися, улыбающимися людьми, которые хотят просто наслаждаться жизнью в объятиях другого человека. Все придёт со временем. Но они хотели, чтобы все пришло прямо сейчас, по щелчку пальцев Магнуса, но даже магия не была способна устранить беспорядок, который устроили сумеречные охотники. Вскоре после того, как Алек заговорил об их планах, Магнус поднял взгляд от лапши на Алека, замечая, что его глаза были опущены. Он нервничал, ожидая чего-то неопределенного. Они могли начать планировать, но как долго? Валентин ожидал возвращения Алека после выполнения его долга, поэтому в какой-то момент ему все равно придется вернуться, сегодня или рано утром завтра, поскольку уже была практически полночь. Магнус с Алеком предпочли бы спокойную тишину, вместо такой, наполненной обязанностями, кусающими их за пятки, словно гончие на охоте. Это даже не было похоже на тишину, скорее, словно звук вокруг них был материальным. Похожим на белый шум, постоянный гудок из мыслей, перемешанных в их головах, пытающихся понять то, что они были не в силах понять. Подобное молчание не было успокаивающим — оно было похоже на шторм. Алек выглядел виноватым, пока накручивал лапшу на палочки, думая о том, как за последние несколько часов в его жизни все могло так измениться. Ему нужно было быть достаточно сильным, чтобы победить Валентина. Алек должен быть достаточно сильным, чтобы противостоять демонической крови и подчинить её себе. Алек должен быть готов. Пока что он вальсировал вокруг Магнуса, делая его счастливым, но, одновременно, подвергая опасности, пусть Валентин и не знал о причастности Магнуса. По крайней мере, пока. — Алек? — вопросительно начал Магнус, звуча немного грустно. Он видел, как демон корит себя за свои ошибки, даже после того, как они медленно целовались под луной, или после того, как Магнус отрицал все его извинения. Чем дольше продолжался этот белый шум между ними, тем больше Алек затаскивал себя обратно в эту яму. Магнус вздохнул, понимая, что не стоит задумываться об этом прямо сейчас, когда у них оставались нерешенные проблемы. — Мы поговорим обо всем этом после нашего плана, хорошо? — он немного наклонил голову, пытаясь поймать взгляд ореховых глаз, которые так сильно полюбил. — Сейчас я нуждаюсь в тебе так же сильно, как и ты во мне. Палочки перестали двигаться, а Алек поднял взгляд. Он чувствовал тяжесть, словно на его плечах был вес, который он отчаянно хотел уменьшить. Но иметь рядом того, кто может ему помочь; иметь рядом Магнуса, который его поддерживает — позволяло ему дышать с этим грузом чуть легче. Они знали, что им нужно начать планировать, но никто из них не хотел или же не знал, как начать. Как можно начать что-то, если даже не знаешь, будет ли у этого конец? Стоил ли риск того? Алек улыбнулся Магнусу и Магнус улыбнулся ему в ответ. Будет ли у них жизнь вместе, когда весь этот ад кончится? Она стоила любого риска, за который они будут бороться вместе. Магнусу приходилось сдерживаться, чтобы не отбросить все в сторону и не запрыгнуть обратно Алеку на колени, целуя его и игнорируя любые другие проблемы. Они могли игнорировать весь мир, могли притворяться, что за стенами ничего не происходит и молиться, чтобы все разрешилось само собой. Алек был готов сделать то же самое, отдавая Магнусу годы любви, которых у него не было; годы, наполненные заботой и привязанностью. Высший демон кивнул, все еще с лёгкой улыбкой на лице. Он был готов, не важно, насколько сильно он всего этого не хотел. И под 'этим' имелся в виду Валентин, а не Магнус. Боже, Алек больше не мог представить свою жизнь без него. Она уже не будет казаться реальной. Он не будет чувствовать себя живым. Магнус собрался начать разговор, надеясь, что Алек подключится и почувствует себя более уверенно, как и пару минут назад. — Хорошо, — поерзав на своём сидении, Магнус уселся как Алек, пусть ему и было не совсем комфортно, но так он мог поддержать Алека. Его ноги были скрещены, но спина была выпрямлена, отчего плечи выглядели еще шире, чем на самом деле, придавая словам немного формальности. — Как много ты помнишь с момента, как он призвал тебя? Алек все еще смотрел на Магнуса, иногда переводя взгляд на его губы и медленно возвращаясь обратно к глазам, словно он запоминал каждую деталь его лица. — Только частично. Когда он, наконец… эм, да. Тогда все и стало размытым, но мне кажется, после этого я сразу направился сюда, судя по всему. — Хмм, — медленно кивнул Магнус, не отвлекаясь ни на что, кроме палочек и лапши. — Мы знаем, где он, и это хорошо. — Ты собираешься подключить сумеречных охотников? — быстро поинтересовался Алек. Было что-то такое в голосе Алека, заставившее прозвучать это предложение неохотно. Он и так не хотел, чтобы Магнус шел с ним, и уже тем более не хотел ставить под угрозу еще больше жизней — ненавидел он сумеречных охотников или нет, они не заслуживали смерти. Магнус заметил, как Алек нежно улыбнулся, не зная, что Магнус смотрит на него с невероятно ласковым выражением лица. — Что? — спросил Алек, поднимая голову и покрываясь легким румянцем, потому что понятия не имел, о чем думал Магнус, раз смотрел на него с таким выражением лица. С трепетом. — Ты и правда очень особенный. Знаешь об этом, Алек? — Магнус поднял одну из палочек, осторожно указывая на него. — Ты действительно заботишься о других людях, как бы ни старался убедить в обратном. Ты ненавидишь сумеречных охотников, и твоя обязанность состоит в том, чтобы не дать им завладеть Мечом Душ, но ты все равно боишься за их жизни. Алек был слегка ошеломлен, дыхание застряло у него в горле, становясь рваным. С чего бы это? Алек поковырялся в лапше какое-то время, размышляя, что ответить и глядя на пар, поднимающийся над соусом. — Когда-то я был одним из них, — Алек поднял голову, но его взгляд был устремлен в пол. — Независимо от того, как сильно я хочу забыть прошлое — оно все равно часть меня. Думаю, именно прошлое сделало меня таким, какой я сейчас. — Ты уверен, что то, что случилось с тобой… больше никогда ни с кем не происходило? Алек не ответил сразу, закрывая глаза, дыша и убирая мысли о временах в Эдоме подальше. Сейчас это было куда проще сделать, зная, что он был не один со своими годами страданий. Магнус не осуждал его и не покидал его из-за событий, через которые Алеку пришлось пройти, поэтому это вызвало у Алека доверие; он знал, что кто-то готов принять его недостатки. — Сейчас, когда я думаю об этом, может ты и прав, — усмехнулся Алек, слегка качая головой и боковым зрением замечая ухмылку на лице Магнуса. — Но я не говорю, что ты прав на 100%; такого удовольствия я тебе не доставлю. — Очень хорошо, Алек, — Магнус слегка приподнял голову. — Я все равно его получу, в конце концов. Хихиканье Алека превратилось в смех, а на лице Магнуса расплылась улыбка. Он хотел слышать смех как можно чаще, быть его причиной, просыпаться рядом с выражением чистой радости каждый день своей жизни. — Не могу поверить, что ты заставляешь меня смеяться, когда разговор такой… безрадостный. — Жизнь такая, какой ты её делаешь, — подмигнул Магнус. — Я не позволю этому мерзавцу испортить мои дни. Я постараюсь изо всех сил улыбаться даже тогда, когда знаю, что он все еще на свободе. А иначе, он выиграет, и всего этого у нас не будет, — Алек внимательно вслушивался в его слова, глядя на мага, вместо лапши. — И ты сияешь, когда на твоём лице улыбка. Это заставляет меня забыть о том, что ты демон, который хотел заполучить меня в какой-то момент. — Я никогда не хотел этого. Скорее, наоборот, — Алек потыкал палочкой овощи, прежде чем наткнуть один и съесть, продолжая. — Возможно, я был под впечатлением, раз уж ты Магнус Бейн. У тебя даже есть фанаты в Эдоме, так что, когда я увидел тебя во плоти, к тому же, таким красавцем, я был пойман врасплох. Он не стал смотреть на Магнуса после этого заявления, набивая рот едой, пока не сказанул еще чего-нибудь лишнего. Обычно Алек спокойно флиртовал и открыто выражал свое мнение, сопровождая все это ухмылкой или доминирующей позой, но на этот раз он лишь слегка покраснел. Магнус значил так много для Алека, как и каждая мелочь, которую он делал. Алек бы сделал что угодно, если бы Магнусу это понравилось — он даже был готов распустить язык и дать волю кипящим в нем эмоциям, позволив словам безвозмездно слететь с языка. Вот, что любовь делала с ним. Если он найдет середину между этим, то сможет сделать Магнуса счастливее; по крайней мере, он на это надеялся. Магнусу же он нравится таким, какой он есть сейчас. Таким, каким он был всегда, но никогда не показывал этого — либо же, у него просто не выпадало на это шанса. — У тебя ещё будет время пофлиртовать со мной, Алек, но прямо сейчас нам нужно работать быстро, — сказал Магнус, несмотря на то, что он бы предпочел просто пофлиртовать с ним, пока они оба не сдадутся и вновь не начнут целоваться. Или целоваться и флиртовать. — Валентин ожидает шумихи от твоего уничтожения, либо же твоего возвращения к нему с доказательством моей… ну, это предложение ты и сам можешь закончить. Губы Алека дрогнули, но он ничего не сказал. Меч Душ все еще был воткнут в стену, постепенно угасая из-за отсутствия прикосновений Алека. Красное сияние исчезло, руны больше не подсвечивались, требуя крови. Меч выжидал и был поражен тем, как Алек медленно обретал контроль над силой внутри него. — Значит… ты хочешь сказать, что мы сможем пофлиртовать после того, как все это закончится? Может быть… хмм, — сжимая палочки между пальцев, он вновь ощутил юморные нотки, взявшие контроль на темными мыслями о ранее произошедших событиях. — Свидание? — Ал… — Магнус уже собирался поспорить, удивлённо вздыхая, но маленькая милая улыбка Алека заставила его передумать. Он наклонил голову, позволяя улыбке захватить лицо. — Свидание? — повторил он, а в его глазах мелькнул озорной огонек. — Свидание. Или свидания, во множественном числе, — Алек дважды приподнял брови, получая дьявольскую ухмылку от Магнуса, который не мог поверить, что он все еще пытается заставить его рассмеяться после того, как тот сказал ему сосредоточиться. Однако он все равно улыбнулся, а отраженный свет луны, словно невидимая рука, очертил челюсть Магнуса. — Довольно лихо, Алек, спасибо тебе, — Магнус тихо рассмеялся, пытаясь справиться с удивлением, позволяя лишь Алеку слышать свой смех, который был не слышен даже для птиц. — Очень даже неплохая попытка завоевать меня. — Мне казалось, ты сказал, что я уже это сделал? — подмигнул Алек, и сердце Магнуса дрогнуло. Черт побери, этот демон. — Похоже, ты прав, но я позволю тебе насладиться этой победой в другой раз. Договорились? Очередная сделка с дьяволом, похоже. Магнус каждую секунду задавался вопросом, была ли их предыдущая сделка взаимным соглашением или же настоящим контрактом на крови. Магнус не отдавал своей крови, но ничего нельзя было сказать точно, когда в деле были замешаны демоны. Алек не доставал свитка и не просил подписать его, так что, возможно, это и не было сделкой — они просто договорились на словах. Они всего лишь согласились на своих условиях добиться чего-то большего. Но они не знали, что этим большим станут они сами; что 'я' превратится в 'мы'. — Договорились, — Магнус уже слышал это слово, но раньше оно звучало из его собственных уст, а не Алека. Они поменялись ролями, и на этот раз лидером был Магнус. Алек мог запросто отказаться или предложить свою сделку, но если они собирались выбраться из этой ситуации живыми, ему нужно было доверять Магнусу больше, чем когда-либо. Теперь у них было две сделки, или же два соглашения. Одно их разделит, а другое сблизит. Не было смысла отрицать, что их первая сделка была своеобразной ослабленной цепью, которая держала их на достаточно комфортном расстоянии, но довольно близко, чтобы они могли видеть блеск в глазах друг друга, изгиб их нежных губ и двигаться навстречу друг другу шаг за шагом каждый день. Цепь, сделанная из металла, со временем ржавеет, а если учитывать их бессмертную жизнь — поржавеет она куда быстрее, чем в глазах смертного — достаточно быстро, чтобы рухнуть, когда все это закончится. Они освободятся от цепей сделки, которая никогда на самом деле не была сделкой, поскольку была заключена на основе их страхов и ошибок прошлого, которые им не хотелось повторять. А затем, как только цепи рухнут и рассыплются, как пепел, они сами будут принимать решения. Куда они повернут или какой груз примут на свои плечи, чтобы быть в состоянии его вынести — это все будет лишь их решением. Ничего такого, чего бы они не делали раньше, они лишь будут укреплять свою связь день за днем, и новые цепи, скрепящие их, уже никогда не поржавеют, если только они сами этого не захотят. Алек не хотел быть скованным цепями; для него цепями были руки Магнуса, прижимающие его ближе и шепчущие обещания никогда не отпускать. Он не хотел быть с Магнусом и чувствовать себя захваченным — ну, хотя он не мог отрицать, что Магнус захватил его сердце довольно быстро. Доверием. Шансом. Верой в Алека. Возможно, цепи станут лозой с цветущими красными и фиолетовым тюльпанами; обещанием неугасающей любви. А возможно, это будут солнечные лучи, обрамляющие их, словно произведения искусства, и заставляющие восхищаться этими двумя мирами, которые никогда не должны были столкнуться, словно контрастные цвета — но Магнус с Алеком просто смешают их, чтобы они сочетались. Пусть они и думали обо всем этом, их отношения, скорее всего, останутся секретом еще на много веков вперед; пусть их союз играл им на руку, но сумеречные охотники могли разглядеть в этом тревожащие их восстания и союзы. Но не то, чтобы Алеку было до этого дело. Если эта война закончится, и он сможет быть с Магнусом каждый божий день, ему было плевать на них. Все его мысли будут заняты лишь Магнусом, и все, что он будет делать, будет включать того единственного человека, которого он, вероятно, когда-либо любил. По сути, все так и было, но его разум все еще был затуманен и отравлен врагом, который терпеливо ждал его возвращения. Однажды он сможет помечтать об этом без яда в мыслях. Однажды он проснется и ему не придётся беспокоиться о смерти или потере контроля, потому что Магнус будет рядом с ним. По крайней мере, он надеялся, что это произойдёт. Возможно, он больше не будет святым, но, Боже, пожалуйста, пусть у него будет хотя бы это. Пусть у него будет Магнус. Пусть Алек любит его и отдаёт ему то, что этот прекрасный человек заслуживает. Больше никакой боли, никакого разбитого сердца, и Алек лично в этом убедится. — Мне нужно с помощью магии вернуть тебя в старую одежду и придать тебе твой прежний вид. Я сомневаюсь, что у тебя подразумевался перерыв, чтобы переодеться и отмыться, учитывая, что ты якобы под контролем. Алек хмыкнул, все еще улыбаясь от согласия пойти на свидание с Магнусом. — Это не будет реальным, но сыграет свою роль, — Магнус доел свою лапшу и отставил коробочку в сторону. — Тебе стоит прихватить что-нибудь моё с собой, чтобы доказать свой успех… и притвориться, что ты все еще такой же, каким ушел от Валентина. — Безумный, кровожадный и со слегка подергивающимся глазом? — ответил Алек, закидывая в рот кусочек моркови. — Хмм, — Магнус расположил большой палец на нижней губе, думая. — Не помню такого. Ты вообще не моргал, твои глаза просто были поглощены тьмой… — Магнус, — Алек прервал прежде, чем Магнус расписал ему всю картину; он не хотел, чтобы маг помнил эту сторону него. — Я знаю. Мои демонические глаза и ссутуленная, но сильная осанка. Маг кивнул, вздыхая и прикладывая руку к груди, мягко массируя её и вспоминая образ Алека, собирающегося покончить с ним. Но уже было поздно, и Алек не знал, что Магнус представляет, как он хватает его за рубашку, поглощая тьмой его мысли каждый раз, когда разговор затрагивал эту тему. Встряхнув головой, Магнус попытался скрыть за улыбкой эмоции, которые он испытывал. — Если ты появишься перед ним первым и разговоришь его, при этом будучи не особо разговорчивым сам, мы сможем достаточно отвлечь его, чтобы я сделал свой ход и отправил его обратно в Идрис. — Идрис? — Да, столица сумеречных охотников; ты же помнишь об этом? — Я… — Алек остановился, будучи уже готовым заговорить, но испугавшись, внезапно вспомнив высокие колонны, пейзаж и простирающиеся повсюду горы. — Я помню. Магнус моргнул. — Правда? Качнув головой, Алек закрыл глаза, не желая сталкиваться с воспоминаниями, нахлынувшими на него одно за другим, когда ему нужно было сосредоточиться на настоящем, а не на прошлом. — Я не хочу говорить об этом сейчас, но почему ты хочешь отправить его в тюрьму? Разве ты не хочешь убедиться, что такого больше не повторится? Судя по тому, что я слышал, он уже сбегал, и явно сделает это снова. — Для него это будет проще всего, — начал Магнус, выглядя немного сурово. — Справедливость должна восторжествовать, и, не волнуйся, у нас будет шанс отомстить, прежде чем мы отправим его, — на этом Алек стал выглядеть спокойнее. — Я могу пообещать тебе, что в роскоши он жить не будет. Это уж точно. Магнус встал, отряхивая штаны и поправляя воротник. Ему нужно было сделать звонок, прежде чем они с Алеком положат этому конец. — Будь готов через десять минут, — лицо Алека слегка изменилось. — Зачем мне десять минут? — Они тебе нужны, и не спрашивай, зачем, — Алек собирался было поспорить, но Магнус сделал шаг вперед и приложил указательный палец к его губами. — Ты поймёшь, дорогой. Ты поймёшь. Немного наклонившись, он потерся о нос Алека, заставляя демона почувствовать, как его тело источает напряжение. Глаза Алека начали закрываться, а дыхание замедлилось, словно он спал, а мир стал чуточку ярче, когда Магнус нежно поцеловал его. После этого Магнус приподнял его лицо рукой. Отстраняться было сложнее всего, учитывая, что улыбка Алека становилась ярче, когда он был так близко. Магнус улыбнулся в ответ, проводя пальцем по его щеке, прежде чем сделать шаг назад. Если бы он остался еще на немного, то наркотик, под названием Алек Лайтвуд размыл бы все вокруг, оставаясь единственным, кого он мог ощущать. — Хорошо, — слова Алека были тихими, нежными. — Я верю тебе. Магнус улыбнулся чуть ярче, когда Алек сказал это, дважды мягко похлопав его по щеке, прежде чем уйти. Он должен был сделать телефонный звонок, пока Алек встал и направился к Мечу Душ, забирая его обратно под свою власть, а не наоборот. Вынимая свой телефон, Магнус взглянул на уведомления, надеясь, что Изабель не влипла в неприятности, направив сумеречных охотников к 'Нефритовому Волку'. Нажимая на кнопку вызова, Магнус поднял телефон к уху и начал ждать, пока идёт вызов, тут же прерванный на другом конце провода. — Магнус?! Ты в порядке? Он улыбнулся, закрывая глаза и облегченно вздыхая от того, что она хотя бы жива и разговаривает. — Вполне себе, дорогая. Как ты? — Черт возьми, что произошло? — она казалась запыхавшейся, и Магнус предположил, что это из-за бега и попыток найти Алека вместе с другими сумеречными охотниками. — Ну, он здесь, — Магнус поднял взгляд на Алека, стоящего прямо и медленно потянувшегося к мечу. — И он пытался убить меня, но мы в порядке. — Что? Я сейчас же отправлю к тебе свою команду. — Не стоит, дорогуша. Я клянусь, что он в порядке, — Магнус наблюдал, как Алек коснулся меча в стене и по его руке быстро поднялись и исчезли черные вены. — Мы в порядке. Изабель вздохнула, и Магнус услышал, как стило обжигает её кожу. — Я все еще не доверяю ему, но я верю тебе, так что, похоже, у меня нет выбора. Алек осматривал меч, поворачивая его и наблюдая, как лунный свет мерцает на гладком остром краю, подчеркивая форму оружия. Казалось, он был под контролем, но черных вен, которые обычно проявлялись, когда он держал меч, не было. По крайней мере, это было начало. Ему предстоял еще долгий путь. И этот шаг вперед заставил Магнуса улыбнуться, пока он склонил голову и оперся на кухонную стену. — Тебе стоит прийти навестить его. Он довольно очаровательный, иногда может быть надоедливым, но он растёт на глазах. — Ох, и он уже явно вырос в твоих глазах? Как это произошло? — Он отлично готовит, у него божественная улыбка и, ко всему, немного от плохого парня… — Магнус, как сильно я бы не хотела поговорить о твоей любви к демону, мне действительно пора идти. Они все еще пытаются отследить Алека с тех пор, как он исчез с радаров. Пожалуйста, будь осторожен, учитывая, что ты так сильно о нем заботишься; они практически забыли о Валентине, когда он объявился. Улыбка на лице мага расширилась. — Зато не забыл я, моя дорогая, — он понял руку, позволяя маленькой искре магии покружиться вокруг поднятого пальца. — Все закончится сегодня. На другом конце провода какое-то время стояла тишина. — Не оставляй меня в догадках, Магнус. — Прости, дорогая, я просто хотел насладиться моментом, потому что вряд ли ещё выдастся такая возможность, — Изабель вновь вздохнула, но Магнус слышал, как на её лице появилась улыбка. — Мы знаем, где Валентин и мы пришлем его в Идрис на коленях к рассвету. Она ахнула, крепче сжав телефон. — Что? Ка… — на мгновение Изабель остановилась, быстро понимая, как. — Алек! Он помнит, куда Валентин его призвал? — И Валентин точно не ожидает, что он сумел выйти из транса. — Не думаю, что сам Алек этого ожидал; я почти уверена, что он никогда не думал о том, что влюбиться станет для него такой проблемой. — Хмм? — Магнус все еще наблюдал за Алеком, замечая, как он осторожно поднимает Меч Душ за спину. Ему даже не понадобилось десяти минут, чтобы вернуть контроль, Магнус был удивлён этим, но одновременно гордился тем, как Алек учился верить в себя чуть больше. — Он уже влюбился? — на этом Магнус хмыкнул. — Можешь спорить со мной, сколько захочешь, но никто никогда не делал ничего настолько глупого, как твоё доверие к демону. Любовь заставляет нас делать глупости, и я уверена, что у Алека на счету тоже имеется парочка глупостей, которые он совершил, чтобы провести время с тобой. Магнус вспомнил о времени, когда Алек принёс ему кокосы, и в нем что-то щелкнуло. Но он ведь просто нуждался в компании, верно? Не в любви, об этом было слишком рано говорить. Когда Алек обернулся, он улыбнулся магу, поймав на себе его взгляд и слегка махнув рукой в ответ. Он выглядел здоровым, немного уставшим и нуждающимся в объятиях, но он снова был Алеком; его Алеком. Алек вспомнил время, когда Магнус позвал его к себе, чтобы обсудить Валентина, но все превратилось в небольшое свидание, в чем он не переставал себя разубеждать. Скорее это было обсуждение-с-поеданием-друг-друга-глазами, но они бы не преуспели так в остановке Валентина, если бы не начали доверять друг другу. Магнус улыбнулся, махая рукой Алеку в ответ, который просиял еще ярче от этого. Они были всего лишь в разных концах комнаты, но все равно чувствовали себя слишком далеко друг от друга. Магнус провел так много времени, глядя на Алека, поправляющего волосы с милым выражением лица, что уже и забыл про Изабель. Она саркастично кашлянула, и он услышал удар каблука о мрамор. — Ты уже закончил с воспоминаниями, мой друг? Вы, влюбленные пташки, сможете целоваться сколько угодно, когда Валентин будет пойман. — Насчёт этого, кстати? — Хмм? — Можно ли будет отпустить Алека? — он слышал, как дыхание Алека замерло на этом. — От него не будет неприятностей или проблем для сумеречных охотников, когда все закончится. — Хотела бы я ответить тебе да, потому что я никогда не видела, чтобы ты улыбался столько, сколько в Институте спустя неделю после того, как призвал его. Он, очевидно, делает тебя счастливым, и я хочу сделать тебя счастливым, позволив вам, ребята, жить мирно, но все зависит от Конклава, который будет принимать это решение. — И я не могу сказать, что предоставляю услуги отеля для демонов? Алек хмыкнул на этом, заставив Магнуса хихикнуть. — К сожалению, нет; это поставит под угрозу твой статус Верховного Мага. Не думаю, что Алек бы хотел этого, либо он не так хорош, как говорит. Откинув голову на стену, Магнус закрыл глаза и выдохнул, чувствуя, как от него ускользает последний лучик надежды. Алек начал подходить к нему, протягивая руки и осторожно кладя их на талию Магнусу, слегка двигаясь вперед, чтобы толкнуться в него бедрами. Он начал выводить круги на рубашке, чуть выше бедренной кости большими пальцами, оставляя нежный поцелуй на его обнаженной шее. Все тело Магнуса словно прошибло током от такого, и он почувствовал, как страх утекает, словно небольшие капли дождя, а в объятиях Алека он чувствовал себя в безопасности, чтобы встретиться взглядом с реальностью. И Алек был там, улыбаясь ему где-то в районе шеи, нежно касаясь губами кожи и ожидая, пока он закончит разговор. — Все в порядке, Изабель, мы что-нибудь придумаем. — Я правда на это надеюсь, Магнус. Я буду на связи; уверена, Конклав устроит праздник, как только Валентин будет пойман. Алек снова поцеловал его в то же самое место на шее, слегка прикусывая и ощущая, как вена Магнуса пульсирует на его языке. Дыхание мага стало рваным, коротким, и Алек чувствовал это, слыша его громко и ясно. — Ты имеешь в виду вечеринку? — уточнил Магнус, глядя на Алека насколько это было возможно, едва дыша. Его глаза были закрыты, а челюсть была под таким углом, что отбрасывала тень, пока он целовал его шею, а секунды становились медленнее, и холод превращался в жар. — Конечно! Я надеюсь, что знаменитый король вечеринок почтит нас своим присутствием. — Оу, ты имеешь в виду меня? — радостно ухмыляясь, Магнус поднял свою свободную руку на затылок Алека, проводя красными ногтями сквозь черные волосы. Демон замурлыкал, посылая вибрации через губы по коже Магнуса, отчего у того подкосились колени. Каждый поцелуй был обещанием, содержащим в себе жар и одержимость. Если таким Алек был во время небольшой ласки, Магнусу оставалось лишь догадываться о том, каким он был за закрытыми дверями. Остановись, Магнус — подумал он, изо всех сил стараясь сдерживать эмоции. Единственное, что ему в этом помогало — это телефон. Если бы его не было, кому-то пришлось бы потом отпускать их грехи. Прикусывая губу, он попытался сосредоточиться на том, что происходит, а не на Алеке. Который, кажется, понял, что его методы отвлекания начали медленно работать на Магнусе; Алек усмехнулся напротив его шеи, продолжив свою игру. — Коне… — все его попытки закончить предложение были обречены на провал, а дыхание застряло в лёгких. Алек крепче сжал его талию, быстро, но расчетливо толкаясь бедрами, выгибая спину и позволяя своим мышцам проступить, пока Магнус чувствовал их, опуская руку на широкую спину. И ощущения были просто невероятные. Всего ничего, а во рту Магнуса уже пересохло. Он хотел бросить трубку прямо сейчас и поцеловать Алека с невероятной жаждой, обнять его и чувствовать, как его сердце бьётся напротив его груди. — Вы двое серьезно собираетесь заняться этим, пока я разговариваю с тобой по телефону? — Клянусь ангелом, как вы говорите, я бы хотел этого, — от этого Алек усмехнулся под ним, ещё сильнее опускаясь, чтобы под углом поцеловать кадык Магнуса, а затем спуститься еще ниже, целуя ключицы, неторопливо двигаясь губами по коже. — Кажется, мои планы немного изменились и я устрою себе свой собственный праздник, когда это все закончится. Магнус чуть сильнее схватил Алека за волосы, отклоняя голову демона назад, чтобы взглянуть на прикрытые глаза, по ободку которых бегали красные искры. Он либо сдерживал порывы, либо позволял им взять верх посредством его рук и губ. Так или иначе, человек, уставившийся на Магнуса в ответ, определенно был ходячим грехом. Его щеки слегка покраснели, и Магнус усмехнулся от такого проявления невинности Алека, перенося руку на нижнюю губу высшего демона. — Иу, тогда в ближайшие дни меня не жди, — рассмеялась Изабель, позволяя Магнусу рассмеяться вместе с ней, а Алек улыбнулся от радости на лице Магнуса. Алек слышал их разговор, но предпочел ничего не говорить. — Береги себя, моя дорогая Изабель, тебе будет не хватать меня на этих вечеринках. — Ты же знаешь, что так и будет, сладкий; позаботься о себе и своем маленьком демоне. Магнус приподнял бровь. — Он не ма… — Я не хочу больше ничего слышать! Идите, пожалуйста! Спасите нас всех. Положив трубку с выражением чистого удовлетворения, Магнус отбросил телефон в сторону кухни, используя вторую освободившуюся руку, чтобы притянуть Алека ближе. Алек улыбнулся во время поцелуя, наполненного той же интенсивностью, что и поцелуй ранее. Кажется, они были не очень хороши в исполнении обещаний, если ради этого им приходилось держаться далеко друг от друга, но ведь нет ничего криминального, если они поцелуются пару минут? После этого они все равно пойдут и сделают то, что нужно, но сейчас это был Алек, толкающийся и нежно прижимающий Магнуса к стене, пока голову мага прошибал холод бетона сквозь обои и краску. Этим он мог заниматься вечно. Магнус взмахнул бедрами в этом небольшом пространстве между демоном и стеной, постанывая в рот Алека и изгибая изящные пальцы вокруг его лица. Взмах бедер заставил Алека зарычать, высвобождая первозданную силу и осторожно прижать Магнуса еще сильнее к стене. Их тела столкнулись и они ощутили толчок в легких, но Алек успел быстро вдохнуть, чтобы в них осталось достаточно воздуха и ему не пришлось отрываться от губ Магнуса. Алек был очень близок к точке невозврата, где его могли поглотить угли и демонические силы, но его сдерживала любовь и забота о Магнусе. Магнус был его якорем, лекарством от того, что Алек называл проклятием. Именно поэтому его прикосновения были уверенными, но нежными, потому что он знал, что Магнус был не из стекла, но показывал, что заботился о нем и удерживал, чтобы показать, что он действительно хотел его, как никогда и никого раньше. Алек двигался в своем темпе, а их головы идеально соединялись вместе, словно они были созданы друг для друга, а кончики пальцев Магнуса вместе с ногтями осторожно, почти невесомо проходились по голове демона, каждый раз заставляя его постанывать. Как только Магнус дошел пальцами до подбородка Алека, он отстранился, прикусывая его нижнюю губу, чуть потянув и отпустив. Алек выглядел взъерошенным, его волосы торчали в разные стороны в том месте, где их коснулась рука Магнуса. — Я разговаривал по телефону, — Магнус попытался нахмуриться, звуча серьезно, но по Алеку было видно, что он ни на секунду в это не поверил. — Я знаю, — он двинулся вперед, чтобы поцеловать его, но Магнус уклонился, заставив Алека рассмеяться. — И мне было скучно. — Важные телефонные звонки зовутся важными не просто так, Алек. — Вы все равно говорили только обо мне, так что я добавил чуть больше себя в разговор, — потеревшись носом о нос Магнуса, демон подмигнул и строгое выражение Магнуса потерпело неудачу, превращаясь в счастье. — И я оценил каждую секунду, — Магнус, наконец, поцеловал его, последовав за его губами, когда Алек попытался поддразнивающе увернуться от мага, но слишком медленно. Магнус быстро чмокнул его, заставляя чувства затрепетать в животе демона. — Каждую секунду, Алек. Алек полностью отстранился от него, зная, что им будет сложно отпустить друг друга, если они упомянут работу, пока находятся так близко друг к другу. Магнус было последовал за ним, но Алек положил руку ему на грудь, чувствуя тепло кожи Принца через шелковую рубашку. — У нас будет много секунд после всего этого, — Алек провел другой рукой по его лицу, любуясь темным, шоколадным цветом его глаз, невероятно сладким и манящим. — Секунд, — он нежно поцеловал его в нос и дрожащие глаза Магнуса закрылись, позволяя образам наполнить голову. — Минут, — Алек наклонил голову, чтобы мягко поцеловать Магнуса в губы, пока маг слегка нахмурился, сосредотачиваясь на том, что говорил Алек. — Часов. — Вся жизнь, — прошептал Магнус, прерывая Алека, который как раз собирался поцеловать его шею, произнося третье слово и вшептывая его в кожу Магнуса, чтобы только он мог это чувствовать и помнить — чтобы это было напоминанием. — Вся жизнь, — повторил, наконец, Алек, в том же нежном и тихом тоне, целуя ямочку возле ключицы, где находилась самая тёмная тень на его теле. После этого он медленно начал подниматься наверх, наслаждаясь нежным вздохом Магнуса. Магнус был доволен. Он был влюблён — Изабель была права. Быть с Алеком и не должно быть легко, это должно быть сложно, учитывая, сколько всего стоит на их пути. Магнус хотел сражаться, он хотел бороться за одно только это чувство — их сбитое дыхание, блуждающие руки, улыбающиеся глаза, лёгкость их поцелуев и воспоминания о прошлом, в котором они уже это делали. Боже, она была права. Это было так неправильно. Это должно быть неправильно, но ощущается так верно. Правила созданы для того, чтобы их нарушать, или, по крайней мере, так сказал бы демон вроде Алека. И, честно говоря, Магнус бы и сам так сказал из-за улыбки и радостного выражения, с которым Алек смотрел на него. Алек выглядел таким счастливым, чувствуя тепло, благодаря которому его тело не заботило напряжение, которым он пытался сдерживать себя. Он уже был сам по себе, хоть небольшие когти все еще пытались затащить его вглубь, но с ними прекрасно справлялись забота и любовь Магнуса. Он не мог поверить, что Магнус только что сказал ему, что проведёт все эти секунды, минуты и часы здесь, с Алеком. Сделка сказала бы им 'нет', сумеречные охотники сказали бы 'нет', гордость Магнуса сказала бы 'нет', но вот Магнус здесь, улыбающийся ему и не проявляющий никаких признаков отступления. — Не могу поверить в то, что мы только что сказали это, — Алек начал в неверии качать головой, вдыхая и чувствуя дрожь в коленях от мыслей о будущем, следующим за этими словами.  — А я не могу поверить в то, что все это происходит. Мы не должны были сойтись, но вот мы здесь, — нежно тыкая в грудь Алека ладонью, раскрывая её, как прежде сделал Алек, чувствуя сердцебиение демона. — И… разве это плохо? — Нет, — последовал незамедлительный ответ. — В тебе нет ничего плохого, Алек. Ничего, — Магнус сделал шаг вперед, наклоняя голову, чтобы поцеловать кончик своего собственного большого пальца, находившегося на сердце Алека. Он остался там на какое-то мгновение, чувствуя, как у демона разносится длинный, расслабленный выдох. — Никому не позволяй убедить себя в обратном, никогда. Потому что я никогда не буду этого делать. Когда он вновь встретился с глазами Алека, в них читалась улыбка, которая была и на губах, пока он нежно прижался лбом к Магнусу. — Ты — наркотик, Магнус. — А ты — грех, который я хочу продолжать совершать. Они оба рассмеялись в поцелуе, притягивая друг друга ближе, желая сократить расстояние между ними, а не из-за жара или страсти. Они сделали это, потому что им нужно было за что-то ухватиться; нужна была твердая земля, по которой они смогут ходить вокруг друг друга, пока их колени подкашивались от любви, но они лишь сильнее держались друг за друга, готовые провести так вечность. Они отстранились, но их бедра все еще слегка касались друг друга, а Магнус произнёс слова, начинающие их борьбу за то, чтобы быть вместе до конца жизни. — Давай покончим с этим, чтобы мы могли заняться нами, — прошептал он в губы демона, которые лишь тот мог слышать и в которых нуждался. Алек кивнул ему, целуя еще раз, прежде чем сделать шаг назад. Они прошлись по комнате, собирая вещи и обсуждая план, покидая лофт. Спустя десять минут Магнус переместил их через портал на крышу здания рядом с предполагаемым расположением Валентина.