Семья
20 ноября 2017 г., 23:15
Примечания:
*не бечено
Кэм была первой, кто заметил Зака в коридоре, идущего к комнате Кейси. Бут и Ходжинс вернулись почти двадцать минут назад. Она схватила Бута за руку и оттащила его от двери.
Бут положил руку ему на плечо, прежде чем тот вошел.
— Ты в порядке, парень?
Зак задумался лишь на мгновение, прежде чем кивнуть.
— Она в порядке, — добавил Бут.
Зак сглотнул и вошел в комнату. Анджела и Ходжинс прислонились к стене, а Бреннан пыталась убедить Кейси, что череп может подождать до завтра. Она проигрывала битву, поскольку девушка уже сняла массовое количество пленки, закрепляющую ее капельницу. Никто не сомневался, что, как только она освободится, она собирается бежать. Повезло, что парамедик твердо закрепил ее ленту. Там было еще несколько слоев, которые нужно снять.
Анджела поймала взгляд Зака и жестом предложила ему выйти вперед, что он и сделал, хоть и неохотно. Кейси и Бреннан посмотрели на него, Бреннан с облегчением, Кейси с намеком на улыбку. Ходжинс улыбнулся, радуясь, что молодой человек набрался смелости увидеть ее. Он хотел бы, чтобы они нашли время, чтобы поговорить, но у Бута было плохое расписание. Это, хорошо. Он ведь еще должен был отвезти его домой.
— Думаю, я пойду за кофе, — сказала Анджела. — Кто со мной?
Бреннан встала.
— Я тоже.
Две женщины уже подошли к двери, прежде чем поняли, что Ходжинс не сдвинулся с места.
— Джек, мы собираемся выпить кофе.
— Нет, спасибо. Я подожду.
— Хорошо, — сказала Анджела. — Мы собираемся освободить комнату и дать этим двум шанс поговорить.
— Да, я понял. Я планирую остаться и послушать. — Анджела быстро схватила его за воротник и потащила к выходу. — Ну, с другой стороны, кофе звучит неплохо.
Они ушли спустя несколько секунд.
Зак сел в ужасно неудобное кресло у кровати. Он понятия не имел, что сказать.
— Прости, что чуть не убил тебя?
Его рот обычно говорил самостоятельно с небольшим руководством от мозга, и он был полон решимости не допустить, чтобы это произошло.
На ней все еще была закреплена лента из капельницы, но ее усилия были медленными, как будто она сосредоточилась на ней, чтобы не смотреть на него. Это не помогло его дискомфорту. Наконец, он больше не мог молчать.
— Что сказал доктор?
Она наконец-то посмотрела ему в глаза.
— Он сказал, что ты спас мне жизнь. Что если бы ты не делал мне искусственное дыхание, я была бы мертва. И Джек сказал, что ты снял свою маску, чтобы сделать это, даже когда ты думал, что есть потенциальный токсин в комнате. — Она казалась почти смущенной. — Ты рисковал своей жизнью, чтобы спасти меня?
— Думаю, да, — сказал он. — Но я тот, кто чуть не убил тебя, так что, это похоже, отменяет любую благодарность, которую ты хотела сказать.
Теперь она действительно выглядела смущённой.
— Что ты имеешь в виду? Зак, ты не знал, что делаешь! И это моя вина. Я ничего тебе не сказала про аллергию.
Она посмотрела в его глубокие карие глаза и увидела там боль, увидела, как сильно он мучил себя из-за этого несчастного случая.
— Это моя вина, — сказала она, внезапно увлекшись пульсоксиметром на ее пальце. — Я должна была убедиться, что все знают, на что у меня аллергия. Я сказала только Анджеле этим утром. Если бы я не…
Ей не нужно было говорить; они оба знали, что если бы Анджела не знала о лизоле, она бы умерла, пока врачи думали, как ее лечить.
Зак слегка вздрогнул от того, что она не сказала.
— Что ж, я совсем ничего не сделал, чтобы ты рассказывала мне все эти вещи. Думаю, я был своего рода придурком. У меня нет оправдания, но в последнее время я плохо себя чувствую. Я думаю это просто стресс, хотя я должен быть в состоянии справиться со стрессом лучше, так как его так много в нашей работе и… — Он резко замолчал, когда она слишком резко вздохнула и схватилась за грудь с небольшим стоном. — С тобой всё в порядке? Что случилось? У тебя еще одна реакция? Я позову врача!
Он начал вставать, но она схватила его за руку, прежде чем он успел уйти.
— Нет, подожди. Я в порядке. Просто немного болит. Это состояние дает много стресса для мышц, которые люди часто не используют и теперь моя грудь болит. Я в порядке. Садись, пожалуйста.
Он быстро и немного вдрогнул, когда поток адреналина отступил.
— Я… ну…
Она посмотрела на него и попыталась снова.
— Пожалуйста, не думай обо мне из-за этого плохо. Ты не должен видеть меня в таком виде.
— Не думать… да? — Из всего, что он ожидал от нее услышать, этого не было в списке. —Зачем мне думать о тебе плохо? Видеть тебя в таком виде? Я не понимаю!
Она покраснела, не зная, как объяснить ему. Как она могла сказать ему, что она не считает себя достаточно хорошей, чтобы делиться чем-то с другими или даже признать саму себя? Части ее игнорировалась, когда она создала свой собственный образ. Часть, которая была слабой или сломанной. Наконец, она согласилась на заявление, которое только больше ее смутило.
— Я сильнее этого.
Он сел и, наклонившись над ней, взял её за руку.
— Кейси, я знаю, что не знаю тебя так хорошо, как сейчас, но никто не видит тебя слабой. Считаешь ли ты, что я слабый, потому что меня часто вырывает, если я съем омлет? В любом случае, борьба с собственным телом делает тебя сильнее. С аутоиммунными заболеваниями трудно бороться. Но ты борешься. Как это делает тебя слабой?
Кейси покраснела.
— Это всё ещё неловко.
— Почему? Почему тебе стыдно?
— Потому что из-за этого теряется контроль над главной функцией тела. Это все равно что писать в штаны.
Зак почти посмеялся над этим, но осторожность помешала ему это сделать.
— Я вижу твою точку зрения, но это не так уж и плохо. Никто не считает тебя слабой.
Она улыбнулась.
— Спасибо.
— Честно. Они просто беспокоятся о тебе. Я тоже.
— Не надо. Я не стеклянная. Я просто хочу уйти отсюда.— снова посмотрев в его глаза, она добавила, — Но спасибо, что спас меня.
Он покраснел еще сильнее, чем она, но это было мило. Его улыбка стала шире. Он не мог поверить, что на этот раз ему придется произнести эту речь. Он только надеялся, что сможет сделать это так же хорошо, как Бут или Ходжинс.
— Кейси, эта команда — семья. Мы держимся вместе. Мы видели друг друга в лучшем и в худшем виде. Мы все бываем слабыми, мы все страдаем, но мы стоим друг для друга. Позволь нам быть рядом с тобой. Нам всем нужно немного времени.
— Семья… — произнесла она, — думаю, я смогу это сделать. Конечно, это поможет тому, для кого понятие «семья» включает в себя мой собственный личный святой Флориан.
Зак покопался в своей фотографической памяти.
— Святой Флориан, святой покровитель и покровитель пожарных.
Эта мысль согрела его. Он хотел бы быть таким уверенным как Ходжинс. Тогда он мог бы вернуться с чем-то крутым, вроде «рад иметь работу», или что-то в этом роде. Но он просто не был таким.
— Я не святой, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Но я больше не буду недооценивать тебя. Прости, что я не был так дружелюбен, как мог бы быть, но я хотел бы, чтобы мы были друзьями.
— Мне тоже хотелось бы, — сказала она. — Может быть…
Она была перебита, когда доктор вошел в комнату.
— Мисс Мак-Нойт, думаю, у вас все хорошо. Я все еще хочу, чтобы вы остались на ночь… — она открыла рот, чтобы возразить, но доктор остановил её. — Но, я уже говорил с вашими друзьями, и пришел к выводу, что это не обязательно. Поэтому я отправлю вас домой с epi-ручкой и скажу, чтобы вы держали ее с собой. Вам показали, как ее использовать?
— Да, раньше у меня была такая, — сказала она, взяв маленькую коробочку. Она передала ее Заку. — Вот, положи это в карман моей куртки.
Он взял его и сунул в карман своего лабораторного халата, когда доктор продолжил.
— Просто дайте мне вытащить капельницу, и можете одеваться.
— Слишком поздно, — сказала она. — Я уже это сделала.
Она подняла левую руку, по-прежнему держа край своего платья на месте, чтобы замедлить кровотечение. Зак выглядел удивленным. Когда, черт возьми, она это сделала?!
Он вышел из палаты, чтобы она могла одеться. Остальные стояли, пытаясь сделать вид, что не слышали, о чем они говорят.
— Врач ее отпустил. Ей удалось выбраться из капельницы, — добавил он с улыбкой.
Ходжинс отвел его в сторону.
— Ты в порядке?
Он пожал плечами.
— Так же хорошо, как и после того, как я чуть не убил своего друга.
Ходжинс заметил, что он сказал друг, а не коллега.
— Значит, вы оба в порядке?
Зак улыбнулся.
— Да, так и есть.
— Так что, наверное, мы могли бы обсудить что ты хотел по дороге домой.
— Да, это было бы хорошо, но я вроде как предложил ей, чтобы мы отвезли ее домой.
Он приготовился к тому, что Ходжинс разозлится за то, что он предложил свои услуги, не посоветовавшись сначала с ним, но он просто согласился.
— Нет проблем.
***
Анджела отвела девушку к маленькой машине своего друга и улыбнулась, заметив, что Зак садится на заднее сиденье, даже ничего не сказав. Это говорит о многом, учитывая, что он обычно отказывался втискивать даже свое маленькое тело в это «грузовое пространство», как он это называл. Это дало ей повод задуматься. Возможно, она недооценила недавнее поведение Зака. Может быть…***
— Ребята, моя машина в лаборатории, — сказала Кейси. — Вы не должны отвозить меня домой. Просто отвезите меня туда, и я смогу добраться домой оттуда. — Мы ни за что не отвезем тебя в лабораторию! — заявил уверенно Ходжинс. — Без вариантов. — Почему нет? — спросил Зак. — Если это то, куда она хочет поехать… Ходжинс закатил глаза. — Зак, если бы ты был на ее месте, что бы ты сделал после того, как мы тебя высадили? — Зашел бы внутрь и закончил собирать череп, — задумчиво сказал он. — Это то, что ты собиралась сделать? Она опустила голову на сиденье. — Ладно, ты поймал меня. Но мне нужно это сделать. — Но доктор Бреннан сказала… — Это не для доктора Бреннан, Зак, а для меня! Понимаешь, да? Её глаза смотрели на него с мольбой, и он знал, что ему делать. — Отвези нас в лабораторию. — Что?! — вскрикнул Ходжинс. — Я знал, что она потеряла рассудок, но у меня все еще была небольшая надежду на тебя! Вы двое просидели вместе два дня, провели десять часов в отделении скорой помощи, один из вас чуть не умер, другой мог бы… вы, ребята, не собираетесь меня слушать, не так ли? — Нет, — сказали оба в том же жутком унисоне, для которого они, казалось, готовились. Ходжинс вздохнул. — Думаю, я тоже останусь, на случай если вы вдвоем снова попадете в неприятности. — Тебе не обязательно, — сказала Кейси. — Я могу привести Зака домой, когда мы закончим. — Все в порядке, — сказал он, глядя на Зака в зеркало заднего вида, надеясь, что молодой человек будет держать рот на замке. Он просто еще не был готов объяснить свои домыслы. Он подъехал к входу, чтобы высадить пассажиров. — Я припаркую машину и подойду. Мне еще нужно выяснить, что случилось с этими пальцами. Кейси быстро вышла, оставив Зака выбираться из заднего сиденья. Он благодарно улыбнулся Ходжинсу, когда он, наконец-то, вылез. Ходжинс знал, что можно было сказать что-то получше, знал, что это плохая идея, но он также знал, что это произойдет так или иначе. — Эй, Зак! — Молодой ученый повернулся и посмотрел назад. — Постарайся не убить её на этот раз!
