Алая Волчица

      Джоффри стремительно несся по коридорам замка, до хруста стиснув зубы и сжимая кулаки.       Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!!!       Эддард Старк был ранен! И кем? Джейме Ланнистером! Цареубийцей.       Произошедшая стычка была совершенно безобразной: телохранители лорда Старка из числа северян, с ними двое приставов Багряной стражи, а против них — Джейме Ланнистер и несколько Алых гвардейцев!       В итоге капитан домашней гвардии Старков, Джори Кассель, и один из приставов были убиты, а сам лорд Старк тяжело ранен в ногу.       «Мало мне дурацких и опасных выходок матери, так еще и дядюшка вытворяет черт-те что! Никогда еще Ланнистеры не были так уязвимы при дворе. Никогда!» — метались лихорадочные мысли в голове Джоффа. «Конечно, казна должна Утесу Кастерли кучу денег, но если Львы продолжат задирать Волков — у короля может кончиться терпение!»       Сказать, что Джоффри был в жуткой ярости — значит ничего не сказать! Он тут, как идиот, скачет, лезет вон из кожи, чтобы о похождениях Серсеи никто не узнал, чтобы вывести дом Ланнистеров из-под удара! А тут его родственнички добавляют масла в огонь!       У него пару раз мелькнула мысль, что кто-то со стороны умело нагнетает конфликт, стравливая Львов с Волками. Но кто? И зачем?!       Почему-то вспомнился тот Малый Совет, где обсуждалась Дейенерис Таргариен. Может…?       Принц тряхнул головой. Вряд ли у девчонки достаточно ума и ресурсов, чтобы вытворять такое. Но он решил позже вернуться к этой версии.       Сейчас же нужно было срочно наведаться к будущему тестю и сгладить ситуацию. Хотя бы как-то!       Уже подходя к покоям Десницы, Джофф остановился: возле дверей стояли, вытянувшись во фрунт, двое Белых плащей — Меррин Трант и Мендон Мур. Из-за двери раздавался бас Роберта и истеричные взвизги Серсеи.       Принц нахмурился. Что там опять происходит?!       Трант дернулся было помешать юноше войти, но, наткнувшись на тяжелый взгляд Пса, вернулся на свое место. Распахнув дверь покоев, Джоффри вошел в спальню лорда Старка…       Как раз в тот момент, когда тяжелая рука Роберта отвесила Серсее звонкую пощечину.       Дыхание Джоффа перехватило от еле сдерживаемой ярости, так, что он на мгновение вовсе забыл, зачем пришел. Но спокойный голос Десницы вывел его из этого состояния:       — Принц? — чуть приподнялся на локтях Эддард Старк. В его глазах читалась усталость, угрюмость… сожаление?       «Ну да. Не самая лучшая сцена для глаз юноши» — мелькнула мысль. «Вот только почему именно Старк беспокоится о моем душевном спокойствии, а не тот, кто формально считается моим отцом?» — горько подумал он. Не то, чтобы принцу было так важно, беспокоится о нем Роберт или нет, но сам факт…       Впрочем, в глазах короля тоже мелькнуло что-то похожее на смущение. Королева же, с непроницаемым выражением лица, но при этом горящими глазами, резко развернулась и, горделиво вздернув голову, покинула помещение.       — Ты чего хотел? — чуть грубовато спросил Роберт Джоффа.       — Всего лишь убедиться в том, что с лордом Эддардом все в порядке, — спокойно ответил принц, глядя прямо в глаза своего формального отца. Тот лишь хмыкнул, отводя взгляд.       — Ну так что, убедился? Тогда оставь нас, — дернул головой король.       Не став спорить, Джофф кивнул и вышел из покоев Десницы. Но далеко отходить не стал, расположившись в одной из ниш дальше по коридору, за увитой какими-то белыми цветами каменной аркой. Он сидел на каменной лавочке, ожидая, пока Роберт выйдет. Пес молча расположился неподалеку, привычно оглядывая окружающее пространство.       Наконец стукнула дверь, и король грузно протопал мимо ниши, сопровождаемый Белыми плащами. Помедлив немного, Джофф прошел под аркой и вернулся к покоям Десницы.       — Войдите, — раздался голос из-за двери, после того, как Джоффри постучался. — Ваше высочество? — чуть удивленно среагировал Старк на повторное появление принца. — Вы что-то хотели?       — Да… то есть, уже не совсем, — уточнил Джофф, когда его взгляд упал на значок Десницы в ладони Старка. — Король-таки убедил вас остаться на посту?       — Да, — тяжело вздохнул Эддард Старк. — Он действительно нуждается во мне.       Джоффри про себя скривился, но не стал уточнять, что Роберт попросту воспользовался совестливостью своего северного друга, чтобы тот продолжал выполнять за короля всю работу, в то время как сам король продолжает пить и развлекаться с девками.       — Я рад, что вы остались. И, — тут принц поморщился почти без притворства, — мне жаль, что мой дядя так поступил. Что на него нашло?       — Он посчитал, что второго вашего дядю — Тириона Ланнистера — схватили по моему приказу. На самом деле, — при этих словах Старк покосился на значок Десницы, — я по-прежнему не уверен, что дать согласие на возврат к обязанностям Десницы было правильным решением. Я хотел уехать в том числе для того, чтобы разобраться, что сподвигло Кэт на такой поступок! Хотя, она прислала письмо…, — тут лорд Эддард с сомнением посмотрел на будущего зятя, отчего тот нахмурился. Что-то Десница недоговаривал. Но тут Старк резко сменил тему: — Кстати, как там ваше расследование?       — Продвигается. По всей видимости, — понизил голос Джофф, — Джон Аррен напал на след некоего заговора, направленного на убийство короля.       При этих словах Старк резко вздернул голову, глянув прямо в глаза принцу.       «А вот теперь аккуратно» — незаметно сглотнул Джоффри. «Шаг влево, шаг вправо — и тому хрупкому доверию, что возникло у нас с этим человеком, придет конец».       — Концы заговора ведут в совершенно разных направлениях, запутывая и не давая возможности понять, кто же виновник. Но, если исходить из принципа «кому выгодно»…       — Я понял, что ты имеешь ввиду, Джофф, — вздохнул Десница, прикрывая глаза. — Но Станнис Баратеон не тот человек, что станет заниматься подобными вещами. Он слишком чтит закон.       — Закон? — чуть приподнял бровь Джоффри. — Он считает себя обиженным и несправедливо обделенным еще со времен осады Штормового предела! Конечно, скорее всего, о планах по убийству Роберта он не знает. Но с удовольствием поддерживает тех, кто копает под окружение короля…       — То есть…       — Под Ланнистеров, — закончил Джофф, чем вызвал еще более хмурый взгляд Старка. — Понимаю, что дом моей матери не вызывает у вас особой любви после случившегося…       — Брось, Джоффри, — поморщился лорд Эддард. — В конце концов, моим зятем станешь ты, а не сир Джейме. Жаль Джори…       — Жаль, — нахмурился Джофф. Он знал: Арью огорчит гибель человека, которого она знала с детства. — Говорят, он был дорог вам и вашей семье. Что касается моего дяди…       — Джофф. Спасибо тебе за теплые слова, но…, — лорд Старк снова прикрыл глаза, а на его лице заиграли желваки. — Но спокойствие и мир в Королевстве сейчас зависят от того, насколько мирно будет в столице. Я, как Хранитель Севера и как Десница, не могу позволить себе начать усобицу с братом королевы только лишь… только лишь из-за привязанности к одному из своих людей.       Было видно, насколько тяжело даются ему эти слова. Джофф в очередной раз поразился выдержке этого человека! Жаль, что Старк был так верен Роберту.       — В любом случае, я предлагаю вам отправить в Долину отряд верных людей, чтобы они доставили леди Кейтилин и дядю Тириона в столицу.       — Да… да, ты прав, Джофф, — устало выдохнул Эддард. — А теперь, если ты не против…       — Конечно же. Отдыхайте, лорд Старк…              Тень нависла над Королевской Гаванью. Знамена были приспущены, а в Великой Септе Бейлора всю ночь шла погребальная служба.       Король мертв.       Джоффри стоял в огромном зале септы и рассматривал лежащего перед ним покойника.       Король… Роберт Баратеон… Отец? Последнее слово заставило Джоффа поморщиться. Оно и раньше не вызывало в душе принца особого отклика, а уж в свете открывшихся фактов…       И тем не менее, впервые в жизни какая-то… жалость по отношению к этому человеку шевельнулась в душе юноши. Никчемный, грубый пьяница, тень себя-прежнего, он попросту оказался совершенно не на своем месте. Тем самым испортив жизнь как себе, так и матери Джоффа.       Он еле заметно тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Было множество других, куда более насущных вопросов.       Весть о смерти короля уже не была секретом ни в одном из уголков Вестероса. И, вроде бы, несмотря на траурность события, проблем возникнуть не должно было: все же официального наследника Роберт оставил. Но в душе Джоффа то и дело шевелился червячок беспокойства. Он прямо-таки нутром чуял, что что-то вот-вот должно было пойти не так!       Хотя все действительно было далеко не радужно! Они теперь крайне редко переписывались с лордом Тайвином — тот активно собирал войска на границе с Речными землями, и нигде подолгу не останавливался. Да и те редкие вести, что он слал, были неутешительны: Талли закусили удила, не желая внять голосу разума и надавить на Кейтилин, заставив отпустить Беса. Письма же от Десницы короля и вовсе то ли не доходили до Риверрана, то ли были внаглую проигнорированы. Более того — Эдмар Талли, от лица лорда Хостера, начал собирать знамена, дабы «ответить обнаглевшим Львам на их бандитские нападения». В общем, ситуация была совершенно отвратной!       Смерть короля на фоне этого разгорающегося пожара выглядела уже гораздо более неприятным событием! Лорды явно почувствовали себя куда уверенней, решив, что мальчишка на троне пока что не настолько авторитетен, и самое время им вспомнить о былых вольностях. Например, вцепиться друг другу в глотки, пытаясь перекроить Вестерос в свою пользу!       Речные и Западные земли собирали войска. Простор тоже вызывал беспокойство: Джофф так до конца и не разгадал, какую игру ведет гребанная старуха Тирелл. Хорошо хоть, пока что они не проявляли агрессивных намерений, и то хлеб. Да и, вроде бы, Оленна Тирелл отбыла в Хайгарден, а в столице остались лишь её сын Мейс и внук Лорас. Последний, кстати, как-то подозрительно часто крутился поблизости от покоев Ренли Баратеона. Впрочем, Джоффа больше беспокоила сотня солдат Тиреллов, оставшиеся при них, чем странные взаимоотношения Рыцаря Цветов с дядюшкой Ренли.       Как выяснилось позже, принц беспокоился не зря.       Долина пока молчала. Но Ваксли докладывал, что Лунные и Кровавые Врата были усилены дополнительными гарнизонами, а Бринден Талли — нынешний Рыцарь Ворот — пускает в Долину только тех, кто имеет специальное разрешение от лордов Риверрана или Орлиного Гнезда. Так что людям Ваксли — а тот нанял несколько агентов в обеих пограничных крепостях — приходилось скакать по горным склонам в обход Кровавых Врат, рискуя сверзиться в пропасть или нарваться на тамошних одичалых.       Север пока молчал: последнее письмо от Робба Джоффри получил две недели назад, и в нем временный Хранитель Севера рассказывал о своей встрече с дочерью Бейлона Грейджоя и о странных нападениях на побережье.       Дорну, благодаря устроенной Багряной стражей провокации, пока что было чем заняться. Айронвуды, как знал Джофф, сейчас наседали на Дорана Мартелла, чтобы тот начал расследование гибели сира Клетуса Айронвуда, при этом недвусмысленно намекая на причастность к этому Красного Змея Оберина.       Вестерос и так был на грани пожара, и такая неудачная гибель Роберта от клыков кабана, как казалось Джоффу, была той искрой, что разожжет его окончательно.       В Красный Замок возвращались сильно за полдень. Коронация была назначена на завтра, но до этого нужно было еще многое сделать. Отдать распоряжение Домерику и Золотым плащам по поводу безопасности в столице, посоветоваться с лордом Старком. Ну и Арья…       Джоффри скрипнул зубами.       За что он невзлюбил своего старшего дядюшку особенно сильно, так это за то, что теперь невеста принца избегала своего суженного, предпочитая тренировки с тем браавосийцем.       «Презрение и ненависть Серсеи, нападение Цареубийцы, убийство Джори Касселя, подозрения леди Кейтилин — все это наверняка отвратило её от меня. Даже если лорд Старк еще верит мне, то вера Арьи явно пошатнулась. И, клянусь богами, кто-то за это ответит!» — мрачно думал Джоффри, направляя коня в направлении замка.       Алые гвардейцы, несмотря на авторитет Пса, по большей части подчинялись Серсее либо Джейме. Рассчитывать можно было только на солдат, прибывших с принцем из Утеса Кастерли, но их было всего-то пара десятков, против почти трех сотен, лояльных лично лорду Тайвину, а соответственно — сиру Джейме и Серсее. Все же, несмотря на те надежды, что внушал ему Джоффри, лордом Утеса Старый Лев видел именно Джейме!       Лорд Эддард вынужден был ехать в паланкине: раненная нога давала о себе знать. Серсея, облаченная в черные траурные одежды, отбыла раньше всех, сославшись на нездоровье. По её лихорадочно блестящим глазам Джофф понял, что та явно с трудом сдерживала радость. А также что она, скорее всего, начнет с удвоенной силой и с утроенной наглостью плести интриги вокруг северян вообще, и Арьи в частности.       Если бы он знал, что она задумала сотворить уже этим вечером…       Впрочем, он бы все равно не успел.                     Интерлюдия: Арья Старк              Она запомнила тот вечер во всех подробностях. И неудивительно: в конце концов, это был один из самых черных дней в её жизни.       После возвращения с похорон короля её ожидал Сирио Форель: смерть короля не являлось поводом пропускать занятия! Он и так в последнее время делал ей куда больше замечаний, чем обычно. Причем, заслуженно.       Действительно: последнюю неделю она была до крайности задумчива. События, противоречащие друг другу, ложь, не отличимая от правды — она не знала, как относиться ко всему этому! И Джофф…       Арья стиснула зубы, стараясь сосредоточиться на занятии, отгоняя образ этого златовласого демона, что повадился сниться ей по ночам.       Конечно, она была посвящена во многие его идеи и планы, и, когда Джейме Ланнистер ранил отца Арьи, он горячо доказывал, что это — придурь Цареубийцы, что Ланнистеры к этому не причастны! Но червячок сомнения все же зашевелился в душе.       И в тот момент, когда Меррин Трант во главе отряда львиноголовых гвардейцев явился в зал, где они занимались с браавосийцем, в душе кольнуло болью: неужели её подозрения были оправданы?!       — Отойди, плясун, — презрительно процедил Трант. — К тебе у нас вопросов нет. А вот девчонка пойдет с нами!       — О, и кто же отдал этот п’иказ? — насмешливо спросил Форель, приподняв бровь.       — Тебе какое дело? — начал потихоньку закипать Трант. — Сказано тебе — отошел с дороги, шут! — с этими словами сир Меррин наполовину вынул меч из ножен, недвусмысленно намекая на свои намерения.       — О, у этого шута вполне хватит силенок сп’авиться с вами, си’ задавака! — усмехнулся браавосиец. Трант с рычанием выхватил меч и двинулся вперед.       Чуть обернувшись к Арье, Сирио Форель с усмешкой проговорил:       — Ты помнишь, что мы гово’им Сме’ти?       — Не сегодня, — прошептала Арья, и рванула прочь, не оглядываясь.       В замке творилось что-то страшное! Везде разносились крики, лязг стали и топот множества ног. Прячась в узких нишах и альковах, миниатюрная девушка стремилась пробиться к башне Десницы.       В общей суматохе она совсем запуталась, что к чему. В одном из коридоров, ведущих к покоям её отца, и вовсе творилось невообразимое: друг напротив друга стояли два отряда Алых гвардейцев. С весьма недвусмысленными намерениями сцепиться меж собой в смертельной схватке! Один из отрядов, больший по численности, был возглавлен еще одним Белым плащом — Арья не могла рассмотреть его лица в полумраке коридора. За спинами второго отряда виднелись солдаты в кольчугах и цветах Старков.       Перебранка набирала обороты, отряд во главе с Белым плащом обвинял противников в предательстве, те сыпали точно такими же обвинениями в ответ. Кажется, первые хотели пройти к покоям Десницы, дабы «арестовать предателя», второй же отряд отказывался их пропускать, мотивируя это «прямым приказом принца Джоффри».       Сердце девушки ёкнуло.       «Джофф все же на нашей стороне!» — встрепенулась радостная мысль.       И тут раздался крик:       — Эй! Вон она!       Еще один отряд двигался на помощь «плохим» Алым с другого конца коридора, и их предводитель заметил выглядывающую из ниши Арью.       Той не оставалось ничего иного, как рвануть из своего укрытия в галерею, перпендикулярную проходу, где разворачивались события. Позади раздались ругательства и лязг железа: преследователи не отставали.       Далеко она, правда, не убежала. Очень скоро Арья, засмотревшись назад, влетела в чью-то обтянутую кольчугой грудь. В ужасе подняв глаза, Арья встретилась взглядом со свирепо сверкающими в свете факелов серыми глазами мужчины. Половину его лица покрывал уродливый жженый шрам.       — Пес! — выдохнула она.       — Волчонок. Ну-ка, за спину! — прорычал он, вскидывая меч. Позади него уже строились Багряные стражи, в кольчугах и легких шлемах. Арья упрямо нахмурилась: она тоже могла сражаться! Но один из приставов схватил её за руку, и они побежали дальше — к покоям Джоффри.       — Арья! — обнял её Джофф. Он был в полном облачении: в кольчуге и латах, с мечом на боку. Вокруг него толпились приставы Багряной стражи и Золотые плащи. — Что творится в башне Десницы? — отстранившись, спросил он, вглядываясь ей в глаза.       Она рассказала все, чему была свидетелем. И чем дальше, тем больше Джоффри хмурился. Наконец, когда она закончила, он порывисто выдохнул и произнес:       — Так. Ясно. Мы немедленно выдвигаемся к покоям лорда Старка. А ты жди меня здесь!       — Нет! Я тоже пойду! — вскинулась девушка. — Там мой отец!       Джоффри поморщился, будто от зубной боли, но все же махнул рукой:       — Ладно. Но держись за нашими спинами! В отличие от нас, брони на тебе нет!       Так они и пошли: впереди одоспешенные Золотые плащи во главе с Джоффом, следом приставы в кольчугах, среди которых укрывалась и Арья.       На подходах к Башне Десницы валялись трупы. Много трупов. В цветах Ланнистеров, в цветах Старков, попадались даже Тиреллы. Было ясно: схватка на подходах к комнатам, занятым лордом Старком, его семьей и свитой, была жаркой!       По пути они наткнулись на один из еще тлеющих очагов этой схватки: там, прижатый к стене, с ревом отбиваясь разом от четверых наседающих на него гвардейцев Тиреллов, рубился Пес. Нападения сзади они явно не ожидали, а потому с ними было покончено в считанные мгновения.       — Мальчик, — с натугой прохрипел Клиган. Все же, даже для такого, как он, сражение было тяжелым. — Тиреллы выступили… выступили против Старков! Королева с ними в сговоре!       — Что?! — выпучил глаза Джоффри. Арья сама не могла поверить в это. Но факт остается фактом: ланнистерские гвардейцы, за небольшим исключением, подчинялись Серсее и Джейме, а среди трупов в коридоре хватало и солдат в зеленых плащах. Заговор… — Немедленно к покоям Десницы!...       Но они опоздали. У Башни их встретила лучезарно улыбающаяся Серсея, что победоносно смотрела на Джоффри. Рядом стоял один из Алых, держащий за волосы отрубленную голову.       Голову Эддарда Старка.