Алая Волчица

      Интерлюдия: Виктарион Грейджой              Трап привычно согнулся под его весом, когда лорд-капитан Железного флота сошел на причал в порту Королевской Гавани. Виктарион Грейджой и так на голову возвышался над остальными людьми, а в тяжелых латах выглядел и вовсе как чудовище из легенд.       Их встречали. Несколько человек в черных дублетах и беретах с алыми перьями. Капитан нахмурился: уж больно однообразно выряжены были эти шуты. Кто они?       Несмотря на бытующее мнение, Виктарион не был дураком. Да, он не любил заниматься чем-то сложнее командования флотом и лезть в эту мышиную возню, называемую «политика». Он был просто исполнительным и умелым воякой. Но наблюдать и делать выводы он все же умел. Так что молодчики в одинаковой форме его насторожили.       Главный в их группе: невзрачный седоватый мужчина с белесыми глазами — вышел вперед и поклонился.       — Лорд Виктарион, — обратился он к Грейджою. — Его Величество ожидает вас.       Лорд-капитан дернул щекой, но ничего не ответил. Так же молча он и его люди двинулись следом за черноберетниками, настороженно косясь по сторонам.       Возле одного из складов их уже ждали оседланные лошади. Виктарион снова поморщился, но все-таки неуклюже вскарабкался на коня и тронул поводья. Им предстоял путь в Красный Замок.       Краем глаза он пару раз вылавливал в толпе какое-то движение, отличное от основного потока людей. За ним явно наблюдали не только парни в черном.       Впрочем, он ограничился только тем, что нахмурился и недовольно тряхнул головой. Опять мышиная возня, недостойная истинного воина. Виктарион бы и вовсе не подумал ехать на встречу с чертовым мальчишкой-королем, если бы не прямой приказ старшего брата!       Брат… Виктарион по-своему любил старшего брата. Бейлон был не таким сильным и прямолинейным, как он сам, но был истинным Кракеном. Действительно достойным быть Верховным Лордом Железных островов. И он уж точно был куда более сведущ во всей этой политической чепухе!       Так что, когда брат отдал Виктариону приказ снаряжаться в плаванье к Королевской Гавани, он поморщился, но не стал прекословить. Что бы там не написал ланнистерский ублюдок в своем письме, но это настолько удивило и заинтересовало Бейлона, что тот даже изменил своей обычной холодной манере общения, возбужденно меряя шагами пространство своих покоев все то время, что отдавал Виктариону распоряжения.       Когда лорд-капитан понял, что его, по сути, отправляют на переговоры, то скривился. Бейлон мог бы найти кого-то получше. Но, к его удивлению, старший брат как-то странно посмотрел на Виктариона и ответил:       — Ты не понял. Львенок хочет, чтобы к нему приехал именно ты!       Тогда он изумился сверх меры, но продолжил молча выполнять приказ.       Но ждать оставалось недолго: очень скоро он получит ответы на все вопросы.       Короткая поездка по грязным улочкам столицы стала для Виктариона весьма неприятным опытом. Вонь и шум, конечно, доставляли определенные неудобства, но не они по большей части раздражали лорда-капитана. Куда больше его раздражала необходимость ехать верхом.       Лошадей он не любил и не доверял им, стараясь свести общение с этими животными к минимуму. То ли дело корабль! Корабль не подведет, не предаст. Он не нагадит на мостовую и не свалится в самый неподходящий момент, устав от долгой скачки. А если и умирает, то в бою: с человеком ли, со стихией — но в бою!       Так что, когда они приблизились к Красному Замку, задница Виктариона уже была с непривычки отбита напрочь, а мысли в голове бродили исключительно мрачные.       Железные острова загнаны в угол. Со времени их последнего восстания прошло больше десяти лет, но память о том позоре была еще жива. И даже Виктарион, при всей своей непримиримости, осознавал: еще одно выступление может обойтись им очень дорого! Особенно сейчас, когда наследники Бейлона находятся в руках Волков! Одно неверное движение — и дом Грейджой будет обречен. Как и Старый Закон.       Поэтому, и только поэтому, он пересилил себя и покорно приплыл в Королевскую Гавань как переговорщик, а не захватчик. Только поэтому он безропотно трясся в седле и теперь спешивается во дворе Красного Замка, чтобы явиться пред очи Его гребанного Величества короля.       Черноберетники вели его по коридорам замка, не давая толком оглядеться. Впрочем, Виктарион и не собирался глазеть по сторонам. И вот, наконец, они остановились перед двустворчатой дверью.       Лидер отряда сопровождающих остановился сбоку от двери, всем видом показывая, что дальше лорд-капитан должен пойти один. Виктарион досадливо цыкнул, но толкнул створки обеими руками, проходя внутрь.       Это был не тронный зал, как он поначалу предположил. Помещение было довольно просторным. Из мебели в нем были только длинный стол и стулья вокруг, на которых расположились пятеро человек, при его появлении обернувшиеся к дверям.       Мальчишку-короля он узнал сразу: золотистые волосы, зеленые глаза, королевский венец — трудно было ошибиться. От самодовольного выражения на его лице хотелось блевать, но Виктарион все-таки воздержался.       Вторым был, по всей видимости Сандор Клиган — королевский Пес. Про его обожженную физиономию знал, пожалуй, каждый ребенок в Вестеросе!       То же касалось Паука Вариса: круглолицего, омерзительно-холеного евнуха. Лорд-капитан брезгливо поморщился, глянув на него, но вслух ничего не сказал.       Кем были еще двое присутствовавших, Виктарион не знал, да и знать не хотел! Он хотел побыстрее закончить все эти унизительные расшаркивания и приступить к делу. После чего так же быстро вернуться на борт «Железной Победы» — своего корабля.       — Лорд Виктарион, я полагаю! — встал со своего места Джоффри. — Для меня большая честь видеть вас в столице! — отвесил он ернический поклон. Виктарион скрипнул зубами.       — Мальчик, — проскрипел он. — Не шути со мной. Лучше скажи, — лорд-капитан вынул из поясной сумки свиток, запечатанный воском с оттиском символа дома Грейджой, — что такого ты пообещал моему брату, что он, не особенно раздумывая, послал меня на переговоры с тобой?       — Переговоры? — удивленно поднял глаза король. — О каких переговорах идет речь, милорд?       Виктарион подозрительно сощурился и пробежал глазами все уголки зала. Если не переговоры, то что здесь?...       — Вообще-то, — продолжил Джофф, — ваш брат прислал вас не для переговоров. А для того, чтобы вы как можно раньше начали вникать в свои обязанности.       — Обязанности? — глупо заморгал Виктарион. Он переставал что-либо понимать.       — Да-да, обязанности, — мило улыбнулся Джоффри. — Обязанности Гранд-адмирала Королевского Железного флота…                     Снова Джоффри              — И ты хочешь, чтобы я с пятью десятками тихоходных посудин противостоял флоту в почти двести кораблей? Серьезно?! Мальчик, — Виктарион навис над наглым молокососом, буквально источая ярость, — ты спятил.       — Хм, — протянул Джофф. — Я-то думал, что железнорожденные — лучшие моряки Вестероса. Если не всего мира. Я ошибся?       — В морском бою один железнорожденный стоит десятка слабаков с зеленых земель! — прорычал в ответ Грейджой. — Но…       — Лорд-адмирал, — веселость улетучилась с лица короля, сменившись злым, сосредоточенным выражением. — Мне как-то слабо верится в вашу трусость, так что я смею предположить, — он наклонился вперед, впериваясь взглядом в глаза Виктариона, — что вы попросту забыли, о чем мы договорились с вашим братом и с вами.       Вспыльчивый кракен сжал кулаки и заскрипел зубами — крыть ему было нечем, и Джоффри это знал.       То, что он предлагал железнорожденным в обмен на службу, было для них не только давней мечтой, но и, считай, спасением! Конечно, в этом предложении крылся риск, причем немалый, но, как считал юноша, оно того стоило.       Эдмар Талли, восставший против законного короля и, более того, дерзко объявивший о независимости Речных земель, ссылаясь на «старые времена», не учел одного. В эти самые «старые времена» Речными землями правили железнорожденные, возглавляемые домом Хоаров. И с тех пор, как Эйгон Таргариен выбил их оттуда и отдал власть над регионом владыкам Риверрана, лорды Железных островов мечтали вернуть себе утерянные владения!       И милостивый король Джоффри готов был дать им возможность вернуть прежние богатство и могущество. Далеко не в полном объеме, разумеется, и с определенными условиями, но тем не менее — вполне реальную возможность!       Конечно, решение отдать железнорожденным Речные земли могло показаться откровенно глупым, недальновидным решением. Потому что сейчас Железные острова мало что могли противопоставить остальному Вестеросу. Отсутствие на каменистой родине Виктариона достаточного количества деревьев делало постройку достаточного количества кораблей для полноценного флота невозможной. Нынешний Железный флот состоял дай Боги из пятидесяти кораблей, большая часть которых — легкие и верткие ладьи. При напряжении всех сил они могли построить еще столько же. Но хватит этого флота только на один-единственный раз, не более. Другого шанса у железнорожденных не будет.       Да и толку от этого шанса, если наследники Бейлона находятся в руках Робба Старка. Не станет их — и на доме Грейджой можно было ставить крест.       Но дай им во владение Речные земли — и расклад тут же поменяется! В распоряжении Железного флота будут массивы лесов от Закатного моря до Кровавых врат!       Но Джоффри предусмотрел это. И к тому времени, как Речные земли обретут новых хозяев, Железные острова вообще и Грейджои в частности уже будут связаны с домом Ланнистеров настолько плотно, насколько это вообще возможно.       В конце концов, он же хотел удачно пристроить Мирцеллу. А тут такое пространство для маневра!       Виктарион Грейджой поначалу был в совершеннейшем шоке. Ведь, по сути, его брат Бейлон продал его в услужение Железному трону. Пусть и в качестве целого Гранд-адмирала, но все же!       Но когда Джоффри побеседовал с ним наедине, в глазах сурового воина зажегся огонек лихорадочного интереса. Помимо перспектив вернуть земли, которыми железнорожденные владели сотни лет до Эйгона, Джоффри говорил Виктариону о далеких землях Эссоса и Соториоса, где наверняка таятся не меньшие, а то и большие богатства, чем в Вестеросе. И что, если Железный флот будет служить государству под его управлением, все эти сокровища железнорожденные смогут прибрать к рукам! Как они любят: платя железную цену.       Он говорил и говорил, умело лавируя и завораживая собеседника узорами полуправды. Как говорил лорд Тайвин, лучше всего избегать открытой лжи, чтобы потом, в случае вскрытия правды, не потерять лица.       Джоффри видел: этот человек, если правильно с ним себя вести, станет его с потрохами! Нужные слова, выполненные обещания, головокружительные перспективы и парочка побед — вот и все, что было для этого нужно.       И, пусть со скрипом, с грязной руганью и проклятьями, но Виктарион Грейджой приступил к обязанностям мастера над кораблями. Или Гранд-адмирала, как переименовал эту должность Джофф.       Тем временем события стали развиваться куда стремительней, чем хотелось бы юному королю…              — Как убит?! — воскликнул Джоффри, вскакивая со своего кресла во главе стола в зале Малого совета. — Каким образом?!       — Колдовство, мой король, — проговорил с серьезным выражением лица Варис. — Темное колдовство. Ваш дядюшка Станнис с некоторых пор держит при себе женщину…       — Да-да! Алую ведьму, — раздраженно потер переносицу Джофф. — Но разве жрицы этого демона Р’глора умеют убивать на расстоянии?       — Я никогда не слышал о такой магии, Ваше Величество, — поклонился Паук. — Но выходит, что так.       Конечно, Джоффри уже знал подробности инцидента в лагере Ренли, в результате которого младший из братьев Баратеон был убит. Домерик умудрился нанять шпионов в армиях как Станниса, так и Ренли — и они исправно поставляли информацию о происходящем там в Королевскую Гавань. Но Варису об осведомленности короля знать не стоило. Потому что будущему трупу подобные знания все равно ни к чему. Так что юноша усердно изображал дурачка с деспотическими замашками, подспудно готовя убийство скользкого евнуха.       Единственное, о чем искренне жалел Джоффри, так это о том, что в армию покойного Ренли не удалось внедрить кого-то из Багряной Стражи. Да что там: они просто не успели! Пришлось довольствоваться обычными предателями, как в случае с Ваксли. Потому что появление леди Кейтилин было просто-таки подарком судьбы! Если б была возможность, Джофф предпочел бы похитить её и привезти в Королевскую Гавань. Ну хотя бы для того, чтобы сделать приятное Арье — её бы встреча с матерью взбодрила. Но поручать такое дело посторонним, непроверенным людям было слишком рискованно, а потому Кейтилин Старк ушла из взбудораженного лагеря Ренли невозбранно.       Что касается последствий произошедшего с Ренли, то все они имели крайне негативный характер по отношению к Джоффри.       — Во-первых, — рассуждал он перед ближним кругом, расположившимся в покоях короля. Арья, Домерик, Пес и Мия. Квиберн был кандидатом на вступление в этот круг, но пока что Джофф сомневался в нем. Виктарион… он пробыл в столице слишком недолго, и ещё меньше Джоффри знал его, но в конце концов планы были и на него. — Во-первых, Станнис получил минимум двадцать тысяч человек пополнения в свое войско. Эти рыцари Простора — те еще шлюшки, раз склоняются перед каждым, кто покажет хотя бы подобие силы! — скривился Джофф. — Во-вторых, — при этих словах он опрокинул в себя половину кубка, — красная жрица. Она каким-то образом прикончила Ренли на большом расстоянии. Если она сможет провернуть такой же фокус здесь, со мной…       Все молчали. А чего говорить? И так все ясно. Противостоять колдовству невозможно. И если Джоффа решат прикончить таким образом, шансов почти не было.       — Джофф, — проскрипел Пес. — Что касается твоего плана. Почему именно…       — Дикий огонь? — обернулся к нему с улыбкой Джоффри. Клиган судорожно сглотнул. В глазах юного короля горел тот самый безумный огонек, который Пес знал не понаслышке. Опасный огонек. — Потому, Пес, что эффективность огня в деле борьбы с мятежниками доказал еще Эйгон Завоеватель. Наглядно доказал!              — Услышь мой рев! — разнесся крик над берегом, освещенным жутким зеленым светом пылающей реки. Ему вторил настоящий львиный рык: Полдень метался по полю боя, разрывая попадающихся ему навстречу солдат Станниса на части, практически игнорируя такие мелочи как стеганки и кольчуги.       Черноводная полыхала!       Их план, который привел в такой ужас Пса, заключался в том, чтобы перекрыть залив Черноводной огромной цепью и, когда вражеский флот угодит в узкое пространство, поднять её и поджечь корабли Станниса Диким огнем.       Помимо Клигана, план крайне не одобрил Грейджой. Ему претила сама мысль о таком совершенно подлом, чудовищном уничтожении целого флота! Но, поворчав, он все-таки признал отсутствие альтернативных вариантов. Несмотря на достаточно высокий боевой дух легионеров и горожан, численный перевес Станниса был чудовищен! Он бы взял город, попросту завалив его телами. Но…       Но вмешалась Гильдия Алхимиков.       Джоффри усмехнулся. Старичок Эйрис был тот еще психопат! Держать такую прорву горшков с Диким огнем в подземельях под Красным замком — это же надо было быть действительно на голову отбитым придурком! Как хорошо, что дядю… то есть отца Джоффа прозвали Цареубийцей! Теперь это прозвище действительно вызывало в короле уважение к его носителю.       Но в то же время, он был благодарен покойному Безумному королю за его… запасливость. Потому что почти все эти горшки пошли на то, чтобы уничтожить флот Станниса Баратеона.       И вот всадники в цветах Запада, Севера и Королевских земель носились по берегу горящей реки, пытаясь отразить прорвавшийся десант, что высадился-таки на северном берегу.       Что очень сильно удивило Джоффри, так это выход Сандора Клигана на поле боя, хотя, зная страх Пса перед огнем, Его Величество милостиво разрешил своему лорда-легату остаться внутри стен города и командовать обороной оттуда.       Но не прошло и получаса с момента выхода конницы защитников за стены, как в их рядах появилась фигура огромного всадника в черных латах и характерном шлеме в форме песьей головы.       Но, несмотря на то, что посреди реки разразился сущий ад, уничтоживший две трети вражеских сил и практически весь королевский флот, расклад оставался не в пользу защитников.       В какой-то момент Джофф понял, что их окружают. Просто, банально берут массой, окружая со всех сторон. Воинов в цветах дружественных домов или хотя бы в накидках Легиона, вокруг не осталось. Разве что чуть в стороне рубился всадник в собакоголовом шлеме. Враги все прибывали, а та горстка легионеров, что сражалась пешими, таяла на глазах.       Колдунья тоненько заржала и встала на дыбы, заставляя Джоффа вцепиться в поводья.       «Нет! Только не сейчас, нет!» — судорожно метались мысли, а взгляд уперся в два арбалетных болта, что впились в шею любимой кобылы короля.       С тяжелым, надсадным хрипом несчастное животное осело на землю. Джоффри еле успел освободить ноги из стремян и перекувырнуться, чтобы не быть придавленным телом лошади.       Времени скорбеть по любимице не было. Воины Станниса приближались.       Как-то само собой так получилось, что выжившие легионеры во главе со своим легатом сомкнули строй вокруг короля. Три десятка — из почти пяти сотен, что вышли вслед за рыцарями из ворот города. Плюс громогласно рыкающий, но все равно затравленно отступающий вслед за строем, Полдень.       Их окружали солдаты Станниса — с озверевшими, покрытыми копотью рожами. В самый раз для людей, только выбравшихся из ада.       Это был конец. К воротам им пробиться не позволят. Самого Джоффа если и возьмут в плен, то это будет плен похуже самой смерти.       «Интересно, что Станнис сделает с Арьей? А с Серсеей? Конечно, зная его нравы, может и не стоит беспокоиться за честь волчонка, но… Но эти зверские рожи!» — Джоффри стиснул зубы, отбрасывая сомнения. «Когда это полководец полностью контролировал своих солдат настолько, чтобы запретить им мучить и насиловать? А после такого «теплого» приема в намерениях солдат относительно женщин города и замка не остается сомнений. Так что…» — Джоффри вздохнул. «Эй, Семеро! Ну или Единый, как вас там… Я, конечно, дерьмовый верующий. И рыцарем так и не сподобился стать. Но я прошу вас! Отец, Воин, Дева, Мать, Старица, Кузнец, Неведомый в конце концов! Сейчас я умру. Но Арья — мой волчонок! — должна жить! Пусть её не тронут! Пусть Станнис успеет и вырвет её из лап своей солдатни! В конце концов, она не виновата в том, что стала женой бастарда Цареубийцы. Пусть живет..,»       На такой светлой ноте Джофф уже хотел поднять меч и отдать команду на самоубийственную атаку, как вдруг…       Рог. Гулкий, будто звучащий из толщи пылающей воды звук рога.       И рев. Рев сотни глоток.       А в следующий момент строй атакующих дрогнул. Впрочем, легионеры Джоффри, да и сам Джофф, тоже почувствовали себя крайне неуютно.       Потому что в ряды солдат Станниса ворвался Демон!       Огромный, закованный в бронзовые латы великан с диким ревом размахивал двуручной секирой, круша черепа, шлемы и доспехи с одинаковой легкостью! На его голове Джоффри различил шлем в форме Кракена.       «Чертов Грейджой!» — мелькнула мысль. Но, несмотря на раздражение и лихорадку боя, Джоффри быстро сориентировался, дав приказ к отступлению.       Безумный натиск Гранд-адмирала и его людей дали легионерам возможность отступить к воротам. Джоффри задержался, ожидая Виктариона. И не ошибся: чертов кракен шустрой рысцой двигался к воротам.       — Что, мальчик, жить надоело?! — рявкнул он, бешено вращая глазами.       — О, отнюдь, — жизнерадостно заржал Джоффри. — Глядя на вас, лорд адмирал, понимаешь, что жить стало лучше, жить стало веселее.       Над догорающей Черноводной занимался рассвет…