Кэффри - прошлое или будущее?

      Посадка на самолет прошла гладко. Питер, Нил и оба подростка без труда прошли предполетный контроль и теперь пытались с максимальным комфортом устроиться на своих местах. Наблюдая за неловкими и несколько скованными движениями друга, Питер мысленно вновь возвращался в ту комнатушку заброшенного дома, откуда ему на пару с Джонсом пришлось вытаскивать едва стоящего на ногах Кэффри. Сейчас нога Нила была качественно загипсована, однако это нисколько не облегчало бывшему консультанту жизнь — передвигаться с помощью костыля было все так же неудобно, как и два дня назад.       Вздохнув, Питер нехотя отвел взгляд от друга и огляделся вокруг. Уже объявили окончание посадки, а на борту самолета так и осталось несколько свободных мест. Усмехнувшись про себя, Питер подумал, что некоторые из них могли бы достаться Джонсу и Моззи, однако эти двое неожиданно дружно объявили, что намерены задержаться в Сакраменто еще на пару дней. Переубеждать их Питер не стал, в глубине души даже радуясь подобному решению. Бёрк был уверен, что детектив Прайс непременно доберется до всех сотрудников International Leader, причастных к незаконной деятельности в Сакраменто, однако считал, что Джонс и Моззи могут значительно облегчить его задачу.       Самолет уже парил в воздухе, когда, казалось бы, задремавший Нил вдруг пробормотал:       — Спасибо.       Нахмурившись, Питер обернулся к сидящему рядом Кэффри.       — За последний день ты уже несколько раз поблагодарил и меня, и Джонса. Причем как за собственное спасение, так и за помощь Николь, — улыбнулся ФБР-овец.       — Не за это, — покачал головой бывший консультант, не спеша улыбаться в ответ.       — За что тогда? — удивился Бёрк.       — За то, что поверил ей.       — Что ты хочешь сказать?       — Ты был уверен, что я погиб четырнадцать лет назад. Ты не знал о существовании Ники, и ты имел полное право не верить ни одному ее слову.       — Во-первых, Эл была первой, кто услышал ее историю, — хмыкнул федеральный агент. — А ее интуицию обмануть сложно. Во-вторых, она заявила, что ее зовут Николь Кэффри, а при общении с владельцами этой фамилии я уже давно научился не делать поспешных выводов, прекрасно зная, на что они способны, — Питер на мгновение умолк, а затем с особым удовольствием продолжил. — В-третьих, с чего ты взял, что я поверил ей на слово?       — То есть, ты хочешь сказать, что…       — Тест ДНК, — кивнул Питер.       — Когда? — подскочила сидящая впереди Николь, очевидно, все это время нагло подслушивающая разговор взрослых на пару с сидящим рядом другом.       Питер довольно улыбнулся и промолчал.       — Кто? — в отличие от дочери, Кэффри отреагировал на заявление федерала спокойно, даже удовлетворенно улыбнулся.       — Наша общая знакомая из Вашингтона.       — Диана? — хмыкнул Нил. — Кое-что слышал о ее переводе… Как у нее дела?       — Она настоятельно рекомендовала передать тебе, чтобы ты не вздумал показываться ей на глаза в ближайшие пару месяцев.       — Думаю, не стоит пренебрегать ее советом.       — Не стоит, — улыбаясь, кивнул федеральный агент.       — Вы не против, если я немного вздремну? — пытаясь подавить зевок, пробормотал Нил Кэффри несколько минут спустя.       Питер пожал плечами, Бёрк младший воспитанно промолчал, не докучая своими советами, и только Ники тихо пробормотала:       — Я разбужу тебя, когда мы прилетим.       — Спасибо, малышка, — улыбнулся Кэффри, закрывая глаза.       Спустя несколько минут бывший консультант уже спал. Питер тоже постарался расслабиться, однако так и не смог последовать примеру притихшего напарника. Вместо этого агент сквозь полуприкрытые веки рассматривал наблюдающую за спящим отцом девочку, так и не обернувшуюся обратно. Казалось, Николь ловила каждый вдох и выдох своего родителя, непроизвольно подстроившись под его ритм. Лицо ее приобрело крайне задумчивый вид, и Бёрку оставалось только предполагать, о чем задумался сидящий впереди подросток.       Питер сам не заметил, как с головой окунулся в поток мыслей, переплетающихся друг с другом и поглощающих его разум, словно глубокая вода — тело.       Бёрк все-таки закрыл глаза, однако из мгновенно заполонившей все вокруг темноты медленно просочилась фигура Чарльза Бейкера. Мистер Бейкер самодовольно усмехался, поглаживая свой черный дипломат, в недрах которого когда-то скрылась злосчастная микросхема. Теперь Питер прекрасно понимал, почему преступникам так хотелось ее вернуть. Моззи, взломав основную защиту и пробившись внутрь устройства, смог перекачать все данные на свой компьютер и замести все следы своего проникновения прежде, чем Бёрку пришлось забрать микросхему, чтобы выполнить условия сделки.       Расшифрованные позже коротышкой файлы дали ответ на многие вопросы полиции и федеральных агентов. Файлы в микросхеме хранили подробную информацию о замешанных в преступной деятельности сотрудниках International Leader, их банковские счета, отчеты… Одним словом, эта микросхема была доказательством существования той самой обратной стороны компании. И Питер вовсе не был удивлен, когда, взломав очередной файл накануне вечером, Моззи удивленно хмыкнул и на немой вопрос федерала прочитал отчет одного из лондонских сотрудников о удачно ликвидированной проблеме. Разумеется, это было далеко не все, что скрывало в себе это безобидное с виду устройство. Некоторые файлы вызвали особый интерес федеральных агентов, и Бёрк поймал себя на мысли, что в первую очередь ему, пожалуй, придется связаться с Интерполом и Агентством Национальной Безопасности. Удивительно, насколько широким может быть спектр услуг у компании, занимающейся международными перевозками…       Чарльз Бейкер исчез в темноте столь же неожиданно, как и появился. Практически сразу Питер оказался в той самой злополучной комнате. Он с сочувствием наблюдал за тем, как безликая темная фигура, склонившись над непривычно тихим Кэффри, что-то вводит в организм пленника с помощью шприца. Теперь Питер понимал, почему мистер Бейкер был так хорошо осведомлен о своем противнике — с тем веществом, которым накачали Нила, удержать язык за зубами не смог бы никто…       С трудом развеяв образ преступника, Питер постарался вернуться к микросхеме. Он поймал себя на мысли, что Кэффри так и не объяснил ему, как она попала ему в руки. Хмыкнув про себя, Бёрк поставил для себя заметку — выяснить это при первой же возможности.       На какой-то момент федеральный агент полностью отрешился от всего, погрузившись в тихую пустоту, и уж было решил, что вот-вот окажется во власти сна, когда до него долетел приглушенный голос Николь:       — …я бы хотела остаться в Нью-Йорке.       — Скажи ему об этом, — посоветовал столь же тихий голос Нила Бёрка.       — Думаешь, он согласится? — неуверенно пробормотала девочка.       — Мой отец всегда был уверен, что Нью-Йорк — любимый город твоего отца.       — Почему тогда он ни разу не возвращался туда?       — Спроси его, — тихо прошептал мальчик, а затем вдруг усмехнулся. — А если не получится, то попросим помощи у мамы. Моззи всегда охотнее делился мыслями с ней, чем с отцом. Может быть, с твоим это тоже прокатит?..       Питер, не открывая глаз, усмехнулся. Если дело дойдет до чего-то подобного, то он с радостью составит детям и Эл компанию. Питер не знал, куда вознамерится отправиться Кэффри, когда более-менее придет в себя, однако мысль о том, что Нил и Николь могут осесть где-нибудь в Нью-Йорке, неожиданно приятно грела душу…       Еще несколько недель назад «Кэффри» было прошлым, безвозвратно потерянным и недосягаемым. Однако сейчас оно словно феникс возродилось из собственного пепла, и Бёрк готов был приложить все усилия, чтобы у этого настоящего появилось будущее…