Попробуй убежать

      POV Автора.       Чонгук работал на износ, пытаясь сделать всё, чтобы вызволить Сумин. Он ненавидел Мина Юнги, ненавидел этот чёртов клуб, однажды даже понял, что ненавидит Пака Чимина. Именно из-за него пострадала невиновная девушка.       Родители стали замечать, что с парнем что-то не так. Он вечно метался по дому, орал «Чёрт!», а потом вечером пропадал. Мать думала, что у сына наконец-таки завязались отношения, и тихо радовалась, но потом Чонгук сам всё опровергнул.       — Какая ещё к чёрту девушка? Работа, работа, и ещё раз работа! — пробубнил однажды Гук.       Старший брат только качал головой. Впрочем, как и отец.       Засыпая после смены, Чонгук всё больше понимал, что хотел убить Мина Юнги. В его глазах так и стояла картина изнасилования Сумин. Как же его тогда накрыла ненависть и презрение. Как в тот момент он хотел разнести дверь к чертям. Но Чимин останавливал парня раз за разом.       — К чёрту!       Одним вечером он всё же не стерпел, продумывая план мести. Он хотел разнести башку «этому чёртову уроду». Впервые в жизни он кому-то так сильно желал смерти.       Сначала он найдёт Мина Юнги в «Логове дракона». Потом позовёт его выпить. И задушит голыми руками.       С этими мыслями он позвонил Чимину.       — Ты совсем больной? Я на смене, — грубо сказал Пак. — Иди спать. Тебе завтра в школу.       — Но, хён…       — Бля, просто иди спать. Понимаю, тебе не терпится вызволить мою сестрёнку, но терпи. Просто терпи. Спокойной ночи.       — Ты найдёшь меня в «Логове дракона», — сказал Чонгук, отключая телефон и не слыша чиминовское «что?!»       Оделся парень предельно легко и выскочил на улицу через окно. Боли он не чувствовал — ненависть и адреналин подгоняли его вперёд, заставляли делать то, после чего он будет страдать.       Он не знал, с чем столкнётся.       Сегодня мир выглядел более серым, чем есть на самом деле. На него в школе косились — парень явно стал злее, перестал улыбаться. Перестал быть душой компании. Это заметили все — от учителей до младшеклассников. И все думали, что виной этому — пропавшая Пак Сумин.       Чонгук чувствовал, что после этого похода что-то изменится. Что — он не имел понятия. Но определённо с миром будет что-то другое, если он придёт в клуб. Не боясь ничего, он шёл навстречу переменам, сжав зубы и мечтая убить этого ублюдка, который насиловал Сумин.       Мин Юнги, крашеный в блондина, сидел за барной стойкой и хохотал во всё горло. Клиенты косились на него, одна из танцовщиц расположилась на его коленях. Она заливала в себя алкоголь и пыталась привлечь к себе внимание парня, но Юнги на неё не отвлекался.       — Мин Юнги! — Чонгук грубо толкнул парня в плечо.       — О, смертник объявился, — на его коленях сидела Мина, та самая девушка, которая в своё время купила презервативы в магазине, где работал Чонгук. — Ну что, привет.       — Свалила, — Мин спихнул девушку на пол и повернулся к Гуку. — Чон Чонгук… рад встрече, однако. Выпьем?       — Я сюда пришёл не пить с тобой, а…       — Да брось ты. Сумин уже согласилась жить на моих условиях.       — Не произноси её имя. Ты не имеешь на это права.       — К счастью, имею. И её тоже. Имею, — давя на маленькие кнопочки парня, Юнги зло улыбался. — Чего никогда ты себе представить не сможешь. Только если почитаешь свои, ха, журнальчики.       Щёки Чонгука начали заливаться краской от злости. Нам Джун увидел это и хотел резко сказать, что малолеткам не место в данном заведении, как Чон набросился на Юнги с криком «Ненавижу!»       Всё случилось в один момент. Реакция Мина была слишком быстрой. Он выхватил из кобуры пистолет и направил его на живот парня. Чон расширил глаза.       — Ещё одно движение — и я выстрелю, ублюдок. И разнесу твои кишки по всему клубу, — угрожающе зашипел Юнги.       — Сначала верни мне Сумин.       — Я предупредил.       — Верни мне Пак Сумин, ёб твою мать!       — Да пошёл ты на хуй!       И с этими словами Мин Юнги выстрелил.

* * *

      Едко пахло сигаретным дымом, мятной жвачкой и крепким алкоголем. Софиты то освещали пустое пространство, то вновь скрывали помещение во мраке. Это мельтешение раздражало бармена, который уже битый час пытался стереть кровь с пола.       — Понаедут, блядь, всякие, — Нам Джун раздражённо кинул тряпку в воду. — Мин, твою мать, Юнги, ты совсем охуел?!       — А если и охуел, то что? — парировал Юнги. — Нам Джун, это мои тёрки.       — Ты пустил малолетке несколько пуль в живот!       — Ну, жалко, что до него не допёрло, что со мной связываться опасно, — развёл руками Мин. — Мне-то что? Одним пиздюком больше, одним меньше.       Бармен взвёл глаза к потолку. Снова Юнги выкидывал что-то такое, от чего страдали другие. Если же бар закроют, то Юнги придётся бежать. Далеко. Но Нам Джун всё равно найдёт его — в прошлом он был одним из лучших разведчиков, хоть Ким был достаточно неуклюжим.       — Вали отсюда, хён, — сказал Нам Джун. — Просто не появляйся тут некоторое время. Хоть, блядь, рабыню свою отпускай и беги.       — Хорошо, — Юнги просто забрал большую спортивную сумку и направился к выходу. — Бывай.       Нам Джун достал из холодильника бутылку коньяка. Вынув пробку и почувствовав лёгкий аромат спирта и фруктов, парень сделал пару больших глотков. Покачав головой, убрал бутылку назад и продолжил своё муторное занятие.       — Пиздец.

* * *

      — Быстрее! В операционную!       Чонгук будто сквозь вату слышал все слова, которые говорили врачи. Сердце гулко билось в груди, живот сводило адской болью, он старался не метаться на каталке, но боль заставляла его виться как ужа на сковородке.       Всё перед глазами расплывалось. Он помнил злые глаза Мина Юнги, а потом страх во взгляде бармена. Помнил, как вызвали скорую. Помнил, что руки Мины были в крови — девушка со своими скудными врачебными знаниями пыталась остановить кровь, хлещущую из живота.       Нам Джун что-то орал и хлестал тряпкой по Юнги, но старший был безучастным. Не понятно, о чём он думал. Наверно, о том, что скажет Сумин. И только когда Чонгук начал заходиться в кашле от боли, он наконец-таки соизволил посмотреть на парня.       — Я ненавижу этих грёбаных малолеток.       За окном стояла тёмная ночь, когда парень, целиком обвязанный бинтами, очнулся от наркоза. Его тело почти не двигалось, даже дыхание вырывалось с трудом.       Но всё же после пулевых ранений он выжил. Хотя мог и не выжить.       — Чонгук, ты очнулся… наконец-таки…       Чонгук с трудом повернул голову в сторону своего старшего брата. Он вздохнул и хлопнул ладонями по коленям, выражая своё недовольство. Ему было неприятно, что Чонгук попал в неприятности. А уж тем более — связался не с обычным киллером, а с якудза.       — Чёрт бы тебя побрал, — старший брат подошёл к младшему. — Ты хоть зачем с ним связался?       — Он девушку украл… — Чонгук прикрыл глаза.       — Кого украл? Чонгук, ты меня слышишь?       — Пак Сумин… — еле говорил парень. Судорога прошлась по его телу. — Хён, оставь меня… мне больно…