И смерть не разлучит нас

Мощный толчок, и с полок и прикроватных столиков тут же все слетело на пол. Корабль тряхнуло, будто в него вцепился кракен или мифический египетский Апоп, и Криденс едва не ударился головой об изголовье. Он резко сел, на соседней кровати завозился Якоб, выпутываясь из одеяла. — Что это было? — прохрипел тот спросонья, и Криденс тревожно выглянул в окно, но там было черно. Он выбрался из постели и, шустро нацепив ботинки, в одной пижаме выскочил из каюты, напоследок сказав «я узнаю, что случилось», прежде чем дверь захлопнулась. В коридоре он едва не налетел на сестер, успевших накинуть халаты поверх ночных сорочек. — Кораблекрушение, — прошептала Куини, прижав ладони ко рту. — Не знаю. Возможно, — оглядываясь по сторонам, ответил Криденс и забарабанил по двери своей каюты. — Якоб! Изнутри послышалось чертыхание, но Криденс не стал ждать и, протиснувшись мимо Тины, побежал по коридору к лестнице, ведущей на палубу. Он успел подняться только до середины марша, когда путь ему преградил Тесей. — Спокойно, мистер Бэрбоун, не стоит поддаваться панике, — буднично заверил он, обойдя Криденса, и шустро спустился вниз, проехавшись ладонями по перилам. — Но корабль… — Корабль получил пробоину ниже ватерлинии, но это не значит, что через десять минут мы окажемся на дне Нила, — объяснил он, но эти слова явно не успокоили Криденса, прожигавшего его неверящим взглядом. — Однако будьте готовы спешно покинуть судно, — снисходительно добавил старший Скамандер. За спиной Криденса зашумели остальные пассажиры, покидавшие свои каюты в пижамах и ночных рубашках. Вид уверенного и невозмутимого Тесея произвел на них положительный эффект: вместо того, чтобы поддаться панике, кинуться собирать вещи и покинуть корабль, они принялись возбужденно обсуждать происшествие. Следом за Скамандером по лестнице сбежал вниз помощник капитана. Попросив присутствующих не беспокоиться раньше времени, он подскочил к люку, ведущему в трюм, распахнул крышку и спустился вниз, исчезнув из виду. Тесей решительно последовал за ним, напоследок хлопнув Криденса по плечу: — Узнаю, в каком там все состоянии. Сглотнув слюну, Криденс поднялся по лестнице на верхний ярус, вышел на палубу и поежился: легкий ветер, влажный воздух и тихая почти беззвездная ночь. В одной пижаме ему тут же стало холодно, но, переборов себя, он подскочил к самому борту, надеясь что-нибудь рассмотреть. Корабль все еще продолжал движение. — Скорее всего, мы с чем-то столкнулись, и нам пробило корпус, — раздался из-за спины голос, и Криденс круто развернулся. Рядом стоял Грейвз. — Я не успел уйти спать, когда это произошло, — признался он. — Чуть не вылетел за борт. — Мистер Скамандер отправился в трюм вместе с помощником капитана, чтобы выяснить состояние корабля, — поделился с ним Криденс. — Ну конечно. Мистер Скамандер, — усмехнулся Грейвз. — Сейчас не самое удачное время иронизоровать, — заметил Криденс, перевесившись через борт, чтобы рассмотреть корпус. Казалось, что корабль невредим, пузырей не было… однако это не означало, что судно не наполняется водой – медленно, но неумолимо. Как раз в это мгновение мимо них проскочил капитан – приземистый крепкого сложения египтянин – и быстро сбежал по лестнице к пассажирским каютам. — Сохраняйте спокойствие! — так громко велел он, что Грейвз и Криденс отчетливо услышали каждое слово даже на палубе. — Да, корабль тонет. Прошу вас быстро собрать все необходимое – по одной сумке на человека, а затем подняться на палубу. Через десять минут мы будем рассаживать людей в шлюпки. — Спокойная эвакуация. Разве такое возможно? — мрачно спросил Криденс. — Корабль может тонуть несколько часов, — объяснил Грейвз и пошел следом за капитаном. Криденс не отставал. — Но наши инструменты… — Забудь про инструменты. Мы должны выбраться живыми, — резко ответил Грейвз, обернувшись, и столкнулся взглядом с Криденсом, застывшим парой ступенек выше. — Ты понял меня? Тот медленно кивнул, будто завороженный, и Грейвз с трудом заставил себя отвернуться и идти дальше. В коридоре уже никого не было, все двери были распахнуты – пассажиры пытались собрать свой скарб: кто-то молча и методично обыскивал каюту, кто-то ругался, одна из египтянок все же плакала, пока муж довольно резко пытался ее образумить. Не успел Криденс зайти к себе, как из трюма показался Тесей. — А, господа. Пробоина небольшая, но мы стремительно идем на дно. — Где помощник капитана? — оживился Криденс. — Пытается закрыть течь, чтобы выиграть нам время, — охотно ответил Тесей. — Я помогу ему, — твердо заявил Грейвз и подступил к трюму, но Скамандер преградил ему путь. — Пакуйте свои вещи, мистер Грейвз. — Черта с два. — Прошу вас… — взмолился Криденс. — Помощник капитана и капитан велели собираться и покидать корабль. Судно – их забота, не ваша, — жестко ответил Тесей. Криденс еще ни разу за прошедшие сутки знакомства не видел его таким непреклонным. — Вы слишком много на себя берете, — приблизившись почти вплотную, угрожающе проговорил Грейвз. — Как и вы, надо полагать, — широко улыбнулся в ответ Тесей. Глаза его были холодны. — Идите к дьяволу, — рыкнул Грейвз и, толкнув Скамандера плечом, направился к своей каюте. — Мы окажемся у него раньше, чем вы успеете сказать «Анубис», если продолжите тянуть время, — крикнул вдогонку Тесей. Когда Грейвз оказался в комнате, где профессор спешно собирал чемоданы, из коридора послышался обеспокоенный голос Тины. — Трюм уже затопило? Там наши палатки и инвентарь! — Боюсь, с ними придется проститься, — ответил ей Тесей, и Грейвз скрипнул зубами, сваливая на кровать вещи. — Советую не забыть прихватить деньги – у бедуинов помимо верблюдов можно будет купить и все остальное. Извините, я пойду, потороплю брата. Вещей у Грейвзa было немного, и сборы заняли не больше пары минут, пока он заталкивал одежду и прочие личные вещи в сумку. Пистолет он предусмотрительно засунул во внутренний карман легкой куртки. — Такая напасть, мистер Грейвз, — недовольно прокомментировал Гриндельвальд, обшаривая каюту. — Как нарочно, да? — съязвил тот. — Что вы имеете в виду? — Угадайте. Не дождавшись профессора, он закинул сумку на плечо и вышел за дверь, чтобы заглянуть в каюты и поторопить остальных, но на этаже, к счастью, уже почти никого не было: все толпились на палубе, прихватив с собой явно больше, чем по одной клади на человека, надеясь разжалобить капитана. Остановившись рядом со спуском в трюм, Грейвз огляделся по сторонам и, никого не заметив, ступил на верхнюю ступеньку. Он уже торчал из люка примерно на уровне плеч, когда из каюты очень некстати вышел Тесей, и следом за ним появился Ньют, прижимая к груди чемодан. — Мистер Грейвз!.. — с чувством произнес старший Скамандер, но тот, бросив полный презрения взгляд, продолжил спускаться вниз. — Учтите! Мы не будем вас ждать! Воды в трюм набежало почти до середины бедра – вещи плавали, по левому борту громоздились сваленные в кучу мешки, между которыми сочилась вода. Тяжело ступая в намокших брюках, Грейвз прошелся по всему трюму, бегло обшаривая его взглядом, но не заметил присутствия помощника капитана. — Сквозь землю что ли провалился, — недовольно проговорил он, направляясь дальше в сторону кормы. Прибывающая вода, деревянные стены – все это пугающе напоминало Грейвзу его вчерашний сон, когда он тонул в саркофаге. Он не верил в вещие сны, однако оценил иронию, нехорошо усмехнувшись. — Эй! Есть тут кто-нибудь? — громко крикнул он, но ему никто не ответил. — Эй! Тишина. Ни шороха, ни движения, ни стона, только журчание воды и приглушенный шум пассажиров, доносившийся с палубы. Плюнув на свою затею, Грейвз вернулся назад и стал взбираться по почти вертикальной лестнице – ботинки и брюки были насквозь мокрыми. — Нашли, что искали? — невозмутимо спросил Тесей, на которого он тут же наткнулся, поднявшись наверх. Остальные пассажиры под командованием капитана уже рассаживались в спущенных на воду шлюпках. — Прошу вас, это вещи моей матери! — взмолилась одна из женщин, но ее супруг, отобрав сумку, зашвырнул ту в реку. — Спрятали тело? — Грейвз покосился на Тесея, и тот нехорошо улыбнулся. — А как вы полагаете? «Издевается», — процедил про себя Грейвз, твердо решив разобраться со Скамандером на берегу. Последним на палубу вышел профессор Гриндельвальд, нагруженный рюкзаком и чемоданом. — Я отправлюсь к берегу вплавь, если вы попытаетесь мне запретить взять с собой вещи, — пригрозил он отрицательно замахавшему руками капитану. — Прошу вас, не толпитесь, у нас еще есть запас времени! — крикнул капитан пассажирам медленно уходящего на дно Нила судна.

***

— Нам нужен правый берег реки, — напомнила Тина, когда они ввосьмером отплыли от корабля на небольшое расстояние. Грейвз к своему неудовольствию налег на весла вместе с Тесеем, сидящим рядом с ним. — Который сейчас час? — поежившись, спросила Куини, с тоской наблюдая за тем, как корма корабля медленно уходит под воду. Капитан покинул свое судно в последней шлюпке. Помощника капитана Грейвз среди пассажиров так и не увидел. — Глубокая ночь, — нервно усмехнулся Криденс, обнимая себя руками, чтобы согреться. — Начало четвертого, — поправил его Гриндельвальд, взглянув на часы на цепочке, которые хранил в кармане жилета. — Значит, рассвет будет через три часа, — подвел итог Грейвз, гребя спиной вперед в сторону берега. Непонятным образом им с Тесеем все же удалось добиться синхронности и слаженности действий; шлюпку не болтало из стороны в сторону, и они могли плавно двигаться. — Персиваль, почему ты весь мокрый? — спросил Якоб, наконец, отойдя от шока. — Мистер Грейвз решил взять на себя обязанности, о которых его не просили, — ответил вместо него Тесей и, развернувшись вполоборота к Грейвзу, хитро улыбнулся. Грейвз почти перестал закипать каждый раз, когда его терпение намерено испытывали, словно ждали, что он сорвется. Ну, что же… пистолет был по-прежнему во внутреннем кармане его куртки, которая, к счастью, не намокла, пока он бродил по затопленному трюму, и если этот человек продолжит проверять его выдержку, все может закончиться трагично. — Раз уж мистер Грейвз у нас все знает, пусть поделится соображениями, где мы находимся, — протирая очки, невинно заметил профессор. Как и грозился – сумку и чемодан он прихватил с собой. — Охотно, — поддержал Грейвз. — В пяти милях от берега находится Абидос. — Вы там бывали, — догадался Ньют, все это время не проронивший ни слова, однако Грейвзу показалось, что тот излишне напряжен. Или же это было его обычным состоянием? — Несколько месяцев назад. — Абидос является одним из главных центров поклонения Осирису, — объяснила Тина. Казалось, происшествие ничуть не смутило ее, и она была готова с энтузиазмом вновь ухватиться за любимую тему. — Считается, что здесь находится его могила. — Одна из, — поправил Криденс. Не желая видеть, как палубу заливает вода, он сел спиной к кораблю, оказавшись как раз лицом к Грейвзу. — Вот уж было приключение – собирать все его останки, — не сдержал комментария Тесей. Добравшись до берега, они бросили лодку прямо на отмели и, продравшись через высокий тростник, густо заполонивший мелководье, наконец-то вышли на сушу, измученные и замерзшие. И не удивительно – по ночам температура в Египте иногда опускалась и до десяти градусов, а для этого времени года одеты все были довольно легко. Добираясь от шлюпки до берега, ноги промочили все, кроме Куини, которую Якоб донес на руках. — И что теперь? — не теряя оптимизма, спросила та. Тина в ответ состроила скорбную гримасу, но не стала отвечать, выжимая воду из промокшей длинной юбки. — Доберемся до ближайшей деревни или рынка, закупим все необходимое и двинемся в путь, — распорядился Грейвз, на что никто не стал возражать. Отдаляться от берега они не стали, посчитав, что найти населенный пункт рядом с рекой более вероятно. К тому же на улице стояла глухая ночь, и в темноте было сложно различить дорогу: луна скрылась с небосвода еще до полуночи, а света звезд было недостаточно, чтобы ориентироваться. Вид у группы был довольно помятый из-за бессонной ночи, наполненной неприятными событиями. Но если кто-то все же умудрился урвать хотя бы несколько часов сна, то Грейвз последний раз спал днем. Не то чтобы он был расстроен этим фактом, скорее даже наоборот – у него появилась прекрасная возможность хоть на одну ночь избавиться от вереницы снов, которым он не находил объяснения. Наполненные деталями и отчетливо всплывающими в подсознании подробностями, иногда они и не походили на сны, а были словно воспоминаниями. После нескольких миль, Якоб припомнил, что прихватил с собой флягу с крепким алкоголем, и притормозил остальных. Пары глотков было недостаточно, чтобы согреть такую большую компанию, однако они смягчили отчаянность положения, и следующая миля была преодолена бодрее. Надо отдать должное каждому – никто не жаловался и не просил о привале, пока они брели вдоль реки, отклоняясь немного на восток и выбирая тропы, которыми пользовались бедуины и местные жители. Когда Нил разливался – на почве оседал плодородный ил, и потому сама долина реки была зелена в низовьях, по берегам пальмы топорщились сочными метелками листьев, а египтяне там возделывали землю. Но если подняться выше, растительность резко сходила на нет, и под ногами начинались пески и приземистые холмы. Около трех часов спустя, как и обещал Грейвз, начало светать. На востоке над холмами алел горизонт, небо бледнело, а звезды, рассыпанные по небосводу, тускнели с каждой минутой. Непрогретый солнцем воздух холодил промокшую одежду, и каждая новая миля давалась все труднее, а потому Грейвз решил пока не напоминать, что в их компании произошло неожиданное пополнение – это могло подождать и до первого привала близ деревушки. Не бросать же, в самом деле, Скамандеров, спасшихся с корабля вместе с ними, посреди скудных угодий египетских фермеров? Но когда появится возможность купить еду и верблюдов – их пути должны разойтись. Рыжее рассветное небо наливалось голубизной, когда путешественники наконец добрались до небольшого поселка и припали к источнику утолить жажду, хоть вода была ледяной и сводила зубы. Дождавшись, когда поселенцы проснутся в своих обветшалых каменных домах, они купили на рынке по миске горячей похлебки и сочные киббех – восточные котлеты, куда, как заверил профессор, египтяне кладут слишком мало мяса, пихая повсюду зерно и бобы. Позавтракав, группа отправилась на верблюжий рынок, который удалось быстро отыскать по характерному запаху, Грейвз уже предвкушал момент, чтобы вежливо отлучить Скамандеров от их похода, но Тесей вновь решил его опередить, взяв слово первым: — Кроме шуток, господа, было бы глупо нам с вами расстаться в этой забытой богом деревне. Мне не раз доводилось бывать в южных землях, и я неплохо знаю ландшафт. Тина и Гриндельвальд молчали: очевидно, они так и не успели после карточной игры рассказать Тесею о планах, прерванные появлением Грейвза. — Возьму смелость утверждать, что в пустыне с верблюдами вам не помешает врач, — с улыбкой подметил Ньют, пока издалека с любовью рассматривающий животных. — У нас уже есть доктор, — напомнил Грейвз, кивнув на улыбнувшегося Якоба, нервно крутящего в руках пробковый шлем. — Человеческий, — поправил его Ньют. — К тому же в пустыне нас могут подстерегать змеи или скорпионы, — настороженно добавила Куини, кутаясь в куртку, которую ей одолжил доктор Ковальски. — О, я надеюсь на это, — оживился Ньют, и брат хлопнул его по плечу, прерывая бурную реакцию, которая не внушала оптимизма всем остальным. — Вам решать, профессор, — заключила Тина, с робкой улыбкой наблюдая за Ньютом, который, смотря на верблюдов, расцветал прямо на глазах. — Вы – главный. Гриндельвальд задумчиво огладил усы. — Думаю, двое крепких и опытных мужчин придутся нам очень кстати, — наконец заключил он. — И все же я не до конца представляю, что нового вы хотите найти в этих песках, — нахмурился Тесей. — Наш поход имеет исключительно научные цели, — твердо заверила его Тина. — Мы согласны, — поперек брата встрял Ньют. Грейвз мысленно закатил глаза и случайно поймал взгляд Криденса, который, вполуха слушая остальных, с любопытством и насмешливой улыбкой наблюдал за ним. — Что? — одними губами спросил он, и Криденс, покачав головой, улыбнулся еще шире. Разведя руками, Грейвз обреченно покачал головой и направился подальше ото всех, чтобы договориться с владельцем верблюдов, однако профессор последовал за ним. — Как думаете, мистер Грейвз, — не отставая ни на шаг, спросил Гриндельвальд, — сколько времени у нас займет поездка на верблюдах? — Желаете успеть к новому году в Каир? — «пошутил» Грейвз, но профессор не оценил его юмор и продолжил уже серьезнее: — Световой день сейчас длится примерно одиннадцать часов, ночью животным лучше дать отдохнуть, да и вы все не продержитесь долго в седле, потому двигаться мы будем около восьми часов в сутки. Гриндельвальд согласно закивал, помечая что-то в блокноте прямо на ходу, и в распахнутом вороте его рубашки Грейвз заметил подвеску, напоминавшую собаку. — По моим подсчетам до Накады нам предстоит пройти примерно сто двадцать миль, — изрек он и покосился на Грейвза. — Возможно, было бы лучше выйти на другом берегу. Нил искривляется… нам придется сделать крюк. Грейвз нахмурился: — У вас там что, карта? — Да, схематичная, я сам ее набросал, пока добирался до Каира, — признался профессор. «Как странно повернулись события», — подумал Персиваль. В первый же день он не сошелся во взглядах с Гриндельвальдом, ополчился на него из-за Германии, а теперь почти и думать об этом забыл, обретя соперника и конкурента в лице Тесея Скамандера. — Я бы не советовал вам гнать верблюдов быстрее, чем тридцать миль в сутки, — поразмыслив, поделился соображениями Грейвз и мотнул головой назад: — Да и Ньют, судя по всему, этого вам не позволит. Животным комфортно двигаться со скоростью чуть быстрее человека, так что… четыре дня? — Четыре дня… — задумчиво повторил за ним профессор. — Думаю, меня это устроит. В то время, как Грейвз пытался сторговаться с загонщиком о покупке верблюдов, довольно сносно объясняясь на арабском, остальные члены группы бродили по рынку, надеясь найти кого-то, кто мог бы продать им шатры, чтобы не пришлось ночевать под открытым небом. Солнце к тому времени уже успело прогреть воздух, одежда путников высохла, и ситуация, в которую они попали, больше не казалась такой безнадежной. — Какие-то проблемы? — сложив руки на груди, с улыбкой спросил Тесей, подходя к Грейвзу и Гриндельвальду. Загонщиков в малонаселенной деревушке, где они оказались, было не так много, а потому удачно сторговаться было трудно – каждый расхваливал своих животных и постоянно менял цену,. — Проблемы и я – понятия несовместимые, — хладнокровно возразил Грейвз, не повернув головы. — Мистер Грейвз пытается организовать транспорт до нашего конечного пункта назначения, — услужливо ответил профессор, протирая очки носовым платком. — То, что пытается – это я вижу, — согласился Тесей, насмешливо вздернув бровь. — Нужна помощь? — Спасибо, я сам, — отрезал Грейвз. — Может, я договорюсь с ним? — предложила компромисс Куини. — Вот уж кому точно не надо договариваться о верблюдах – так это тебе, — возразила Тина. — Я согласен, мисс Голдштейн, — обратился Якоб к младшей из сестер. — Эти бедуины не самые честные торговцы. — Я все же рискну, — благодушно рассудил Тесей, хлопнув Грейвзa по плечу. — Эй! Пошли-пошли, — громко велел загонщик минут пять спустя, размахивая в воздухе тонким прутом, но не касаясь животных. — У них перевязаны передние ноги, — с грустью сказала Куини, наблюдая за тем, как даже на трех ногах верблюды ловко поднимаются с земли. — Это чтобы они не ушли далеко, — объяснил Ньют. Наблюдая за верблюдами, на которых загонщик водружал седла, Тесей приблизился к остальным. — Заплатите ему, — велел Тесей профессору. — Еще он объяснил, у кого можно поискать шатры. Говорит, что даже не пахнут верблюдами. — Ловко, мистер Скамандер, — не удержался от комментария Грейвз. — Я же контрабандист, — усмехнулся в ответ Тесей. «Если бы он не был так заносчив, мы могли бы поладить», — с недовольством подумал Грейвз. В конце концов главной его заботой была безопасность спутников. Более того – он сам предложил им найти в сопровождающиe кого-то еще. Кто же виноват, что они не сошлись характерами? К тому же остальные явно неплохо ладили с Тесеем. Грейвз мог это пережить, хоть ему не нравилось, как быстро этот британец завоевал авторитет в их небольшой компании. Погрузив на верблюдов спасенные с корабля вещи, наполнив бурдюки водой, закупив еду, два прочных шатра и теплые вещи, путники выехали из города почти сразу, следуя на юг вдоль реки. Они старались не приближаться близко к пустынной возвышенности на востоке. Животные двигались неторопливо, выбрав удобный для себя ритм, и все же это было намного быстрее, чем идти пешком, да и не все члены группы были способны на такой длительный пеший переход. Потратив утром времени значительно больше, чем рассчитывали, путники делали только короткие привалы, чтобы успеть покрыть максимальное расстояние до заката, который зимой начинался около шести вечера. Желая возместить утреннюю заминку, на привалах костров разводить не стали, а ели холодные припасы. При разумном использовании их хватало на пару дней. Поселок этот был не последним, и они надеялись закупить все необходимое, когда приблизятся к Дишне и другим крупным городам Верхнего Египта. Желания говорить ни у кого не было: девушки почти не жаловались на долгую поездку верхом, насыщенные последние сутки сказались на общем настрое. Неутомимы казались только доктор Ковальски и старший Скамандер, за беседой которых путь казался не таким долгим и изнуряющим. — А вы служили, мистер Скамандер? — устало спросила Тина, разморенная на жаре, когда день перевалил за полдень, и не было до конца понятно, к кому конкретно из братьев она обращается. — Не приходилось, — ответил за них двоих Тесей, откинувшись назад в седле и подставляя лицо солнцу. — Наши родители уехали из Англии накануне Первой Мировой, когда я был совсем еще младенцем. Жизнь в другой стране не пробудила во мне патриотических чувств, так что я никогда не преследовал желание погибнуть потому, что у сильных мира сего не сошлись взгляды на устройство этого самого мира. Доктор Ковальски, будто предчувствуя что-то недоброе, с волнением взглянул на ехавшего неподалеку Грейвза. Тот поджимал губы, с силой пытаясь сдержать слова. Он знал отношение своего приятеля к войне, какой отпечаток она на нем оставила. После подобного жизнь сложно было воспринимать прежней. — Я так понимаю, вы гордитесь этим? — тщательно подбирая слова, спросил Грейвз, целенаправленно не смотря на Тесея. Губы Скамандера растянулись в улыбке, однако выражение лица было каменным. — Не скажу, что горжусь, мистер Грейвз, — ответил он, держа поводья, — однако и угрызений совести не испытываю. Криденс насторожился, заметив, как напрягся Персиваль. В деревне тот держался довольно миролюбиво, однако он видел недовольство Грейвза от того, что теперь группа стала больше на двух человек. Но если утром Криденс мог позволить себе свести все это к шутке и ребячествy, и тот потворствовал ему, то теперь между Персивалем и старшим Скамандером назревал серьезный конфликт. — И вы при этом считаете себя англичанином, — напирал Грейвз, провоцируя Тесея на грубость, чтобы у него был весомый повод дать волю мыслям и чувствам, невзирая на мораль. Тесей демонстративно склонил голову набок, будто задумавшись. — Полагаю, что да. Наши с Ньютом родители англичане, — невозмутимо напомнил Скамандер. — Я начинать жалеть, что задала вопрос, — убито проговорила Тина больше себе под нос, но ехавшим рядом с ней Куини и Ньюту было все отлично слышно. — Уж точно не египтянин, — со смешком добавил Тесей. — Можете дальше не продолжать, — отмахнулся от него Грейвз и поймал хмурый взгляд Криденса. — С большим удовольствием, — поддержал Скамандер и нажал пятками на бока верблюда, чтобы уйти вперед и увеличить дистанцию между собой и напористым собеседником. К пяти часам, когда были проделаны намеченные тридцать миль, солнце уже клонилось к западу, и небо наливалось кроваво-красными оттенками, они, наконец-то, слезли с верблюдов. Точнее «слезли» звучало слишком лестно: некоторые буквально свалились с животных – ноги затекали без движения, мышцы сводило, бедра с внутренней стороны натирало седлами, пусть даже их защищали брюки, в которые сестры Голдштейн тоже переоделись. Стреножив верблюдов до того, как на пустыню опустилась холодная ночь, путники разбили лагерь прямо среди барханов, отойдя подальше от Нила глубже в пустыню. — Надо поставить шатры, — распорядился Тесей, внимательно разглядывая горизонт в западном направлении, куда быстро и неумолимо опускалось солнце. Грейвз скрипнул зубами, когда Якоб и Гриндельвальд взялись распрягать верблюдов, пока Ньют разводил костер, а девушки с Криденсом разбирали припасы. — Разве мы не привлечем к себе внимание, разведя костер на открытой местности? — спросил он, пытаясь уколоть. — Нет, — беспечно ответил Тесей, помогая профессору развернуть шатер. — Единственные, кто могут нас побеспокоить – это скорпионы, пауки и змеи. Вы боитесь насекомых, мистер Грейвз? Грейвз мысленно закатил глаза, оценив издевку, и пошел к Якобу, чтобы помочь тому расправить шатер. Когда лагерь уже был разбит – над долиной Нила наступила ночь, звезды еще не высыпали, но на востоке уже поднимался месяц. Небо было ясное, чистое, воздух еще не успел остыть, но, памятуя о вчерашней ночи, все решили одеться сразу же, чтобы сохранить тепло. После ужина Ньют подозвал к себе брата, с которым не имел возможности переговорить наедине в течение всего дня. — Какого Анубиса ты сделал это? — спросил он, когда они отдалились от костра на приличное расстояние. — А кто сказал, что я что-то делал? — невинно спросил Тесей. — Перестань, — покачал головой Ньют, — мы это уже проходили два года назад, когда я поехал изучать ядовитых скорпионов семейства бутидов, и внезапно наш корабль застрял именно в том месте, где по необъяснимой случайности оказалась затерянная гробница. — Согласись, нам очень везет, — с улыбкой подметил Тесей, но не получил в ответ желанного оптимизма от младшего брата. — Будь милосерден, я даже не знаю, что они ищут. — Но хочешь узнать, не так ли? — с нажимом спросил Ньют. — Нам все равно по пути, — отмахнулся Тесей. — Мы собирались в Асуан. — Про Асуан я впервые услышал на корабле, — возразил Ньют. — Ты сказал, что мы просто путешествуем. — А разве мы не путешествуем? — фыркнул Тесей, начиная немного раздражаться. — Животные, пустыня, приключения, две привлекательные девушки. Другие на твоем месте бы дорого заплатили за такие каникулы. — Ты неисправим, — сдался Ньют и побрел обратно к лагерю. — Помни, я слежу за тобой! Тесей расхохотался: — Конечно, братишка. Всевидящее око Гора всегда следит за своим старшим братом, — крикнул он вдогонку, и Ньют обреченно покачал головой. К ночи по единогласному решению Грейвзa и Тесея было решено выставить дежурство, чтобы следить за лагерем. Девушкам отдали тот шатер, что был поменьше, мужчины расположились во втором. Все, кроме Грейвза, который вызвался первым приглядывать за стоянкой, поддерживать костер, чтобы его не пришлось разводить с утра, и в случае чего отогнать случайно забредших хищников. Грейвз сидел прямо на песке, вытянув согнутые в коленях ноги к костру. Он заворожено наблюдал за неторопливой пляской пламени, как если бы оно было живым существом, когда спустя примерно полчаса из большого шатра послышалась возня, а после наружу вышел Криденс. — Не помешаю? — повторил он вопрос Грейвзa, сказанный чуть более, чем сутки назад. — Идите спать, мистер Бэрбоун, — с улыбкой сказал Грейвз, подкинув в костер сухих прутьев. — Криденс, — поправил тот его, садясь рядом. — Криденс, — на пробу повторил за ним Грейвз. — Возвращайтесь в шатер, Криденс. — Вы не спали прошлой ночью, — напомнил тот. — Я не хочу спать. — Почему? Грейвз задумался, пытаясь подобрать верную формулировку. — В последние пару месяцев мне не снилось ничего хорошего, — наконец ответил он. — Но без отдыха вы будете валиться с ног, — продолжил настаивать Криденс. — Через пару часов я разбужу Ньюта, и он подежурит за меня, — объяснил Грейвз. Он старался не смотреть на Криденса, чтобы не провоцировать себя, но одна лишь мысль о его близости беспокоила Грейвзa. Ему хотелось видеть лицо Криденса, ловить отблески пламени в его глазах, наблюдать за бликами и тенями, что огонь отбрасывал на его коже. Эти желания казались чужими, но такими привлекательными, что он едва сдерживал себя, намеренно пытаясь возвести между ними барьер. — Мне тоже снятся сны, — тихо признался Криденс. Грейвз улыбнулся против воли: — Вот как? — Вы не поняли. Сны, — задумчиво продолжил тот, — они будто мои и не мои одновременно. — Вам лучше отдохнуть, — напомнил Грейвз, и Криденс упрямо поджал губы, но не стал возражать. — Спокойной ночи… Персиваль. Грейвз вскинул голову, когда Криденс назвал его имя, но тот, не дожидаясь ответной реакции, уже скрылся в шатре. — Спокойной ночи, Криденс, — проговорил он себе под нос.