И проснулся дракон

      Луна успела пересечь половину неба, прежде чем мой план по поимке Чёрных обрел конечную фазу. Я устало улегся щекой на прохладную столешницу, чувствуя навалившуюся усталость. Спать пора. — Большое скопление магов заметит любой, — Хильда поставила передо мной большую чашку с травяным настоем. В комнате запахло облепихой и мятой.— Поэтому идти нужно либо небольшими группами, либо воспользоваться порталами.       Ага, порталами. Ненавижу порталы. Ненавижу до трясучки.       В последнее время — в связи с появлением в нашем мире попаданцев — моё отношение к магическим дорогам начало портиться. Мало того, что само перемещение при помощи искривления времени и пространства довольно неприятная штука, так ещё и всякая дрянь через них шастает. Вот столкнешься в портале с невиданной тварью, и что делать?       Вдобавок ко всему, я боялся, что меня — да и не только меня — может выкинуть в чужой, неприветливый мир. Мне и дома хорошо. — Завтра Вигге домой возвращается, — моя жена улыбнулась и, зажав в зубах трубку, потянулась ко мне через стол. — Спички потеряла, — пояснила она.       Трубка у Хильды была загляденье: из слоновой кости; я вспомнил, как привёз её с южного континента, заплатив мастеру весьма кругленькую сумму. Нет, не хвалюсь, просто дико захотелось туда, где тепло, слоны и пальмы.       Я вздохнул, щёлкнул пальцами, призывая огонь. В комнате запахло табаком и вишней. — Спасибо, дорогой. — Как это возвращается? Уже?       Хильда посмотрела на меня как на идиота. Вот я прям так и прочитал в ее взгляде: идиот.       Вигге — наш единственный и горячо любимый сын семнадцати лет. Ранний ребенок, что уж там. Как говорится, наше молодо-зелено привело к рождению этого оболтуса.       Оболтус — этакая копия меня лет в пятнадцать-шестнадцать. Признаться, неплохо я выглядел в подростковом возрасте. Правда, Вигге считает иначе. Комплексы, что уж там. — Ну и сидел бы у Восточных, там хоть тепло… — Нортон!       Я напрягся. А как же «дорогой»? Всё, где я успел сказать не то, ведь на Кайрасе и правда холодно, а так хоть ребёнок поживет в менее агрессивном климате. Это, в конце концов, полезно для неокрепшего организма. Кого я обманываю… Там организм покрепче моего. Небось, уже девок по сеновалам таскает вовсю. Правда, Хильде об этом знать необязательно. — Я сына полгода не видела, — в глазах Хильды пылал праведный гнев. — Ты браги перебрал, такое говорить?! Обучение закончилось. Должен же он отдыхать!       Пахучий табачный дым мне старательно выдохнули прямо в лицо — я закашлялся и отвернулся. — Нельзя мне брагу, у меня вон… Чёрные ждут меня, красотка моя, — какого-то лешего на меня накатило игровое настроение. В конце концов, имею я право с собственной женой пофлиртовать или нет? — Чего? Кто я? — Красотка, — уверенно произнес я. — Ну, есть немного, — невозмутимо согласилась Хильда.       Ну да, немного. Я скептически фыркнул. Совсем чуть-чуть. Когда-то, давным-давно, я чуть ли не упился на радостях, когда Хильда Варг сказала, что всё же да, пойдет за меня замуж. И между прочим, к ней сватался эльфийский вельможа. Выбрали меня, долговязого и весьма вспыльчивого юнца с кучей амбиций. Амбиции ушли в далёкие края, особенно после плена у Чёрных. Вспыльчивость тоже притупилась, зато седины хоть отбавляй, как и шрамов. Как там Солган говорит? Старый перечник? — Может, того? — я отодвинул карту. — Чего того? — моя жена нахмурилась. — У тебя глаз дёргается. Тик? Нервы шалят? Выпей отвар. — Это я с тобой заигрываю, — прояснил я ситуацию. — М-да-а-а, — скептически протянула Хильда. — Где были мои глаза, когда я за тебя замуж собиралась? Ты лицо свое сейчас видел, Нортон?       Видел, каждое утро свою рожу лицезрею, и ничего в ней такого нет. Два уха, два глаза, нос, слава Ашшуру, один… Морда и морда. И где были её глаза? — Пойдем спать, а?       Я согласно кивнул. Чёрные, конечно, сами себя не поймают, но и от сонного меня толку мало. Вопрос о заигрываниях вместе с делами постельными я решил оставить открытым.       Вигге прибыл ранним утром. Вывалился из портала (как мешок с навозом, потом прокомментировал мне появление сына Агорт) вместе с другими учениками возле главных ворот цитадели и, как так и надо, первым делом побежал в лабораторию к Ксандру.       В ушастом недоэльфе малой, признаться, души не чаял, да и знал, где первым делом мать искать. Зачастую Хильда находилась либо в лаборатории, либо в тренировочных залах, которые располагались в левом крыле замка.       Всё было бы прекрасно, замечательно и чудесно… Но так уж сошлись звезды, что Ксандр Эортан был в лаборатории не один. С ним были его драгоценные ученики. И если Ирта и Кьярр не проявили к долговязому патлатому пацану практически никакого интереса, то Дина… — Эльфик? — в лоб спросила она и отправила в котёл жабью икру. В два раза больше, чем того требовал рецепт. — Эльфик, — не растерялся Вигге, задорно ухмыляясь. — Прикольно, — вынесла вердикт Дина и добавила в варево настой белладонны. — Эльфиков я люблю. А еще драконов… — Я эльфийский дракон, — не растерялся мой пацан и густо покраснел.       Соблазнитель малолетний.       Об этом мне рассказал Солган, который в это время тихо-мирно сидел в уголке и перебирал свои инструменты. — Жабьей икрой раскидывается! — добавил он уже от себя. — Не настои варит, а отраву. Даже Ксандр смирился с её… рукожопостью. — Прикольно, — вынес я вердикт, чувствуя, как где-то под ложечкой противно засосало. — Прям аж радостно так… — Ага, — согласился зельевар. — Вот твой пацан не промах, кстати. Там, глядишь, и свадебку сыграете, дедом станешь… Будешь внучат нянчить, — неуверенно закончил мой недорогой друг, стушевавшись под моим взглядом. — Не смотри на меня так. Диночка, если на то пошло, девочка хорошая!       Я бы мог возразить Солгану, рассказать, что я думаю о хорошей Диночке: о её упрямстве и недалёкости, о её самолюбии и повёрнутости на длинноволосых и, как показал случай, не обязательно остроухих мужиках. Но я промолчал. Сам же сказал, что у девчонки руки не из того места растут… — Я к Верховному ходил… Он одобрил мою задумку выследить Чёрных, разбившись на небольшие отряды. И ты пойдёшь со мной, — обрадовал я зельевара, даже не пытаясь скрыть злорадство.       Солган запыхтел, словно чайник с водой, висящий над костром, выдохнул пару раз, успокаиваясь. — Вот ты ослиная задница, Джеймс. На какой хрен я тебе сдался? Бери с собой Агорта, бери с собой вообще любого! Оставь меня в моей лаборатории! — воскликнул негодующе маг и смахнул с лысины крупные капли пота. Сейчас он походил на злого, учуявшего поблизости водяных лешака.       Не любят лешаки воду, терпеть не могут.       Видимо, сейчас я был тем самым водяным, ступившим на запретную территорию. — Я не могу без тебя, друг мой, — честно признался я. — И Агорта тоже к себе выпросил. Но без него мне легче, а без твоего старческого брюзжания умру.       Больше всего Солган не любил упоминаний о своем возрасте. Некогда кудрявый и темноволосый статный чародей Солган Лантана с годами поменялся (впрочем, как и я) не в лучшую сторону: располнел, облысел и начал ворчать по делу и без… Когда ему отказала женщина, в тот самый миг, когда Солган потерпел первую неудачу в делах любовных, он решил… похудеть.       Я фыркнул, вспомнив, как зельевар искал у себя талию. «Между грудью и бёдрами», — подсказывал ему Ксандр и отворачивался, сдерживая смех, пока Солган давился горьким настоем для похудения.       Я не выдержал и рассмеялся. Прямо в лицо негодующему другу. — Да пошёл ты, лешака сын, — вспылил маг. — Чтоб у тебя Динка в невестках ходила! — Слишком много значения придаешь одному разговору, Солган, слишком, — отмахнулся я.       И продолжал отмахиваться до вечера, пока мой отпрыск не решил устроить допрос с пристрастием насчёт ученицы Ксандра Эортана.       Ничего не предвещало беды: я, наконец-то освободившись от дел праведных, лениво прокручивал в голове план по поимке Чёрных и пил заботливо припасенный эль. В камине мерно гудел огонь, и я, разомлевший от тепла и тишины, окончательно расслабился, плывя на волнах лёгкого опьянения. — Отец, а кто эта девочка? — неожиданно спросил Вигге, до этого молча читавший «Трактат о взаимодействии с саламандрами» Ненне Магнуса. — Какая девочка? — уточнил я на всякий случай.       Вигге отложил книгу в сторону, уселся на медвежьей шкуре, закрывая собой свет из камина. Приготовился к важному разговору, не иначе. — Дина, светленькая такая… — невнятно пробормотал он, держа в зубах шнурок, которым перевязывал волосы. — Мне Ксандр сказал, что это ты её в цитадель притащил.       Неужели Солган всё же прав? Никого лучше найти не мог, а, сынок? — Из другого мира вывалилась, — нехотя пояснил я. Эль перестал быть вкусным, и вечер утратил свою благодать. — Понравилась, что ли? — Не, отец, — отмахнулся Вигге, завязывая шнур на волосах. — Просто интересно. — Ну тогда и говорить не о чем. Просто девчонка как девчонка.       Конечно же, просто так он спрашивал, ага. Кому другому расскажи, сынок. — Говорят, что она в наш мир попала, чтобы дракона укротить. Магия ей подчиняется…       Да уж, подчиняется. А уж зельеварение вообще Динкин конек. То мужеложца приворожить надумает, то жабьей икрой эликсир от подагры испортит. Та-лан-ти-ще! — Так что там с драконом? — напомнил мне Вигге, давая понять, что отмолчаться не получится. — Да, понравилась, — нехотя признался он, рассчитывая, что его честность развяжет мне язык. — А ей Ксандр нравится… — ляпнул я первое, что пришло в голову. — Это вообще не соперник, пап, — отмахнулся мой оболтус и снова завалился на шкуру, беря в руки многострадальный трактат.       Что правда, то правда. Тут уж я с Вигге был полностью согласен: вот вообще не соперник. — Она красивая, — поделился со мной сын.       И тут я понял одно: несмотря на наше внешнее сходство, вкусы у нас разнятся. Насчет женской красоты точно. Дина для меня была заурядной самовлюбленной пичужкой, свято уверенной в своей исключительности. Видимо, Вигге Нортон увидел в ней то, что его отцу не дано. Может, дело в возрасте? Кто для меня Динка? Дитё. Для Вигге — ровесница. — Сильно понравилась? — Отец, как она мне может сильно понравиться, если я её сегодня увидел впервые? — Вигге разочаровано цокнул, намекая, что я задаю очень глупый вопрос. — Она просто бойкая и симпатичная. — Пообщайся, авось и разонравится, — я снова вернулся к кружке с пенным. — Или наоборот.       Вигге махнул рукой, полностью переключившись на книгу. — Пап… Ты только это. Маме не говори, ладно? — тихо попросил он. — Не скажу, — пообещал я.       Буду молчать. Хильда всё равно прознает, но только не от меня. Обещания надо сдерживать, ведь как бы то ни было, а пример мелкий всегда брал с меня. Да и выбалтывать чужие тайны — плохое дело.       У Динки был непонятный дар заинтересовывать мужчин и нести всякую чушь одновременно. Укротительница драконов, м-да.       До моего похода за Черными оставалось два дня, и я дал себе установку меньше нервничать, больше пить и наверстать дела постельные. А то помру, не напившись, не наспавшись… С остальными проблемами можно разобраться по мере их поступления. В заинтересованности моего сына девочкой из другого мира я особой проблемы пока не видел. В конце концов, мы все имеем право на выбор.