Houston, I think we got a problem!

/не бечено/ POV Niall Я решил все же прийти в паб, захватив гитару, конечно. Мама была крайне удивлена моему раннему приходу из школы, на что я отмахнулся, так ничего и не придумав. На часах было только шесть; можно еще прогуляться, тем более, делаю в последнее время это нечасто. Проходя по улице, я заметил Зейна, который заходил домой, быстро проскочил мимо него и скрылся за поворотом. Дождь уже кончился, толком и не начавшись. Тем лучше для меня. Я шел медленными шагами, ведь никуда не спешил. Хотелось петь, наверно. Но если я заору на всю улицу, меня не так поймут, а вот если подключить ко всему гитару, начать подбегать к прохожим, как делается во многих фильмах или клипах, привлеку внимание и подниму настроение многим, возможно. Ну, или напугаю, доведу до белого каления, инфаркта. Сейчас моя голова забивалась лишним мусором, который называется «любовь». Странное вообще чувство, вроде прикольно, когда знаешь, что где-то по соседству живет парень, заметьте, не девушка, которого ты вроде как любишь. Интересно, я не покраснел? Все таращатся на меня, не скрывая свои откровенные взгляды. Ну вот, сейчас начну смущаться, думая, что мои мысли читают. Когда на часах красовалась циферка 7, я вошел в помещение, где меня встретил уже знакомый парень. - Хай, Найл, - Питер с порога встретил меня и кинулся обниматься. - Сколько эмоций, Пит, - засмеялся я и в ответ улыбнулся, - Привет. - Я так рад, что ты пришел. Без тебя тут немного скучновато, - пропел он и, схватив меня за руку, потащил за собой, - Ты у нас вроде как талисман… - Я хожу сюда уже неделю, и за это время я стал незаменимым? – ухмыльнулся и снял гитару с плеча. - Бывает… - протянул тот, - Просто ты такой необыкновенный… Необычный, короче, - отрезал Питер и странно посмотрел на меня. - И, кажется, такое тоже бывает… - задумался я и пошел к сцене, добавив, - Уже выходить, кстати? - Да, конечно, Найл… - вымучено улыбнулся он и скрылся за занавесью. Мне его иногда бывает жаль. У парня отец смертельно болен, а сам считает каждую копейку, чтобы хоть как-то продлить жизнь папе, покупая дорогостоящие лекарства. С моим появлением в его пабе прибавилось выручки, за что он мне безгранично благодарен. Мне, конечно, ничего за это нет, но бывает приятно помогать кому-то, кто нуждается в твоей помощи. - Здравствуйте, дорогие посетители, - улыбнулся я в микрофон, - Сегодня, по-моему, один из лучших дней в жизни. Вы когда-нибудь влюблялись? – легкая тишина, но все же, некоторые подняли руки, при этом, не скрывая счастливой, хоть немного натянутой улыбки, - Вот и я влюбился сегодня, как ни странно, в первый раз… Знаете, это странная любовь, кажется, не похожая на все остальные… - запнулся я, вспоминая образ и запах Зейна, когда он был рядом со мной. Кажется, я снова краснею, - Сейчас прозвучит композиция, моей, как вы поняли, самой любимой группы Coldplay – One I Love. Думаете, что я помешан на ней? Возможно, но ведь эта группа может олицетворить мою жизнь, все ее сущности со всех сторон, - по залу распространилось молчание, а потом разошлись громкие аплодисменты. Я улыбнулся и провел пальцами по струнам. Вся песня проходила в полной тишине, все зрители молчали, заворожено смотрели. Под самый конец помещение снова залилось громкими аплодисментами и восторженными лицами. - Повезло той, в которую ты сегодня влюбился, - раздалось у уха. Я быстро повернул голову и столкнулся с взглядом Питера. Он искренне был рад этому и не скрывал этого. Вот только есть одна заковырка – я влюблен в парня… Ну, вот, снова красный, как помидорка. Следующие 15 минут я исполнял композиции разных артистов. Все снова вернулись в свое обыденное состояние, я снова был фоном для них, как и обычно. Но вдруг я почувствовал некое волнение внутри себя, кажется, предчувствие… Прошелся взглядом по залу и замер. Зейн, мать твою, что ты тут делаешь? А вот тут вообще сюрприз, не смотря на то, что он непристойно с неким чрезмерным любопытством разглядывает меня, держит у груди знакомый мне предмет, и с наглой ухмылкой вертит его. А как называется то чувство, когда хочешь зарыться глубоко в землю? Назову его синдромом страуса. Голову на отсечение даю, он держит в руках мой дневник! Я еще пару мгновений посидел, а потом понял, что мне совсем нехорошо, и убежал, не понимая, куда бежать. Все бы ничего, но за мной решили побежать. - Стой, - крик позади, - Найл, погоди ты. Давай, поговорим! - Отвали, Малик, - проорал я, не понимая, откуда у меня силы и желание вообще говорить что-то, тем более в таком тоне, и Зейну. - Я же все равно догоню тебя. Лучше по-хорошему остановись, и мы поговорим, - голос раздавался уже ближе, от чего ноги немного подкосило, и я кубарем свалился прямиком в огромные пакеты с пенопластом. Как специально. - Прошу, оставь меня, - проныл я, пытаясь встать. - Нет. Ты мне сейчас все будешь объяснять, иначе я всем расскажу о твоей интересной ориентации… - прошипел парень и, схватив меня за волосы, поднял на уровень своего лица. - О чем ты еще хочешь говорить со мной, я не понимаю, честно. Если ты прочел в дневнике самое мое главное, то на кой хрен я тебе сдался?! – плюнул я ему в лицо, за что тут же получил по челюсти. - Заткнись, ты… - он еще пытался что-то сказать, но заткнулся, - Встань. Я промолчал, но поднялся, придерживаясь за холодные кирпичные стены. Зейн остановился напротив меня, дожидаясь, пока я смогу спокойно говорить. Подвигав челюстью, пытался принять выражению лица подобающий вид, но вряд ли из этого вышло что-то стоящее. - Слабак… - пропел Зейн, толкая меня в бок, - Да еще и в придачу голубой… - А тебе не параллельно до меня? М? – до меня дошло, что я почти одного роста с ним, что слегка придает уверенности при разговоре. Сейчас не чувствовал страха или чего-нибудь в этом роде, наоборот, хотелось врезать ему за то, что полез в чужие вещи. Главное, откуда дневник у Малика? - Знаешь, когда, мать твою, случайно нашел дневник своего одноклассника, и по нелепой случайности ты вскрываешь замок, а там такое… он признается тебе в любви, то, как тебе покажется, это нормально? – прошипел он и схватил меня за шиворот толстовки. И снова рядом его губы, и что делать? Я точно знал, что он начнет меня бить, это и ежу понятно. Сорвавшись где-то внутри, я поднял руки на уровень его торса, провел пальцами по прессу, немного поднимаясь выше к груди. Малик весь вздрогнул и напрягся, но останавливать меня не стал, наоборот, отпустил свои руки и застыл. Я про себя ухмыльнулся и двинулся выше к шее, нажал указательным пальцем на жилку, что там выступила. Капельки пота медленно скатывались по его виску, останавливались в области груди, что скрывала его темная рубашка. Не знаю, с чего вообще начал этот спектакль, но так хотелось. Пусть это будет мое последнее желание, перед смертью, ведь Зейн этого не простит… - На… - хотел было сказать Малик, но я его перебил. - Последнее желание, - прошептал прямо в губы. Последнее, что я видел, это удивленные глаза Зейна. Дальше я вообще потерял себя. Прикоснулся к манящим губам, которые пахли фиалками, ощутил всю их теплоту и мягкость. Это был детский поцелуй – я просто коснулся. Только хотел отходить, представляя, что сейчас мне может не помочь даже самая быстрая скорая помощь, Зейн силой схватил меня за талию и принялся углублять поцелуй, толкаясь языком мне в рот, который я от удивления раскрыл. Его вторая рука держала мой подбородок и тянула к себе все ближе. Насчет того, что Малик сотворит со мной все, что скажет его фантазия, я знал, но чтобы в такой форме. Но, как говорится, рано радоваться…