Welcome to my world of truth

Томми побывал в Новой Зеландии за год до тура, и сейчас они пронеслись через Австралию со скоростью диких кенгуру. Вскоре они уже были на Гавайях, и пока они находились в раю, Томми был чертовски рад, что они возвращаются домой. Даже если это будет всего на минуту. Хэллоуин всегда был любимым праздником Томми. Этот год ничем не отличался, минусом были лишь нервозность и страх, циркулировавшие по венам Томми. Он и раньше был знаком с друзьями Адама, но сейчас этот круг расширился. Нет, они не говорили людям, что они вместе, но тем не менее Томми нервничал. Он чувствовал себя так, словно, птеродактили порхают у него в животе вместо бабочек. Томми отринул все мысли и сосредоточился на ощущении пальцев Адама на своём подбородке, вертящих его лицо то в одну, то в другую сторону. Его глаза скользили по зеркалу, а его лицо было жутко бледным. Адам аккуратно наносил на его подбородок фальшивую кровь для завершения образа. Оставалось только приделать клыки. — Вот так будет хорошо, — мягко произнёс Адам. Томми поднял на Адама глаза. Взгляд певца был сфокусирован в одной точке, пока он наносил красную краску кисточкой. Томми улыбнулся, и губы Адама растянулись в ответной улыбке. — Всегда хорошо, когда ты со мной, — Томми знал, это банально, но он вложил чувство в каждое слово. Мягкое прикосновение кисточки исчезло и заменилось губами Адама. Томми выдохнул Адаму в рот, но абсолютно не возразил, когда Адам вскоре отстранился. Время быстро шло, и вскоре дом был полон людей, все смеялись и наслаждались компанией друг друга. Адам, будучи гостеприимным хозяином, собрал всех на одном этаже и представил всем Томми. Людей было слишком много, чтобы запомнить имена всех, провидение знало, что завтра он вряд ли вспомнит их все. С другой стороны, он любил наблюдать за Адамом в его родной стихии. Адам был общительной бабочкой, порхающей от человека к человеку, болтая и смеясь. Томми потягивал пиво, сняв свои клыки и тайком пробравшись наверх. Ему нужна была минутка, чтобы отдохнуть от всей этой толпы. На своём пути по лестнице он буквально врезался в кого-то, выходившего из ванной напротив. Человек вскрикнул и уставился на него, его лицо было знакомым. Эти глаза мелькали где-то на задворках его памяти, пока что-то не щёлкнуло. Из всех гостей он столкнулся именно с бывшим парнем Адама. Неужели жизнь действительно так иронична? Прежде, чем он смог мысленно убедить себя в том, что нет, это не жизнь так иронична, это он такой грёбанный «везунчик», Брэд открыл рот. — Так это ты его новая игрушка? — язвительно вопросил Брэд. — Ухх… Не представляю, о чём ты, — ответил Томми, и прежде, чем он вообще понял, что происходит, Брэд схватил его и затащил в пустую комнату. — Чушь, — Брэд раздулся и выдал скучающую гримасу на лице, — Я наблюдал за тобой. Каждый раз, когда он подходит к тебе, ты весь светишься. Да у тебя сердца вылетают из глаз через всю комнату. Так что выкладывай. Если и есть кто-нибудь, кому ты можешь всё рассказать, и кто точно знает, во что ты вляпался, так это я. Томми был вынужден признать, что как бы он не хотел говорить с Брэдом, этот ублюдок нашёл хорошие аргументы. Томми поднёс свою кружку с пивом к губам и сделал глоток, раздумывая над преимуществами того, если он расскажет бывшему Адама об их отношениях. Прежде, чем он успел сделать выбор в пользу того или другого, Брэд заговорил снова. — Так, дай мне минуту, я угадаю… ну давай, скажи, что я не прав. Вы же не вместе. Он просто трахает тебя, так ведь? У Томми забегали глаза, — Это… черт… чувак… Я тебя даже не знаю, — Томми обнаружил сильное желание всё это прекратить. — Ты прав, но Адам это и делает, а я могу рассказать тебе много интересного про него, чего никто не знает. Чего ты так испугался, красавчик? Адам смотрит на тебя как на очередного пацанчика, вешающегося на звезду. Эти слова задели Томми и он поспешил сделать ещё один глоток пива, — Мы… это сложно объяснить. Меня всё ещё пугает, чёрт возьми, то, что он заставляет меня чувствовать, — Томми опомнился, быстро закрыв рот, подавленный тем, что он только что сказал ни кому-нибудь, а бывшему Адама. Гитарист вздохнул. Если ещё и будешь продолжать в том же духе, ты идиот, Томми, — Моя семья не знает, никто не знает, только бэнд. И ты… по всей видимости. Он вообще первый мужчина в моей жизни, к которому я когда-либо имел подобные чувства. И мы… не торопимся. — Так ты хочешь сказать, что… ты классика жанра тех маленьких натуралов, которые всегда привлекали Адама, и даже после стольких месяцев попыток его языка достать до твоих гланд на сцене, он всё ещё не трахнул тебя? Ты запуган размерами его члена? — Тон Брэда колебался где-то между насмешкой и сарказмом. — Ну да, я никогда не имел подобного опыта, как ты, должно быть, догадался, — парировал Томми. — Оу, больная мозоль? Хэй, не бойся, Адам может быть слишком активным в постели, но он и нежен. Если ты этого хочешь, если ты позволишь ему трахнуть тебя, он не будет спешить. К тому моменту, как он войдёт в тебя, ты будешь умолять его об этом, — губы Брэда сложились в злую ухмылку, он покачнул бёдрами, широко размахивая руками. Томми стоило усилий не сорваться на Брэда, даже не смотря на то, что он выглядел глупо в своём странном маленьком костюме. Будто надел на шею куст, — Ты не первый нежный маленький натурал, которого он пытался лишить невинности. Он успешен в перетягивании таких мальчиков на свою сторону за полминуты, — щебетал Брэд, слащаво улыбаясь Томми.  — Откуда ты знаешь? — раздражение закипало у Томми под кожей. Всё, что наговорил Брэд, ещё больше заставило его нервничать по поводу секса с Адамом. — Милый, мы может и бывшие, но мы любим быть в курсе жизни друг друга. — Тогда почему же он тебе не рассказал обо мне, принцесска? — выплюнул Томми, злость заменила раздражение, хотя он и знал, что в этом нет смысла. Брэд не был угрозой. Он даже дал Томми совет. Он не мог ничего изменить и вел себя, как пакостливый кот, обиженный хозяином. — У нас просто не было возможности поговорить. Полагаю, это из-за тебя он был так озабочен. Слушай, успокойся. Я правда не хотел тебя расстраивать. Я просто пытаюсь открыть тебе глаза. Адам клёвый парень, и я не хочу увидеть, что кто-то опять разбил ему сердце. Ты вполне неплох, но не позволяй своему страху неизвестности проебать всё, что Адам может предложить, Тыковка… серьёзно! Не хочешь упустить Адама, учись у того, кто уже совершил такую ошибку. У Томми слегка закружилась голова; скорость, с которой Брэд говорил, заставила Томми заинтересоваться, сколько же слов вылетает изо рта этого парня за минуту. Брэд похлопал его по плечу, и злость Томми слегка рассеялась. — Ну что ж, спасибо за совет, — пробормотал Томми, и к его облегчению Брэд развернулся и вышел из комнаты. Томми сделал ещё один глоток пива, холодная жидкость прокатилась вниз по его горлу. Он пережил этот разговор с бывшим Адама, определенно это что-то значило. Встряхнув головой, он вышел из комнаты, торопясь в комнату Адама и захлопнув дверь прежде, чем кто-то еще попадется ему на пути. Томми любил друзей и семью Адама, но шум и толпа людей… всё это пугало его. Они позировали для фото после того, как все переоделись в свои костюмы, и ему просто нужно было несколько минут, чтобы передохнуть в одиночестве. Он сбросил маску, поставил своё пиво на журнальный столик, и опустился на пушистое облако, которое было кроватью Адама. Он старался не думать, но слова Брэда прокручивались у него в голове, играя с его сознанием. Брэд говорил так, словно, отдаться Адаму не подразумевало никакой боли, и тем более после того, как он сам ласкал Адама пальцами, может быть все не будет так уж страшно. Он все еще не был готов. Последним шагом было позволить Адаму взять его, и это будет означать принятие того факта, что он би. Это была прямая дорога к тому, чтобы признаться во всём его семье. Неважно, сделает ли он это публично или нет, он не сможет скрывать это от семьи вечно. «Томми Джо Рэтлифф, нет, мой сын не может быть педиком…» Обидные слова продолжали звучать в его голове. Как он сможет принять это, зная, что обо всем придется рассказать его маме? Он вздохнул, ответ на этот вопрос не был очевиден. Он взял свою выпивку и отправился вниз в самую гущу вечеринки. Если бы он не вернулся вниз, то довел бы себя до сумасшествия своими мыслями. Томми пошел прямиком к Адаму. Его тянуло к нему, как магнитом, и когда Адам обнял его за плечо и поцеловал его волосы, он расслабился. Адам был прав, всё хорошо. Певец сжал его плечо, но тут его позвали на кухню, и он снова оставил Томми одного. Томми огляделся вокруг, пока в его поле зрения ни попало кресло, стоящее в углу. Он надеялся, люди не будут обращать на него внимание, но вскоре увидел, как кто-то направляется к нему. И это был не просто кто-то, это была мама Адама. Не то, чтобы ему не нравилась Лейла, но он не говорил с ней с тех пор, как стал встречаться с её сыном. Он не думал, что она из тех матерей, которые во всё вмешиваются, и это его немало удивляло в прошлом, а сейчас он затаил дыхание, наблюдая, как она приближается к нему. — Томми, рада тебя видеть, — произнесла Лейла, улыбнувшись тепло и непринуждённо. В той же мере, в какой Томми не хотел двигаться со своего места, он и не хотел показаться грубым, так что он встал и не возражал, когда она обняла его. — Я тоже рад видеть вас, — произнес он, уткнувшись куда-то в парик Лейлы. Когда они разомкнули объятья, Лейла нежно сжала руку Томми в своей. — Я просто хотела сказать, надеюсь, у тебя был хороший день рождения, и Томми, соболезную по поводу твоего отца. Когда Адам мне рассказал, что произошло, у меня сердце сжалось от переживаний за тебя. Ни один ребёнок не должен терять своего родителя, потому что донор не был вовремя найден. Сердце Томми подскочило в его груди, и он почувствовал, как кровь прилила к его лицу. Из всех вещей меньше всего он ожидал, что Лейла скажет ему именно это. Спустя какое-то время он взял себя в руки, боль притупилась, и Томми наконец-то смог поднять на неё глаза. — Спасибо, это очень много значит для меня, — ответил он, так искренне, как только мог. — Я знаю, мой мальчик любит тебя, а тот, кого он считает своей семьей, является и моей семьей тоже. И снова Томми бросило в жар. Что же Адам рассказывал своей маме об их отношениях? Он любит меня? Любит, как друга или… проклятье! Долгая пауза заставила Лейлу взглянуть на Томми, опасаясь, что она сказала что-то не так. — Я… ухх… спасибо, — произнёс Томми. — Оу, милый, всё в порядке, я знаю только, что вы, ребята, больше не просто друзья, — прошептала Лейла, — Но, честно говоря, я не в курсе всей ситуации. Он не говорил со мной о вас с августа, — Лейла снова сжала его руку. — Оу… ухх… правда, благодарю вас. Я хочу, чтобы вы знали, что Адам был рядом в тот момент, когда я потерял своего отца, и когда был в дороге. Я правда не знаю, как я смог бы пережить это без него. — Адам всегда поддерживал своих друзей в хорошие времена и в плохие. Он будет рядом с тобой столько, сколько потребуется, — Лейла подмигнула ему, поцеловала его в щёку, и оставила его стоять одного возле его кресла более, чем слегка смущённым.

***

Адам осмотрелся вокруг и заметил свою маму, направлявшуюся к Томми. Он знал, что она хотела поговорить с ним. Он лишь надеялся, что Томми не будет слишком ошеломлен этим. — Снова вампир, ты предсказуем, — раздался знакомый голос. Адаму пришлось оторвать взгляд от Томми. — Я довёл этот образ до совершенства, так почему бы и нет? — Адам обнажил свои клыки и одарил Брэда своей самой соблазнительной улыбкой. — И, конечно же, ты вовлекаешь своего маленького мальчика в эту игру? Кажется, ты уже был вампиром в первый год, как мы начали встречаться. Адам вздохнул. Если кто-то и мог видеть их истинные отношения с Томми, то только Брэд, конечно же, — Да, я сделал это для него. Он любит Хэллоуин. — Но любит ли он тебя? — вопросил Брэд, дёрнув бёдрами и взмахнув ресницами, глянув на Адама. — Он… — Адам запнулся, не зная, что ответить на это. — Я заловил твоего парнишку там наверху. Похоже, твоя склонность тянуться к маленьким наивным натуралам, боящимся твоего большого члена, сохраняется… не сдашься ли ты, как с Крисом вчера? — Адам был так сосредоточен на том, как быстро это выпалил Брэд, что ему потребовалась минута, чтобы осознать то, что он говорит. Определенно, Адам не отреагировал на эти слова, как капризный ребенок, — Крис был… минутным помешательством. Ничего больше. — Ну похоже что ничего не происходит и с Томми. Я упомянул, что ты его трахаешь, и его глаза округлились и чуть не выпали из орбит, — Брэд рассмеялся, и этот смех заставил Адама поежиться. Он так старался найти в отношениях с Томми хоть какой-то баланс, и вот, Томми уже умудрился сцепиться с Брэдом. Фантастика! — Нет, я не зашел еще так далеко. Мы никуда не торопимся. Я первый в его жизни мужчина, с кем он имеет подобные отношения… ты знаешь меня. Я не собираюсь просто затащить его в постель и трахнуть, как бесчувственное тело. Это всё долгий процесс и… и Брэд, черт возьми, я люблю его, тебе понятно? — Я знаю, — Брэд посмотрел на Адама, мягкая улыбка играла на его губах, — Я просто ждал, когда ты мне в этом признаешься. Ты знаешь, только один звонок, когда этот маленький тяжелый случай разобьет тебе сердце, — пробормотал Брэд с кошачьими нотками в голосе. — Спасибо, кретин, — Адам не хотел ничего больше, кроме как ударить Брэда. Казалось, никто не верил, что всё сработает. И снова, так же сильно, как он надеялся, что да, возрастали и его сомнения, и это заставляло его сердце болезненно сжиматься. — В любое время, любитель свежей крови, — ответно огрызнулся Брэд прежде, чем оставить Адама одного с его сомнениями. Взглянув на Томми, он увидел, что разговор с его мамой уже закончен. Томми выглядел напряженным, как и почувствовал Адам. Он был уверен, сегодняшний вечер приведет их к важным разговорам, как только все разойдутся. За вечер они пересекались, но не могли поговорить до тех пор, пока ни оказались в ванной вдвоем, когда дом уже опустел. Адам смотрел на Томмино отражение в зеркале, наблюдая за ним несколько минут. Томми сбросил всю одежду, кроме своих обтягивающих джинсов и стоял на кафельном полу голыми ногами, стирая макияж, каждым движением освобождая от мэйкапа новый участок своей естественного цвета кожи. Томми напевал что-то, работая спонжем, и учитывая все, что ему довелось пережить за этот вечер, он выглядел спокойным. Адам счел это хорошим знаком. — Так… — Адам наконец заговорил, подойдя к зеркалу, чтобы смыть мертвенно бледный мэйкап со своего лица. Спонж охлаждал его кожу и, проведя под глазами, Адам обнажил некоторое количество своих веснушек. — Так… — Томми повторил сказанное минутой раньше. — Я слышал, ты сцепился с Брэдом, — Адам старался держаться в рамках непринужденной беседы, но он очень переживал, что Брэдом было сказано что-то, что испугало Томми на всю оставшуюся жизнь. — Да, мы немножко повздорили, он затащил меня в пустую комнату и принялся допрашивать, — пробормотал Томми, стараясь не отвлекаться от своего отражения в зеркале, смывая мэйк. Адам вздрогнул, — Прости за это… я не… — Я знаю, ты ему о нас не говорил… он похоже из-за этого расстроился. Полагаю, он хорошо тебя знает и… — Томми посмотрел на Адама на долю секунды перед тем, как выбросить спонж в мусорку и включить воду в раковине. Адам подождал, пока Томми закончит умывать лицо, и дал ему полотенце. Когда Томми вытерся и выключил воду, намереваясь выйти из ванны, Адам удержал его за кисть руки. — Да, похоже, он знает многое обо мне из того, что я ему не говорил, — Адам поежился, вспомнив их разговор с Брэдом и понимая, что нет никакого способа признаться Томми в том, что он любит его. Он отпустил Томмину кисть и вернулся к своему отражению в зеркале. — Он сказал мне, что у тебя есть неплохой рекорд в совращении парней-натуралов. Сказал, что ты очень нежен в постели и заставил бы меня умолять тебя войти в меня, решись я на секс с тобой, — щеки Томми покраснели, а Адам раскрыл рот. Он не понимал, почему так удивлён. Брэд никогда не лез за словом в карман. — Ну что ж… — Адам вздохнул и завозился со спонжем, размазывая по своим щекам белую краску случайными узорами, — Он не ошибается. У меня всегда была проблема с западанием на парней-натуралов. Но с тобой всё иначе. — Ты это им всем говорил? — выдал Томми, возвращая Адама к действительности нотами обиды в его тоне. — Хэй, — Адам издал шумный вздох, спонж выпал из его пальцев. Он развернулся на каблуках, пока ни оказался лицом к лицу с Томми. Румянец на щеках Томми сошёл и оставил его бледным, его глаза смотрели на Адама с мольбой, но о чем была эта мольба, Адам не понимал. Он сделал единственное, что мог придумать, притянув Томми в свои объятия, — С тобой всё всегда было иначе. Сначала ты был моим лучшим другом. Я делился с тобой тем, чего не мог рассказать никому другому. Ты знаешь обо мне то, чего не знает больше никто, даже Монте, а с ним я с детства знаком. Даже не думай ни одной минуты, что ты какая-то игрушка для меня, с которой я просто провожу время, — Адам уткнулся носом в ухо Томми, а кончики пальцев гитариста уже прокладввали себе путь под футболкой Адама, — Я буду счастливейшим парнем на этой земле, если всё, что мне нужно будет делать, это целовать эти прекрасные губы каждую ночь на сцене. Ты тот единственный, кто изменил весь мой мир. Ты единственный, кто имеет доступ в мою постель, — Адам отчаянно акцентировал внимание на этих словах, чтобы Томми понял его правильно. — Я… Я знаю всё это. Брэд просто… казалось он хотел дать мне совет, а потом перевернул всё так, будто я капризная принцесса… — Это просто Брэд, малыш. Верь мне, если всё это ведёт тебя к тому, чтобы отдаться мне, я сделаю всё, чтобы это была лучшая ночь в твоей жизни, если нет, это ничего не меняет. Я буду с тобой, чего бы ты ни хотел от меня, — пообещал Адам, и Томми кивнул, спрятавшись на его груди.