Сборник: РоджерсРамлоуСолдат

— Максимофф, вернись на позицию! Живо, блять! Рамлоу зло орет в коммуникатор, в последний момент сумев скорректировать выстрел, чтобы не попасть в пацана. Ебаный дебил. У них двое убитых, раненный снайпер на второй крыше, и Зимний без прикрытия, в самом пекле, а ему приходится роль няньки исполнять. Пацан машет возмущенно руками, что-то даже вякает, но отступает, и даже слушается приказов до конца операции. Как только они возвращаются вторым квинджетом на базу Рамлоу сдает трупы встречающим их агентам, раненых медикам, а остальных распускает отдыхать, и только когда все ушли поворачивается к зоковкцу, прожигая того не читаемым взглядом. — В зал, сейчас же, — бросает он и кивает коротко стоящему за спиной пацана Солдату, чтобы тот помог Максимоффу дойти до нужной точки не потерявшись «случайно». Тот исполняет приказ, а после закрывает за ними дверь, вставая перед ней, пока Рамлоу снимает лишнее обмундирование и заматывает руки, — ты считаешь, что особенный такой, щенок? Или что мы здесь в игры играем? Знаешь для чего приказы созданы? — Чтобы их исполнять? — Нервно мельтеша на месте, уточняет Ртуть, перебегая в другой конец зала, когда Брок берется за свои шокеры. — Чтобы из-за таких дебилов, как ты, нормальные ребята жизни не отдавали, — рявкает он, наступая. Мутант быстрый, но не выносливый, да и психика расшатана в тартарары, так что загнать его в угол Броку дается не легко, но быстро — годы практики с легендарным убийцей и таким же легендарным супер солдатом дают о себе знать. Пьетро хрипло скулит, смотрит на него дико, прижимаясь к стене и закрывается руками, когда прилетает новый удар. Рамлоу не думает мелочиться, протаскивает его по всему залу, когда пацан теряет достаточно концентрацию, чтобы попытаться использовать сверхсилы, оставляя даже свои игрушки. — Бедный мальчик из Зоковии, — прижимая Ртуть к матам, рычит он, сдавив крепко шею под своей рукой, — родителей Старк убил, просидел рядом с его бомбами пока не откопали, всю жизнь трясся за сестру, которая сама в ту еще тварь превратилась, — Пьетро дергается под ним, старается вырваться из последних сил, смотрит бешеным взглядом, на что Рамлоу только скалится, впечатывая свободный кулак ему в лицо, — здесь это значения не имеет. Хочешь жалости к себе — надо было в команду Кэпа валить, а в С.Т.Р.А.Й.К.е такой хуйни не водится. Хочешь быть здесь? Хочешь настоящие задания выполнять? Так засунь свой альтруизм себе в задницу, сожми яйца покрепче и делай что говорят, идиота кусок! Один раз говорю: еще раз такую херню отколешь на миссии — вылетишь быстрее пули из моего отряда. Брок оставляет его, скрючившегося на полу, и трясет ноющей рукой, пока идет к своим вещам. — Помоги ему, — коротко и спокойно бросает он Солдату перед тем, как выйти из комнаты. Зимний вздыхает и проходит до мутанта, присаживаясь рядом. — Поднимайся. Тебе нужен душ и медик, — потянув парня за руку, произносит не громко, помогая Пьетро встать. — Он просто зверь какой-то, — хрипит Максимофф, приходя в себя после потрясения и избиения, не сопротивляясь, пока Зимний тащит его в медсанчасть. — Да, и быть другим ему нельзя, — отзывается на это бормотание Солдат, помогая парню до того момента, как его забирают под свое крыло медики. Роджерс находит почти остывшего командира в кабинете, обходя перевернутое кресло и переступая осколки чего-то стоявшего раньше на полке. Он подходит к столу, по пути прихватив графин с бурбоном и пару стаканов, наполняя оные, как только ставит их на стол. — Я слышал про Пьетро и твои воспитательные меры. — Барнс уже настучал? — Рамлоу оборачивается от панорамного окна и заканчивает донимать движениями и без того раненную руку, забирая предложенную выпивку. — Нет, встретил Роллинза по пути до тренировочного зала. Предупреждая твое недовольство, нет, я не собираюсь читать нотаций. Думаю, этому парню полезно привить дисциплину, хотя твои методы я все еще не одобряю. — Сам себе противоречишь, — хмыкает Брок, проглотив алкоголь и закрывает глаза, откинувшись на спинку кресла. У него дьвольски болит голова. — Он поймет, — несколько минут тишины, в которую агент трет виски, произносит Стив, налив ему еще. — Они все понимают, — отзывается Рамлоу, забирая новую порцию, — только некоторые посмертно. Я этого дерьма больше не хочу. Не в С.Т.Р.А.Й.К.е. — У тебя еще есть время не допустить этого. Поговори с ним, объясни. — Нет уж, я ему сопли утирать не собираюсь, даже если те кровавые. — Даже если сам их ему и пустил? — Капитан тихо, весело хмыкает и сжалившись над любовником приносит ему из мини-бара лед и таблетки. — Ладно, я сделаю это сам, но пообещай мне одно: в следующий раз ты сначала попытаешься донести до него свои мысли словами, а после разобьешь лицо. — Не веришь в то, что без избиений не обойдется? — Глотая колеса и прикладывая пакетики к пульсирующим вискам, усмехается криво в ответ тот. — Слишком хорошо тебя знаю. Ладно, у меня вылет через два часа, нужно еще проинструктировать своих. — За это и люблю тебя, капитан. Возвращайся к ужину. — Само собой, только если ты вытащишь свою задницу из офиса. — Хитрый сукин сын. Это практически повседневность: волноваться за придурков, которые служат под их началом, стараться чтобы им не вынесли мозги, а после поддерживать друг друга и принимать помощь, потому что иначе и самим сломаться не долго. Но у них есть цель, вернуться домой, и пока это так, они будут дальше бороться со всем этим дерьмом.