Ты отличаешься от других детей

      Морти изо всех сил пытался убедить себя, что в происходящем нет ничего плохого. В конце концов, он уже не маленький, чтобы отпрашиваться по любому поводу! Но все равно ему было немного совестно. — Слушай, — припарковав корабль, Рик повернулся к нему. — Мне нужно о чем-то с тобой поговорить… — О ч-чем? Вместо ответа другой дедушка неожиданно взял Морти за руку и, поднеся к своему лицу его пальцы, зачем-то долго разглядывал их, не говоря ни слова. — Мне показалось, что твои когти затуплены… Это так? Несмотря на то, что его голос звучал ровно, в нем все равно слышались странные и даже немного пугающие нотки. — Н-ну да, — отдернув руку, Морти нервно захихикал. — С-совсем чуть-чуть… — И кто до этого додумался? Ты или… Под пристальным взглядом красных глаз он невольно поёжился. — Я, — признался Морти, отводя взгляд. — Рик был против, но я просто, знаешь… иногда я в-выхожу из себя, и надо хотя бы уменьшить ущерб, к-который я нанесу окружающим… Такое уже было, и… В салоне надолго повисло молчание. — Эх, Морти, — наконец, тяжело вздохнул Санчез, качая головой. — Чтобы такого не происходило, нужно обрести полный контроль над своей хищной натурой, а его порой бывает трудно поддерживать даже взрослым бистиконцам, что уж говорить о молодняке… Но тупить когти? — усмехнувшись, он снова дотронулся до руки внука. — Впрочем, это имело место быть в нашей культуре, когти подпиливали и обрезали рабам и пленным, аристократы делали это, чтобы продемонстрировать свою утонченность, хиппи — в знак отказа от насилия, совсем маленьким детям это делают, чтобы они случайно не поранили сами себя… Но ты ведь не входишь ни в одну из этих категорий, верно? — В-верно… — И ты сознательно уменьшаешь свои силы, просто чтобы мирно жить среди этих?.. Последнюю фразу Рик сказал как будто самому себе, и выражение его лица при этом было каким-то странным. Впрочем, он быстро опомнился. — Твои когти, малыш, это, грубо говоря, десять ножей, которые даровала сама природа, и, как с любым оружием, с ними можно обращаться неаккуратно, вредя в первую очередь самому себе, а можно достичь совершенства, и… Позволь, продемонстрирую? Может быть немного неприятно… — Продемонстрируй! — парню стало даже трудно усидеть на месте от любопытства. — Как скажешь. И старый бистиконец, протянув руку, начал медленно проводить по его щеке острым когтем. Это действительно было неприятно, и Морти пока не очень-то понимал, в чем смысл. — Еще ничего не произошло, видишь? А сейчас… От неожиданной короткой боли Морти вскрикнул. Стерев каплю крови с его кожи подушечкой большого пальца, Рик пояснил: — Видишь ли, я просто контролирую силу нажатия, и когда я не хотел, чтобы ты был ранен, так оно и было… Знаю, не сильно впечатляет, но, будь здесь воздушный шарик, я мог бы сделать то же самое с ним, и он бы не лопнул! Само собой, пока я этого бы не пожелал. — Ух ты… Это определенно вызывало у Морти интерес. — А меня научишь? — Само собой, — Рик вышел из салона, — но на сегодня у нас немного другие планы… Перед ними простиралось поле. Самое обычное поле, заросшее высокой травой, и мальчик вообще сначала подумал, что это одна из бесконечных версий Земли, но потом прямо у них над головами пролетел звездолет. — Ну что ж, — подойдя, Рик обнял его за плечи и широким жестом обвел все вокруг. — Добро пожаловать домой, Морти! Сначала он даже не понял, что это значит. Но потом до парня дошло, и к его горлу невольно подкатил комок. — Это что, Б-бистикон?.. — Он самый, малыш. Наша с тобой Родина… Если бы не поддержка деда, Морти, наверное, не удержался бы на ногах. Его чувства было трудно описать словами, насколько их оказалось много. Все было как будто во сне… — Эй, Морти, ты сегодня обедал? Этот странный вопрос вырвал мальчика из прострации. — Н-нет… А что? — Да так, просто, — отпустив его, мужчина вдруг начал шевелить ушами, словно локаторами, — я что-то слышу, и… И, не договорив, он с рычанием бросился куда-то в густую траву, откуда виднелась лишь его седая макушка, и начал что-то там яростно выискивать. Хлопая глазами, Морти молча наблюдал за этим, пока наконец Санчез с победным: — Есть! — не встал и не поднял сцепленные замком руки вверх. — Попалась! В его когтях билась тучная крыса. — Приятного аппетита, Морти. Но тот смог сказать только: — Ээээм… — Ох, прости! — схватив крысу за голову двумя пальцами, Рик одним движением сломал ей шею. — Вот теперь точно приятного… Морти взирал на трупик грызуна в смешанных чувствах. Не то чтобы он сам был без греха, просто… Просто его немного покоробила та улыбка, с которой Рик прикончил крысу. Впрочем, чтобы не обидеть его, Морти все-таки сказал "спасибо" и вонзил клыки в теплое мясо. Расправился он с обедом довольно быстро. — Ну что ж ты так неаккуратно, Морти… В руках у мужчины появился белоснежный платок, которым он тут же начал стирать кровь с его губ и подбородка. — Я сам могу… Не надо! — Можешь, конечно, можешь, только со стороны увидеть грязь удобнее, правда? Недовольно сопя, Морти все же выдержал эту процедуру, пусть ему и казалось, что без этого вполне можно было обойтись. — Малыш, а ты можешь кое-что сделать для меня? — Что? — Порычи, пожалуйста. Юноша удивленно вскинул брови. — Зачем? — Я тебе объясню, но потом… Давай. Зарычи так громко, как только сможешь! — Ну л-ладно… Рик сложил руки на груди и закрыл глаза, прислушиваясь. Набрав в легкие воздуха, Морти собрался, и… По его мнению, это было фиаско. Силы закончились довольно быстро, и он чуть не упал от напряжения, так еще и под конец его рык стал больше напоминать мяуканье голодного котенка! Но Рик, открыв глаза, улыбнулся ему, и от этого стало немного легче. — То, что ты делал, Морти, является важной частью тренировки самоконтроля, не говоря уж об искусстве правильного рычания… Впрочем, искусство нам пока не нужно. Нам всего лишь нужно научиться обуздывать свои инстинкты, правильно? — Правильно… — Раз уж этот… Рик не смог тебя этому научить за шестнадцать лет, то пусть теперь за дело возьмутся профессионалы, — наклонившись, Санчез провел в земле борозду носком ботинка. — Как насчет забега? — З-забега?.. — Просто беги за мной изо всех сил и попробуй догнать, при этом постарайся сохранить как можно больше дыхания. Так, небольшая тренировочка на выносливость… Готов? — Всегда готов! — Морти встал к черте. — Три, два, один… побежали! Спина деда мелькала впереди, то отдаляясь, то явно специально приближаясь так, что при желании, казалось, он запросто мог бы напрыгнуть на него и повалить. Бежать с такой скоростью, да еще и в траве, оказалось непросто, но вместе с тем это было и… весело. Да, Морти совсем этого не ожидал, но в его мозг внезапно поступил адреналин, и он бежал все быстрее и быстрее, наслаждаясь напряжением в каждой мышце, а потом… А потом он все-таки прыгнул на Рика и опрокинул его на землю. И тот, встав и отряхнувшись, дал ему легкий подзатыльник, назвал шалопаем, при этом улыбаясь, и они оба зашлись в звонком смехе — ни от чего, просто от хорошего настроения… О "прогулочке на двадцать минут" уже никто и не вспоминал.

***

— Если хочешь, могу познакомить тебя с твоей семьей… — С семьей? Н-но Рик сказал, что они мертвы! — Мертвы, — дед плеснул на угли воду из ковшика. — Ты, главное, им не проболтайся… Помещение постепенно заполнялось горячим паром. — Скоро ты их всех увидишь, — пробормотал Рик, откидываясь назад и закрывая глаза. — Даже твоего папашу-идиота… Морти все никак не мог расслабиться. Комкая в руке край полотенца, обмотанного вокруг бедер, он набирался решимости для серьезного разговора. — Р-рик… — Да? — А что, если… Если я не смогу жить с тобой? Старик долго ничего не отвечал — лишь уголок его губ на мгновение дернулся. — Понимаешь, — Морти опустил лицо в ладони, — я просто… Я просто н-не готов пока решить, с кем из вас… Тяжелая рука опустилась на плечо. — Все в порядке, — улыбнулся Рик. — Такие решения быстро не принимаются, успокойся! И, знаешь… — его голос понизился до шепота. — Даже если твой выбор окажется не в мою пользу, я всегда буду рядом с тобой. Это немного обнадеживало. Морти даже смог улыбнуться в ответ. — Не думай об этом пока! Сейчас самое время выбросить все мысли из головы и просто отдохнуть… Кстати, баня — это отличный помощник в достижении самоконтроля. Просто закрой глаза, расправь гребень и выдохни… Вдохни и выдохни…       Как ни странно, это помогло. Парень действительно почувствовал себя лучше. Поднимающийся в бане жар будто прочищал сознание и заставлял мысли течь медленнее. Пот сбегал по разгоряченной коже каплями. — А хочешь, массаж сделаю? Предложение было весьма неожиданным, но юноша не видел никаких причин отказываться. — А давай… Спрятав когти, Санчез подвинулся ближе и начал разминать ему шею. Его прикосновения оказались довольно сильными, кожа на пальцах — не такая загрубевшая, как у обычного Рика, и, получая удовольствие от массажа, мальчик никак не думал, что прямо в парилке вдруг откроется портал. — Вот вы где, блядь! К-эээ-кого хуя?! Возмущенный крик отдался от стен эхом. — "Я же видел, как вы его забрали, на вас еще была та идиотская шапка", — весьма похоже передразнил Рик мистера Голденфольда. — Это что, нахуй, за дела?! Кто разрешал тебе, — он ткнул пальцем в Морти, — улетать без разрешения?! А ты, хуйло с когтями, о чем только думал?! Мелкий, быстро одевайся, мы уходим! — Н-но… — Все в порядке, Морти, — Рик-бистиконец встал, убрав со лба влажные волосы. — Пойдем. Я столько всего еще хотел тебе показать, но, видимо, не сегодня…

***

      Сказать, что Рик был зол — значило ничего не сказать. Сразу после возвращения домой он отправил Морти в его комнату, боясь, что в ином случае просто прибьет парнишку сгоряча. — Мне казалось, что мы с тобой уже закончили, — презрительно процедил он Рику-бистиконцу. — Убирайся! — А в чем моя вина? — не менее холодно ответил тот, скрестив руки на груди. — С каких это пор мне нужно разрешение, чтобы провести время с моим внуком? В его тоне определенно слышался вызов. — Это не твой внук, — фыркнул Рик, отворачиваясь. — Ты, что ли, возился с ним все эти годы? Ты его воспитывал? Нет! Так что будь добр, зава… Договорить он не успел, потому что на горле вдруг сомкнулись железные пальцы. Без малейших усилий подняв ученого над полом, Рик-бистиконец припер его к стене и, приставив один из когтей пугающе близко к глазу, прорычал, оскалив зубы: — Жалкий человечишка, ты украл моего Морти и еще смеешь упрекать меня за то, что я не был рядом?! Да я бы прикончил тебя на месте, ты жив только потому, что глупенького Морти расстроила бы твоя смерть… Оглянувшись по сторонам, как будто опасаясь нежеланных свидетелей, хищник продолжил уже совсем другим, сладко-пугающим тоном: — Знаешь, этот ребенок так доверчив… Его только приласкай, и он сразу к тебе потянется! Так я и сделаю… Я уже это делаю! Рано или поздно он сам захочет уйти ко мне, и ты ничего с этим не сделаешь! — С-сукин сын!.. — появившееся ионное поле отбросило бистиконца назад, а Рик, трансформировав руку в кибероружие и направив ее на конкурента, прохрипел, превозмогая боль в горле: — И ты думаешь, я позволю тебе это сделать? Думаешь, я подпущу тебя к Морти ближе, чем на километр, после такого?! Пососи мои потные яйца, урод! — Ты меня не остановишь! Никто не остановит, я — ебаная лучшая версия Рика Санчеза! И если ты попытаешься мне помешать, он просто не станет тебя слушать! Он подумает, что ты специально меня очерняешь… Все будет по-моему! И пусть малыш Морти пока верит, что у него есть выбор, мы-то с тобой оба знаем, что это не так… Никогда еще ученый не испытывал такой ненависти к кому-либо. Он был готов сначала изрешетить этого мерзавца пулями, а потом помочиться на труп, но… Он не мог убить другого Рика ровно по той же причине, по которой другой Рик не мог убить его, и это немного отрезвляло. По крайней мере, не сейчас. Не здесь. Не в присутствии самой причины их вражды. Они обошли друг друга по окружности, будто звери, которые, хоть и решили разойтись мирно, в глубине души все равно мечтали перегрызть друг другу глотки. Рик-бистиконец скрылся в портале. А обычный Рик, отдышавшись и более-менее успокоившись, решил провести воспитательную беседу уже с Морти. В своем стиле.

***

      Внутри у Морти все противно подрагивало. Выйдя на минуту из своей комнаты в туалет, он никак не ожидал, что по возвращению увидит в ней Рика, сидящего на кровати. Под его пристальным взглядом парень почувствовал себя щенком, напрудившим в углу. — Морти. — Д-да? — он попытался сохранить непринужденный вид, наблюдая, как Рик зачем-то снимает халат и закатывает рукава водолазки. — Помнишь, как ты, будучи маленьким, украл у меня портальную пушку и отправился без спроса гулять по другим мирам? Конечно, Морти это помнил. — А к чему это привело, п-эээ-мнишь? — Ну… я ч-чуть не утонул… — Правильно, — закрыв глаза, Рик тяжело вздохнул. — А что было после того, как ты чуть не утонул? — Т-ты меня спас… — А как я поступил после того, как тебя спас? Повисла долгая тишина. Морти все больше не нравился этот разговор. — Ты… ты наорал на меня. — А еще? — Ты орал очень долго… — А потом? Даже спустя столько лет об этом было неприятно вспоминать. — А п-потом ты меня отшлепал… В комнате снова ненадолго воцарилось молчание. Морти искренне надеялся, что ошибается, ведь это было бы полным абсурдом предполагать, что… — Кажется, жизнь ничему тебя не научила, Морти, — покачал головой Рик и хлопнул себя по коленям. — Ну что ж, ложись! — Ээээ?! Он ушам своим не поверил. Быть такого не может! — Рик, т-ты просто ш-шутишь, п-правда?.. — Я что, похож на клоуна? — дед посмотрел на него исподлобья. — Белье, так уж и быть, можешь оставить… — П-погоди! — Морти панически захихикал. — А… а лишение интернета? Карманных денег? Д-домашний арест? Хоть что-нибудь другое! — Нет, — в голосе ученого зазвенел металл. — Сейчас ты ляжешь животом ко мне на колени и получишь свое наказание, и я очень не советую меня злить! — Н-но… — И без разговоров! Все, что ему оставалось — так это принять неизбежное. Когда Морти расстегивал джинсы, руки у него слегка дрожали. Оставшись в трусах, он с чувством человека, идущего на эшафот, лег именно туда, куда ему и сказали. Оказалось, как ни странно, удобно. Вот уж не думал Морти, что в таком зрелом возрасте снова окажется в подобном положении… — Ай! Он невольно дернулся, получив первый шлепок. — Незачем так кричать, Мо-эээ-рти, — ухмыльнувшись, Рик снова занес руку, — это ведь было лишь начало… И это действительно были лишь цветочки! Замахивался старый негодяй далеко, бил больно, и если поначалу еще это хоть как-то можно было терпеть, то потом стало просто невыносимо. Особенно, когда Рик начал читать внуку проповеди, время от времени прерываясь для очередного шлепка. — Ты — просто… просто невыносим, Морти! Вечно меня не слушаешься! И нечего тут хныкать, заслужил! Вот скажи мне… кто разрешал тебе улетать? — Н…никто… — Вот именно! — припечатав его особенно сильно и звонко, Санчез остановился на несколько секунд, переводя дух. — Мне вообще не нравится, что ты так… Так за ним увиваешься! Смотреть противно… — Но… — в Морти подняло голову чувство справедливости. — Он мой родной Рик, и я имею право… ай-ай-ай!!! — он задрыгал ногами в воздухе, точно маленький ребенок, потому что дед неожиданно обрушил град шлепков на и без того уже горящий огнем зад. — Хватит, н-не надо! — Не в том ты положении, чтобы о правах говорить, пес… Было очень противно и обидно. Морти хотелось плакать. — Я же б-был не один, — попытался он оправдаться. — Ничего бы не с-случилось… — Я бы не был так в этом уверен! — еще один удар. — Ты ведь едва его знаешь! А уже, блядь, готов за ним на край света… — Он мой… аааа!.. Больно! — Я твой Рик, — прошипел мужчина, дергая его за ухо, — а это — не пойми кто, хер с горы… Я запрещаю тебе иметь с ним дело! Увидел бистиконца — и все, мозги совсем перестали соображать, идиот… Да эти Рики все с двойным дном… а то и с тройным! Уж можешь мне поверить! — Он… он не такой, как ты думаешь! Он хороший! — Хороший Рик? — Санчез рассмеялся в голос. — Да ты, часом, головой не стукнулся?! Щас еще сильнее получишь!..

***

      Морти засыпал в слезах. Как и всегда. После каждой ссоры с Риком. Но таким униженным и опустошенным он еще никогда себя не чувствовал. У него просто не укладывалось в голове то, что случилось. Не будет Бистикона. Не будет знакомства с семьей, не будет другого Рика — а все из-за чьей-то глупой паранойи! "Не доверяй ему". Рик повторил эти слова несколько раз во время наказания, и теперь пульсирующая боль в отшлепанной до синяков заднице не давала их забыть. Тем не менее, Морти смог заснуть. И, когда его разбудили непонятное бормотание и назойливо лезущий в ноздри запах выпивки, он почему-то даже не удивился. Не подавая виду, что уже не спит, он смотрел сквозь полуприкрытые веки на своего деда, который сидел на краю постели и что-то бубнил в пустоту. — Да чтоб… да чтоб этот придурок провалился… Вот к-эээ-к тебе объяснить, что он… что он… Вытянувшись на кровати, Рик обнял внука за ноги, опуская голову на его колени. — Все… все для тебя дурака, делаю, а ты… а ты не по-понимаешь… И комнату сотряс пьяный храп. Несколько секунд парень смотрел на него, не шевелясь и даже не дыша. А потом, закатив глаза, с тяжелым вздохом выбрался из постели, сдвинув голову ученого с колен и, взяв подушку, ушел спать вниз, на диван.