Глава 6. Друзья
22 ноября 2017 г., 16:00
В квартире стояла оглушающая тишина. Шумно тикали часы на микроволновке, с пугающим визгом шин проезжали под окном машины. На одном диванчике рядком устроились Крэш, Эдди и Сид, напротив них, в глубоком кресле, обитом вытертым плюшем старушечьей расцветки, откинувшись на спинку, сидел Манфрэд. Ни в чём не повинная Элли, чувствуя себя неуютно, стояла в сторонке и покачивала на руках спящего Рошана, неосознанно используя его в качестве живого щита.
Мэнни буравил парней тяжёлым взглядом, по очереди останавливаясь на каждом из них и с особой тщательностью выбирая жертву. В итоге счастливый жребий достался близнецам: Манфрэд боялся, что, прооравшись на Сида, не найдёт в себе сил, чтобы отчитать мальчишек.
— Итак, — веско произнёс Мэнни и замолчал, глядя на братьев. Те испуганно подобрались, теснее прижавшись друг к другу, за что заслужили ещё один неодобрительный взгляд. — Давайте рассказывайте, как вы, олухи, до такого додумались и насколько давно это продолжается, — он выжидательно уставился на близнецов. Крэш посмотрел на Эдди, Эдди — на Крэша, и по их безмолвной договорённости заговорил Крэш:
— Мэнни, ты не кипятись. Мы типа понимаем, что это неправильно и всё такое. У нас вообще ничего серьёзного, правда-правда! Так, потрахушки... — улыбнулся он от уха до уха с выражением внезапного кроличьего испуга на лице. Мэнни его оптимистичного настроя не оценил, продолжая сверлить пацана взглядом, под которым тот очень быстро увял и неуверенно покосился на брата. Уловив его мысленную мольбу о помощи, в разговор вступил Эдди:
— Не, Мэнни, ну реально, ну чё такого-то? Какая, блин, разница, сам себе или друг другу? Мы совершенно здоровые, никакой пакости со стороны точно не принесём. Ну а то, что братья... Подумаешь! Инцест вообще запрещён только потому, что у близких родственников в каком-то там третьем-четвёртом поколении дети больные рождаются. А нам это по-любому ж не светит, да?.. — это был самый веский, на его взгляд, аргумент. Близнецы дружно посмотрели на Манфрэда с надеждой, честно полагая, что их логика должна была его убедить. Мэнни беспомощно перевёл взгляд на Сида, пытаясь понять, действительно ли он один видит в случившемся проблему или его всё-таки окружают нормальные люди. Увы, Сид в этом деле был не на его стороне: он не хотел давать Мэнни новые козыри против гомосексуальных отношений вообще и его отношений с Диего в частности. Тогда Манфрэд посмотрел на Элли, но та лишь смущённо отвела взгляд, сделав вид, будто целиком и полностью поглощена укачиванием ребёнка.
Мэнни вздохнул.
— Слушайте, неужели я тут единственный адекватный человек, а? Никто не понимает, что это аморально, мерзко и... и никакие оправдания тут не работают? — спросил в пустоту Мэнни. Вся честная компания сначала синхронно кивнула, потом, сообразив, что их могут неправильно понять, замотала головами.
— Мэнни, ну не дави на них, — подала наконец-то голос Элли. — Я им уже давно всё объяснила, они даже притворились, что поняли. Дальше от нас ничто не зависит, пока эти оболтусы сами не включат головы.
— Предлагаешь до тех пор потакать этим их... «потрахушкам»? — брезгливо уточнил Манфрэд.
— Они уже взрослые, — пожала плечами Элли. — Пусть сами расхлёбывают.
— «Взрослые»? — переспросил Мэнни и возмущённо рыкнул: — Им пятнадцать!
— Ну да. Их матери было примерно столько же, когда она родила, — ответила Элли, обеспокоенно проверяя, не разбудил ли его взрыв негодования младенца.
Манфрэд выдохнул. Ну да, и впрямь, чего ожидать от пацанов, которых сразу после рождения бросила родная мать и которых воспитывала соседская девчонка? Она сама была ещё сущим ребёнком, когда взялась растить мальчишек, еле справлялась с бытовыми проблемами, подрабатывая разом в трёх местах... Куда уж там беспокоиться о моральном облике воспитанников. То, что братья не выросли наркоманами, неплохо учились и хоть сколько-то уважали названую сестру, уже было маленьким чудом.
— Хорошо. Я понял. Я совершенно этого не одобряю, но я понял, — прогудел наконец Мэнни. — У себя дома делайте что хотите, но в моей квартире держите себя в руках. И никаких запертых дверей! Пока вы тут, я должен знать, что вы не занимаетесь ничем... предосудительным. Ясно? — он посмотрел на близнецов, и те дружно кивнули, радуясь, что легко отделались.
— Так... Теперь ты, — глянул Мэнни на сжавшегося под его взглядом Сида.
Крэш и Эдди тихой сапой сползли с дивана и перебрались поближе к стоящей у окна Элли, надеясь в случае чего укрыться за её широкой грудью.
— Объясни-ка мне, Сидни, как так вышло, что ты оказался гомосеком? И почему я узнаю об этом именно так? Застав тебя с Диего Амиресом, а?
Элли, которой Манфрэд не успел сообщить новости, тихонько ахнула. Про Сото Амиреса в городе не слышал только ленивый, а про Диего ей кое-что рассказали сами ребята. Общий настрой этих разговоров был не то чтобы негативный... скорее, неодобрительный. Нетрудно догадаться, что отношения между компаниями были натянутые. Когда накануне парни сказали, что идут на вечеринку к Диего, Элли решила, что появился шанс на перемирие. Но что перемирие окажется настолько «бурным», конечно, предугадать было невозможно. Да и сам Сид, как заметила Элли, всё ещё был в шоке. Но Мэнни этого не понял, а деликатные покашливания Элли просто проигнорировал.
— Э-э-э... — протянул Сид и виновато улыбнулся, точно так же, как несколькими минутами ранее улыбался Крэш. Манфрэд испытал навязчивое чувство дежа-вю.
— А что-нибудь более существенное, чем «э-э-э», ты можешь сказать? — скептически поинтересовался он, скрещивая руки на груди.
— Ну прости-прости-прости! — затараторил Сид. — Я тебе не сказал, потому что думал, что это не имеет значения. Я никогда-никогда раньше на парней не смотрел, только когда в колледж поступил... И ни на кого больше, правда! Ну я и решил: какая разница, всё равно мне ничего не светит. Я, честно, сам не ожидал, что Диего... Ну что он... — замялся Сид.
— Кхм. Ладно, с ориентацией понятно. Но как ты мог после всего, что с тобой делали на протяжении двух лет, поверить, что Диего настроен серьёзно? Ему даже я не верю, хотя вообще почти не пересекался с вами обоими, — спросил Мэнни. Сид снова потупил взор, мучительно краснея и сосредоточенно изучая свои длинные ногти.
— Эй, опоссумы, пошлите-ка сходим с Рошаном на прогулку, — первой сообразила Элли и, даже не дав близнецам переодеться во что-то более подходящее, вытолкала их в коридор, напоследок без слов, одними характерными движениями бровей и беззвучным «Ну!», намекнув Манфрэду, чтоб был потактичнее.
Как только шумное семейство покинуло квартиру, Мэнни, кашлянув, вопросительно посмотрел на Сида.
— Ну я это... Знаешь, я подумал, что мне всё равно, получится у нас что-то или нет, реально я Диего нравлюсь или он что-то своё задумал. Другого шанса-то у меня точно не будет, — признался после нескольких томительных минут молчания Сид. И боязливо взглянул на Манфрэда: — Это очень жалко, да?
Манфрэд посмотрел на «тухлого Сида» и понял, что ничего более ужасного в жизни не слышал. Это ж насколько нужно быть забитым, закомплексованным и не уверенным в себе, чтобы позволить такое с собой обращение? Чтобы самому относиться к себе как к безнадёжному отбросу?
«Ну, Диего, если ты правда сделаешь какую-то мерзость, я тебя своими руками удавлю!» — с внезапной яростью подумал Мэнни.
— Чёрт возьми, Сид, как же с тобой сложно... — протянул он вслух и тяжело вздохнул.
— Ну так мне паковать вещи и валить к родителям, да? — плаксиво задрожал губами Сид.
— Не надо, — качнул головой Мэнни, не размышляя ни секунды. — Разве можно тебя такого бросать? Да я себя уважать перестану, если кину тебя сейчас, — неожиданно даже для самого себя признался он.
Сид просветлел лицом.
— Мэнни! Так ты... Мы... Мы — друзья? — робко проблеял он.
Манфрэд ещё раз вздохнул и кивнул.
Ну вот кто бы мог подумать, что случайная находка заставит его не только влезть в дела местных бандитов, но и связаться с самой несуразной и забитой личностью в колледже?
***
В понедельник, собираясь утром в колледж, Сид нервно трясся и во время завтрака не смог впихнуть в себя ни кусочка — так боялся встретиться с Диего. Он догадывался, что раз Диего даже у себя дома попросил не проявлять лишних чувств на глазах у остальных, то уж в колледже и подавно не захочет светиться. Возможно, даже продолжит издеваться над Сидом, чтобы сохранить свой авторитет. И хотя теперь Сид вроде бы знал правду, он был далеко не уверен, что сможет вытерпеть подобное отношение. Нет, не так: именно сейчас, после признания Диего, сносить насмешки и зуботычины будет особенно тяжело. Выйдя из автобуса, Сид опасливо огляделся по сторонам, боясь увидеть приятелей Диего. Убедившись, что ему ничто не угрожает, Сид двинулся было к воротам на территорию, но именно в этот момент его огрели сзади тяжёлым портфелем и добавили толчок в спину. — Эй, ископаемое, а вот и ты! — обрадованно протянули Маршалл и Фангус, обнимая Сида с двух сторон. — Ну чё, ну чё, оттянулся на вечеринке, а? — похабно заржал Маршалл. Он не знал, для какого именно развлечения Сид понадобился Диего, но предполагал, что это было нечто крайне унизительное. Сид покраснел, испугавшись на мгновение, но его успокоил Фангус, начавший собственнически исследовать Сида: — Нет, смотри, никаких новых синяков, ни царапин, да и одёжка вроде бы та же, что была... Что с тобой делали, а? Эй, Сид, колись! — М? — непонимающе замычал тот, делая самое недоумённое и откровенно тупое лицо, на какое был способен. Забияки непонимающе переглянулись. — Чего, вообще ничего примечательного не помнишь? — неверяще спросил Маршалл. Сид мотнул головой, по-прежнему изображая лупоглазого ленивца. — Хм... — почесал в затылке Маршалл, отпуская наконец-то его от себя. Сид спешно поправил пиджак и подтянул сползшую лямку рюкзака. Он успел облегчённо выдохнуть, когда заметил за оградой стоящего чуть в стороне Бакминстера, наблюдающего за происходящим с интересом учёного-энтомолога. Сид не рискнул подавать Баку хоть какой-то знак, ведь у того причин для прилюдного общения с Сидом было ещё меньше, чем у Диего. Бакминстер ещё немного подырявил Сида взглядом, потом так же молча развернулся и пошёл к стоянке. Сид позволил-таки себе расслабиться и поплёлся к колледжу, не особо вслушиваясь в трескотню обсуждающих выходные «друзей». У дверей здания зазевавшийся Сид буквально впечатался в спину Диего. Тот заторможенно обернулся, смерил Сида безразличным взглядом, презрительно скривил губы и отвернулся обратно к своей банде, по большей части состоящей из товарищей по футбольной команде. Примерно этого Сид и ожидал, поэтому, ничем не выдав своего разочарования — где-то внутри теплилась надежда, что Диего решится проявить хоть немного дружелюбия, — прошёл мимо компании. Вернее, попытался пройти. — Ой, смотрите, какая-то плесень по полу размазалась! — издевательски хохотнул один из подпевал Диего, ловко подставив Сиду подножку. Растянувшийся поперёк порога и смачно вмазавшийся носом в пол Сид обречённо вздохнул, поднялся на колени и принялся собирать высыпавшиеся из карманов вещи: мобильник древней модели, какая-то мелочь на пару долларов в сумме, ластик, ручки и крупная плоская пуговица. За пуговицу Сид отдельно покраснел, и Диего, приглядевшись, опознал пуговицу с той рубашки, что была на нём в пятницу. Диего смутно припоминал, что верхняя пуговица отлетела, когда он торопливо раздевался, а не обнаружив её с утра, решил, что кругляш закатился куда-то под кровать. Теперь стало ясно, что кое-кто утащил пуговку в качестве сувенира. Диего в который раз за два дня испытал резкий приступ стыда и совести, но виду не подал. — Вот помочь бы человеку подняться, да руки марать противно. Так что помогу ногами, ты не против? — заржав, с силой пнул Сида под зад второй дружок Диего, отчего Сид проехался на коленках с полметра, разодрав на них джинсы и снова плюхнувшись лицом вперёд. Его «сокровища» разлетелись по всему коридору. Вся компания, да и не только они — все, кто находился в этот момент в холле, — обидно смеялись, глядя, как ползает по полу неуклюжий второкурсник. Кому-то было искренне весело, кто-то таким образом подмазывался к звёздам, кто-то просто радовался, что сегодня достаётся не ему. — Хватит ржать, — с ленцой растягивая гласные, произнёс приятный баритон. Сид неверяще обернулся на голос, отказываясь принять тот факт, что Диего всё-таки решил за него вступиться. Впрочем, он правильно не верил. — Этого тощика обижать — всё равно что котёнка пнуть. Убогое развлечение, — высокомерно заметил Диего, и смех потихоньку угас. Быстро потеряв к Сиду интерес, толпа начала расходиться, Диего же просто-напросто отвернулся к Баку, задав ему какой-то ничего не значащий вопрос. Да, всё правильно. Сиду указали его место: он — развлечение. Мало того, убогое развлечение, недостойное внимания Диего. Разве можно было в этом сомневаться?***
Когда в сумке протекла ручка, Диего отпросился в туалет, чтобы хоть немного отмыться. На самом деле на руках было лишь несколько пятнышек, но первой в расписании стояла откровенно ненавистная ему Мейлстром, так что Диего был рад любой возможности улизнуть с пары хоть на какое-то время. А тут такой прекрасный предлог застрять в туалете! Заодно можно и покурить, и посёрфить в интернете с телефона. В туалетной комнате Диего первым делом выдернул из коробки с десяток бумажных полотенец и начал оттирать руки насухо: от воды чернила только ещё больше бы расплылись. Он почти закончил с чисткой, когда услышал тихий всхлип, донёсшийся из одной из кабинок. В коллежском мужском туалете все предпочитали пользоваться писсуарами, так что в кабинки заходили для двух вещей: поплакать или потрахаться. Судя по интонации, второй вариант отменялся, и, что самое ужасное, Диего почти наверняка знал, кого именно застанет в кабинке. Он вполне мог бесшумно ретироваться, но всё же скинул в мусорку испоганенные полотенца и прошёл к кабинкам. Заглянув под нижний край и не увидев ни одной пары ног, Диего медленно прошёлся мимо дверец, прислушиваясь. Очередной всхлип раздался за третьей по счёту дверью. Тяжко вздохнув, Диего пару раз стукнул по деревянной дверце и вопросительным тоном протянул: — Сииид?.. Всхлипы моментально прекратились, и вместо них прозвучала сначала пара хлюпов носом, а потом смачное высмаркивание, после которого наступила тишина. Диего снова постучался и повторил имя, уже ничуть не сомневаясь. — Чего? — гнусаво отозвались из-за дверцы, снова шмыгнув носом. — Не хочешь открыть? — мысленно ругая самого себя за мягкосердечие, спросил Диего. — А в этом есть какой-то смысл? — вопросом на вопрос ответил Сид. — Ну мы поговорим... — стараясь не выдать собственной неуверенности, предложил Диего. За дверью немного помолчали, а затем дозволительно клацнула защёлка. Диего толкнул дверцу и заглянул внутрь. Там, на унитазе, подтянув колени к груди, сидел с мокрым и красным от слёз лицом Сид. Диего облокотился на косяк и с покровительственной заботой во взгляде посмотрел на утирающегося рукавом тощика. — И что это за мокроту ты тут развёл? — покачал головой Диего. — Можно подумать, первый раз, — буркнул Сид. Диего хмыкнул. Он никогда раньше не задумывался, а куда, собственно, тощик девается после очередного сеанса унижения и почему его в таких случаях не видно минимум пару часов. Помолчав немного, Диего решительно подошёл к Сиду, ухватил его под локоть и стащил с унитаза, потянув к рукомойникам. — Давай-ка умоем тебя, — распорядился он в приказном тоне и включил воду. Сид, послушно переступающий ногами, встал перед раковиной, посмотрел на свою заплаканную физиономию в зеркало и замер, изучая собственное отражение. — Эй, ты чего? — Диего помахал ладонью у него перед глазами. — Знаю, ты красавчик, это сложно отрицать, но любоваться собой будешь в другой раз, идёт? — произнёс он, наклоняя Сида к текущей из крана воде и брызгая на его лицо. Сид фыркнул и попытался скинуть руки Диего, но тот был настроен серьёзно и всё-таки заставил Сида умыться. Вытерев его лицо полотенцем, как маленькому ребёнку, Диего придирчиво осмотрел Сида, поправил его пиджак, убрал невидимую пылинку с плеча и рукой пригладил чёлку. Сид покорно стоял столбом, больше не сопротивляясь. — Ну вот, другое дело, — довольно заключил Диего. — На человека стал похож. — А до этого был похож на плесень? — наконец-то разомкнул губы Сид, горько усмехнувшись. Диего молча посмотрел на него, пытаясь придумать какое-нибудь оправдание. Он помнил, что обещал защищать Сида от обидчиков. Продолжать этот фарс не было никакого смысла: всё необходимое он от Сида уже получил. Зачем Диего сейчас возится с ним, не знал и он сам. Разумнее всего было бы полностью оборвать любые контакты и прекратить общение, вернувшись к прежнему состоянию их отношений; глядишь, рано или поздно тощик сам поймёт, что его просто попользовали. Но что-то внутри Диего упорно сопротивлялось такому решению. Вполне возможно, что это была совесть. — Прости меня за сегодняшнее, — наконец выдавил Диего, не опуская взгляда. — Я повёл себя как трусливая мразь. Вот уж чего Сид точно не ожидал, так это таких слов. Извинения — может быть. Но не признания в трусости. — Ну не могу я сразу... Да и как это объяснить? Мы же никогда не были друзьями, будет подозрительно, если я вдруг вступлюсь за тебя, — забормотал Диего. Сид закусил губу изнутри, сосредоточенно хмурясь, и Диего оборвал сам себя. — Хочешь, уедем сейчас? Ко мне? — неожиданно предложил он, в ответ на что Сид удивлённо захлопал глазами. — И зачем? — недоверчиво спросил он. — Ну, никаких посторонних, никаких тупых шуточек и поддёвок... — неуверенно заговорил Диего, не зная, чем бы таким эдаким его соблазнить. Сид серьёзно задумался. — А у тебя дома будет кто-то? — всё ещё колеблясь, уточнил он. — Только прислуга, — пожал плечами Диего. И тут же заговорщически подмигнул: — Но они свои ребята, не выдадут. — Ты правда хочешь поехать? — не мог поверить Сид. — Почему бы и нет? — улыбнулся Диего, отведя упавшую прядку со лба Сида. И увидев, каким счастливым стало его лицо, ощутил, как наконец-то отпускает сердце тяжёлое чувство вины. Может быть, он и продолжал обманывать. Но если всё, что Сиду нужно, это провести несколько часов в его компании, Диего, пожалуй, наступит на горло своей гордости, чтобы потом не чувствовать себя последней скотиной. Расстаться друзьями они всегда успеют.***
Тайком выбравшись из здания колледжа, парни прошли к автомобильной стоянке, где Диего оставил свою «тойоту». Сид испуганно шарахнулся в сторону, когда Диего открыл ему дверь, а усевшись на переднее сидение, долго вертелся, удивляясь тому, что сидит в его машине. Раньше Сид даже и мечтать не смел о том, что Диего когда-нибудь будет его подвозить. Едва запустив двигатель, Диего тут же провёл пальцем по панели магнитолы, выбирая на флэшке папку с любимыми The Baseballs. Пока мотор прогревался, Диего протёр запотевшее переднее стекло мягкой салфеткой, перегнувшись через Сида, чтобы дотянуться до дальнего его края, а затем и до бокового стекла. Сид обмер, боясь лишний раз шевельнуться. Попросив Сида достать из бардачка его солнечные очки и нацепив их на нос, Диего оглянулся через плечо, проверяя, свободна ли дорога, и вырулил со стоянки. Въехав на шоссе, он вдавил по газам и прибавил громкость, вторя солисту, перепевшему очередной хит леди Гаги. Сид, немного освоившись, тоже качал головой и барабанил пальцами по колену. Джазовая обработка песни ему понравилась даже больше оригинала. Окончательно успокоившись и забыв о том, что случилось днём, Сид радостно улыбался и с восторгом пялился в окно на проносящиеся за ним городские улицы. Диего намеренно ездил только по крупным дорогам и фешенебельным районам, избегая тёмных проулков и трущоб, где проходила жизнь Сида. — Можем попросить Маргарет приготовить на обед что-нибудь необычное, — повышая голос, чтобы перекрыть музыку, предложил Диего. — М-м-м... А что, например? — с любопытством поинтересовался Сид, для которого такая опция была в новинку. — Не знаю... — Диего пожал плечами. — Чего тебе хочется? Сид вспомнил прилавки в супермаркете и назвал первое, что пришло в голову: — Мраморная говядина? — Хех, а у тебя губа не дура, — оценил его выбор Диего. Проведя пальцем по закреплённому на панели смартфону, он выбрал в телефонной книжке свой домашний номер и, дождавшись, когда горничная возьмёт трубку, сказал: — Лизбет, передай, пожалуйста, Маргарет, что сегодня на обед у нас должны быть стейки из мраморной говядины, её фирменные томаты и яблочное желе. И пусть из погреба принесут какое-нибудь лёгкое сухое вино, хорошо? — получив ответ, попрощался и сбросил звонок. У Сида разом закончились все слова, а Диего, увидев его поражённо вытаращенные глаза, только засмеялся. Удивлять тощика оказалось делом простым и неожиданно приятным. Подъехав к особняку, Диего завёл машину в подземный гараж, где стояло ещё несколько дорогих автомобилей, и, велев Сиду подождать, обежал «тойоту» по кругу, открыв ему дверь. Робко выглянув наружу, Сид выбрался из машины и с нескрываемым интересом огляделся. Некоторые из этих машин он раньше видел только по телевизору. — Идём, — позвал, обернувшись на замершего посреди гаража Сида, Диего. Тот кивнул и пошёл следом, продолжая глазеть по сторонам. По пути наверх он неожиданно остановился перед прозрачной дверью и заглянул в помещение за ней. — У вас и в доме есть бассейн? — удивился Сид. — А? Ну да, — кивнул Диего, для которого это было в порядке вещей. Сид задумчиво покусал губу, потом собрал всю смелость в кулак и спросил: — А можно потом туда сходить? Я с лета не плавал. Диего посмотрел на горящие энтузиазмом глаза и неуверенно кивнул. Неуверенность его объяснялась тем, что Диего... не умел плавать. Так сложилось, что в детстве он однажды едва не утонул. Спас его телохранитель отца, который, в общем-то, и должен был следить за сохранностью хозяйского отпрыска, но чуть не прошляпил опасный момент. С тех пор Диего не только не научился держаться на воде — он и заходить-то в водоём глубже джакузи боялся, моментально цепенея и чувствуя, как разом деревенеют все мышцы. Впрочем, Сиду об этом знать совершенно необязательно, можно отмазаться, скажем, какой-нибудь прививкой, из-за которой нельзя мочить кожу. — Ой, блин! — хлопнул себя по лбу Сид, и Диего дёрнулся на этот звук. — Что такое? — Да я попросился в бассейн, а переодеться-то мне не во что, — пояснил Сидни. Диего, заранее предвкушая удовольствие от его смущения, выдал свой коронный тигриный оскал и произнёс: — Не думаю, что тебе понадобятся плавки... Сид густо покраснел.
