Статус: есть телохранитель

Порожки трейлера Сколетти и Фостер, 20 июня, 20:30 Я не успела выкрутить и один шуруп, держащий ручку, когда раздался предупреждающий стук с той стороны, и на улицу, осторожно приоткрыв дверь, вышел Финн. Сидя на корточках, я оценила разноцветные шнурки на его кедах, прежде чем поднять голову и встретиться со сконфуженной гримасой парня. — Можно? — он указал на верхнюю ступеньку из трех. — Конечно, — кажется, в сотый раз за этот день пожала я плечами. Что за дурацкая реакция, прежде я не замечала за собой подобного. Или все вокруг действительно вызывало недоумение, что странно, или это какой-то способ психологической защиты, что еще страннее. Я вернулась к своей задаче, уверенная, что здесь и сейчас никакого нападения на субъекта ждать не стоит. — Слушай, прости, я не хотел расстраивать тебя, просто… — Ты меня не расстроил, — спокойно оборвала я это начинающееся, вовсе ненужное мне, извинение. — Ты задал вопрос, не желая ничего плохого и не подозревая, что ответ на него не из стандартного набора. — В таком случае… Рукопожатие в качестве примирения? — Мы не ссорились, но если тебе от этого… — Просто пожми мою руку, я начинаю чувствовать себя идиотом, — закатил глаза Финн, растянув губы в лукавой усмешке. Пару раз я встречала ее на личных фотографиях в соц.сетях, когда он находился в кругу друзей или семьи, а не под прицелами камер профессиональных фотографов. Настоящая, не актерская игра. Отложив отвертку, я снова осторожно пожала его узкие длинные пальцы музыканта. — Лучше? — приподняла я бровь, убрав руку. — Безмерно, — хмыкнул Вулфард. — Итак… Насколько я могу понять, вы, ребята, очень серьезно относитесь к своим обязанностям. — Верно. — Значит, перед тем, как приехать сюда, ты… изучала меня? — Собирала и анализировала существующую о тебе информацию на просторах интернета, — поправила я. — Социальные сети, интервью, биографии на различных сайтах, упоминания в новостях. — Понятно, — кивнул он. — В таком случае, ты мне должна. — Поясни? — я покрутила кистью. — Ты знаешь обо мне все, я о тебе ничего, это несколько нечестно, верно? — Тебе не нужно знать обо мне ничего сверх того, что тебе уже известно. — Согласно контракту, нам предстоит провести рядом друг с другом ближайшие полгода. Я предпочитаю знать человека, которому все близкие мне люди доверили мою жизнь, — он щелкнул пальцами. — Как бы пафосно это ни прозвучало. Отлично. Сближение с субъектом — самое последнее, что нужно любому телохранителю. Это практически шестьдесят процентов вероятности, что миссия будет провалена. — Послушай. Я не твоя новая приятельница, не фанатка, не коллега и уж точно не собираюсь становиться членом твоей актерской или настоящей семейки. Я — твой телохранитель. Если тебе что-то будет угрожать, я это предотвращу или устраню. Если в какой-то критический момент в тебя полетят пуля, нож, кислота, разъяренный сумасшедший сталкер, я встану между тобой и этим. Это моя работа, мой долг, мой моральный принцип. И это единственное, что должно тебя интересовать. — Круто, — выдал Финн после небольшой паузы. — Вас этой речи учат, или это импровизация? Неважно. В любом случае, меня интересует большее. Например, твое имя. Я такого не встречал прежде. Вигдиис, — протянул парень, смакуя и катая все звуки во рту, словно конфету. — Почти как Вискас. Бога ради, он думает, что может вывести меня из себя подобным детством? Проигнорировав «кошачье» высказывание, я вернулась к работе отверткой. — Уверен, за таким редким именем стоит какая-то история, — не сдавался Финн. — Ты не похожа на американку. Слишком высокая, я выше тебя всего на пару сантиметров, значит, ты где-то около 177, — в «десятку». — И, несмотря на твои светлые волосы и голубые глаза, это никак не вяжется с типичными представительницами партии блондинок США. «Партия блондинок». Я почти засмеялась, но вовремя закусила губу. Пожалуй, следует немного наградить его за внимательность: — Я наполовину норвежка. По маме, — сразу избежала я следующего вопроса. — Так и думал, — довольно хмыкнул Финн. — У тебя глаза — льдисто-голубые, такие только у северян бывают. Получается, имя — скандинавское? — Блестящее умозаключение, мистер Вулфард. — И что оно означает? Ладно, я загуглю, ты же меня гуглила, — мой упрямый субъект потянулся за телефоном. — Богиня войны, — тихо пробормотала я, понимая, что это знание — неизбежность. — Что? Дай взаймы? Я не против, сколько… — Богиня войны! — четко высказала я, оборачиваясь и натыкаясь на взгляд, полный задора и густого горького шоколада. — Да, похоже, Вискасом тебя теперь не назовешь… — картинно приложил он ладонь к лицу, наигранно тяжело вздохнув. — Называй как угодно, меня не касаются фантазии охраняемой персоны. — Тебя не тошнит от этого официоза? — Этот официоз — моя работа. — А у вас не действует правило: «клиент всегда прав»? Не сдержавшись, я прыснула: — Если бы это правило действовало, у нас бы не было работы. — Вот так мне больше нравится, — улыбнулся Финн. — Улыбайся почаще, ладно? Хотя бы, когда со мной, чтобы я знал, что за истуканом есть Виск… нет… подожди… — он побарабанил двумя пальцами по нижней губе: — Я придумал лучше. Кис-Кис! — Твою мать. Только бы Сколетти это не услышал. — Кстати, зачем ты это делаешь? — Для того, чтобы в случае, если злоумышленник окажется достаточно умен и поймет, откуда ждать проблем, он не смог бы никак помешать мне выскочить из этого трейлера и, в течение десяти секунд оказаться в твоем, как только ты нажмешь кнопку тревоги. Мы установим соответствующую систему у тебя и Милли после ужина и выдадим вам ее активаторы. — Понятно. «Функция быстрого вызова». Телефоны не катят, да? — Ты можешь не успеть до него дотянуться, даже если он будет у тебя под подушкой. — А до кнопки дотянусь? — Она встроена в наручный браслет, — терпеливо пояснила я. — Если ты полгода должна меня охранять, то мы должны быть друзьями, — внезапно утвердил Финн, дождавшись еще одного моего скептичного взгляда. — Это что, ультиматум? — я отвернулась, расправляясь со следующим шурупом. — Именно. — Фостер, кое-что есть! — крикнул на японском Тейт, прервав нашу зрительную дуэль с Вулфардом, тем самым спасая юную звездочку от поражения. У меня выдержки точно было больше, а его уголки губ начали дергаться еще на восьмой секунде в попытке удержать серьезность. Вскрыв шуруповёртом последнюю деталь, я зашла в трейлер с ручкой в руках, пропустив вперед Финна. Судя по тому, что все актеры сидели на диванах, подальше от Сколетти, он сам их отогнал, полностью развернув ноутбук к себе. Зайдя напарнику за спину, я уставилась в монитор. Стандартный даркнетовский черно-бордовый дизайн форума с серым шрифтом и типичными для этого днища разговорами. В своей поисковой операции Сколетти наткнулся на вечеринку любителей девочек до пятнадцати. Три активных пользователя, скабрезные никнеймы, пошлые фантазии, фотографии Милли, несколько смонтированных гифок на манер порнухи с подставными частями тела. — Кастрировать их всех надо, — по-японски буркнул Сколетти. — Скопируй всю информацию на отдельный диск, завтра, на свежую голову, попробуем сопоставить стиль записок и этих сообщений, — высказала я, не особо веря, что мы наткнулись на что-то кроме озабоченных извращенцев. — Я попробовал пробить ай-пи, но меня выкидывает на подставные серверы. Можно поставить сетку, но на фиксирование и полный анализ уйдут сутки. — За сутки тебя накроют программисты академии, забыл, что у них непосредственный доступ? Сделай все, что можно, чтобы мы не наткнулись на недовольство и расспросы Вайлд. Если директор поймет, что мы с Тейтом пытаемся не только защитить, но и найти прямую угрозу, по голове нас не погладят. Или предупреждение, или вовсе отстранение и смена задачи. — Вы закончили? — возмущенно спросила Милли, скрестив руки на груди. — Еще нет, Финн, твоя очередь, — прикинулась я дурочкой, непонимающей, что Браун не устраивает разговор на другом языке и утаивание информации, а не длительность процесса. Пусть дуется и кривится сколько угодно, это лучше, чем трястись от страха, рыдать, не спать ночами или блевать от отвращения, увидев о себе такие беседы и посвященное «творчество». Подсоединив айфон Вулфарда, Тейт цокнул языком: — А вот и оно. Посмотри, что тут происходит каждый раз, когда он играет по сети или скачивает приложение. Ну, разумеется. Если у Милли подвоха нужно было ждать в соц.сетях, поскольку девушка уделяет им очень много внимания с бесконечными фотографиями, постами и стори, то у Финна следовало изучить еще и игровые приложения и закачки. Пара вирусов, одна атака, отраженная встроенной системой и один «червяк», рано или поздно хакнувший бы все настройки, пароли и доступ к информации на радость любому мало-мальски опытному юзеру. Учитывая, что играл Финн он-лайн, участвуя в турнирах или что там у них, то опытные хакеры в этой сфере имелись точно. Никнейм вскрыли бы, личность установилась бы по первой же выуженной из галереи фотографии, и привет, вся подноготная от домашних видео до личных переписок в таблоидах. Я глянула на Вулфарда: — На будущее, играть он-лайн лучше с айпада, там больше возможности отгородить собственные данные, айфон не тянет программы, действительно защищающие личную информацию. — Окей, — поднял руки вверх Финн, сдаваясь. — Мне просто неудобно таскать его с собой во время съемок. Ты играешь во что-нибудь? Сколетти фыркнул, благо, не отрывая внимания от монитора и скоростного печатанья. — В шахматы. — В каком приложении? — спросил Калеб. — В приложение реального времени, за реальной доской с реальным оппонентом, — хмыкнула я, отчасти радуясь, что академия защитила нас от повальной интернет-игровой зависимости. Когда использование техники разрешено только в рамках профильных дисциплин, а для связи с семьями предусмотрен обычный, стационарный телефон — это открывает массу возможностей другого, более полезного, свободного времяпрепровождения. Удивление, возникнувшее на лицах всех присутствующих, за исключением Тейта, сложно было переоценить. И это они еще не в курсе, что у нас нет ни одного личного аккаунта в соц.сетях. Только специальные боты для проверки информации. — Ретро, — выдал Вулфард, подмигнув мне. — Мне нравится. — А мы тут в настольные часто играем, Дафферы на них слегка того, — поделился Ноа, и остальные ребята прыснули. В дверь коротко постучали, и на пороге возникла старшая сестра Милли — Пейдж, позвавшая всех на ужин. Билли пояснил нам, что такой поздний прием пищи здесь не редкость из-за самого процесса и сбитого у многих актеров режима ночными съемками, которых в этом сезоне «неприлично много». — Так что с моим ультиматумом? — поравнялся со мной Финн по дороге к столовой, когда мы с Тейтом разделились по схеме «направляющий-замыкающий», а все его друзья увлеченно спорили о самой крутой настольной игре. — А что с ним? — невозмутимо поинтересовалась я, не забывая осматриваться. Одного папарацци мы сегодня уже подбили, но кто сказал, что не может быть второго? — Ты говоришь: «хорошо, Финн, будем друзьями», а я говорю: «это очень круто, Кис-Кис», и дальше мы разговариваем на всякие темы, после чего я спрашиваю: «какого черта происходит, и почему за нашу безопасность вдруг отвечают люди, натасканные на охрану детишек политиков и, наверное, разных куда более важных ребят, чем двое актеров?». И тут ты такая говоришь мне всю правду, потому что мы друзья, а в границах этой съемочной площадки правило «друзья не лгут» — священно. — А-а, интересный сценарий, — покивала я. — Правда, логика слегка хромает. — В чем? — Во-первых, ты только что признал, что согласие на твой ультиматум тебе нужно только для того, чтобы получить у меня интересующую тебя информацию. И одно это уже доказывает, что соглашаться не стоит. Насколько мне известно, друзья не только не лгут, но еще и не используют друг друга. А, во-вторых, понятия не имею, с чего ты вдруг решил, что, даже существуй у ваших семей какая-то конкретная причина нашего найма, я имела бы право ее огласить? — Значит, «нет»? — недоверчиво спросил Вулфард с таким видом, как будто девушка отказывала ему в чем-то впервые. Или отказывали и раньше, но это было так давно, что он уже не помнит. — Значит, я — телохранитель, ты — защищаемая персона, — мило растянула я губы в улыбке. — О чем это вы там болтаете всю дорогу? — обернулся на нас Гейтен, переключив готового что-то высказать мне Финна на себя. — Ты убедил показать нам оружие? — Спасибо, что все испортил и сдал мой план, — всплеснул руками мой субъект, тут же вступая в разговор с Матараццо и поравнявшись с ним. Правда, на входе в столовую, он быстро обернулся и одними губами сказал мне: — Все равно будет по-моему, Кис-Кис. Угу. Удачи, МаФинн.