Статус: есть телохранитель

Лос-Анжелес, отель «The Westin Los Angeles Airport», 20 октября 15:20 — Ладно, я понял, что я здесь лишний, — поднял руки Финн, когда молчание за столом в мини-гостиной нашего номера затянулось, прерываемое только бормотанием кабельного. — Дело не в этом, — фыркнул Тейт. — Мы просто приучены есть молча и быстро, — дополнила я, приканчивая свой стейк и отодвигая тарелку к еще одной опустевшей из-под картофельно-грибного супа. Организм проголодался даже больше, чем я думала, учитывая, что на десерт я смотрела все еще с аппетитом. — Но вам все равно нужно поговорить без меня, верно? — не сдался Финн. — Так что… я сделаю вот так, — он достал из кармана наушники и вставил их в телефон, — включу себе Битлов, — парень продемонстрировал нам дисплей, где запустилась композиция, — и пойду в комнату, — подмигнув Тейту, Вулфард чмокнул меня в макушку и ретировался раньше, чем я успела бы отреагировать на это чем-то кроме моргания. — А вы неплохо смотритесь вместе, — приподнял бровь Сколетти. — Завались. — Нет, серьезно, рыцарь и принцесса, — не внял предупреждению Тейт. — Особенно интересно то, что принцесса — он, а рыцарь — ты. — Я и вилкой убить могу, — отметила я, отсекая ей кусочек шоколадного торта. — Я уверен, что, если постараешься, сможешь даже взглядом, — покивал друг, и мы прыснули. — Ладно, если серьезно, — я откинулась на спинку дивана, сложив руки на животе. — Ты меня осуждаешь? Тейт поджал губы: — Конкретизируй. За отношения с субъектом, за наставление пистолета на чужого субъекта, за то, что не сказала мне о подслушивающем устройстве сразу, или за вчерашние действия с противником? — За первое. Остальное меня не волнует, потому что я знаю, что поступила так, как требовалось. Шанталь была наиболее эмоционально возбудима в тот момент, никакого шанса соврать. Действия с противником — все, чему нас учили. «Думайте быстро. Решайте уверенно. Действуйте, не колеблясь». Не сообщила о подслушивающем, потому что не было возможности, и я собиралась выждать. — Значит, первое тебя волнует, потому что ты не знаешь, правильно ли ты поступаешь, — констатировал Сколетти. — Вот что я думаю, абсолютно согласный с тобой по остальным трем. Плевать тебе должно быть, кто и что по этому поводу думает, если вам это в кайф и никак не мешает твоей работе. У меня была мысль, что ты поступила неправильно, вернувшись и поддавшись на его уговоры, — он кивнул на стену, за которой скрывался Финн, — но также я был рад твоему решению, потому что никого, кроме тебя и О’Коннел, я в этом деле в напарники бы не хотел. В смысле, это все явно не то, на что мы могли рассчитывать при охране обыкновенных актеров. Наемные убийцы, прослушивающие устройства, силовики по найму — это угрозы не их уровня. Если бы вчера я оказался в том коридоре, то словил бы пулю, уверен. Хотя дело даже не в этом, Виг, и не в том, что ты — мой друг, которому я желаю только лучшего. Я перестал думать, что ты и он — неправильно по другой причине. — По какой? — ожидаемо спросила я. — По-моему, чем лучше ты относишься к субъекту, чем важнее тебе его жизнь, тем лучше ты его защищаешь, потому что это становится уже не просто обязанностью, а личным желанием, — медленно проговорил Сколетти. — Я это и по себе заметил. — Не задумывалась об этом, — нахмурилась я. — Но ты прав. Я просто не помнила, с какого момента защита Финна превратилась для меня в нечто большее, чем обязанность, втиснутая в рабочий график. Может быть с той минуты, как он, психованный и всклокоченный, заставил меня сесть на него верхом в лесу, среди белого дня, в рабочий час, неподалеку от локации железнодорожных путей, и меня впервые по-настоящему повело вдаль от правил хорошего телохранителя. — А теперь расскажи мне то, чего не сказала полиции и ФБР, — перевел Тейт тему. — Начнем мозговой штурм. — Я сказала это Вайлд. Мне кажется, что цель не наши субъекты, а мы, — я на всякий случай перешла на японский, неуверенная, что в какой-нибудь момент Финн не начнет листать композиции на паузе и не услышит что-то важное, от чего потеряет покой и сон. — Ты прав, угрозы и атаки совсем не их уровня, зато прекрасно подходят под наш тип обучения. Или это кто-то со стороны клиентов пытается саботировать нашу работу и потерял представление о всяких границах, или это не связано с Финном и Милли в принципе, и кто-то хочет просто завалить программу академии. Я также думаю, что нападающих было пятеро, а не четверо. Пятый отвечал за проход, остановку лифта и подмену кадров на камерах. Положив голову на руки, Сколетти прищурился: — Тогда нужно понять, как ко всему этому относится Шанталь. Я вчера прищучил Итана. Его наняли не для красоты, повышения рейтинга и репутации, как нам первоначально подавалось. Мужчина, который склонил ее к сексу, женат, весьма влиятелен, и его старший сын знает о Шанталь. Он несколько раз угрожал ей на мероприятиях, ничего, что можно было бы зафиксировать, никаких свидетелей, его слово против ее в случае чего, так что Морган защищает ее от конкретной угрозы. — Получается, что сынку извращенца незачем заставлять ее оставлять подслушивающее Финну, — я подтянула колени к груди. — Думаю, Шанталь просто еще один ресурс для саботажа нашей работы. Подвело ее то, что она стала играть пиар-подружку Финна. — Я говорила все уверенней по мере того, как узнавала и видела логику в происходящем. — Смотри: она становится близка нашим субъектам и тоже при телохранителе из «ТриО». Кто-то решает этим воспользоваться, копает под нее, находит такую серьезную подноготную для шантажа и после этого вертит ей, как хочет, пользуясь эмоциональной нестабильностью. — Это имеет смысл, — покивал Тейт. — Особенно на фоне того, что мне сказала Маришка, когда мы созвонились с ней в восемь. Она сказала, что ты просила ее порыть под Шанталь… — Да, — кивнула я, поторапливая, видя, что он знает что-то важное. — Маришка нашла много чего от личных переписок до счетов от психолога, но когда она полезла в базу «ТриО»… Догадаешься, что случилось? — Ее заловили? — Нет, — фыркнул Сколетти, посмотрев на меня с укором. — Маришка обнаружила, что систему академии дважды хакнули с июня, обойдя все кодировки и сетки. Первый раз через две недели после нашего выпуска, а второй пять дней назад. Знаешь, какие файлы сейчас защищены лучше всех? — Не томи, — щелкнула я пальцами. — Личные дела всех выпускников. На наших файлах защиты больше, чем даже на арсенале, банковских счетах академии и списке спонсоров. Маришка считает, что оба раза хакера интересовали именно выпускники, и что на этот раз Вайлд наняла едва ли не дополнительный отдел программистов и хакеров, признав, что ей такой уровень не по зубам, а ты знаешь, кто ее отец. Отец О’Коннел работал на правительство и был главой отдела кибернетики. В переводе: он был гением, когда дело касалось компьютеров, их начинки и их возможностей. Маришка унаследовала его талант, и может быть стала бы хакером-гуру, если бы уже в четыре не завалила всех участников он-лайн стрелялки, сев за комп вместо отца. — Тогда понятно, почему Вайлд согласилась с моими подозрениями, — покивала я. — Что будем делать? — А что нам остается, кроме выполнения своей работы? — Пожалуй, ничего, — мы стукнулись костяшками. — Маришка не говорила, надолго она застряла со своим субъектом? — Нет, — на лице Сколетти мелькнула досада. — Я соскучился по ней. — Вы же оба сразу знали, что это будет сложно, — тяжело вздохнула я. — Знать и испытать — разные вещи, Фостер. — Мне ли об этом не знать, — пробормотала я, поворачивая голову на стук в дверь. — Похоже, мне пора возвращаться к Милли, наверняка это миссис Вулфард, — сказал Тейт, уже подходя к двери. Это и впрямь была Мэри. Ворвавшись в номер суетливым ураганом переживаний, она обняла Тейта, похлопав его по спине, после чего ее взгляд остановился на мне. — Вигдис, детка, как я рада, что ты в порядке, — меня сгребли в охапку прямо на диване, но почему-то это не казалось чем-то чересчур. Вжав меня носом в плечо, миссис Вулфард едва не протерла дырку в моей спине, рассыпаясь в благодарностях, вопросах и хаотичной заботе. Это было так странно… чувствовать, что кто-то ведет себя со мной так, словно моя мама. — Привет, мам, ты задушишь Виг, — вмешался Финн, спасая меня из крепкого захвата матери. — Финн! — обнимашки перекочевали к парню, и он весьма забавно сигнализировал нам с Тейтом «на помощь, я умираю», пока мама не видела. — Я так испугалась, как я рада, что вы все целы… Господи, Виг, спасибо, что снова согласилась охранять его, вся наша семья в неоплатном долгу перед тобой, — снова повернулась ко мне Мэри. — Если этот паршивец доставит тебе еще какие-либо проблемы — немедленно скажи мне, я поставлю ему мозги на место, — она дала сыну легкий подзатыльник. — Да все у нас в порядке с К… — Финн кашлянул под моим убийственным взглядом, — кха-кха… с Виг! — Мэри, все хорошо, я сама рада, что вернулась. — Собирайтесь, мы вылетаем в Канаду сегодня же вечером. Вам обоим нужно отдохнуть подальше от всей этой беготни, фотографов, быстрых перекусов и сумасшествия, а кое-кому еще и учебу подтянуть не помешает, я договорилась с твоими учителями о расписании уроков. И поговорила и с Мей, и с директором Вайлд, самолет через четыре часа. Скажи Шанталь, что ваш выход на завтра отменяется, — посмотрела Мэри на Финна. — Хорошо, — и глазом не моргнул Вулфард, но что-то было не так. Какая-то эмоция промелькнула слишком быстро, чтобы ее распознать, однако достаточно заметно, чтобы насторожиться. Полчаса спустя мы с Финном снова остались одни. Тейт ушел почти сразу, пообещав сказать, если что-то произойдет, или он узнает еще что-то. Договорившись созваниваться несколько раз в неделю, мы обнялись на прощание, и Сколетти покинул номер, спеша к Браун. Миссис Вулфард спустилась вниз, решив перекусить в ресторане отеля и велев мне еще поспать перед перелетом, поскольку я все еще «слишком бледная даже для себя». — Ты не хочешь возвращаться в Канаду? — спросила я, едва закрыла дверь за Мэри, напомнив, что нам придется заехать в Департамент полиции за моим оружием, наверняка уже прошедшим экспертизу. — Глупости, я люблю дом, — покачал головой Финн. — И я хочу показать тебе его. Хочу познакомить со своими друзьями. Привести в музыкальную студию и в свою комнату. Мне кажется, это именно то, что сейчас нужно нам обоим. Отдых. Каникулы от стар-боя, согласна, Кис-Кис? Финн погладил меня по скуле, заглядывая в глаза, и я легла щекой в его ладонь: — Даже несмотря на то, что тебе придется учиться? — Ерунда. — Тогда что там было? — Где? — Не прикидывайся, МаФинн. — Я «порвал», если можно так выразиться, с Шанталь. Вчера, пока ты сидела в скорой. И прежде, чем ты заговоришь о моей карьере, репутации, таблоидах и бла-бла-бла — мне плевать. Ничто не оправдывает ее поступка, ясно? Я не хочу видеть ее рядом, даже с херовой дистанцией в пятьдесят метров, — раздухарился Вулфард, не давая мне и слова вставить. — Я понимаю, она не совсем здорова, на нее давили, но выбор-то был, верно? В тот момент ее не мучил приступ расстройства, она просто выбрала свою шкуру, а потом стояла и заламывала руки, пуская крокодильи слезы, пока ты… пока ты…. Боже мой, Кис-Кис, — он обхватил мое лицо. — Чем чаще я думаю об этом, тем сильнее понимаю. Я правда мог тебя потерять, — прошептал парень мне в губы прежде чем, снова не дав ничего сказать, впился в них жадным глубоким поцелуем. — Канада, — пробормотала я, зарываясь пальцами в кудряшки. — Канада, — согласился Вулфард, сдерживая смешок. — Приготовься, я собираюсь заботиться о тебе при каждом удобном случае, Кис-Кис. Вместо ответа я снова поцеловала парня, втайне надеясь, что «удобных случаев» будет много. Его забота была чертовски хороша. Как наркотик, имеющий тебя с первой же дозы.