Аквамарин и серебро

Герцог Ким был сам не свой в последнее время. Тэхен с Чимином покинули родовое поместье, и в замке, вдруг, стало очень тихо. После смерти своего омеги герцог Ким держался из последних сил. Все чаще и чаще он вставал с кровати только ради сына, стараясь не показывать ему ту зияющую пустоту, что с недавнего времени поселилась внутри. Этот день ничем не отличался от трех предыдущих, что прошли со времени отъезда сына в Испанию. Герцог сидел в небольшом кабинете разбирая бумаги, практически не обращая внимания на то, что читает. Французы не хотели сдаваться, и герцогство подвергалось нападению с востока и севера. Пытаясь вникнуть в договор об организации продовольственных подвозов к месту боевых действий, его сиятельство то и дело делал ошибки в подсчетах. В конце концов откинув стопку пергаментов прочь, герцог обхватил голову руками и прикрыл глаза. Мигрень усиливалась. - Ваше сиятельство! Ваше сиятельство! – панический голос его дворецкого, заставил распахнуть глаза. Привстав, герцог Ким подошел к двери, в которую спустя мгновение влетел взволнованный слуга. - Что случилось, Джон? – последовал законный вопрос. Дворецкий никогда не был склонен к беспочвенной панике, и его поведение сейчас было довольно необычным. - Там… на пристани… - старый дворецкий задыхался от долгого бега по замковым коридорам, и сейчас не мог отдышаться. Усадив слугу на стул, герцог Ким подал ему стакан воды терпеливо ожидая начала рассказа. Сделав пару глотков, Джон отставил стакан, и, сделав глубокий вдох, заговорил: - К пристани сегодня причалила лодка в которой оказался мертвый пассажир. Сначала думали, что это какой-то рыбак, однако никаких необходимых принадлежностей для ее ловли в лодке не обнаружилось. Обыскав труп, стражники обнаружили письмо. – трясущимися руками дворецкий вытащил из сюртука смятую бумагу. Взяв конверт в руки, герцог с недоумением глянул на затихшего Джона, требуя продолжения. - Этот погибший, один из команды ушедшей на днях «Авроры»… Дыхание герцога Кима перехватило, а сердце, казалось, замерло в груди. Чувствуя, как холодеют пальцы от подступающей паники, он одним махом разорвал конверт с двумя написанными строчками – «Герцогу Ким Тэину». Следующие слова ввергли альфу в шок. Он бы непременно упал, если бы не кресло, стоящее сзади…

«Герцог Ким Тэин! Вас приветствует капитан известного всем корабля «Фортуна», Чон Чонгук. Неловко говорить об этом, но так вышло, что ко мне на борт попали две юные омеги. Они прекрасны, и мне безумно не хочется с ними расставаться. Однако, за небольшое вознаграждение в виде тридцати килограммов золота за каждую нежную попку я, так и быть, распрощаюсь с этими сладкими мальчиками. Деньги должен быть в полдень семнадцатого дня декады на «Плоской скале». Если сделка состоится, вы найдете омег на одной из окрестных скал спустя всего несколько часов. Если же вы проигнорируете данное письмо, то своего сына и воспитанника больше не увидите. С любовью, капитан Чон Чонгук».

***

Юнги смотрел на спящего Чимина. Растрепанные волосы, забавно сморщенный носик, приоткрытые губы… Все в нем было идеально. Особенно запах. Поцелуй дался Юнги тяжело, ведь он не привык чувствовать. Такие эмоции стали для него испытанием, о котором Чимин и не догадывался, и сейчас, наблюдая за спящим в его кровати ангелом, Юнги с грустью понимал, что никогда не получит его. Грешник может любить ангела, но вот ангел… Юнги усмехнулся. Ему давно не приходили в голову такие философские мысли. В последний раз втянув густой аромат цитруса и мяты, что исходил от лежащего Чимина, Юнги вышел из комнаты. На губах помощника капитана до сих пор горел поцелуй, так невинно оброненный омегой. Нежный, он почти не чувствовался. Как прикосновение пёрышка, дуновение ветра… Юнги все еще потирал губы, не в силах стереть эти ощущения безумной эйфории. Лицо альфы то и дело расплывались в дебильной улыбке, когда он шел по направлению к капитанской каюте. Открыв дверь, и войдя внутрь Юнги понял, что искомого человека в ней нет, однако там был Тэхен. Встретившись взглядом с заплаканными глазами, Юнги осмотрел багровые засосы, которые отменно давали понять, что здесь произошло. Прочистив горло, альфа лишь спросил: - Где он? Тэхен отвернулся пытаясь закрыть руками шею, однако это ему не удалось. - Понятия не имею. – голос омеги был раздраженным, и кивнув, Юнги вышел из каюты. В голову закралась мысль, что интересные события постигли не только его. Чонгук оказался в одном из трюмов неподалеку. Когда Юнги зашел в нее, капитан как раз дубасил кулаком по одной из деревянных панелей-перегородок. - И чем же провинилась конкретно эта деревяшка? – громко спросил помощник капитана, плотно закрывая за собой дверь. - Сделай милость, отвали. – прорычал Чонгук не прекращая своего увлекательного занятия. Костяшки пальцев были разбиты, а по руке до локтя текла темная, горячая кровь. Покачав головой, Юнги присел рядом. - Это все из-за него? – Юнги лишь невесело улыбнулся, понимая, что попали они вдвоем крепко и надолго. Чонгук не ответил, только бить начал усерднее. - Он твой истинный? Верно? – Юнги начал посмеиваться. Ну нет, это не может быть правдой. Двое пиратов и двое дворян… Фортуна отыгралась сполна. Чонгук обернулся к смеющемуся пирату, смотря на Юнги с подозрением. Такое поведение альфы было не просто редким, оно было феноменальным. Внезапно мысли Чонгука озарила догадка, и, ошарашенно всматриваясь в своего друга, он спросил: - Ты тоже? Чимин? - Совершенно верно. – Юнги внезапно стал очень серьезным, и, посмотрев на своего капитана, произнес: - Что нам теперь делать? - Понятия не имею… - Чонгук схватился за голову, понимая, что его прежней жизни пришел полный и бесповоротный конец...

***

Прошло три дня с тех пор, как Чимин в последний раз видел Юнги. Тот поцелуй… Первый и последний. Омега вздохнул. Проснувшись вместе с Тэхеном в совершенно незнакомой каюте, Чимин потребовал ответов у пришибленного омежки. Рассмотрев красную шею друга, Чимин порывался пойти и убить эту командирскую скотину, однако, когда Тэхен сказал, что Чонгук его истинный… Оба парня совершенно не представляли, что будет дальше, ведь ясно, что отец найдет их. Рано или поздно, так или иначе… Вздохнув, Чимин поправил полы задирающегося плаща, который был больше на пару размеров. Капитан любезно выделил омегам одежду, что везли на продажу в обворованной торговой шхуне, однако не вся она пришлась впору. Солнце близилось к закату, и Чимин, мучающийся от безделья уже третий день, решил зайти к Юнги, чтобы попросить книгу… Омега вздохнул. Кого он обманывает? Просто у мальчишки лопнуло терпение, ведь, казалось, что терпкий запах кофе с корицей преследует его везде, заставляя вскакивать среди ночи, видя перед глазами желанное лицо. Парень нерешительно застыл, переминаясь перед дверью помощника капитана. Отчего-то стало до жути страшно, однако уходить сейчас было равноценно проигрышу, и, гордо вскинув подбородок, Чимин постучал. Под напором незапертая дверь приоткрылась, будто прося зайти. Скользнув внутрь, Чимин оказался в пустой комнате, которая изменилась до неузнаваемости. Десятки смятых бумажек покрывали письменный стол, пол и даже кровать. Потрясенно глядя на творящийся бардак, Чимин подобрал одну из валяющихся листов, пытаясь понять, что же произошло. Первая строчка совершенно ошарашила омегу, и он не веря перечитывал слова, словно пытаясь убедиться в их подлинности. «Чимин, прости. Я не хотел быть причастным к смерти твоих родителей. Не проклинай меня, ведь...». Дальше буквы были зачеркнуты, и прочесть хоть что-то становилось невозможно. Зачарованно бродя по комнате, Чимин собирал листочки осторожно разглаживая смятые страницы. "Я ненавидел своего отца…", "Чимин, я скучаю по твоему запаху...", "Прости, я не должен этого чувствовать, но мне так хочется тебя поцеловать…" Это немногое из того, что содержали исписанные нервным, неровным почерком письма. Последнее письмо лежало на столе, и содержало лишь вопрос, что был написан громадными буквами занимая почти весь лист. «Почему я так хочу тебя?» Чимин осторожно добавил этот листок к той стопке, что сейчас держал в руках. Как сокровище, он прижимал измятые страницы, когда дверь открылась впуская хозяина комнаты. - Что здесь… - начал было Юнги, однако, увидев Чимина, осекся. Они смотрели друг на друга пару мгновений, прежде чем помощник капитана отвел взгляд. Впервые в жизни он испытывал настолько сильное волнение перед кем-то. - Что ты здесь делаешь? – волнение мгновенно переросло в гнев, когда пират увидел письма в руках омеги. – Кто разрешил тебе трогать чужие вещи? - Я… я хотел взять книгу… - начал было Чимин, однако, помотав головой, продолжил говорить совершенно не то, что собирался. – Я тоже. Тоже скучал по твоему запаху. Тоже хотел почувствовать вкус твоих губ... Ты снишься мне каждую ночь, придурок! Говоря это, Чимин подходил к Юнги все ближе, вводя пирата в замешательство. Сейчас было не понятно кто из них альфа, а кто - омега. - Вон, - выдохнул Юнги, глядя в глаза цвета карамели, и едва сдерживая себя, чтобы не попробовать его кожу на вкус. Такая ли она сладкая, как кажется... – Уходи прочь, прошу. - Ты мой истинный, и я никуда не пойду. – Надув губы, Чимин уселся на пол прямо перед ногами Юнги. Матерясь сквозь зубы, помощник капитана схватился за голову проклиная все на свете. - Я. Тебя. Не. Хочу. – по слогам лгал Юнги, глядя в спокойные глаза омеги. Представляя, как дотрагивается к его губам, зарываясь руками в такие мягкие волосы... - Ложь. – сказал Чимин, прижимая исписанные листы покрепче. Прикрыв глаза, он без стеснений вдыхал желанный запах, словно пытаясь запомнить каждую его ноту. - Да, ложь. – Юнги присел напротив строптивого омеги, решаясь говорить на чистоту все, что думает. – Ангел, пойми, я пират. Ты сможешь найти себе любого альфу, что сделает тебя счастливым, однако это не я. Пожалуйста, хватит меня мучить. Иди спать. Иначе я сорвусь. Чимин ответил долгим серьезным взглядом. Протянув руку, он подушечками пальцев дотронулся к щеке пирата, медленно ведя ее вниз по шее к ключицам. Казалось, Юнги затаил дыхание и не шевелился. Приблизив лицо к губам помощника капитана, Чимин прошептал: - А что, если я хочу, чтобы ты сорвался? - Придурок… - протянул Юнги, заваливая омегу на спину, и прижимая его руки к полу. Поцелуй был жестким, коротким и порывистым, будто удар. – Идиот… - еще один болезненный укус в ямку на шее… Вдруг тишину разрезал громкий звук тревоги, что подавал дежурный на мачте. Юнги моментально оказался на ногах, поднимая растрепанного и ничего не понимающего Чимина. - Что случилось? – сказал омега, потирая расцветающие на коже засосы. - Враги. – коротко ответил Юнги, прислушиваясь к звуку. - Королевский флот...