Hold back

Микки не торопился заходить в его квартиру. Что-то подсказывало, что все пойдёт не в то русло, о котором он бы желал. Истерики Светланы Микки и раньше встречал, но сегодня, в такой идеальный во всех красках день, он не хотел их выслушивать. Но брюнет все же тянет ручку вниз, — какого хрена дверь открыта вообще? Светлана, блять, ждёт воров в гости? — и заходит внутрь. Привычным запахом борща не пахнет, как и зелёным чаем, который Света так любила, — только бабским недовольством, которое он мог учуять совершенно с любого расстояния — особенно если дело касалось его самого. — Рассказывай, хули у тебя нутро горит, — сказал Микки, обращаясь к сидящей на кухне Светлане, которая посмотрела в его сторону. — Значит, я была права, когда говорила о любви к рыжику, — непринужденным тоном начала она. Посмотрев на то, как Микки приподнял брови в вопросе, Света продолжила: — Я шла к рыжику за солью. По-настоящему, не как ты в тот раз, и услышала громкие стоны. Сначала подумала, что наш безупречный Бойзтаунский мальчик трахает какого-то мальчишку после первого свидания, а потом услышала твой голос. Кажется, ты обращался к соседке, да? Микки сглотнул и сдернул с себя куртку, уперевшись спиной в дверь. Слава богу, он её закрыл, иначе вывалился бы назад. — Да, блять, это был я. Не помню, чтобы я подписывал контракт, где говорится, что я обязан быть верным и любящим парнем. Тем более, когда я парень не простой, а фиктивный. Думаешь, в наебалове обязательна верность? Тут уж, нахуй, сомневаюсь, — Микки фыркнул, отвернулся и потер переносицу. Мозгоебства ещё по поводу своей ориентации ему не хватало. — Да, это я знаю. Но больше меня смутило, что ты доверился пидорку, что танцует в Феюшке и подсасывает у старичков, которые не прочь подогнать юной рыжей шлюшке баблишко, — Светалана потянулась и достала пачку тонких сигарет, — фу, блять, походу они ментоловые, — закурила и выдохнула. В её лице не было ни намека на разочарование, сплошное спокойствие с ирочными фразочками. И это начинает раздражать. Ещё немного — и она перейдёт черту. — Вот это уже явно не твоё дело, блять, — отчеканил брюнет. — Пусть он хоть по яйца принимает или занимается онанизмом — мне совершенно поебать. Между нами секс. Только секс и ничего, кроме этого. Я не собираюсь прыгать к нему на руки, выходить замуж и брать детей из детдома. Знаешь ли, в Саутсайде о обеспечении детей меня не учили, блять. Разумеется, он врал. Микки, конечно, не хотел иметь детей в этой жизни, в принципе, вообще — хоть с Йеном, хоть без Йена, но отношений с ним он желал больше, чем чего-либо. Были разногласия, но это сделало их сильнее и одновременно... Притягательнее? Им стоило почаще ругаться и не разговаривать, чтобы был такой запоминающийся секс, а не всунул-кончил-высунул. Он глянул со злобой на Светлану, желая закончить данный разговор как можно быстрее. Та выставилась на что-то позади него и он не мог понять, на что она смотрит, потому что позади была только дверь. — Ты че, галлюнов словила? Куда ты смотришь-то, блять? — Микки, — послышалось сзади и владелец имени вздрогнул, повернувшись к парню лицом. — Йен? Блять, какого хуя? — он посмотрел в его глаза и что-то неприятно сдавило; Милкович знал, что он слышал. Это было, боже, блять, так очевидно! — Че ты тут делаешь? Я даже не услышал, как дверь открылась. — Ты забыл у меня свой телефон, — рыжий протянул телефон Микки, тот взял, нахмурился и засунул в карман куртки. — Видимо, после звонка Светланы оставил на тумбочке и пока одевался забыл забрать. — Да, спасибо, — Микки кивнул. Он только что хотел что-то сказать, но оставил рот открытым — Йен отвернулся к нему спиной, громко хлопнул дверью и ушёл. Повернувшись обратно к Светлане, Микки шумно выдохнул. — Блять, как долго он там стоял? — Он слышал почти весь наш разговор. Особенно про то, что между вами просто секс. Кажется, мальчишку это не особо устраивает, — Светлана потушила сигарету. — Пиздец, — кратко прокомментировал он ситуацию и прошел вглубь комнаты. *** Микки не представлял, как следовало бы извиниться перед Йеном за свои слова. Он мог бы сказать, что половина из этих слов неправда, — по крайней мере, про встречаться, — но кто сказал, что рыжий поверит? Он же не придурок, который ведётся на абсолютно любые слова. Поэтому придти и сказать, что он сказал неправду — было бы глупо. Он тихо вздыхает, трет руками лицо и откидывается обратно на кровать. Руки он заводит обратно за голову и мгновенно прикрывает глаза, вспоминая черты лица Йена и его ярко-рыжие волосы. Микки бы никогда до этого себе не признался, но по рыжему он безумно скучал. По этим сильным рукам, что недавно обхватывали его задницу, по этим розоватым, чуть ли не красным, словно черешня, губам — он до сих пор помнит, как они оставляли следы на его шее, — и по этим глазам, что за месяцы стали практически родными. Микки тянется к телефону, рассматривая всякие тупорылые картинки в надежде поднять себе настроение хотя бы немного. Его воспаленный мозг уже кивал в сторону варианта с Мэнди, чтобы она с ним поговорила и убедила в том, что все, что Микки сказал — чистая неправда, но, блять, в последний раз они поссорились и ему до сих пор стыдно перед своей сестрой. Перед Галлагером извиняться, перед Мэнди извиняться, — какого хрена вообще он такой говнюк, который все портит? Микки пока не рассматривает вариант со своей сестрой, хотя, сто процентов, он был действительным. Тут же Мики внезапно вспомнил, что у Йена есть страница на фейсбуке. Он судорожно подписывается под именем «Джордж Блэк» (какое же тупорылое имя, но никак иначе — у Милковичей проблемы с фантазией) и ищет аккаунт Галлагера, который находится, кстати, очень быстро: он был первым в поисковике под именем «Йен». Но Микки тут же расстроенно хмыкает, потому что последний раз он заходил неделю назад. Ну, была не была, — может и зайдет? — Милкович кидает заявку в друзья, после этого не забывая поставить какую-то картинку на аватар, чтобы не так сильно палиться. Чем Микки только не занимался — он даже вызвался помочь Светлане в Алиби, заодно неплохо пообщаться с Кевином, которого, казалось, он видел лет сто назад. Его компания определённо была приятной, пока Светлана не влезает в диалог с напоминанием того, что бочки с пивом сами себя не разберут. — Блять, они дохуя тяжелые, — заметил Микки, крихтя, когда они несут одну бочку в бар. Надо же, они принесли всего пару штук, а Микки уже так вымотался, будто переносил такие бочки около недель двух, ни меньше. — Ну да, когда просиживаешь жопу дома, то бочки поднять становится тяжёлой вещью, — подтвердил Кевин и судорожно дышал, пока сбивчивое дыхание не ретируется к нормальному режиму. Милкович дергается и под нос матерится, когда телефон в заднем кармане джинс вибрирует, оповещая о чем-то. Он нетерпеливо достаёт телефон и смотрит на уведомления: «Непрочитанное SMS от Светланы: Милкович, я ушла за племянником моей подруги. Будь добр перенести бочки в целости и сохранности». «Да пошла ты нахуй» — думает он, недовольно фыркнув и уже попытавшись засунуть телефон в карман обратно, но снова звук уведомления его заставляет подтянуть телефон к лицу, сопровождая движение недовольным возгласом «да еб твою мать!». А после Милкович слабо улыбается, исследуя взглядом родное имя. «Ian C. Gallagher принял вашу заявку в друзья». Микки незамедлительно пишет ему. Сначала подбирает слова, а потом посылает нахуй все и пишет обычное «привет». Йен отвечает сразу же: Ian C. Gallagher: Приветик, Джордж — Блять, серьёзно? Он даже общается в сети как педик, — роняет Милкович себе под нос, поднимая взгляд на мужика, который смотрел на него с недопониманием. Тот мужик получает в свою сторону лишь средний палец, а Микки отходит в сторону.

Вы:

Расскажешь че о себе?

Микки пялится в экран с более широкой улыбкой, пока Йен набирает сообщение, видимо, он собирается рассказать незнакомцу о себе слишком много. Но Кев, что щелкает пальцами перед лицом Милковича, отвлекает его и тот поднимает голову. — Че это с тобой? Смотрю, телефону улыбаешься, — Кевин слабо кивнул на него и посмотрел обратно на Микки. — Не твоё пидорское дело, — отчеканил Микки и выразительно посмотрел на парня. — Ну, может, и не моё. Но ты мог бы мне рассказать. До этого ты пришёл и выглядел расстроенным, а тут вдруг оживился. — Блять, ну ты меня прям вынуждаешь, мужик, — фыркнул брюнет и уселся на стул, скрестив ноги между собой. — Есть парень один. И у нас с ним все мутно. Мы целуемся, трахаемся, ссоримся. Блять, как настоящая парочка педиков. И когда у нас был разговор со Светкой, а я там сказал «между нами ничего нет, кроме ебли», он ушёл. И какого хуя это значит? — Ты такой глупый, Микки, — рассмеялся Кев и уперся локтем в стену. — По-моему очевидно, что он думал, что вы не просто партнеры по сексу. Он думал, что вы... Ммм. Любовники? — Да хуй там, а не любовники. По-моему догадаться было просто. — Ты сам хочешь большего с ним, чем просто секс? Милкович замялся. Он сглотнул вязкую слюну и на момент прикрыл глаза, тяжело выдохнув от всего того, что происходило. — Да, — еле выдавил он из себя. — Тогда почему ты до сих пор тут просиживаешь свои яйца? — приподнял бровь мужчина, расплываясь в нежной улыбке. — Дело в том, что я нашел аккаунт его в фейсбуке, — переводя тему, сказал Микки, снова посмотрев снизу-вверх на Кева. — И ты нашёл там фотки заложниц с кляпом во рту? О, боже! — Блять, что? Нет, — Микки покрутил Кеву пальцем у виска, а тот лишь рассмеялся. — Мы с ним вроде бы начали общаться. Правда он не знает, что это я, и, походу, блять, он расписал мне свою биографию на десять страниц. Так и должно при знакомстве или он просек, что это я? — Хм. Смотря как ты с ним общаешься, — Кев задумался, надув нижнюю губу. — Если как обычно, то, как правило, люди, которые влюблены в того или иного человека, который решил их наебать, при этом зная его слишком много, спалят практически сразу. Будь аккуратнее. — Спасибо за психологию, долбанный Дэниел Гоулман*, — усмехнулся Микки и встал со стула, на прощание помахав, выйдя из бара. ***

Вы:

Нихуево ты написал. Вижу, ты дохуя чем увлекаешься. Какое у тебя самое любимое развлечение? Или, типа, времяпровождение

Ian C. Gallagher: Секс. А у тебя? Микки нервно усмехнулся.

Вы:

Тоже

Ian C. Gallagher: Хм. Как насчёт встретиться возле кафе «У папы Ронни»? Узнаем друг друга получше Это получается, что он хочет встретиться совершенно с другим парнем. Который ему, похоже, приглянулся. Не с Микки. Но Милкович не пугается и отправляет быстрое «давай через полчаса на том месте», зная, что выговорит ему все в лицо (и не только словами, но и кулаками). *** Микки нервно курит, размышляя, что лучше бы он все-таки сюда не приходил. Но деваться уже некуда: он видит, как Йен стоит возле кафе, рассматривая прохожих, а затем пишет сообщение кому-то и тут вдруг приходит уведомление у Микки. Ну да, кто бы сомневался. Милкович делает последнюю затяжку и кидает на асфальт окурок, давя его носком ботинка. Торопливо переходит дорогу, пряча по пути телефон в карман, а затем, подходя к Йену, с размаху бьёт его в челюсть. — Какого хуя? — кричит рыжий и придерживается за челюсть, рассматривая Микки. Кажется, он вообще не удивился, что это он пришёл навстречу. — Решил член в шлюху засунуть, а? Вижу, яйца, блять, прям чешутся. Всех так при первом знакомстве завешь в кафе, блять? — громко кричит Микки, пока что придерживая кулаки при себе, пока прохожие от его крика шарахаются, а то и вовсе проходят так, чтобы быть в паре метров от брюнета. — Ну ты и долбоеб, Микки, — решается сказать Йен, выпрямляясь в спине и облизывая нижнюю губу в крови. — Че? Это ещё почему, нахуй? — Потому что даже изменить манеру речи не можешь. Я с самого начала понял, что это ты. Джордж Блэк? Серьёзно, Микки? Да такое имя не дадут даже дауну, — отзывается Галлагер и достаёт пачку сигарет, закуривая одну из них. — Да пошёл ты нахуй. — Ну так для чего ты тут? — Йен уселся на лавку рядом с кафе и подозвал Микки к себе жестом, повернувшись к нему головой. — Хотел дать тебе по ебалу, а не получилось, — он наигранно вздохнул. — Ну почему же? Ты мне дал. И по ебалу, кстати, тоже дал. — Да ну тебя нахуй с твоими приколами, — оскорбился Микки и показал средний палец, пока Йен смеялся в голос. — То, что я говорил тогда — нихуя неправда. — Ты про тот случай со Светой? Я не хочу детей и так далее? — Блять, да. Я не хочу детей, но я вообще не про это. Я хочу... Блять, — Микки громко вздохнул и потер лоб, пытаясь собраться с самим собой и своими мыслями. — Что ты хочешь, Мик? — Я хочу отношений с тобой. И чтобы ты был рядом. Не секс-раз-два-разбежались, — выпалил он и Галлагер расплылся в счастливой улыбке, притянув Микки к себе за шею, крепко чмокнув в губы, отчего Милкович, конечно, откровенно охренел, но все же ответил. — Значит, мы теперь пара? — с улыбкой произнёс Йен, сталкиваясь носом с чужим, чуть касаясь губ Микки снова. — Конечно да.