Чем черт не шутит

Наше с Дином молчание за столом, расположенным в светлой кухне Сингера слегка затягивалось. Я расправилась со своей курицей и блаженно прикрыла глаза, откидываясь на спинку массивного стула. Вся эта ситуация с приобретенной силой откровенно говоря действовала мне на нервы не меньше, чем звук от пенопласта, которым проводишь по гладкому стеклу. Так же противно и так же легко раздражает меня до зубовного скрежета. В последнее время я стала все чаще чувствовать себя растерянной; с одной стороны это говорило о том, что чувства мои остались при мне, несмотря на вампирскую, или недовампирскую сущность, а с другой то, что я расклеилась, стала больше надеяться не на себя, а на окружающих меня людей. Этого я терпеть не могла. Привыкла, что со всем справляюсь одна; даже когда встречалась с Роном. При мысли о бывшем бойфренде я с силой сжала челюсти и вилку, которая находилась в моей правой руке. - Что это с ней? – спросил Сингер, а я, распахнув глаза, стала переводить взгляд с Бобби на Дина и обратно. И так нескончаемое количество раз. Те в свою очередь не сводили с меня не менее пристального взгляда. - Все с ней в порядке, - передернув плечами, пробормотал Дин и перевел взгляд обратно на страницы книги. Мне хотелось вырвать ее из его рук и сжечь в камине Сингера. Я поборола это желание. С трудом. Подумала, что не стоит усложнять наши с Винчестером и без того очень натянутые отношения. И я опустила тот факт, что вероятнее всего он хочет меня заколоть. - Скажи это вилке в ее руке, - пряча улыбку, ответил Сингер и так же не грациозно, как я недавно, плюхнулся на табуретку. Вид у него был донельзя довольный. Он прямо таки чуть ли не светился от счастья. А может просто не книги читал, а принял какое-нибудь пятизвездочное успокоительное. Я перевела взгляд на ту самую вилку в моей руке, вернее на то, что от нее осталось. Мясистую часть большого пальца слегка покалывало в том месте, где кожу проткнул один из четырех зубьев вилки. Я нахмурилась, извлекая столовый прибор из пострадавшей руки. Прокол затянулся в считанные секунды прямо у меня на глазах. Я вздрогнула. Сложно привыкнуть к мысли о том, что я обладаю супер регенерацией. - Он прав, я в норме, - склонив голову набок, я сложила руки на груди, с поддельным интересом разглядывая пустую тарелку, стоящую передо мной. Я лгала. Не сильно, но все же. Нужно избавляться от этой дурной привычки. Прошло еще слишком мало времени после моего преображения для того, чтобы я чувствовала себя нормально. У меня не было депрессии, нет, но чувство странного беспокойства, охватившего мое тело, явно указывало на то, что я далека от душевной гармонии. - У меня тут появилась одна хорошая идея, - воодушевленный голос Сингера заставил меня вынырнуть из своих мрачных размышлений. – Я думаю, неплохо было бы, вам двоим проводить время с пользой, нежели сидеть целыми днями за книгами. Оставьте эту работенку старику, - Бобби лукаво улыбнулся, и мои губы растянулись в ответной улыбке. Я улыбнулась не потому что шутка была хорошая, или фраза была забавной, нет, я просто не могла не улыбнуться. Такие люди как Сингер, которые знали, какие слова лучше всего сказать в тот или иной момент были панацеей в современном прогнившем от лицемерия мире. - Что за идея? – вопросительно приподняв бровь, я с подозрением покосилась на Бобби, который в свою очередь оставался невозмутимым. Значит, эта его идея определенно не несет мне ничего хорошего. Нутром чую. - Раз ты у нас теперь полувампир с нечеловеческой реакцией, то тебе нужен учитель, который помог бы тебе научиться контролировать свои способности. - О, - я вздохнула с облегчением, - это большая честь для меня, быть вашей ученицей, - я мысленно закатила глаза от своего официального тона. Но заполучить в учителя столь умелого бойца, о котором знает почти каждый охотник, это, несомненно, пойдет мне на пользу. - Кто говорит обо мне? – Сингер удивленно вскинул брови, и мы с Дином одновременно напряглись, - Тебя будет обучать сам Дин Винчестер. Я зажмурила глаза, стараясь не завопить от досады и не прибить Бобби на месте. Откинувшись на спинку стула я прикрыла глаза рукой, как будто того факта, что они и так уже были закрыты, мне не хватало. Ничего не могла с собой поделать. В данный момент я была готова хоть сквозь землю провалиться. - Ты, должно быть, шутишь, - недоверчиво спросил Дин, а я открыла глаза, посматривая на двоих сквозь щели раздвинутых пальцев руки. - Мне, конечно, чувство юмора знакомо, - хмыкнул Сингер, складывая руки на груди и бросая на Дина лукавый взгляд, - но в данный момент я говорю на полном серьезе. Винчестер раздраженно глядел на него в течение нескольких секунд, длившихся минуты, а затем разочарованно покачал головой. - Просто отлично, - выплюнул Дин, бросая в мою сторону злобный взгляд. Я пожала плечами и ответила ему точно таким же. Парень резко встал из-за стола, стул на котором он сидел с грохотом завалился набок. Не обращая внимания на суровый взгляд Бобби, Винчестер раздраженно махнул рукой, отправляя книгу, которую читал последние двадцать минут, в полет и удалился в свою комнату широким шагом. Его сжатые кулаки так и кричали о его желании впечатать меня в какую-нибудь стену. Устало вздохнув, я положила голову на сложенные на столе руки и прикрыла глаза, размышляя о том, смогу ли когда-нибудь получить от этого охотника что-нибудь кроме удушающей ненависти. *** Раздраженный настолько, что это чувство передавалось всем тем, с кем он находился на расстоянии пяти метров, Дин все же спустился из своей комнаты, чтобы закончить трапезу, прерванную диким предложением Сингера. Спиной чувствуя прожигающий насквозь взгляд Винчестера, я убирала чистую посуду по своим местам. Когда дело было сделано, я повернулась к Дину, стараясь казаться как можно более равнодушной, хотя во мне клокотала злость, свернувшись клубком где-то в районе солнечного сплетения. Я пыталась понять его позицию, честно пыталась, но каждый раз при его взгляде, полном отвращения, я возвращалась к насущному вопросу: почему он так меня ненавидит. Лично я ничего ему не сделала. Мысленно сосчитав до десяти в попытке успокоиться, я направилась прямиком к обеденному столу, на котором еще оставалось немного грязной посуды. Тарелки, испачканные джемом от вишневого пирога, были сложены мной в стопку, как и кружки, на дне которых плескались остатки застарелого чая. Винчестер протянул мне кружку, из которой только что пил, чем несказанно меня удивил. Должно быть, я уставилась на его протянутую руку как на удава, готового проглотить меня заживо, потому как губы Дина сложились в презрительную усмешку. Я потянулась забрать кружку, но как только мои пальцы коснулись гладкой стеклянной поверхности, Винчестер разжал руку, и посуда плавно выскользнула, так и не достигнув моих рук. Возможно, для Дина это падение было всего на всего размытым движением, длившемся секунды, я же видела его словно в замедленной съемке и, казалось бы, протяни я руку, кружка упала бы в нее, так и не коснувшись пола, но мне было все равно. Я только смотрела на Винчестера прищуренными от раздражения глазами. Он ухмыльнулся, когда кружка достигла пола и разлетелась на части с характерным звуком разбившегося стекла. А затем я, молча, присела и стала сгребать острые осколки руками, не заботясь о том, чтобы взять совок и веник, даже когда они глубоко впивались в мои ладони, и багровая кровь начинала капать на деревянный пол. Каждая капля расползалась по неровной деревянной поверхности, словно распускался прекрасный цветок. Некогда белоснежные осколки в моих руках стали алыми от крови и я поспешила поскорее их выкинуть, чтобы не заляпать пол еще больше. Для чего я сделала это? Если до конца быть честной, я хотела увидеть в глазах Винчестера страх. Страх и окончательное принятие того, на что, как по его словам, я была способна. Не заботясь о том, как это выглядит со стороны, я обтерла залитые кровью ладони о свои штаны, оставляя на мягкой ткани едва заметные темные пятна. Я беспечно пожала плечами – порезы уже затянулись, не оставляя на поверхности ладоней ни единого следа. Правда кровь на них все еще была, я не смогла полностью отмыть ее без воды. Но не это сейчас было важно. Все то время, что я разгребала бардак, Винчестер наблюдал за мной, не отрывая взгляд, сидя прямо, натянутый словно струна. Он следил за каждым моим движением, будто перед ним было дикое необузданное животное, готовое напасть на него в любой момент. Да, именно такой реакции я и ожидала. Мне надоело, что он относился ко мне с явным пренебрежением, пусть и считал меня монстром. Мне хотелось доказать ему, что я не пустое место, и несмотря на мое напускное спокойствие, могу быть жесткой и безжалостной. Я уже давно не маленькая девочка, пусть на вид мне не больше восемнадцати лет. Я медленно растянула губы в улыбке, обнажая зубы. Я пристально смотрела на Дина, стараясь донести до него смысл своего поступка силой взгляда. Должно быть, что-то такое отразилось в моих глазах, потому что лицо Винчестера лишилось всякого выражения. - Что у вас тут происходит? – раздался голос Бобби и сам он появился в дверном проеме его комнаты, находящейся слева от лестницы. Я перевела свой взгляд на старика, все еще улыбаясь, или пытаясь улыбаться. Сингер нахмурился, и я поняла, что улыбка была слишком натянутой. - Я такая неловкая! Кружка выскользнула из рук и разбилась, - пытаясь подавить истеричный смешок, готовый вырваться из моего рта, я сложила руки на груди. Вампир с плохой реакцией! Мне стало смешно от собственных слов. Я думаю, мне не удалось бы провести даже умственно отсталого, чего уж говорить о Бобби, который, как я смогла убедиться за две недели, ложь чуял за километр. Но говорить о том, что Винчестер меня просто напросто провоцировал, я не собиралась. Сингеру ни к чему знать такие подробности. Бобби понятливо хмыкнул, раскусив мою никудышную актерскую игру, а я лукаво ему подмигнула. Дину явно не нравились наши со стариком гляделки, и еще больше ему не нравилось быть не в курсе того, о чем мы с Сингером переговариваемся взглядами. И я не собиралась менять положение дел. - Кстати, Гермиона, - окликнул меня Бобби, когда я направилась в его импровизированную библиотеку, сделанную из старого кабинета. – У меня есть догадка на счет того, почему ты превратилась в, хм, - Сингер замялся, пытаясь подобрать нужное слово. - В неправильного вампира? – подсказала я и сглотнула подступивший к горлу ком страха. - Бинго, - улыбка Бобби была чуть застенчивой, ему явно, как и мне, было неудобно поднимать эту тему. Еще одно очко в его пользу. – Так вот, я предполагаю, что тот факт, что ты обладаешь магическими способностями, немного затормозил твое превращение в настоящего кровососа. И, гм, у меня есть просьба. Я бы хотел, если ты не против, изучить сей феномен. Моя магия помешала мне стать настоящим чудовищем. Следующая мысль, которая посетила мою голову, заставила мое сердце биться чаще. Горло сдавило, и я шумно втянула воздух сквозь стиснутые зубы, стараясь сосредоточиться на каждом последующем вздохе. Я не использовала магию с того дня, как превратилась. Что если она исчезла? Что если я больше никогда не смогу воспользоваться ей? Страх лишиться своей магии был настолько велик, что я покачнулась, потрясенно уставившись на озадаченного Сингера. - Боже мой, - выдохнула я, стараясь унять дрожь в руках, - я только что поняла, что еще не использовала магию с момента моего превращения. Дрожащими руками я достала палочку из своего правого сапога и сокрушенно покачала головой, разочарованная своей глупостью. Палочка все две недели, что я провела в этом доме, была у меня под рукой, а я ни разу не вспомнила о ней. Идиотка. - Акцио, книга, - из моего рта вырвался только глухой шепот, но и его должно было хватить, чтобы сотворить любое заклинание. Когда книга, обернутая тугим войлоком, оказалась в моих руках, от облегчения на глазах выступили слезы, но я поспешно их сморгнула. Прижав книгу к груди, словно та была величайшим в мире сокровищем, я улыбнулась. Хотя для меня она именно этим и была. Доказательством того, что моя магия осталась при мне. - Все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Сингер, вглядываясь в мое лицо. - Более чем, - отозвалась я. - Вот и славно. Потому что настало время тренировки. Я разочарованно застонала и, спрятав палочку за голенище сапога, поплелась относить книгу на место, одарив Бобби испепеляющим взглядом. Он даже бровью не повел. Впервые за последние пять минут Винчестер подал голос: - Пошевеливайся. Я буду на заднем дворе. Если, конечно, у тебя от страха поджилки не трясутся. Взяв с вешалки свою кожаную куртку, Дин вышел из дома, напоследок одарив меня вопросительным взглядом. Я только ухмыльнулась и под веселое «Удачи» Сингера поспешно вышла вслед за Винчестером. *** - Дерешься как девчонка, - пробормотал Дин, занося кулак для удара. Я поспешно увернулась, и перекатилась по земле, избегая удара ногой по моей голени. - Я и есть девчонка, если не заметил, - парировала я, отплевываясь от волос, которые лезли мне в рот. Поднявшись на ноги плавным движением, я переместилась за спину Винчестера и толкнула его ногой в спину. Пролетев по инерции пару метров вперед, он все же сумел удержаться на ногах. - Ты разве не должен был сначала научить меня теории? И уже только потом переходить к практике? – воспользовавшись его пятисекундным замешательством, я решила не упускать шанс и задать вопросы, которые меня волновали. - Я подумал, что с теорией ты знакома, причем очень не дурно, - Винчестер окинул меня оценивающим взглядом. - Да неужели? - Не прогадал ведь, да? Заносчивый, самовлюбленный, раздражающий… Он не переставал меня бесить. Но, признаться честно, я была удивлена, как он узнал, что я изучала теорию боевых искусств. И это бесило меня еще больше. Это его чувство самоуверенности, будто он знает обо всем на свете. - К тому же, я не собираюсь тратить время на болтовню. Куда проще научиться чему то, когда тренируешься, а не языком чешешь, - одернув поднявшуюся черную футболку, которую он использовал в качестве тренировочной формы, в результате чего мне удалось лицезреть рельефные мышцы живота, Дин сделал стремительный выпад вперед, тупой стороной ладони целясь мне в горло. Я, не стесняясь, вовсю использовала то преимущество, которое давала мне сущность вампира, поэтому рука Винчестера лишь всколыхнула воздух в том месте, где секунду назад была моя шея. Сделала два шага чуть в сторону, приседая, выбрасывая правую ногу вперед себя, в надежде сбить парня с ног. И когда уж было, я хотела возликовать, сильная рука перехватила мою ногу и рывком потянула наверх, так, что я упала. Но прежде чем моя спина коснулась грубой мелкой щебенки, защитить от удара об которую моя тонкая хлопковая рубашка явно была не способна, я изо всех сил потянулась к руке обхватившей мою лодыжку, и Винчестер упал вместе со мной. - Все-таки пироги дают о себе знать, - с шумом выдыхаю я, когда локоть Дина впечатывается в мой живот и из меня вышибает весь воздух. – Ты что, решил раз кулаками меня не достать, то можно просто раздавить? С трудом дышу, всем телом чувствуя вес Винчестера, которого сложившаяся ситуация явно забавляла, потому как он не предпринимал попыток подняться. Видимо все-таки решил, что задавит меня массой своего тела. - О чем ты говоришь? Я много тренируюсь, поэтому тяжелый, это все мышцы, - локоть парня все еще давит на мой живот, не давая нормально вздохнуть. - А ну слез с меня нахрен, - я, наконец, вздохнула во всю мощь своих легких и отпихнула от себя Винчестера, который пролетел пару метров в свободном падении над землей и приземлился на спину. Послышался сдавленный стон. Дин уже стоял на ногах, потрепанный, в запорошенной пылью футболке, когда я вытерла о штаны свои руки, испачканные в грязи. Переведя взгляд со своих ладоней на Винчестера, я вопросительно выгнула бровь, а тот послал мне испепеляющий взгляд. Не ожидая от него ничего другого, направилась в сторону дома, надеясь поскорее попасть в душ. Сегодняшняя тренировка явно закончена. *** Тренировки длились целую вечность, а если быть точнее, то полторы недели. И поверьте, когда я говорю вечность, я именно это и имею в виду, потому как минуты, проведенные с Винчестером за разучиванием боевых приемов, длятся словно дни. А эти его постоянные насмешки. Они кого угодно в могилу сведут. Единственное развлечение, которое я могла себе позволить – бегать по утрам. И боже, я обожала это. Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. Поэтому ровно в шесть утра я уже готова совершить пробежку по лесу, распростершемуся вокруг дома Сингера на несколько миль. Погода была чудесная, на небе было ни облачка, поэтому солнечные лучи создавали иллюзию тепла. Температура воздуха в такую рань была лишь чуть выше десяти градусов. Я слегка поежилась от прохладного ветерка, стоя у кромки лесной тропы в майке, одетой поверх тренировочного топа и лосинах из прочного, но дышащего материала. Я знала, что после получасового бега мне будет настолько жарко, что придется снять майку, поэтому надевать на себя еще больше одежды не имело смысла. Стоило перетерпеть прохладу лишь в начале. Размяв слегка затекшие ото сна мышцы ног, я припустила трусцой вглубь леса по хорошо заметной тропе. Прохладный свежий воздух, наполненный всеми запахами леса, обжигает мои легкие и именно в этот момент, я чувствую себя как никогда живой. Последние дни я чувствовала себя слегка разбитой и потерянной, но сейчас эти чувства ушли. Я улыбнулась сама себе. Чуть склонив голову набок, я прислушалась, и мои уши тут же заполнили шорохи, пение лесных птиц и тихое стрекотание насекомых. Хотя мне было непривычно и жутко осознавать, что мой слух стал не человечески острым, я все же прикрыла глаза, вслушиваясь в каждый шорох. Они производили на меня успокаивающее впечатление. Слегка споткнувшись об широкие корни дерева, я распахнула глаза. Мощные корни дуба, которые разрослись настолько, что не помещались в земле и поэтому продолжали расти над ее поверхностью, замедлили мой и без того неторопливый шаг. Не без интереса оглядываясь вокруг себя, так как в данной части леса я оказалась впервые, заметила поваленное дерево. Поросшее мхом, оно создавало впечатление того, что лежит здесь в таком виде еще с прошлого столетия. Сняв майку, я утерла ей пот со лба и кое-как повязала на талии. Недолго думая, я чуть согнула ноги и оттолкнулась от земли со всех сил, в попытке запрыгнуть на это дерево. Ноги заскользили по влажному мху, и я с трудом удержалась в вертикальном положении, переводя дыхание, сбившееся от страха. Я взглянула вниз. От земли меня отделяло метров пять, не меньше, и я сглотнула подступивший к горлу ком. Прошло уже больше месяца с момента моего превращения, а мои способности вампира все никак не хотели идти на убыль. Бобби говорил мне, что только первые две недели новообращенный полностью отличается своими способностями от обычного человека. По прошествии двух недель способности начинают восстанавливаться до определенного уровня, свойственного большинству вампиров. И тот факт, что со мной данных изменений не происходило, заставлял мой желудок скручиваться в тугой узел. - Привет, Сэм, - сквозь лес, до меня внезапно донесся раздраженный и одновременно усталый голос Дина. Я сильнее напрягла свой слух, пытаясь не пропустить ни единой детали сего разговора, потому что прекрасно понимала, где находится Сэм, то там же и Полумна. А с Луной я не разговаривала больше месяца, несмотря на все ее попытки добиться этого через Дина. - У нас все хорошо, - пробормотал Дин с тихим вздохом, - ну, относительно, - подумав, добавил он. «Относительно», - мысленно изобразив тон Дина, я скривилась и с сердцем, стучащим где-то в районе горла, стремительно спрыгнула со скользкого дерева и направилась в ту сторону, откуда слышался мне голос старшего Винчестера. - Передай ей, что она сейчас не может подойти к телефону, - голос Дина был пропитан желчью, возможно оттого, что ему надоело произносить одну и ту же фразу на протяжении месяца. Но я была ему благодарна. Вторым в списке моих страхов, сразу после превращения в вампира, стоял разговор с Полумной и объяснение ей произошедших со мной метаморфозов. Мне хватало ненавидящего меня Дина. Мне бы не хотелось, чтобы этот список пополнила моя лучшая подруга. - Сэм, не начинай, - упрямо воскликнул Дин, а я ускорила шаг. При всей моей боязни этого разговора, я не хотела его пропускать. – Это не мои проблемы, а ее. Я не собираюсь вмешиваться в их отношения, - в голос Дина стали пробираться нотки злости, - и тебе я тоже ничего не скажу, сколько раз можно повторять! Дин наматывал круги по тренировочному полю на заднем дворе и, выйдя из леса, я увидела, как он запустил руку в волосы от досады. Движение привлекло его внимание, и он поднял на меня взгляд. Он остановился на каждом элементе моего бегового облачения, хмуря брови и сжав губы в тонкую линию. Я покраснела, вспомнив, что сверху на мне лишь облегающий топ, не прикрывающий живот. Я постаралась не придавать этому слишком большого значения. - Слушай, Сэм, - протянул Дин, а я напряглась всем телом, - думаю, я могу устроить их разговор, она только что подошла. Я громко чертыхнулась, вызвав у Дина приступ неподдельного веселья, приправленного изрядной долей самодовольства. Я отчетливо слышала, как на том конце провода моя подруга воинственно требовала у Сэма телефон. - Привет, Полумна, - усмехнулся Дин, - я тоже рад тебя слышать. - Катись к черту, Дин, - взревела Луна, а я постаралась сохранить на лице нейтральное выражение, отчаянно борясь с подступающим к горлу хохотом. Старший Винчестер вскинул брови и улыбнулся, прикладывая телефон обратно к уху. - Не кипятись, она стоит рядом со мной. Все с ней в порядке, - поспешно заявил Дин, не дожидаясь Луниного вопроса. - Можешь передать ей телефон? – спросила Полумна слишком уж спокойным голосом, от которого у меня мурашки побежали по коже. Я глубоко вздохнула и с шумом выдохнула, поражаясь своей трусости. Ведь по телефонному разговору Луне никак не удастся понять, что со мной произошли значительные физические изменения. - Передаю, но ничего не обещаю, она та еще заноза в заднице, - Дин протянул мне руку с зажатым в ней телефоном. Я смотрела на него, не мигая, отчетливо слыша рассерженное дыхание Полумны из отверстия динамика. Дин тряхнул рукой, возвращая меня в реальность, и я злобно на него уставилась. - Я еще не готова, - шикнула я, стараясь всем своим видом показать старшему Винчестеру, что хочу видеть его зажаренным на вертеле. - Да ради Бога, - закатив глаза так, что я испугалась за сохранность его глазных яблок, Дин впихнул телефон прямо мне в ладонь, и мне не оставалось ничего, кроме как поднести его к уху, чтобы тот час отдернуть, будучи оглушенной громкий возгласом подруги. - Гермиона Грейнджер, я убью тебя, и я слышу, что ты там! Я скривилась, пытаясь побороть желание просто сбросить звонок и отложить этот разговор еще на некоторое время. «Ты сделаешь только хуже», - «приободрил» меня мой внутренний голос и я сдалась. - Привет, Луна. Как у вас там с Сэмом дела? - У нас все просто замечательно! Чего я не могу сказать о тебе, потому как только нога твоя переступит порог нашего номера, я надеру тебе зад! - Когда ты успела стать такой кровожадной? - Я училась у лучшей, Миона, - устало пробормотала Полумна, приходя в себя, а я тихо рассмеялась от ее заявления. - Неправда. Уверена, это Сэм оказывает на тебя дурное влияние, - на том конце послышались возмущенные возгласы Сэма, вызвавшие во мне повторный приступ смеха. И этот смех был больше похож на истерический, чем на веселый. Это не скрылось и от Луны. - Что с тобой происходит, Гермиона? С тобой все в порядке? Почему ты ни в какую не хотела разговаривать со мной? – мое сердце сжалось от ее жалобного голоса и я была уверена, она пыталась побороть подступающие к глазам слезы. Ровно, как и я. - Со мной все в порядке, правда, - я улыбнулась сквозь слезы и провела рукой по мокрой щеке. - И почему, ответь мне, я не верю ни единому твоему слову? Я пожала плечами, но поняв, что она этого не видит, прошептала: «Я не знаю». Винчестер смотрел куда-то вдаль, когда я подняла на него покрасневшие глаза. Он посмотрел на меня краем глаза, а я поспешила отвернуться в другую сторону. - Возвращайся домой, - голос на том конце был слишком уж тихим даже для моего острого слуха. – Что бы с тобой не произошло, ты можешь рассказать мне. Господи, Герми, я же твоя лучшая подруга! – столько было отчаяния в ее голосе, что мне захотелось тут же выдать ей все события последнего месяца, но я одернула себя, здраво решив, что это точно не телефонный разговор. - Просто возвращайтесь домой, - вздохнула Полумна. - Хорошо, - сдалась я и услышала два вздоха облегчения. Видимо Сэм соскучился по своему брату. – И знай, Луна, я никогда не сомневалась в твоей дружеской поддержке. До встречи. Не дожидаясь ответной реакции, я нажала красную кнопку на мобильном, чувствуя необъяснимое облегчение во всем теле. - Думаю, нам пора возвращаться домой, - хмыкнула я, и попыталась вспомнить, когда это номер отеля стал для меня домом. «Тогда, когда ты поселилась туда вместе с Луной», - проворчал мой внутренний голос, и я с ним согласилась. Знаю, что ведение диалога с самой собой это не нормально, но передо мной в списке проблем стояла более насущная, чем выяснение моего психического здоровья. Дин лишь неопределенно пожал плечами и открыл рот, чтобы наверняка отпустить какое-нибудь из его обычных колких замечаний, но я поспешно повернулась на пятках своих тренировочных кроссовок, оставляя во влажном песке углубления и направилась в сторону виднеющегося из-за свалки старых машин дома Сингера собирать чемодан. *** По пути в свои комнаты, мы с Дином не проронили ни слова, идя бок о бок, рядом, но будто разделенные сотней километров из неприязни, страха и одиночества. Лицо его было задумчиво как никогда прежде и мне впервые за месяц захотелось поинтересоваться, о чем он так напряженно думает. Но это желание пропало тут же, как только мы поднялись на второй этаж и Дин скрылся за дверью своей комнаты, заперев ее на ключ, будто боясь того, что я последую за ним с расспросами. Воздух в моей комнате был сухой и теплый. Я открыла окно, впуская по-осеннему прохладный и свежий воздух побродить по комнате. Пушистые облака закрывали солнце, не давая его теплу достигать земли. Прикрыв глаза, я стояла возле раскрытого настежь окна, мечтая очнуться от этого дурного сна, называемого реальностью. Улыбнувшись самой себе и такому нелепому желанию, которому не суждено было сбыться, я вспоминала дни, проведенные в этом доме. Дни, наполненные спорами и пререканиями с Винчестером и нашим нежеланием наладить отношения друг с другом. Сейчас такое поведение кажется мне просто детским. Я прекрасно понимаю его ненависть к вампирам, убивающим людей и высасывающим их кровь, но я не делаю ни того, ни другого. Меня и привычным вампиром то сложно назвать. Тем более, я думала, что наши с Винчестером постоянные тренировки заставят его относиться ко мне чуточку лучше. Но, кажется, я ошиблась. Отбросив мрачные мысли, я направилась в сторону шкафа, желая сделать то, зачем собственно я и пришла в свою комнату, то есть собрать свои вещи. *** Когда чемоданы были собраны, и я спустилась на крыльцо, где меня поджидали Бобби и Дин, уже начало смеркаться. Дин загружал оружие и книги, которые я позаимствовала из богатой библиотеки Сингера, в багажник Импалы. Бобби стоял на ступенях рядом со мной, сложив руки на груди и наблюдая за действиями Винчестера. Я поставила чемодан на землю, привлекая его внимание. - Я очень рада знакомству с тобой, Бобби, - сказала я искренне и обняла засмущавшегося старика. - Взаимно, Гермиона, взаимно, - пробормотал Сингер, отвечая на мое неуклюжее объятие. – Я продолжу исследования твоей крови, которые мы начали, и пришлю результаты тебе на электронную почту. Я кивнула и отстранилась, заметив недовольный взгляд Дина. В последнее время эти его взгляды наводили меня на мысли о том, что он просто ревнует Бобби ко мне, ведь мы проводили с ним намного больше времени, чем они с Дином. Но, как ни странно, я не считала себя виноватой, напротив, мне было лестно, что Сингер предпочел общение со мной, чем с «Великолепным Дином». Я постаралась не думать о последних словах Бобби об исследовании моей крови. Мы начали их две недели назад, но пока что ничего не смогли обнаружить. Мы искали хоть какую-нибудь зацепку о том, что же помогло мне не превратиться в настоящего кровососа. И хотя этот вопрос все еще был для меня неприятен, в душе я все-таки была благодарна Сингеру за то, что помогает мне разобраться в этой ситуации, пусть даже из чисто научных соображений. Звук хлопнувшей двери багажника оповестил меня о том, что Дин закончил свои сборы. Я подошла к задней части Импалы и открыла дверцу, чтобы положить туда свой чемодан, который в багажник бы точно не поместился. Не слишком мягко хлопнув дверцей, я удостоилась испепеляющего взгляда Дина. Пожав плечами в якобы извиняющемся жесте, я проверила наличие своей палочки за голенищем сапога. В наплечной кобуре из темной кожи, которая еще слегка натирала мне кожу через тонкую футболку, находился Кольт М1911 – самозарядный пистолет 45 калибра с магазином на 7 патронов, разработанный Джоном Браунингом. Помимо тренировок по боевым искусствам, Дин рассказывал мне о существующих видах оружия и для чего они применяются. Также он научил меня довольно таки сносно стрелять. По крайней мере, с места я без труда попадала в цель. Дин предложил мне на выбор Кольт М1911 и Беретту Px4 Storm, и я остановилась на первом, так как Кольт лучше лежал в моей руке. Я проверила, полон ли магазин и поставила оружие на предохранитель, краем глаза заметив, что Дин проделывает то же самое со своим револьвером Смит и Вессон 1908 года выпуска. Бобби, приподняв от удивления брови, рассмеялся. - Вы словно два сапога пара, - усмехнулся он и поднял руки в примиряющем жесте, заметив наши грозные взгляды, - да оба левые. Я нахмурилась, но все-таки выдавила из себя улыбку, загоняя пистолет обратно в кобуру. Дин сел на водительское сидение и я поспешила занять пассажирское, потому как чувствовала, стоит мне хоть на минуту задержать «сие Величество» и я еще неделю буду выслушивать его «лестные» замечания в мою сторону. Как будто мне и без того их не хватало. Удобно устроившись по правую руку от Дина, я опустила окно, чтобы свежий воздух развеял духоту машины. - Надеюсь, вы не забросите тренировки, - ухмылка Бобби была столь широкой, что мне захотелось убиться о приборную панель Импалы, лишь бы не продолжать злополучные занятия со старшим Винчестером. – И еще одно, - протянул Сингер, вмиг став серьезным, - ведите себя друг с другом более дружелюбно. Мы с Дином переглянулись. - Ни единой чертовой секунды! – весело ответили мы в один голос, и Винчестер вдавил педаль газа в пол.