"Улыбнись"

- Б-б-б… Бугимен-н-н? – заикаясь, спросила девочка и покрепче обняла подушку, закрываясь ей, как щитом. - Он самый, - довольно усмехнулся Кромешник, исчезая и появляясь в другом конце комнаты. – Ждала? Я чую твой страх…– приторно-сладким голоском пропел Питч, подходя к девчонке. Та испуганно отшатнулась, а Бугимен расхохотался. - Как давно я никого не пугал… Какое сегодня число и год? – спросил он, демонстративно делая шаг назад, мол всё, ухожу. Но Кассандра знала, что никуда он не собирается… - Пожалуйста, хватит, - чуть не плача, взмолилась она. – Прекрати! - Что прекратить? – наигранно удивился Кромешник. - Пугать меня! - Не могу, - притворно-грустным голосом ответил Питч. – Я – Бугимен, пугать – моя природа, смысл моей жизни, то, что даёт мне силу. Как же я могу прекратить? Ах, да, - сделав вид, что вспомнил что-то важное, Бугимен улыбнулся и вздёрнул брови, отчего на лбу у него появилось несколько морщинок. – Ты не ответила на мой вопрос… - Двадцать третье декабря… Две тысячи двенадцатого года… - еле слышно прошептала девочка в ответ. – А почему ты не знаешь этого? - Я был заточен в Царстве Тьмы с Кошмарами. Которых сам создал… И которых потом боялся сам! – зло выплюнул Кромешник, почти срываясь на крик. Воспоминания о Хранителях будили в нем дикую ярость и желание отомстить. - Бугимен… Боялся? А Царство Тьмы? Это твой дом? – уже чувствуя себя увереннее, спросила Кассандра. Место страха заняли чисто детский интерес и любопытство. - Был… - хмуро ответил Питч, отворачиваясь. – Боялся… У всех есть страхи, дитя, - прошипел он сквозь зубы, и сжал руки в кулаки. – Даже у Страха. На этом разговор прервался, а Кассандра с задумчивым видом отложила подушку в сторону, погрузившись в размышления. Может Бугимен такой злой, потому что одинокий, и у него нет дома? «Наверное, он очень несчастлив… - подумала Кэсси, глядя на хмурого, как туча, Кромешника. – Может, я смогу ему помочь? Мама вернется нескоро… Да и не видит она его… Решено.» - Слушай, если твоё нынешнее положение тебя так удручает, - начала Кассандра, отползая назад и упираясь спиной в спинку кровати, - то ты можешь пожить у меня. Мама всё равно на гастролях, я целыми днями одна дома… Только тётя Сара раз в два дня приносит продукты и проверяет порядок. А так – полная свобода действий! Что скажешь? - Каковы условия? – хитро прищурился Питч и развернулся к девочке лицом. Он-то прекрасно знал, что просто так ничего не предлагают. - Не пугай меня больше. Пообещай – и можешь оставаться. - О, как это мило, - на лице Кромешника заиграла дьявольская улыбка, - маленькая девочка предлагает Бугимену поселиться в её доме! Глупо звучит, не так ли? Возможно мой ответ прозвучит еще глупее, но… Я согласен. Недобрая улыбка на лице Питча стала шире и Кассандра осознала, что пустить его в дом было, возможно, плохой идеей. Жаль, что поняла она это слишком поздно… *** Заснуть в ту ночь Кэсси так и не смогла. Оставив Кромешника в комнате одного, она ушла – читать книжки, смотреть телевизор, рисовать – в общем всё что угодно, лишь бы не находиться в обществе Бугимена. Пусть он и обещал больше не пугать девочку – а вдруг лжёт? К тому же, нелегко так сразу отделаться от закоренелых привычек. Девчонка мысленно поблагодарила Бога за то, что сейчас каникулы, и, лишь дождавшись утра, побежала одеваться, чтобы пойти погулять с подругой. Но возникла одна небольшая проблемка – шапка Кассандры была в её комнате. Словно воровка прокралась Кэсси к двери и заглянула внутрь помещения. Кромешник мирно спал в кресле, закинув назад голову. Да, это кресло по росту ему определенно не подходит – не то, что в гостиной, там высокие. Девочка аккуратно ступила через порог, тут-же услышав скрип половой доски. Питч дернулся, но, к счастью, не проснулся. Кэсси облегченно выдохнула и сделала еще шаг, отметив для себя: Бугимен страшен даже тогда, когда спит. Медленно, но уверенно приближалась Кассандра к заветной шапке, которая неизвестным образом оказалась на подоконнике. «Так, еще шаг, еще… Тише, тише… Только бы не проснулся… Только бы он не проснулся!» Пройдя еще метра полтора, девочка поскользнулась на гладком паркете и отправилась в чудный полёт. К сожалению, образования лётчика у неё не было, а потому, не рассчитав траекторию падения, проехалась вдоль стены и почти врезалась в кресло, ненароком задев Кромешника. Вообще нельзя сказать, что она его задела. Задела бы, если бы рука Кэсси не прошла сквозь плечо Питча и не упёрлась в спинку кресла. - Так ты неосязаем… Как призрак! – ошарашено прошептала Кассандра, хватая шапку с подоконника и унося ноги из комнаты. – Хух, пронесло… Девочка выбежала из дома и с сумасшедшей скоростью понеслась по заледенелой дороге, к дому своей подруги. Морозный ветер дул Кэсси в лицо и она ощущала бескрайнюю свободу, с силой вдыхая воздух. Ей казалось, что стоит загнать в лёгкие еще чуть-чуть кислорода – и она сможет взлететь ввысь… Снежинки попадали в глаза и нос, было даже холодновато бежать – но ослабить ощущение безграничной радости и счастья ничто не могло. Уже через несколько минут Кассандра добежала до небольшого двухэтажного дома, что стоял в самом конце улицы. Стены кремового цвета, аккуратные окошки, стоящая во дворе статуя Санты с подарками – настоящий домик из сказки! Девочка отряхнула куртку от снега и постучала в дверь. Открыли не сразу. Изнутри дома послышался радостный детский визг, который тут же сменился жутким кашлем, а затем наружу выглянула миссис Баррингтон. - Здравствуй, Кэсси, - вежливо поздоровалась женщина. – Прости, но Труди сегодня гулять не пойдет. Она заболела бронхитом. – сказала она, грустно улыбнувшись. - Эх, жаль… Тогда передайте ей эту книжку. Труди уже давно выпрашивает её у меня почитать. – ответила Кассандра и протянула мисс Баррингтон книгу с яркой обложкой, на которой золотыми буквами красовалась надпись «Алиса в Стране Чудес». - Хорошо, я передам. – улыбнулась женщина и хотела еще что-то сказать девочке, но Кэсси уже умчалась. Кассандре жутко не хотелось идти домой, но кроме Труди у неё не было друзей в этом районе. Девчонка могла, конечно, поехать к школе – но стоять на остановке в пятнадцатиградусный мороз – самоубийство для их маленького городка. Маленького… Не мудрено, что мама не особо любила здесь находиться… В общем, Кассандра решила всё-таки пойти домой, хоть возвращаться туда и было для девочки настоящей мукой. Пустой, всегда безжизненный дом Хоггартов так и норовил своим видом отпугнуть незваного гостя. Жить там было неуютно не то что семьёй – большой компанией. А что уж тогда говорить об одиночестве… Дверь, как ни странно, была открыта. «Тётя Сара? Нет, в прихожей нет её туфлей… Неужто я такая балда? Ну конечно! Не надо было утром так спешить!» - мысленно обругала себя Кэсси, стаскивая ботинки и куртку. Шапку она снять забыла, и, зайдя в свою комнату, тут же швырнула её на подоконник. - Теперь твоё место там, шапка, - приказала девчонка шерстяной вещи, - и ты обязана находиться на этом посту до тех пор, пока мне не понадобишься! И тут откуда-то сбоку донесся смешок. - Привет, - весело сказала Кассандра, поворачиваясь к Кромешнику. Тот криво улыбнулся и неожиданно спросил: - Почему они? - Кто - они? – не поняла девочка. - Я имею в виду, почему именно они, - буркнул Питч и указал на висящую на стене фотографию. На ней Кэсси, Труди и еще пара ребятишек лепили снеговика. – Почему ты общаешься не с ровесниками, а с маленькими детьми? - Не знаю… - пожала плечами Кассандра. – Они… Верят? Да, точно… А еще никогда не смеются над тем, что я верю в тебя. - А должны смеяться?! – возмущённо произнес Питч, вышагивая туда-сюда по комнате. – В Тёмные Века меня боялись и дети и взрослые, а теперь надо мной должны потешаться?! Спасибо тебе, Луноликий, ты – мастер издеваться! Создал, дал надежду, а потом послал тех, кто втоптал меня в грязь и сделал изгоем. Браво! - Да не ори ты так, - замахала руками Кэсси. – Я тоже изгой, и что? Да, обидно конечно, но делать из этого неведомую драму нет никакого смысла. Как говорил мой папа, «Стоять можешь – к бою годен!». Улавливаешь суть? - Твой папа говорил, говорил… Только где он теперь? – раздраженно пробурчал Кромешник, сам того не зная, задев в девочке одно из самых больных мест. Кассандра сняла с головы обруч и с силой швырнула его об пол. - С твоей логикой, - гневно произнесла она, - лучше вообще на свет не рождаться. – и, бросив презрительный взгляд на Питча, вышла из комнаты.