Под прикрытием

В тот день, утро которого началось с небольшого происшествия в «Ковчеге», Кларк никак не могла выбросить из головы незнакомку, которая пострадала от её неловкости. Каждый раз, когда Гриффин вспоминала о том, как она умудрилась опозориться, она прикрывала глаза и морщила лоб. Эта ситуация не была чем-то необычным для Кларк. Девушка привыкла к тому, что при любых обстоятельствах может облажаться. Но почему-то именно тот факт, что она пролила свой чёртов кофе на ту незнакомую ей девушку, которую она, скорее всего, не увидит больше никогда, заставлял Кларк сгорать от стыда. Гриффин пыталась сконцентрироваться на работе и выбросить подобные мысли из своей светлой головушки, но всё тщетно. Странно, как то, что не должно иметь и малейшего значение, может плотно засесть в голове, зачем-то становясь на первый план и мешая думать о действительно важных вещах. Как например, о Беллами. От Кларк не могло ускользнуть то, что Беллами был не на шутку чем-то обеспокоен. Правда, для девушки оставалось загадкой, почему он так остро воспринял всю ситуацию. Два дня назад, когда Кларк вернулась домой, абсолютно вымотанная, после очередной затянувшейся встречи с заказчиком, Беллами уже спал. Увидев приглушенный кухонный свет, Кларк прошла вглубь кухни и заметила на столе нетронутый холодный ужин, приготовленный Беллами, и бутылку вина с несколькими глотками жидкости на дне. Внутри одного из бокалов были красные потёки, второй — сухой. Кларк на пару секунд закрыл глаза и глубоко вздохнула. Сразу стало понятно, почему Беллами так настойчиво выспрашивал у неё, когда она освободиться и его молчание после сообщения Кларк. Она решила, что должна извиниться перед ним утром. Но следующим утром, когда она открыла глаза, вторая половина кровати была пуста. Она провела рукой по смятой серой простыне. Холодная. В квартире было тихо: ни звуков льющейся воды в ванной, ни характерного гудения кофе-машины. Значит, Беллами уже ушёл в редакцию. Зная, что он практически никогда не уходит утром раньше неё, Кларк начала нервничать. Но это продлилось лишь пару минут, ведь затем, отгоняя сон, вернулись воспоминания о вчерашнем. Кларк закрыла глаза и перестала просто нервничать — теперь её уровень беспокойства приблизился к одному из самых высоких уровней. Она потянулась рукой к прикроватной тумбочке и, нащупав там свой телефон, протянула его ближе к себе. Найдя имя Блейка в списке контактов и открыв диалоговое окно, Кларк просто смотрела в экран телефона, а её пальцы застыли над развёрнутой клавиатурой. Сделав пару попыток написать сообщение, которые не увенчались успехом, девушка набрала его номер и быстро, пока не передумала, поднесла телефон к уху. Протяжные мерзкие гудки ещё долго раздражали слух Кларк, после чего она бросила телефон на другой край кровати, а сама раздраженно откинула одеяло и коснулась ногами холодного пола. Весь день мысли были заняты Беллами. День длился невыносимо долго, а Блейк не отвечал на сообщения. Кларк могла думать лишь о том, как быстрее вернуться домой и поговорить с ним. Однако когда Кларк вошла в тёмную квартиру после изнурительного рабочего дня, Беллами уже лежал в кровати и видел седьмой сон. Или же притворялся. Впрочем, это не имело никакого значения для Кларк. Её волнение по поводу Беллами лишь нарастало. Неужели он собрался её игнорировать? На следующее утро Кларк всё же удалось застать парня дома. Правда, уже стоящего на пороге, готового уходить. Кларк вышла из спальни, аккуратно приоткрыв дверь. Беллами стоял спиной к ней, и Гриффин прислонилась плечом к дверному косяку и сложила руки на груди, дожидаясь момента, когда он её заметит. Однако слова вырвались у неё прежде, чем Блейк обернулся: — Избегаешь меня? Вот так вот просто, без каких-либо утренних приветствий, без милых сонных улыбок и прочего. Будь там кто-то третий, он бы непременно ощутил то напряжение, витающее в воздухе, ловко маневрирующее среди слабых лучей осеннего солнца, которые навязчиво пробивались через жалюзи. Беллами затормозил у самой двери и медленно обернулся. — С чего ты взяла? — без лишнего энтузиазма ответил тот вопросом на вопрос. Наверное, он хотел добавить к этому улыбку, но вышло что-то, похожее на усмешку. Кларк заметно напряглась. Она судорожно прокручивала на пальце своё обручальное кольцо — она делала так всегда, когда нервничала. Правда, этот жест остался далеко за пределами скептического взора Беллами. — Встреча с редакторами. Ты же знаешь. — Так рано? — Кларк удивлённо взглянула на настенные часы. — Тебе ли не знать. — И если на первый взгляд казалось, что эта фраза ничего не значит, претензия слышалась отчётливо. — Беллами, — Кларк сделала несколько шагов ему навстречу, в то время как парень даже не шелохнулся, — нам нужно поговорить. — О чём? — небрежно бросил тот. — Белл, пожалуйста, не прикидывайся дурачком. Что за детский сад ты устроил? Игнорируешь, дуешься на меня. Можешь ещё топнуть ногой для пущего эффекта. Кларк, которая собиралась сохранять спокойствие на протяжении диалога, не удалось придерживаться этого плана, и её голос повысился. Беллами пару секунд смотрел на неё решительно и даже с некоторой злостью, так, что Кларк уже готовилась к хоть какой-то эмоциональной реакции. Она прямо-таки хотела, чтобы Блейк сорвался на крик; чтобы прядь чёрных волос упала ему на глаза, как это обычно бывает, и он бы даже не пытался её поправить; чтобы между его нахмуренных бровей появилась едва заметная ямка. Но Беллами молча отвернулся и, нервно дёрнув за ручку входной двери, оставил Кларк наедине с самой собой, даже не хлопнув дверью. В отличии от Беллами, Кларк злилась. Она не знала, что может сделать в сложившейся ситуации. Блейк не мог так среагировать из-за одного пропущенного ужина. Скорее всего, это долго копилось в нём. Но Гриффин ничего не могла поделать с этим, ведь её работа была очень важной для неё. Не позавтракав, Кларк отправилась в «Ковчег», больше всего сейчас желая встретиться с Октавией. Она всегда приходила раньше подруги, потому что та постоянно опаздывала. Простояв очередь в несколько человек и сделав свой заказ, Кларк достала из кармана пальто свой телефон, чтобы написать Октавии, что ждёт её внутри. Сообщение отправлялось долго, Кларк пришлось несколько раз повторить попытку отправки, и она уже начинала раздражаться. Когда ей отдали заказ, Гриффин даже не поблагодарила и, всё ещё пялясь в телефон, развернулась, чтобы уйти. А дальше… А дальше вы знаете. Кларк не рассказала об инциденте Октавии. Но она рассказала подруге про ситуации с Беллами. Окти отреагировала довольно спокойно и сказала, что всё наладится. В этом вся Октавия. У неё не бывало по-другому. Если что-то шло не так, Блейк была уверена, что это должно исправиться вскоре. Когда Гриффин шла в редакцию, в её мысли периодически возвращалась незнакомка из кофейни. На работе было то же самое. Её состояние было очень нестабильным в тот день. Как и настроение. Про концентрацию на главном задании не могло быть и речи, когда мысли были заняты проблемами с женихом, а затем сменялись размышлениями о случившемся в «Ковчеге». Даже её начальница, которая вообще редко обращала внимание на какие-то мелочи с этой своей гениальной рассеянностью, заметила, что с Кларк что-то не так. Во время обеда она подошла к ней и спросила, всё ли в порядке. Кларк, всё ещё углублённая в свои мысли, что-то неразборчиво пробормотала. Поэтому когда ближе к вечеру Кларк подошла к начальнице и попросилась уйти пораньше, та не возражала. Девушка надеялась, что если она вернется пораньше, то сможет как-то реабилитироваться перед Беллом. А ещё это означало, что Блейк не сможет притвориться спящим, избегая разговоров с ней. Но вернувшись домой, Кларк поняла, что ему не обязательно спать, чтобы игнорировать её. Беллами сидел за своим столом, который был укрыт слоем каких-то бумаг. Блейк держал в руке чёрный маркер и, хмуря брови, водил пальцем по бумагам, время от времени обводя что-то маркером. Кларк наблюдала за этим недолго, затем подошла ближе. — Привет. Беллами кивнул. — Ты серьёзно? — скептически изогнув брови, спросила девушка. Блейк поднял на неё взгляд. — Что? — с явно наигранным непониманием поинтересовался он. — Как долго это будет продолжаться? — Это ты о своей постоянной занятости? — вновь опустив взгляд в бумаги, переспросил он. — Ты ведь понимаешь, что это зависит не от меня. Да, я уделяю много времени своей работе, но ты не можешь осуждать меня за это. Тебе легко говорить. Ты ведь можешь делать свою работу дома. У тебя нет определённого графика, и ты можешь сам распоряжаться своим временем… — У тебя есть какие-то претензии к моей работе, Кларк? — Беллами отложил маркер и с вызовом посмотрел на блондинку. Кларк уже стояла прямо напротив него, опустив ладони на стол. — В том-то и дело, Белл. Это ты недоволен моей работой. — У меня нет претензий к твоей работе, — быстро произнёс Беллами. — Мне не нравится то, что тебя почти не бывает дома, и тебя это, похоже, вовсе не волнует. Девушка бесшумно выдохнула и потёрла пальцами переносицу. С каких пор всё стало таким сложным? — Я не знаю, что ты хочешь услышать. Блейк пристально смотрел на неё. — Ничего, Кларк, — более тихо сказал он. — Я просто хочу, чтобы всё было, как прежде. Гриффин почувствовала, что это неправильно. Они не должны говорить об этом. Кларк потянулась рукой к его лицу и поправила его непослушные чёрные волосы, а затем наклонилась вперёд и поцеловала. — Всё будет в порядке, хорошо? Я буду стараться уделять больше времени нам. Пару секунд выражение лица парня было слишком бесстрастным для того, чтобы Кларк смогла понять, о чём он думает, но затем Беллами доверчиво кивнул, а Кларк улыбнулась и почувствовала некое облегчение. А вот Беллами стало совсем не легче. В тот вечер они уснули вместе впервые за долгое время. Правда, Блейку, чтобы уснуть, понадобилось больше времени. Пришлось признаться самому себе, что злиться на Кларк было намного проще, чем осознать то, что виноват в этом всём он. Ему нужно было встретиться с детективом Вудс и отказаться от этой глупой затеи. Он должен закончить это прямо сейчас. Ну или немного позже. Ведь прошло так мало времени. Может, Вудс ещё удастся что-нибудь разузнать.

***

Следующим утром, после «случайного» знакомства с Кларк в кофейне, Лекса решила прийти в «Ковчег» немного раньше. Она была удивлена, когда зайдя в заведение, заметила блондинку, стоящую спиной ко входу. Видимо, девушка тоже решила прийти пораньше. Интересно, связано ли это как-то с вчерашним маленьким происшествием? Может быть, Кларк хотела избежать встречи с ней? Лекса немного помедлила, а затем зашагала в сторону Гриффин. — Я надеюсь, сегодня ты не собираешься чем-нибудь облить меня? Лекса заметила, как плечи Кларк вздрогнули, и та обернулась к ней с широко распахнутыми глазами. Спустя буквально одно мгновение на лице Кларк появилась тёплая улыбка. — Мне правда очень жаль насчёт вчерашнего, — виновато протянула Кларк. Она заглядывает в глаза незнакомки в надежде на то, что не увидит там обиды или злости. Но в зелёных глазах девушки проскальзывает тень любопытства. Внезапно Кларк будто озарило и она с неподдельным энтузиазмом добавила: — Могу я угостить тебя чем-нибудь? — Не стоит, — мягко улыбнулась Лекса. — Пожалуйста, позволь мне загладить вину. Я ведь серьёзно не смогу спать по ночам с неочищенной совестью. Не будь причиной моей бессонницы, — шуточно умоляла Гриффин и, когда услышала смех девушки, почувствовала себя увереннее. — Что ты любишь? — Зелёный чай без сахара. Кларк кивнула, словно это было настолько очевидным, что можно было и не спрашивать. Лекса понятия не имеет, как так получается, что они уже вдвоём сидят за одним из столиков. Кларк попивает свой утренний кофе и ведёт себя настолько дружелюбно, что Лексе становится неловко. Непонятное, совсем неуместное, чувство стыда ощущается практически физически, словно несколько его капель остаётся на кончике языке вместе с горьким привкусом любимого зелёного чая. — Ты угощаешь меня напитком, а я даже не знаю твоего имени, — ложь слетает с языка Вудс слишком легко, слишком умело. Неприятно. — Кларк Гриффин. И мне, к слову, тоже интересно узнать имя той, которая пострадала от моей неуклюжести. — Лекса, — коротко бросила шатенка, надеясь, что факт того, что она пытается утаить от собеседницы свою фамилию, не казался слишком явным. — Необычно. Лекса пожала плечами и поставила свой стаканчик на стол, намереваясь перевести тему. Она внимательно посмотрела на Кларк, прежде чем вновь начать говорить. — Ты выглядишь слишком презентабельно для такого не примечательного местечка. — Можно ли считать это комплиментом? — засмеялась Кларк. — Скорее да, чем нет, — ответила Вудс с долей некой интриги. — Но тебе не стоит судить книгу по обложке. «Ох, я знаю о тебе намного больше, чем это, Кларк Гриффин», — промелькнуло в голове у Лексы, а снаружи красовалась лишь милая улыбка. — Так ты работаешь где-то неподалёку? — Я работаю графическим дизайнером в издательстве «ABC-Century». Оно находится в нескольких минутах ходьбы отсюда. Поэтому я захожу в «Ковчег» каждое утро. — Издательство… Это интересно. Лекса заметила Октавию, шагающую по ту сторону улицы, которая вот-вот собиралась переходить дорогу к кофейне. Вудс достала телефон из кармана, делая вид, что получила сообщение. — Насчёт работы. Мне пора, — Лекса встала и теперь смотрела на Кларк сверху вниз, и ей показалось или Гриффин выглядела немного расстроенной (?). — Спасибо за чай. — Надеюсь, мы ещё увидимся, — произнесла Кларк с неподдельной надеждой — обычной воспитанностью и вынужденным дружелюбием там и не пахло. Лекса немного склонила голову набок, заинтересованно поглядывая на блондинку. — Возможно. Детектив нехотя оставила столик и намеренно неспешно зашагала к выходу, всеми силами пытаясь удержать себя от того, чтобы оглянуться назад. Но в отражении стеклянных дверей она заметила улыбающуюся Кларк Гриффин. И Вудс было почти противно оттого, что всё это наиграно и подстроено.