"Посторонний"

Уже в шлюзовом коридоре он услышал шорох за спиной. Еле уловимый, он доносился со стороны жилых помещений. Барни было шагнул в направлении звуков, но остановился. На порог шлюзовой выполз его найдёныш, который во время полёта был намертво пристёгнут к пассажирскому креслу, и о существовании которого в пылу погони Барни забыл. Он подполз к ногам человека, сел на холодном полу и вскинул вверх худенькие руки. Он не просил, он требовал взять его. Барни поднял малыша, а тот прижался к нему и уткнулся лицом в тёплую ткань комбинезона. Раздалось шипение и характерный свист – сработала пневматика шлюзового люка. Машина самостоятельно разгерметизировала катер, автоматически выполнив заложенную программу. Несмело Барни пошёл к выходу. Слабоосвещённый грузовой ангар крейсера был огромен. Тысячи контейнеров заполняли многоярусные стеллажи со стационарными креплениями. Контейнеры разных форм и размеров пестрели множеством опознавательных знаков. Казалось, что здесь собраны баннеры представителей всех рас существующей ныне Вселенной. Подобное богатство не снилось ни одному торговцу. Барни продолжал заворожено разглядывать ящики, как вдруг откуда-то сбоку его окликнули. Он обернулся на голос. Четверо охотников с оружием в руках стояли в десяти метрах от Барни. Не опуская пульсатор, один из них приблизился. Он долго рассматривал человека, втягивал ноздрями воздух, к чему-то прислушивался и, не определившись, кто же перед ним, с недоумением спросил на фьорелском: - Ты кто? - Я не говорю на фьорелском, - сказал Барни, крепче прижимая малыша к груди. - Ты кто? – повторил охотник на межгалактическом. - Это не важно, - ответил Барни, с опаской поглядывая на чёрные фигуры. – Важна стая умирающих щенков на моём катере. Им нужна еда. Охотник недоверчиво посмотрел в глаза гостя, но всё же приказал своим спутникам обследовать катер. Рукой он сделал какой-то жест, и двое фьрелов бесшумно проскользнули в шлюзовую. Через минуту они вернулись, а собеседник Барни отдал им новые приказы. Контейнер с пятью десятками упитанных зверей появился в мгновение ока. - Стойте, - крикнул Барни. Он подошёл к контейнеру, запустил руку под крышку и вытащил трепыхающегося зверька. Феромоны, источаемые жертвой, заставили найдёныша тут же вцепиться в добычу. Маленький фьорел зубами и ногтями рвал живую плоть, забрызгивая своего опекуна тёплой кровью. Чтобы не мешать трапезе, Барни опустил довольного малыша к своим ногам, предоставив полную свободу действий. Охотник, наблюдавший за процессом кормления малолетнего фьорела, был растерян, как и все остальные. Общение с человеком, здесь в Декстре, бессмысленно. Он - ни враг, ни друг. Он просто есть, иногда в качестве добычи. Но почему он так пахнет? Почему его светлая голова в серых полосах, а глаза тёмно-синего цвета? Почему он так заботится о щенках? - Кто ты? – снова спросил охотник. Барни молчал. О ранении, о растворившейся в нём фьорелской крови, о дружбе с охотником ему скорее всего не поверят. - Того, кто причинил вред стае, ждёт смерть, - сказал фьорел. - Я знаю, - покорно сказал Барни, будто слова охотника были адресованы ему. – Только сначала посмотрите вот это, - и он протянул фьорелу алмазный диск. Через пару минут в ангаре стояла голограмма Лекса и о чём-то убедительно говорящего на фьорелском. Выслушать послание собралось не меньше тридцати охотников. Многие из них указывали на проекцию и оживлённо общались друг с другом. Было понятно, что экипажу этого крейсера Лексус Сфорц был хорошо знаком. Всю запись охотники прослушали спокойно, но когда в подтверждение слов в информационном поле появились меленькие фьорелки с пятью полосами, охотники пришли в движение. Крики, возгласы, рычание – смешались в восторженный гул. На несколько секунд зрителям предстала Тари, а за ней Барни в окружении полосатых малышек. Все охотники дружно обернулись на человека. От оказанного внимания Богард даже попятился. Потом снова появился Лекс. Ещё несколько фраз и изображение замерло. В течение часа охотники бурно обсуждали послание и, как показалось Барни, все были готовы помочь. Вскоре ангар опустел. Двое фьорелов отправились на катер к малышам, а к Барни подошёл его недавний собеседник. - Пойдём, - сказал он. «Ну, вот и всё, - подумал Барни. – Четыре резиновых жгута и пару суток адских мук». Он отступил назад и замер. - Не бойся, - голос фьорела был дружелюбен. – Будешь работать с нами. - Работать? – переспросил Барни. - Ведь ты почти охотник, - фьорел приблизился вплотную. – Меня зовут Артус. А тебя? - Б-барни. - Идём, - охотник развернулся и пошагал к лифту. - Постой, - Барни поднял с пола насытившегося малыша. - Я отнесу его к стае. - Разве охотники летают на крейсерах? – спросил Барни. Они поднимались на лифте в верхние ярусы. - Как видишь, - ответил Арт. - А я думал, вы все одиночки. - Каждый из нас свободен. На крейсере никто никого не держит. У каждого свой катер, на котором в любое время можно улететь. Некоторые живут здесь постоянно, а некоторые остаются на время. Лекс летал с нами около года, - лифт остановился и фьорел вышел в коридор, Барни – за ним. – А потом решил вернуться в Федерацию. Привык. Я его понимаю. Он хороший охотник. Помочь ему - наш долг. - Помогая ему, вы помогаете и себе. Всем охотникам. Эти фьорелки ваша собственность. Они создадут новую цивилизацию. - Похоже на оптимистичную сказку, - улыбнулся Арт, входя в отсек. - Это правда! – горячо возразил ему Барни. - Твоих подтверждений не нужно. Мы верим Лексу. Они вошли в отсек самого верхнего яруса. - Вот, один из наших оружейных отсеков, а это… - он указал на троих подошедших к ним фьорелов. – Гарат, Ори и Люф. Они помогут тебе и научат кое-чему. Его зовут Барни, - сказал Арт охотникам. – И Лексус Сфорц ему доверяет. Этой фразы было достаточно, чтобы Барни приняли в бригаду оружейников. - Переодеться не хочешь? – спросил Ори, который был моложе остальных. Барни глянул на свой некогда белый комбинезон, ставший грязно-серого цвета. - Есть во что? – спросил он, оценив глянцево-чёрную форму фьорелов. Ори проводил его в каюту и сунул в руки шелестящий свёрток. Через пару минут Барни ничем не отличался от охотников. Лишь полосатая голова имела не столь выраженный контраст чёрного и белого. - Ты пахнешь охотником, - сказал Ори, обнюхав человека. – С плазмоидом раньше работал? Барни отрицательно покрутил головой, неужели сейчас ему предстоит коснуться стартовых ключей самого грозного и редкого оружия во Вселенной. Он забрался в рабочую капсулу аппарата и с восхищением оглядел наводящую систему. Сферический прозрачный монитор отображал сразу все сектора по обе стороны плоскости эклиптики, а поражающий луч плазмоида доставал противника из любого положения, из любой точки. Извиваясь, он следовал по траектории цели и настигал в пределах пяти галактических единиц. Уйти и спастись от голубоватой змеи, было практически невозможно. - Управлять им легко, - сказал Ори. – Нужно только правильно навести, луч сам догонит цель. Остальные «стволы», я думаю, ты знаешь. Каждому уровню, - Ори указал на ряд кнопок панели управления, – соответствует определённое положение капсулы, угол поворота и пространственная ось. Для каждого орудия своя система наведения и управления. Поворачиваешь капсулу и стреляешь из любого. Ори ткнул пальцем в кнопку и капсула с телом Барни внутри развернулась на девяносто градусов и поменяла пространственную ось. Перед глазами возникли рычаги управления вольфрамовой пушкой. - Это уровень механических орудий, - продолжал Ори, нажимая на следующую кнопку. – Это деформатор… ультразвук… лазер… уровень форматов… протонные ракеты… гравитационный отсекатель… магнитный таран… «биоагрессия»… фотонный излучатель, ну, и, наконец, плазмоид. Несколько раз уложив Барни горизонтально и пару раз поставив вниз головой, капсула вернулась в исходное положение. - Сначала немного голова кружится, а потом привыкаешь, - сказал Ори очумевшему от переворотов человеку. - Я понял, - сказал Барни, крепко держась за поручни капсулы, хотя выпасть из неё было невозможно. – Я справлюсь. Нудный заунывный звук заставил их вздрогнуть. Ульразвуковая сирена работала в полную мощь. Барни вопросительно глянул на молодого фьорела. - Тревога, - сказал Ори и кинулся к своей капсуле, бросив на ходу. – Где-то рядом чужак. - По местам! – скомандовал Люф. – Противник – класс опасности «4». Работаем! И хоть Барни ничего не понял из взволнованной речи фьорела, он был готов дать отпор любому. Он оглядел сферы мониторов и на мгновение замер. Лакийский крейсер не уступавший оснащением фьорелскому навис сверху. Он начал палить без предупредительных выстрелов и обычной цивилизованной процедуры ультиматума. Корабль элитного класса повёл себя, как бандит, под стать своим алчным хозяевам. - Капитанский мостик, - громко сказал Люф. – Оружейный просит оптимальный угол. - Даём оптимальный угол, - донеслось откуда-то сверху, и Барни почувствовал, как громада корабля двинулась. – Стреляйте, ребята. Смерть шакалам! Крейсера сошлись в поединке. Плазма лилась рекой. Количество боеприпасов было бесконечным. Каждый выстрел мог стать решающим. И этот выстрел сделали фьорелы. Через полчаса отчаянного боя лакийцы отступили. Потерявшие один из генераторов, с повреждённым топливным отсеком, они попытались скрыться. Но уйти дальше сотой парсека им не дали. Фьорелы размолотили огромный крейсер в клочья. Луч плазмоида прошёлся по каждому отсеку и достал все спасательные модули. Победный рык заполнил внутренности корабля. Фьорелы ликовали. В очередной дуэли они одержали верх. Но в следующий раз, вполне возможно, они сами окажутся на месте лакиев. Вражда, месть, ненависть. Противостояние, затянувшееся на многие сотни лет. Неосознанно Барни принял восторженный настрой и тоже тихонько зарычал. - Неплохо, - сказал Люф, проходя мимо капсулы Барни. Он был старшим в оружейной группе, и его мимолётная похвала была сродни признанию. Полуохотника приняли и, если уж не за своего, то за равного точно. Барни выбрался из тесной капсулы и вытер тыльной строной ладони пот со лба. - Последнее время шакалы совсем спятили, - сказал Гарат, расстёгивая на груди фиксаторы и выпрыгивая из капсулы. – Раньше на территорию Братства они и нос сунуть боялись. - Пусть приходят, всех похороним, - отозвался Ори с юношеской горячностью. Он давно стоял рядом с Барни и ждал Гарата. - Мы-то с ними справимся, - Гарат подошёл вплотную. – А вот потребители… Говорят лакии обстреляли Фьораунд, а на Фьори высадили десант. - В системе Тургуса война? – спросил Барни. - Война, - усмехнувшись, повторил Гарат. – Потребители никогда не воевали. Они даже не умеют охотиться. Всю историю они прячутся за нашими спинами. На Фьори расходным материалом всегда были охотники. Мы отражали нападения чужаков. Но это было давно, когда Тургус не был активен. Х-излучение оказалось лучше любой защиты и постепенно нас вытеснили с планеты. - А что же теперь, излучение стало слабее? – спросил Барни. - Нет, - ответил Гарат. - Тогда зачем лакиям Фьори? Ведь они боятся х-лучей, как и люди. - Но на Фьори можно жить под землёй. - Потребителям и охотникам, но не лакиям, живущим на поверхности. Жизнь под землёй трудна и опасна. За тысячи лет эволюции фьорелы привыкли к такому существованию. Окружающий мир заставил вас спуститься под землю. Но расы, живущие на поверхности, никогда не поменяют свет солнца на блики фонарей. Логично предположить, что Фьори и Фьораунд нужны лакиям не в качестве колоний. - Тогда зачем? - Не знаю, - задумчиво произнёс Барни. – Но смысла в этой войне нет. Зачем завоёвывать систему, непригодную для жизни? Зачем, к примеру, фьорелам Легарт с агрессивной хлорной атмосферой, когда по соседству полно пригодных планет? И к тому же… - внезапно Барни осёкся. «Легарт, бругды…» - проплыло в мозгу. - Что? – удивлённо спросил Гарат у замолкшего Барни. - Нет, ничего, - заторможено сказал Барни. – Так, мысли… А как мы найдём «коконы»? – после паузы спросил он. - Это не сложно. Один раз в триаду все вожаки выходят на связь с крейсерами Братства. Так мы узнаём их точное местонахождение и помогаем, если необходимо. Так мы вышли и на твой след. Задораус, вожак стаи, которую ты спас, не отозвался при очередной связи. Последние координаты были из колонии Марата, вот мы и решили проверить. - Погодите, - воскликнул Барни, словно его осенило. – Но ведь лакии всего лишь покупали стаю. Значит, сбил «кокон» кто-то другой, тот, с кем фьорелы не враждуют и кого не опасаются. Охотники насторожились, внимательно слушая Барни. - Бругды, - выдал Барни. – Именно бругд продавал контейнер. - Но «кокон» не так-то просто разбить, - заметил Ори. - Зачем разбивать? Они могли его захватить. - А помнишь, Гарат, - Ори обратился к напарнику, – недавно в сбитом лакийском катере мы нашли экзоскелеты. Размерчик явно не лакийский. Да и не пользуются лакии усилителями мышц. Они эволюционировали в тяжёлой гравитации Лака и выдерживают повышение на дюжину «джи» без проблем. - Как бы там ни было, - сказал Барни, – но бругды связаны с лакиями – это факт. И мне кажется, я знаю причину их дружбы. Бругды хотят вернуть Тари. Она что-то вроде талисмана для их возродившейся цивилизации. Они решили отбить её у фьорелов. Но поскольку их общество ещё малочисленно и слабо, они воспользовались услугами наёмников, которые к тому же люто ненавидят фьорелов. - Но лакии дёшево не продаются, - сказал Гарат. - Не знаю, деньгами ли, хитростью ли, но бругды заставили их воевать. Общество Легарта считает, что Тари спрятали в подземельях Фьори, планеты системы одной из самых опасных звёзд в Декстре. Лучший вариант трудно придумать. Бругды и мысли не допускают, что Тари на Фьори нет. - Потребители не выстоят в этой войне, - немного печально произнёс Гарат. - А нам-то что, - зло фыркнул Ори. – Пусть хоть все передохнут. Одна галактическая триада равнялась примерно двумстам семидесяти часам. За это время откликнулось тридцать пять вожаков. Все они согласились лететь в спиральный коридор. Также к ним присоединились около двадцати отставных старых охотников из Братства, которые могли многому научить молодёжь. Экспедиция из четырёх крейсеров и тридцати пяти «коконов» была в системе Крона как раз к тому времени, когда должна была появиться на свет последняя сотня яиц. К поверхности отправились на спасательных модулях. Найдёныш Барни никак не хотел покидать своего спасителя. Он ходил за человеком, как привязанный, цепко держась за штанину комбинезона. Никто из вожаков так и не уговорил его остаться в стае. Малыш признавал вожаком только человека. Только из его рук он брал еду и только ему подчинялся. Барни пытался выяснить у вожаков имя малыша, но те только разводили руками. Данных о стае Задорауса не было, и один старый вожак сказал: - Ты спас ему жизнь и по нашим законам можешь дать ему новое имя. Так найдёныш стал Максом.