Лимонный сахар

Где-то взвыла сирена. — Все в порядке! — успел крикнуть Ханзо в сторону открывающейся двери. Меч полоснул по руке. Аккуратно, так бережно, что едва наметился тонкий порез. — Сильнее, — сказал Ханзо, глядя в глаза брату. — Не стоит меня щадить. Сейчас это нужно было Гэнджи — выпустить боль. Доктор Маккри починит свой эксперимент. Удар, еще один удар, под лезвием расходится кожа, распадаются мышцы. Удар луком в лицо, так, чтобы маска хрустнула. Блок. Удар. Блок. Мир окрасился в алый цвет. Удар. Блок. — Гэнджи, хватит! — истошный женский крик. — Судзумэ, стоять! — мужской голос. Гэнджи покорно застыл. Ханзо отполз подальше, оставляя за собой полосу крови. Отличная тренировка. — Разбудите Джесси, кто-нибудь. — Не надо, — Ханзо протянул руку, Гэнджи молча поднял его на ноги. — Это обычная тренировка, Ангела. — Вы в крови, у вас столько ран! — Серьезных всего две. А что это у вас? Ангела крепко сжимала в руках какой-то посох. — Моя новая разработка, «Кадуцей». — Бьете непокорных пациентов по головам? Ангела направила это устройство на Ханзо, из посоха вырвался поток свет, заскользил по коже, мгновенно затягивая раны, потом стал истончаться, мигать и погас. Ангела потрясла посох, досадливо вздохнула. — Эксперимент. — Он отлично действует, — Ханзо изумленно рассматривал плечо, на котором не осталось ни одного следа. — А убрать швы он может? — Увы, только обезболивание и применение на свежие раны. Но можем провести потом удаление… Так! Не заговаривайте мне зубы! — она опомнилась. — Что у вас тут случилось? — Семейная ссора, Ангела, просто небольшая семейная ссора. — Надеюсь, это был последний раз, когда вы таким занимаетесь? — холодно спросил Рейес. — Да, коммандер, — согласился Ханзо. И тут в зал заявился Маккри, поставил на пол медицинский чемоданчик, осмотрел всех участников процесса, взял у Ангелы ее посох, посмотрел на него, потом «Кадуцей» раскрутился… Пол с потолком поменялись местами, Ханзо застыл, чувствуя, как по телу раскатывается боль от соударения с полом. Рядом с тяжким грохотом приземлился Гэнджи. У доктора была чертовски хорошая скорость… — Маккри! — Он слишком легкий, Ангела, на твоем месте я бы прикрепил к навершию пару булыжников, — холодно сказал Маккри. — Джесси! Он предназначен для лечения. — Так я и подлечил. Смотри, как они тихо лежат, шевельнуться боятся. — Еще бы, — гоготнул Рейес. — Я тоже в ступоре от твоих трусов. Ангела, прикрой его прелести халатом. — Джесси… Джоки, серьезно? Ты носишь джоки? — Ангела, по тревоге я просто натянул то, что под руку попалось. И вообще, напомнить, в чем ты прибежала штопать мне руку? — Джесси! — Не думай, что я забуду это… Ангела размахнулась посохом. Маккри перехватил его одной рукой. — Халат, Ангела, — напомнил он. В белоснежном коротком для него халате выглядел он так, что Ханзо предпочел уставиться на брата. — Как ты? — Я все еще на тебя злюсь. — Идите все по комнатам, — рявкнул Рейес. — Маккри, идешь со мной! Доктор Циглер, вы все еще здесь? Шимада, с вами я поговорю завтра. Вижу, что оружие подошло прекрасно. — Да, коммандер, — Ханзо вскочил, поднял лук. — Маккри, даже не вздумай на меня опираться, иди вперед и делай вид, что со мной незнаком. Почему на этой базе ты все превращаешь в фарс? — Коммандер, я-то тут при чем, это все ваши новые агенты. — Мои новые агенты не бегают, сверкая голой задницей, по всей базе. — Так и я не бегаю, я быстро хожу. — Маккри! Гэнджи все-таки издал слабый смешок. Ангела подошла к нему, размахнулась, отвесила пощечину, сразу же ойкнула. — Ангела, — Гэнджи поймал ее за запястье. — Твоя рука. — Ты чуть не убил своего брата! — Я бы его не убил, ну что ты… Хотя нет, за то, что он мне не сказал… Ханзо предпочел взять лук, собрать стрелы и удалиться, оставляя Гэнджи утешаться в объятиях Ангелы. Наверное, сейчас она поможет Гэнджи намного лучше, чем разговор с братом. Не поймет ничего про драконов, так хоть посочувствует. Ханзо такой роскоши, как объятия и поддержка, не полагается. Что ж, он всегда был сильнее Гэнджи как физически, так и духовно. А Маккри нужно выспаться. Хотя помогали уговоры мало, хотелось, чтобы тоже кто-то был рядом, даже молчал или вообще спал, не слушая. Постель показалась холодной, Ханзо напомнил себе, что у него вообще-то, все еще есть согласие Маккри. Пока что помогало. Он прикрыл глаза, надеясь, что посреди ночи тот опять явится. — Очень надеюсь, что ты — человек слова… Когда динамик в углу исполнил какой-то бравурный марш, возвещая время побудки, Ханзо пребывал в отвратительнейшем настроении. Никаких ночных визитов. Усугубляло все еще и то, что постель брата была нетронута, видимо, утешение затянулось. — Ханзо, Гэнджи, — искаженный динамиком голос все равно узнавался. — Столовая находится на первом этаже в левом крыле. Поторопитесь, на утреннюю чистку брони, смазку суставов, полировку пяток и завтрак отводится всего час с момента подъема. Время пошло. Ханзо, если поймаешь мне лимонный сахар, буду призна-а-а-а…. — Маккри закончил зевок. — Он желтый. — В меня им бросят? — проворчал Ханзо, связывая волосы в хвост. — Он бегает по столовой? — Нет, просто быстро заканчивается. Кажется, переговорное устройство было двусторонним. В столовой народу было немного. И пресловутый желтый сахар, лежавший в коробке, впрямь исчезал угрожающе быстро. Ханзо усмехнулся, внезапно захотев немного подурачиться. Так, сосредоточиться. Слева блюдце, справа коробка с сахаром, возле которой стоит Ангела. На пути никого. Отлично. Когда последние куски сахара исчезли прямо из-под пальцев, Ангела вскрикнула, затем прижала ладонь к груди и рассмеялась. — Ох, я уж думала, у меня что-то с глазами. — Ваши глаза прекрасны, как и всегда, — Ханзо придерживал на кончиках пальцев блюдце, на котором один на другом стояли кубики сахара. — Не подскажете, сколько этого сахара требуется доктору Маккри? — Три кубика, так что отдайте мне остаток, — она сощурилась, подняла руки, скрючила пальцы, как когти и стала наступать. — Я его сам еще не пробовал, вдруг он и мне понравится? — Ах так? Гэнджи! Ханзо увернулся от брата, переставил блюдце на пальцы второй руки. — Не получишь! За ними внимательно следили все присутствующие. Гэнджи совершил обманный маневр, снова попытался дотянуться, не хватило какого-то ничтожного расстояния. Ханзо повернулся вокруг своей оси. — Как это мило, — Маккри очутился прямо перед ним, немедленно цапнул губами кусок сахара, вернее царапнул зубами пальцы подкравшегося Гэнджи. — Чертовы ниндзя! Хохотом грохнула вся столовая. Гэнджи потирал руку. — Вам точно надо потренироваться вместе, — изрек Ханзо. — Думаешь, у него есть против меня хоть один шанс? — Маккри, нимало не стесняясь, облапил его за пояс и все-таки дотянулся до сахара. — Маккри! Циглер! Шимада! Прекратить брачные игры и приступить к завтраку! — Есть, коммандер Рейес! — хором отозвались все четверо. Гэнджи столовую покинул, сообщив, что собирается потренироваться. Ангела ушла вскоре, прихватив с собой тарелку с завтраком. — Впервые вижу ее такой счастливой, — Маккри неспешно ел. — А как же та жареная курица? — И тогда тоже. С чего вы вчера подрались? — Я не сказал Гэнджи, что отец от нас отрекся, лишив имени. Маккри на мгновение остановил ложку, не донеся ее до рта. — Это… большая проблема? Я могу записать вас обоих под любой другой фамилией в документах. — Нет, пусть остается эта. По ней на нас выйдет клан, — Ханзо прищурился. — Эй… Мы вас уже один раз отбивали. — Теперь мы не попадемся так легко. Маккри покачал головой, внимательно посмотрел на него. — Вы не отступитесь от своей идеи, так ведь? Ханзо кивнул. — Но больше всего Гэнджи ранило то, что без имени мы не можем призывать драконов. Маккри опустил ложку, уставился на него. — Призывать кого? Что с драконами делать? — Мужчины семьи Шимада всегда могли призывать на помощь призрачных драконов, — невозмутимо сказал Ханзо. — Наш предок некогда заключил договор с драконами ветра, которые стали хранителями Шимада. Теперь драконы не отзываются нам. Гэнджи очень был привязан к своему, лишиться дракона для него — получить кровоточащую рану в самой душе. — А для тебя? — Я чувствую себя одиноко, — Ханзо отпил чай, поморщился, поставил стакан на стол. — Я даже не знаю, чем тут помочь, — растерянно сказал Маккри. — Для меня, прости, это звучит немного дико — призывать драконьих призраков. — Призрачных драконов. Маккри вернулся к завтраку, вернее, попытался, на запястье снова замерцало красным сигналом вызова в медблок. — Поговорим потом, — отрывисто сказал он. — Прости, мне… — Надо идти, — кивнул Ханзо. — Мне тоже. — Я помню о своем обещании, — он вздохнул, поднимаясь. Ханзо взял оставшийся на блюдце кусочек желтого сахара, сунул в рот. Лимонный вкус, который сахар лишь слегка смягчал, ему понравился. Придется охотиться на этот сахар усердно. Или сделать его самому? Если аккуратно пропитать холодным лимонным соком обычный кусковой сахар, должно получиться. — Ханзо, вас устраивает ваше оружие? — Моррисон остановился рядом с ним. — Да, коммандер. — Тогда хватайте своего брата и на инструктаж, — Рейес прошел с другой стороны стола. — У вас задание. Ханзо поспешил на поиски Гэнджи, начав с медблока. — Он ушел, — сказала Ангела. — Сказал, что будет метать сюррикены, пока ему не полегчает. — Значит, ему уже полегчало. — Задание? — она слегка побледнела. — Задание. Ангела хотела что-то сказать, но затем справилась с собой. — Я соберу вам аптечку, личный комплект. Зайдите после инструктажа. — Да, доктор Циглер. Гэнджи к известию о задании отнесся без энтузиазма. — Надеюсь, что я не подведу. — Не подведешь, — Ханзо положил руки ему на плечи. — Ты со всем справишься. Мы со всем справимся. — А мой дракон? — Я — твой дракон. Гэнджи посмотрел на него, потом крепко обнял, затем отступил. — Идем. Послушаем, куда именно нас хотят отправить. — Что-то вы не торопились, — недовольно рыкнул Рейес, когда они явились. — Ладно. Вот ваше задание. Сегодня в шесть часов состоится передача партии оружия в Санта-Фе. Ваша задача: сорвать поставку. Как вы это сделаете, меня не волнует, но хотелось бы, чтобы вы действовали аккуратно. Отправляетесь втроем, вас подстрахует Ковбой. Он оттуда родом, так что будет вас вести. — Что сделать с оружием? — Груз нужно оставить в покое, его заберут, когда вы разберетесь со всеми, кто на него претендует. — Что сделать с трупами? — Куда-нибудь скиньте. Остальные банды не должны насторожиться как можно дольше, именно поэтому я поручаю это вам двоим. В крайнем случае разрешаю задействовать Ковбоя, но мне бы хотелось, чтобы он все-таки не включился в бой. Он чересчур громко и с размахом работает, а ваша задача не зачистить город от всех бандитов. — Да, коммандер. — Ваши средства связи, — по столу скользнули две гарнитуры. — Крепятся надежно, в бою не слетают. Технология новейшая, слышать друг друга будете так, словно стоите рядом. Разработаны специально под ваши маски, так что считают чуть ли не мысли. В подробности не вдавался, но уверяют, что все должно быть отлично. Не перебиваются никакими посторонними сигналами, отрезают звуки боя и прочее, если интересно, читайте документацию. Ханзо приладил наушник, поднялся. — Ковбой на канале. Как слышно? — Судзумэ на канале. Слышу прекрасно. — Рю на канале. — Сбор через полчаса на третьей площадке. Внутри словно переключили тумблер, Ханзо вошел в состояние полной сосредоточенности. Судя по тому, как брат плыл рядом неслышной тенью, хотя обычно хоть немного да топал, обозначая свое присутствие, он тоже уже был полностью в задании. Броня, к счастью, надевалась без посторонней помощи. Ханзо считал щелчки нагрудника, наголенников и сапог — они сделали ему сапоги с гэта и таби — семнадцать, все ровно. Перчатка лучника, тоже донельзя техническая — еще два щелчка. Фиксация колчана на спине — двадцать первый. Штаны… Да уж, кто-то посмеялся, заменив пояс кабелем, впрочем, какая разница, все в едином стиле. — Выдвигаюсь. — Выдвигаюсь через кабинет доктора Циглер, заберу аптечку. Ангела вручила медикаменты, потом сразу же вернулась к своим бумагам, слишком быстро, чтобы это выглядело естественно. Ханзо молча вышел. Маккри ждал их возле транспортника, впрямь одетый как настоящий ковбой с Дикого Запада, курил сигару и считал облака. При виде братьев он встрепенулся, оглядел их. — Ого. Круто смотритесь. — Ты тоже, — Ханзо осмотрел его, отметил. Что протез сегодня другой, более грубо сработанный, но и выглядящий более прочным, потом зацепился взглядом за кольт. — «Миротворец», — хмыкнул Маккри. — Я же за мир во всем мире, даже если придется перестрелять всех, кто мне мешает. Итак. Лететь нам три часа. Разъясняю… В транспорте они погрузились в обсуждение планов действия и сопоставление их с рапортами агентов, которые вели слежку. — Их там будет не больше тридцати человек. Вооружены они будут не особенно хорошо, там же все на доверии, — Маккри перекинул очередную сигару в другой угол рта. — По крайней мере, по вам палить из ракетных установок не будут. — Постараемся обойтись без единого выстрела. Судзумэ? — Нужно осмотреть местность, но я смогу разобраться с десятком сразу же. — На нашей стороне будет элемент неожиданности. Десяток я тоже смогу снять, потом придется замешаться среди них, чтобы они не стреляли, боясь задеть своих. — Отлично, — Маккри откинулся назад, надвинул шляпу на лицо и задремал, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках. Гэнджи сполз пониже, прикрыл глаза. Ханзо предпочел бодрствовать и перебирать стрелы, восторгаясь их технической продвинутостью. — Тебе очень идет эта броня, — прозвучало в наушнике. Он повернулся, посмотрел на Маккри, безмятежно дремавшего под своей шляпой. — Спасибо. — А в этой маске ты выглядишь как классический ниндзя. — Думай о задании. — Я начну думать о нем через полтора часа, а ближайшие пять минут я намерен усиленно думать о тебе, представлять, как мы могли бы поделить кусочек сахара… — Эй, я вам не мешаю? — возмутился Гэнджи. — Ничуть, не волнуйся. Так вот, я мог бы слизывать крошки этого сахара… Стрела воткнулась в сиденье рядом с бедром Маккри. — Не испытывай мое терпение, Ковбой! Маккри хмыкнул и замолчал. — А мне теперь интересно, — сказал Гэнджи. — Что там со слизыванием сахара с Рю и зачем его вообще сахаром посыпать? — Чтобы немного подсластить его кислую улыбку, — Маккри негромко рассмеялся. — А почему ты вообще с нами сегодня? — Потому что иногда я устаю спасать жизни и начинаю их отнимать. — А что… — Судзумэ! — Нет, пусть спрашивает, — Маккри не сменил позы. — Что означала та твоя фраза «Ровно в полдень», о которой нам рассказывала Ольга? — Это один очень хороший фильм, Гэнджи. Шериф одного маленького городка узнает, что ровно в полдень в город прибывает бандит, которого он когда-то посадил в тюрьму, его подельники уже ожидают его. И этим же полуденным поездом молодая жена шерифа уезжает из города… Но шериф не может бросить город, поэтому возвращается, чтобы расправиться с бандой. Горожане отказываются ему помогать, он остается с бандой один на один. — И всех победил? — Конечно. Вместе со своей возлюбленной, которая вернулась и застрелила одного из бандитов. Однажды я попал в такую же ситуацию. Группа вернулась на базу, я остался. Это было уже не нашим заданием, расправляться с бандитами, но я не мог оставить мирных жителей. — И кто был женой шерифа? — поинтересовался Ханзо. — Как и полагается по фильму — светловолосая красавица, которая впервые взяла в руки оружие. — Ангела или Ольга? Маккри захохотал, но уточнять не стал. Больше до самого приземления никто не произнес ни слова. Ханзо перечитывал рапорты, Маккри с Гэнджи дремали. — Добрались, — только и сказал Маккри. — Где-то тут нам грузовичок подогнали, будем на месте через час. Я поведу. Наслаждайтесь красотами. — Еще раз: приходим, устраиваем засаду, мы с Судзумэ всех убиваем, а ты наблюдаешь. — Да. И в случае чего вмешиваюсь. В самом крайнем случае, — уточнил он. — Кстати, очень надеюсь, что вы любите кантри… — Нет, Ковбой! — Люблю подпевать радио, — продолжал Маккри. — А я бы послушал, — опрометчиво сказал вежливый Гэнджи. Ханзо взглядом попытался развеять его на месте в прах. — Вот и он, — Маккри кивнул на подкативший пикап, из-за руля которого выбрался хмурый небритый мужчина, который отдал ключи, достал из кузова мотоцикл и умчался. — Надеюсь, вы не особенно проголодались, жратва тут, мягко говоря, несъедобна. А кофе так и вовсе напоминает кипяченую грязь. — Откуда такой опыт в употреблении грязи? — Приходилось пить из лужи. Садитесь уже. Ханзо внимательно разглядывал пейзажи. Много пыли, много солнца, мало ярких пятен, на которых можно остановить взгляд. Даже странно, что в этом месте смог сохранить жизнелюбие такой веселый человек как Джесси Маккри. Впрочем, среди прекрасных пейзажей Ханамуры как-то сумел вырасти Ханзо Шимада. — О чем думаешь? — Маккри не отрывал взгляда от дороги. — О задании, — Ханзо перевел взгляд на него. — О тебе, — добавил он. — Какое совпадение, а я как раз думаю о тебе. Знаешь, тебе бы очень пошли длинные волосы. Не надо было их обрезать, но они мешались. — Отрастут. — А еще тебе бы подошла какая-нибудь европейская стрижка. Андеркат, например. — Это еще что? — Выбритый затылок. Оставить часть сверху подлиннее, с затылка все убрать… Будешь выглядеть моложе. — А тебе бы подошло немного отрастить волосы, — Ханзо пошевелился, разминая затекшее тело. — И убрать бороду начисто. Тогда тоже будешь моложе. Маккри усмехнулся. — А мне? — встрял в разговор Гэнджи. — А тебя покрасим в зеленый цвет. — Почему сразу в зеленый! — А почему нет? — Маккри снова хмыкнул. — Держитесь, — и вжал в пол педаль газа, выжимая из несчастного пикапа все, что только было возможно. Глупый разговор о прическах немного помог встряхнуться и впервые подумать о будущем. Может быть, вправду сделать то, что предлагает Маккри. Это будет забавно. И можно будет заявить ему, что у него совершенно нет вкуса. Ханзо улыбался, отвернувшись от Маккри, смотрел на ало-оранжевый закат на ничем не прикрытом небе. — Дальше пешком.