Всякое бывает

— И что нам теперь делать? — покинув здание клиники, Катарина задумалась о положении, в котором они находились. — Думаю, для начала выпить кофе? — альфа вопросительно посмотрела на девушку, а после получения утвердительного кивка предложила, — как насчет вашего ресторанчика? Там ты как минимум будешь меньше нервничать, — она посмотрела на то, как Катарина теребила край сарафана. До этого момента омега даже не замечала своих действий. Нервы были ни к черту, а у кого будет все в порядке в подобной ситуации? Однако, смотря на девушку перед собой, она засомневалась в собственных суждениях. Прежде разгневанная альфа теперь выглядела слишком спокойной. — Мне не хотелось бы наткнуться на родственников сейчас, нужно подумать, что именно им сказать обо всем этом, — девушка указала рукой на собственный живот, — но я знаю другое местечко, где мне будет комфортно. Мы можем доехать на моей машине. — Уверена? — Кендис остановила коляску и повернула ее. Под пристальным взглядом Катарина на мгновенье растерялась, но, собравшись с мыслями, ответила: — Да, багажник достаточно большой для коляски. Кендис задумчиво кивнула и направилась следом за омегой на парковку. Среди многочисленных машин особенно бросался в глаза бирюзовый Ford Focus ST. Кендис не испытала и капли удивления, когда девушка уверенным шагом направилась именно к этой машине. — Большая, говоришь? — Кендис нахально усмехнулась, осматривая хетчбэк девушки. — Тебе хватит. Кстати, знакомься, Блу — моя любимая ласточка! — девушка демонстративно развела руками, показывая свою машину. — А ты, я смотрю, сама оригинальность, — альфа блеснула зубастой улыбкой, но вместо того, чтобы оценить по достоинству «ласточку» девушки, она прошлась взглядом по телу омеги. — Хватит придираться, — их маленькие подколки позволили Катарине расслабиться, напомнив девушке то, как они общались в парке, — давай устраивайся, — за то короткое время, пока они общались, омега отчетливо осознала, что альфа не желает признавать себя неспособной что-либо сделать, и очень обижается, если с ней начинают обращаться как с инвалидом. Несмотря на это, Кендис здраво оценивала собственные возможности, и, если что-либо было невыполнимо, она могла сказать об этом, как, например, сейчас: — Ты не могла бы мне помочь? — девушка подъехала к открытой дверце машины, но из-за подлокотников ей было неудобно пересаживаться, — придержи, пожалуйста, кресло. Катарина быстро подошла к девушке и крепко схватилась за ручки. Кендис, почувствовав, что кресло зафиксировано, в одно движение перелезла на пассажирское кресло. Удобно устроившись, девушка пристегнулась, а омега, откатив кресло к багажнику, попыталась его сложить, — тебе нужна помощь с ним? — Нет, как-нибудь сама справлюсь, — Кендис услышала, как девушка пытается сложить коляску, при этом не забывая лишний раз чертыхнуться. Альфа высунулась из машины, чтобы увеличить угол обзора. Ее взгляду предстали стройные ноги, поверх которых развевалась юбка, близкая к тому, чтобы показать еще больше кожи и более интересные места. Именно в этот момент ветер подбросил юбку вверх, позволив девушке увидеть краешек нижнего белья. Омега взвизгнула и попыталась одернуть юбку, Кендис же быстро села ровно. Ее лицо приобрело красный оттенок, а дыхание участилось. Она была похожа на школьника в пубертатный период, который пытался подглядывать за объектом своего вожделения и чуть не был пойман. Через несколько минут она услышала хлопок багажника, а в следующее мгновенье омега села в машину. Девушка не обратила внимания на состояние альфы и, быстро пристегнувшись, завела машину. Они выехали с парковки, и только сейчас Катарина заметила молчаливость альфы. Посмотрев на девушку, она увидела румянец на щеках и слегка учащенное дыхание. Она, не задумываясь, протянула руку и погладила бедро Кендис. — С тобой все в порядке? — Кендис едва сдержала стон. После того, как она была в коме, ее тело слишком долго не испытывало прикосновений. Тем более, она считала девушку весьма привлекательной и симпатизировала ей, добавьте к этому мысли о том, что девушка беременна от нее, и получите неплохой такой коктейль. Кендис покраснела еще сильнее и заерзала на сиденье. Увидев ее реакцию, омега нахмурилась, но когда она почувствовала ее запах, такой пьянящий и притягательный, ее брови подскочили вверх, и она резко отдернула руку, будто от раскаленной сковородки. Омега крепко вцепилась в руль и старалась изо всех сил внимательно следить за дорогой. Ее пульс участился, а замкнутое пространство машины, казалось, начало давить со всех сторон. Не имея сил выдержать подобную муку, девушка прибавила газу, и через несколько минут машина припарковалась рядом с небольшим кафе. — М-мы на месте, — омега старалась не смотреть на альфу и, пулей выскочив из машины, направилась к багажнику. В это время Кендис пыталась успокоить дыхание. Казалось бы, это нормально — испытывать желание к девушке, беременной от тебя, но те обстоятельства, в которых они находились, не могли быть названы нормальными. Дверца с ее стороны открылась, и коляска уже была готова принять назад свою владелицу. Пересесть из машины в коляску было легче благодаря высоте. Альфа быстро переместилась, и, не успела она что-либо сказать, как девушка толкнула коляску от машины, попутно закрыв дверцу и поставив машину на сигнализацию. За короткое время их прогулки Кендис смогла успокоиться, и когда они расположились у одного из столиков на улице, ее глаза вновь стали спокойными, к лицу вернулся нормальный оттенок, а пульс перестал шкалить. Катарина все еще избегала взгляда девушки. Между ними повисла неловкая тишина, и омега, походу, не собиралась ее нарушать. Кендис тяжело вздохнула, огляделась, отметив приятную атмосферу заведения. Ее взгляд остановился на будущей маме, и она вновь почувствовала легкий аромат, исходящий от омеги. В тот момент она могла бы наслаждаться им вечно, но время, а главное, их положение не оставляли шансов. — Ты согласна с этим? Катарина удивленно посмотрела на девушку, не совсем понимая, о чем она. — М? — Я про ребенка, ты все еще его хочешь? — Конечно, хочу, почему ты спрашиваешь? — девушка внимательно смотрела на альфу, в ее глазах мелькнула догадка, — я рожу его, и если ты хочешь, чтобы я избавилась от него, я не… я не сделаю этого, — голос девушки сорвался на последних словах, привлекая внимание окружающих. Люди любят драму, некоторые начали на них пялиться, ожидая дальнейшего развития событий. Альфа недовольно посмотрела на этих «любознательных» личностей, заставив их вернуться к своим делам. — Я не хочу, чтобы ты делала аборт или что-то такое, просто… — девушка не хотела говорить этого вслух. — Просто что? — Просто я калека, и… — Катарина только сейчас заметила, как девушка неуверенно теребит салфетку, как она периодически тупит взгляд и смотрит на свои ноги, как она посматривает на ее живот и в ее глазах загорается этот неясный огонек и, кажется, легкая надежда. Все это заставило девушку протянуть руку и остановить альфу от превращения салфетки в лоскутки. Она нежно погладила большим пальцем тыльную сторону ее ладони, заставив посмотреть на себя и подарив обнадеживающую улыбку, — как ты относишься к тому, что в жизни твоего ребенка будет такая как я? Омега тут же вспомнила сцену в клинике, когда бывшая альфы уязвляла ее гордость и давила на больное. Как в тот момент блестели глаза Кендис, будто она готова заплакать. — А какая ты? Пока что ты показала себя невероятно обаятельной личностью, и насколько я видела, ты прекрасный человек. — Но мои ноги… — А что с твоими ногами? Помниться, ты говорила, что твое полное восстановление не несбыточная мечта. Так что к тому моменту как, — она положила руку на живот, — этот ребенок вырастет, а может, даже родится, ты сможешь делать все то, что делают любые другие родители. — Но ты говорила, что воспользовалась ЭКО, потому что не нашла ту самую. Я ведь буду мешать, если ты… — Кендис, хватит! Прекрати думать о том, как и если! Сейчас ты должна решить для себя: хочешь ли ты принять участие в воспитании этого ребенка, или нет? — девушка прямо смотрела на Кендис. Она не могла просить чего-то большего, понимая, что они не столь долго знакомы, но кто запрещает узнать о намерении девушки относительно ее собственного ребенка. — Я хочу, — альфа, наконец, почувствовала уверенность и тихо прошептала, — я очень хочу. Катарина с трудом различила слова собеседницы, на ее лице появилась улыбка, и она вновь погладила руку альфы. — Все будет хорошо, Кендис. Это не так страшно, как может показаться, я думаю… — Главными словами были: «я думаю», — альфа усмехнулась и исподлобья посмотрела на омегу. Ей до сих пор не верилось, что девушка, которая привлекла ее внимание, носит под сердцем ее ребенка. В любой другой ситуации люди на ее месте не находили бы себе места, но по какой-то причине в присутствии девушки она чувствовала умиротворение. — Не придирайся к словам! Главное, что нас с тобой все устраивает, — но про себя омега добавила «пока что». Она уже задумывалась о том, чтобы пофлиртовать с девушкой, грубо говоря, «влюбить» ее в себя, после того, как поняла, что ее запах настолько приятен для нее. Она знала все об истинных, но из-за своего тела никогда не знала, что значит быть с ним. Сейчас, глядя на альфу перед собой, в ее сердце появлялась надежда. Она хотела испытать на себе все то, о чем так много говорят другие. Кендис хотела ответить девушке, но ее прервал подошедший человек. Оглянувшись, она поняла, что это дядя девушки. Ее удивлению не было предела. Она заметила, что мужчина смотрит на нее с подозрением и как будто бы оценивает ее? — Добрый день, рад снова вас видеть, — он кивнул Кендис и посмотрел на племянницу. Его взгляд стал нежным, и он по-отцовски погладил голову Катарины, — Катарина, почему не зашла внутрь? Если бы не Амано, заметивший тебя, я бы даже не знал, что ты была здесь. Местные сотрудники пока еще не знают тебя достаточно хорошо. — Прости, дядя, — девушка обескураженно улыбнулась мужчине, — я даже не подумала, что ты будешь здесь, столько всего… — девушка не успела договорить, как поняла, что сейчас не время и не место сообщать родственникам новости. — Ты что-то хочешь рассказать мне? — Я… Давай попозже, как только мы пообедаем, я поговорю с тобой, — мужчина волновался, но понимал — сейчас не подходящий момент для провокационных вопросов. Он кинул взгляд на Кендис и, резко развернувшись, удалился, — фух… это было близко. — Этот ресторанчик называется «У Амано», почему твой дядя здесь? — у альфы были мысли на этот счет, но она хотела быть уверенной. — Этот ресторан моего двоюродного брата — сына дяди. Его зовут Амано. Чтобы поддержать семейный стиль, он решил назвать его таким образом, — девушка раздраженно вздохнула. Она не ожидала, что встретит здесь родственников. Несмотря на то, что владельцем был ее брат, он редко появлялся здесь, предпочитая разгульный образ жизни. — А ты, похоже, недолюбливаешь брата? Глаза омеги распахнулись, и она протестующе замахала руками. — Ты ошибаешься. Я могу ворчать на него, но однозначно люблю Амано. Просто он, как бы помягче выразиться — раздолбай. — Кто это раздолбай? — девушки одновременно повернулись на голос, — позвольте представиться — Амано, — рядом с ними стоял высокий молодой человек с длинными каштановыми волосами, собранными в хвост. Он взял руку Кендис и поцеловал ее. Альфа не вырвала ее и с интересом посмотрела на мужчину. На нем был надет белый китель, на фартуке виднелись пятна от готовки, но рукава рубашки оставались белоснежными. Легкая небритость на лице добавляла его образу небрежность, впрочем, как и некоторые прядки, выбивающиеся из хвоста. Квадратный подбородок, прямой нос, худощавая фигура и сильные руки. Такие парни покоряют сердца женщин одним взглядом своих глубоких выразительных глаз. Вот только эта магия не работала на Кендис, она прошлась по смазливому лицу Амано равнодушным взглядом и вернула внимание меню, попутно вытянув руку из его захвата. Амано, заметив столь нетипичную реакцию, удивленно уставился на девушку, не понимая, почему обычная тактика не сработала на этой особе. Катарина едва сдерживалась, чтобы не засмеяться над выражением лица кузена. — Пфф… Ха-аха-ха, — девушка все-таки не удержалась, а Кендис с легкой улыбкой продолжила изучение меню, не смотря на бедного парня, который мотал головой из стороны в сторону, — черт, Амано, ты бы видел сейчас свое лицо. Это было незабываемо! Молодой человек нахмурился и посмотрел на сестру. В его взгляде читалось негодование. — Раз я поднял тебе настроение, может, ты уже представишь нас, наконец? — мужчина возмущенно смотрел на свою сестру, при этом не переставая кидать жгучие взгляды на Кендис, которые та успешно игнорировала. Отсмеявшись и восстановив дыхание, девушка указала на свою соседку: — Амано, знакомься — это моя подруга Кендис. Кендис, как ты уже слышала, Амано — мой двоюродный брат, — девушка повторила жест для альфы, указывая на мужчину. Амано вновь обворожительно улыбнулся, но, не получив и взгляда, он бросил попытки и, вернувшись к своему расслабленному режиму, подтянул стул к столику и развалился на нем. — В чем твой секрет? — парень внимательно рассматривал девушку, указывая при этом на нее солонкой, которая как раз оказалась под рукой. Можно сказать он тыкал ей в лицо девушки. За последнее время нервы Кендис прошли нехилую закалку с перепадами температуры, так что ее не беспокоила кухонная утварь, что курсировала возле ее носа. Она небрежно отодвинула руку парня и посмотрела ему прямо в глаза. Мужчина слегка поежился от взгляда девушки. Ее глаза скорее походили на глаза животного, нежели на человеческие. Ему мерещилось, что девушка решает, стоит ли его забить как невинного агнца или же отпустить с предупреждением не появляться более на ее территории. Ему доводилось раньше встречаться с подобным взглядом в некоторых клубах, куда далеко не каждый рискнет сунуться, но никогда ощущения не были такими отчетливыми. И уж тем более не исходили от хрупкой девушки на инвалидном кресле. — А ты уверен, что хочешь знать? — альфа усмехнулась и с прищуром посмотрела на парня. Кому-то могло показаться, что она заигрывает с ним, но… Катарина, сидевшая в непосредственной близости от девушки, начала ерзать на стуле. Мгновенье назад ее обдал приятный жар, источником которого была альфа. Некоторые из окружающих людей также начали беспокоиться. Один из мужчин за соседним столиком с рыком оглянулся на них. Его лицо было темнее тучи. Он смотрел на их столик с неясным намерением, и этот взгляд не предвещал ничего хорошего. Когда он встал из-за стола, окружающие альфы и омеги забеспокоились еще больше, в том числе и Катарина. У нее было на одну причину для беспокойства больше: теперь не только запах альфы стал более ощутимым чем обычно, но он начал смешиваться с запахом альфы, что искал проблемы на свою задницу. От одного запаха ей становилось плохо, а тошнота подкатывала к горлу, в то время как второй был как глоток свежего воздуха. Чтобы понять это ощущение, достаточно вспомнить ситуацию, когда вы оказывались в неприятно пахнущем месте и, чтобы не чувствовать его, зарывались в собственную одежду, которая пахнет порошком и вашим собственным запахом. Лицо омеги приобрело нездоровый оттенок. Пытаясь избавиться от воздействия неприятных ощущений, девушка наклонилась поближе к Кендис, тем самым привлекая ее внимание. Когда альфа заметила бледность девушки, она перестала играть и наклонилась к омеге навстречу, взяв ее лицо в руки, в попытке рассмотреть. Запах, ранее спровоцировавший окружающих, исчез. Альфа, что ранее подбирался к их столику, очнулся и, поняв, что произошло, быстрым шагом вернулся к своему столику. В то время как Кендис была занята беспокойством об омеге, Амано заметил стратегическое отступление мужчины, а также нервозность, с которой на их столик посматривали некоторые посетители. Минута на обдумывание, и в его глазах зажегся огонек озарения. — Иисусе, ты альфа! — парень начал пялиться на девушку как на неведомое животное. Впрочем, ничего удивительного, он слишком хорошо знал о проблемах своей сестры, — ты ведь альфа, так? — Есть такое, — девушка уже поняла, что парень бета, а потому не чувствует в полной степени альф и омег. Но его бурная реакция заставила вспомнить о первой встрече с Катариной. Девушка также очень возбужденно отреагировала на нее, как и ее брат сейчас. Ей стало любопытно, с чем это связано. В этот момент Амано уставился на то, как покраснело лицо сестры в руках альфы. На лице появилась легкая усмешка, когда он пересекся с ней взглядом. — Ясно-ясно, — его лицо напоминало морду кота, объевшегося сметаной, а вот Кендис все никак не могла понять реакции парня. Конечно, можно было предположить, что это связано с перспективой их будущих отношений, но она не была уверена, — Так значит, Кендис? Что ты думаешь о моей сестре? — улыбка парня растянулась буквально от уха до уха, а глаза сощурились, как у лисы. Кендис не ожидала вопроса и тупо уставилась на Катарину. Она заметила в глазах девушки интерес и поняла, что ей не отвертеться. — Она ничего, — альфа выпустила девушку из рук и отвела взгляд. Для нее было не самое подходящее время для проявления открытой симпатии, и уж тем более не к этой девушке. Она мысленно пнула себя за ранние действия, и ей не удалось заметить разочарованного взгляда омеги. Амано заметил реакцию девушек и решил, что не стоит подшучивать над ними. Пауза уже превратилась в неловкую. — Нуууу, думаю, я должен пригласить вас за ВИП столик, не так ли? — Не стоит, раз дядя здесь, нам с Кендис нужно с ним поговорить, — брови Амано взлетели вверх, и он с сомнением посмотрел на девушек. Вот теперь он не мог вообще понять, в каких отношениях они находятся. Если прежде были хоть какие-то идеи, то теперь все стало гораздо запутаннее. — Ну с дядей, так с дядей. Он сейчас занимается расчетами для налоговой и должен быть в кабинете, ты знаешь дорогу, — мужчина встал и помог подняться омеге, после чего направился внутрь кафе, пару раз оглянувшись на них. Катарина посмотрела на альфу, ей показалось, что ту ничего не заботит, но как она ошибалась. Кендис не находила себе места. Ей хотелось сбежать, лишь бы не встречаться с родственниками девушки. Одно дело решать их маленькую проблему тет-а-тет, другое дело посвящать других. Она знала, что это необходимость, которую не избежать, но ей хотелось бы отсрочить подобные разговоры как можно дольше. Ей также хотелось посоветоваться с сестрой и ее семьей, которая должна была вернуться в город со дня на день, прежде чем общаться с другой стороной. — Катарина… — Кендис не хотелось показаться трусихой, но в данном случае действовала поговорка «я не трус, но я боюсь». Ей было некомфортно от предстоящей перспективы, и она искала возможность слинять сейчас и не иметь личных разговоров с родственниками девушки. Омега посмотрела на Кендис. «Нервозность» большими буквами было написано на ее лице, но она нуждалась в ее присутствии. — Кендис, я знаю, что ты нервничаешь, — она взяла девушку за руку, призывая посмотреть в глаза. Стоило Кендис взглянуть в них, как она утонула. Она не могла отказать им в чем-либо, — ты мне нужна. Я… я волнуюсь не меньше тебя, и мне сейчас нужна поддержка, — она положила руку девушки на живот. Вот что значит психологическая атака, а омега явно была умелым пользователем таких приемов, — НАМ нужна поддержка. Кендис вздохнула, ей не сбежать с тонущего корабля, и она не может бросить здесь «их», вот что значили слова омеги. Титаник ее жизни встретился с айсбергом, и теперь ей предстояло отстоять свою жизнь в этой битве. Увидев кивок альфы, Катарина расслабилась, и уже привычным движением взявшись за коляску, направилась с ней вглубь заведения. Разговор обещал быть напряженным. Девушки остановились возле плотно закрытой двери. Дверь медленно отворилась, пока Катарина закрывала за собой дверь, Кендис пришлось столкнуться с прожигающим взглядом пожилого мужчины. Омега не заметила этого, а вот альфе было, мягко говоря, не по себе. Стоило омеге повернуться к Никола, как его взгляд смягчился, а морщинки на лице разгладились от улыбки. — Катарина, я очень хочу узнать новости, но… — он посмотрел вопросительно на Кендис. — Оо… Дядя, я все расскажу, но Кендис должна остаться, ммм… — девушка не знала, как объяснить происходящее. — Должна? — Никола нахмурился и перевел взгляд с племянницы на альфу, которую он, кстати, сразу распознал. Зная Катарину, он не мог понять, почему она так плотно начала общаться с этой девушкой. Он чувствовал, что девушка была инициатором*, а следовательно, ее запах был гораздо сильнее, чем у обычных альф, присутствие которых заставляло Катарину чувствовать тошноту. — Да, должна. Мм, — девушка закусила губу и, пытаясь придумать подходящий довод, посмотрела на Кендис. Альфа не обратила внимания на девушку, оглядывая кабинет. Никола не хотел мучить племянницу расспросами, поэтому просто кивнул на ее просьбу. Он сел за стол, а девушки расположились напротив. Альфа была смущена, а Катарина не знала с чего начать. Они могли бы молчать еще очень долго. Мужчина выжидал. Когда стало понятно, что они не собираются говорить, он вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Девушки, мы можем играть в молчанку вечность, — он посмотрел на племянницу, — Катарина, что сказали в клинике? — С места в карьер? — девушка нервно улыбнулась, — ну… у нас… — Хватит мямлить, — мужчина сказал это немного жестче. Он наклонился к девушке и взял ее за руку, его голос смягчился, — Катарина, ты можешь рассказать, что происходит? — Уф… — омега посмотрела на Кендис, — это сложно… — Давайте я начну, сэр, — альфа решила взять на себя сложную часть. Никола скептически посмотрел на девушку, но прерывать не стал. Он также заметил, как племянница благодарно коснулась плеча альфы, — вам может показаться, что я лишний человек в этом разговоре, но обстоятельства складываются так, что я, можно сказать… — она посмотрела на омегу и, получив от той кивок, продолжила, — этот ребенок вроде как мой… __________________________________________________________ Каждый автор создает свой маленький мир. В моем мире у альф есть что-то вроде иерархии. Эта иерархия не зависит от характера, умственного развития и физической формы, а только от работы гормональной системы у каждого индивида. Можно быть щуплым очкариком, но при этом, относясь к определенному типу, подавлять других представителей вида. Все дело в гормонах: потенциал альфы определяется врожденным уровнем нескольких гормонов, активирующих их физические особенности. Инициатор — тип альфы, изменение гормонального фона которых вызывает сильную реакцию со стороны окружающих альф и омег, при этом выброс гормонов в организме минимален. Не подвержены воздействию со стороны других альф. Они способны как подавить, так и привести массы в состояние боевой готовности. Можно сказать, что они абсолютные доминанты. Состав от группы — 7-8%. Агрессор — имеют наиболее выраженную реакцию на Инициаторов, однако реакция противоположна подчинению. Стремятся подавить Инициаторов, естественные соперники первых. Не могут быть подавлены другими альфами, но в отличии от Инициаторов не способны выступать в роли естественного «вожака» стаи, то есть повести массы. Состав от группы — 5-6% Промежуточные — все остальные альфы, которые способны в группе проявлять качества как агрессоров, так и инициаторов, но не способны влиять на два других типа. Состав от группы — 86-88%.