Меж двух зол

      Гермиона с сомнением разглядывала платье, которое получила от мадам Зет. Оно было алым, в темно-золотых узорах, расползающихся по юбке платья. Квадратное декольте в духе Средневековья и струящиеся рукава с маленькими воланами. Центр был расшит бело-красными ромбами и каплями. К нему прилагалась такого же цвета мантия, тянущаяся по полу за его обладательницей. На волосы же надевалась особая итальянская шапочка, крепящаяся на косе. Как это все надевать, девушка не имела ни малейшего понятия, поэтому решила перед торжеством спросить Цедреллу.       Вообще, Гермиона была смущена своим нарядом. Ведь, надев его (и прекрасную венецианскую маску на половину лица), она становилась Джульеттой, тогда как Том, нарядившись в свой костюм, Ромео. Это было немного странно и волнительно, потому что они совершенно не соответствовали этим образам. Мрачная Гвен и холодный Реддл - не самые подходящие люди для таких ролей, но мадам Зет так не показалось. Выдав им одеяния, она принялась радостно щебетать о том, как эти наряды прекрасно им подойдут и изумительно будут сидеть на их фигурах. Парень лишь прохладно улыбался на ее восторги, а Гермиона не знала, куда деваться, в конечном счете спрятавшись за его спину и найдя это вполне комфортным.       С другой стороны, она не могла не задуматься о том, что это немного им подходило. Ведь Ромео и Джульетта были из противоборствующих семей, и их союз был невозможен. Примечательно, что то же касалось и Гермионы с Томом. Ведь она была из будущего, а он - из прошлого. Так что они почти что физически не могли быть вместе. "Однажды я вернусь в свое настоящее, и это разорвет всякие связи", - подумалось девушке, и неожиданно она почувствовала, что ей грустно. Впрочем, это не было даже связано с Реддлом. В ее сознании сразу всплывали маленький Рубеус, Септимус Уизли, Цедрелла Блэк и некоторые из будущих Пожирателей Смерти. Да и по учителям она будет скучать.       Тому с Гермионой достались хорошие наряды еще потому, что они чуть ли не первыми подошли к мадам Зет. Там началась целая гонка между парочками, которые уже были сформированы (остальным оставалось лишь в суматохе искать себе партнера), но Реддл каким-то образом прошел через боковые коридоры, так что они пришли к кабинету профессора первыми.       Решив, что оставит все волнения на завтра, девушка наконец-то легла спать.

***

      Когда Гермиона спустилась в гостиную следующим утром, то застала всю компанию Пожирателей Смерти во главе с их лидером. Они развернули большой плакат "С Днем Рождения!", а Том держал в руках торт с зажженными свечами, нисколько не смущаясь, хотя многие парни на его месте чувствовали бы себя неловко. Глаза девушки удивленно распахнулись, и она только осознала, что в этот день и правда был ее День Рождения. Она замерла, восхищенно уставившись на все приготовления. Мимо проходящие сокурсники что-то бормотали под жестким взглядом Долохова и спешили поскорее смыться, но Грейнджер было на них все равно. Не сдержав порыва чувств, она чуть было не кинулась обнимать Реддла, хоть тот и держал торт.       - Минутку! - величественным жестом остановил он ее, после чего передал угощение Роджеру Лестрейнджу, который чуть было не выронил самое главное лакомство. - Осторожно, - запоздало предупредил Том, после чего повернулся к Гермионе, разведя руки в стороны.       Девушке уже было неловко это делать, но выбора ей не оставили. Она прижалась к Тому, обхватив руками его спину. Вопреки многочисленным описаниям из любовных романов, она не нашла ее ни особо мускулистой, ни чересчур широкой, но прохладной, успокаивающей и даже железной. Последнее ощущение она не могла толком описать, но была в этом какая-то непоколебимость. Он же зарылся носом в ее волосы, вдыхая несравненный запах книг и свежей травы (как это все смешивалось было известно одному Тому). На какую-то секунду мир вокруг них померк, оставив лишь их под светом рамп, но вот брошенное кем-то язвительное замечание вывело Гермиону из транса, и она поспешно отстранилась от парня.       - Пора завтракать, - смущенно пробормотала она.       - Конечно, - не растерявшись, кивнул Реддл. - Съешь торт после завтрака. Вперед! - скомандовал он остальным, и они все дружно направились в столовую.       Так как уроков не было, то все с возбуждением готовились к предстоящему балу-маскараду, выбирая себе партнеров и обсуждая наряды. Гермионе не нужно было делать ни того, ни другого, так что она, будучи в каком-то трансе, поглощала еду, целиком погрузившись в свои мысли. Но через некоторое время она очнулась от сильного щипка Цедреллы, решившей над ней пошутить. Увидев праздничный торт, Блэк и Уизли быстро все смекнули. Пока девушка поздравляла свою подругу, Септимус успел ввести в курс дела Рубеуса, и тот жутко разволновался. Принимая бурные поздравления, в то же время Гермиона заметила, что это совершенно не нравится Пожирателям, о Томе уж не приходилось говорить. "Что за странная ревность?" - не поняла она, но тут поймала угрюмый взгляд Драко, которого не радовали даже окружавшие его девушки. Нахохлившись, он запихивал в рот овсянку, прожигая глазами всю компанию. "А с ним-то что?" - фыркнула Грейнджер, вспомнив, что именно от его язвительной фразы она оттолкнула Тома. Досадливо ущипнув себя за щеку, она втянулась в разговор Пожирателей Смерти. Понемногу остальные парни, с самого начала настроенные к ней даже как-то враждебно, оттаивали, признавая ее своей.       - Что будешь делать с нарядом? У меня он достаточно простой, так что не будет проблемы надеть, но я слышала, что у кого-то очень сложный. Тебе не требуется помощь? - полюбопытствовала Аманда. У нее самой был костюм Гретель, а у Эдварда - Гензеля. Смотрелись они в них забавно, но в этом была и своя, особая красота.       - Попрошу Цедреллу помочь мне, - легкомысленно ответила Гермиона и вдруг почувствовала, как холодок пробежал между ней и остальными. Она удивленно подняла голову. Все смотрели на нее с какой-то выраженной неприязнью. - Что?       - Гвен... Тебе лучше не общаться с посторонними. Что если ты выдашь наши тайны? - проговорила Аманда.       - Вот именно, - поддержал Эдвард. - Лучше избегай этих гриффиндорцев.       - Будь это кто-то другой, то может мы бы еще подумали, ведь они могут стать одними из нас, - добавил Лайонел. - Но это же Септимус Уизли... Все знают, что он просто в восторге от маглов. Цедрелла наверняка с ним заодно, раз уж они встречаются. Они идут вразрез с нашей... - он замялся.       - Идеологией, - нашелся Роберт.       - Но... Нам всего лишь по пятнадцать-шестнадцать лет... Не слишком ли это?.. - растерянно бормотала Гермиона и осеклась, заметив, как перекосило остальных.       - Она все поняла и больше не будет с ними общаться, - вдруг пришел на помощь Том, обняв ее одной рукой и погладив ее макушку, отчего девушка вспыхнула.       - Даже с Рубеусом нельзя? - расстроенно спросила Грейнджер.       - Можно, - был дан неожиданный ответ, удививший явно не только ее.       - А... Кстати, - внезапно осознала девушка. - А как вы все узнали о моем Дне Рождении?       - Из кое-какого источника, - загадочно улыбнулся Том. - Разве я не все должен знать о своей девушке?       - В-вот оно как... - растерянно пробормотала она.       - Эй, Гвен! - услышала она вдруг чей-то зов и повернулась.       Это был Марк. Волосы у него были взлохмачены, потому как он только что выбрался из дружеского захвата одного из своих. Выглядел он радостным мальчишкой, дурачился и веселился.       - Слышал, у тебя День Рождения! Поздравляю! - помахал он рукой. Но тут ему вновь прилетело от друга. - Ах ты!.. - со смехом он замахнулся на него, но в итоге лишь сильно поступал по спине, так что тот выкашлял обратно овсянку.       "Теперь он кажется обычным парнем", - с удовлетворением заключила Гермиона.

***

      Она очень волновалась перед балом-маскарадом, в то же время чувствуя себя вполне уверенно. Челка была уложена с помощью специальных настоев набок, что смотрелось очень красиво, особенно с такими сильными и тяжелыми волосами, как у Гвендолин. Наряд был надет, маска скрывала лицо, легкая помада на губах. Аманда, закончив над ней трудиться, с восхищением улыбнулась. В ее глазах сверкнуло обожание, которое часто проявлялось в присутствии Темного Лорда, но длилось недолго. Все-таки Гермионе надо было еще завоевать их доверие целиком и полностью.       - Я пошла сама готовиться, а ты уже можешь спуститься в гостиную. Милорд наверняка тебя уже ждет, - возбужденно прошептала ей Аманда и убежала к себе.       Чувствуя себя неловко и вспоминая бал в прошлом году, она спустилась по винтовой лестнице, очутившись прямо рядом с Томом. Тот в своем наряде также смотрелся изумительно: красиво уложенные черные волосы, на которые была водружена фиолетовая беретка с пушистым пером, темно-фиолетовая туника с белой воздушной рубахой, подпоясанная богато расшитым поясом, а ноги облачены в черные обтягивающие колготки, засунутые в такие же темные башмаки. На плечи парня также была накинута мантия, лишь украшающая его, к тому же у нее был мех, придающий Реддлу пикантности.       Он сделал красивое движение, предложив ей свой локоть. Чувствуя, что все это слишком по-взрослому и чересчур, Гермиона приняла это, решив просто плыть по течению, тем самым затратив меньше сил, чем предполагалось. Все вокруг были достаточно красиво одеты, несмотря на то, что некоторые наряды и вовсе отмечались гораздо большей роскошью, а у кого-то излишней простотой. Однако, надо признать, у мадам Зет был вкус, хоть и достаточно своеобразный.       Краем глаза Грейнджер заметила Драко, одетого будто английский принц, держащий под руку свою "принцессу", которой оказалась Джорджия. Это было неожиданно, но Гермиона не подала никакого знака, что ей это как-либо неприятно, чем очень расстроила старосту, которая явно ожидала от нее бурной реакции. Мимо пронеслись Эдвард с Амандой, веселясь и наслаждаясь обществом друг друга. Лайонел Розье также нашел себе спутницу. Нотт с Эйвери ожидали девушек с другого факультета, направляясь в общий холл, а вот Долохову, похоже, было все равно, быть может, он и вовсе не собирался ни на какой балл, потому что оставался в хогвартской форме. К удивлению Гермионы, Роберт тоже был без пары, махнув им рукой и попросив "повеселиться за него". А вот Марк уже вовсю вальсировал с какой-то неизвестной девушкой с кудрявыми каштановыми волосами и круглым лицом. Она казалась счастливой, заливисто смеясь над шутками Гринграсса. "Так он выглядит куда приятней", - подумалось Грейнджер, которая невольно загляделась на эту милую пару. Возникло странное чувство ностальгии. Может, она когда-то танцевала в детстве?       - Смотри только на меня, - мягко проговорил Том, аккуратно обхватывая ее лицо руками и поворачивая к себе. Быстро наклонившись, он поцеловал ее в лоб, вызвав у окружающих улюлюканье и повторение рвотных рефлексов.       Наконец настало время бала-маскарада. Зал, специально отведенный для этого, был забит. Многим не терпелось повальсировать, смешавшись с толпой, и не испытывать особой неловкости. Кто-то сидел, ожидая, когда танцующие выдохнуться и освободиться побольше места. Том явно не собирался отсиживаться, тут же пригласив Гермиону на танец.       Вальсировал Реддл просто изумительно. Девушка не могла перестать этому поражаться. Казалось, будто у него природный талант ко всему на свете, хоть на деле и чувствовалось, что Том вложил немало усилий, чтобы это было на то похоже. Скорее всего, ему не все легко удавалось, но большие способности облегчали ему путь. Благодаря парню, у Гермионы тоже не было особых трудностей. С другой стороны, год назад ей уже приходилось через это проходить, так что она была готова. Тогда она проштудировала множество книг и так упражнялась, и теперь уроки окупились с лихвой. Каким-то образом они умудрялись танцевать на большом пространстве, лавируя между вальсирующими.       - В чем же твой секрет, Том? - развеселившись, с игривой улыбкой поинтересовалась Грейнджер.       - Секрет на то и секрет, что хранится одним человеком, - загадочно ответил тот, также не сдержав улыбки.       Невольно некоторые засматривались на них, порой не признавая в них Тома Реддла и Гвендолин Розье. Будучи в другой одежде и под масками, они казались остальным совершенно иными людьми. И только "свои" знали правду.       - Ощущение, будто участвую в большой афере, - усмехнулся парень.       - Весело, не так ли? - поддержала Гермиона.       Они искренне рассмеялись, но тут девушка вздрогнула, ощутив болезненный ледяной укол в спине. Нарушив танец, она резко обернулась, но вокруг были лишь парочки. Ничего враждебного и необычного она не увидела.       - Что такое? - мгновенно поинтересовался Том.       - Н-ничего. Показалось, - смущенно пробормотала Грейнджер. - Не обращай внимания, моя паранойя...       Он кивнул, но глаза его все еще сверкали в разные стороны, стараясь понять, что же ее встревожило. Темный Лорд понимал, что это не просто паранойя. Некое шестое чувство подсказывало ему, что надо быть настороже, иначе есть шанс... лишиться драгоценного сокровища.

***

      Наконец они оба решили сделать передышку. Конечно же, Том не собирался упускать ее из виду, но Гермионе все же пришлось отлучиться в уборную. Заодно и пятно, которое было случайно поставлено вишневым соком, свести с помощью заклинания (или же какой-нибудь настойки позже). Оставшись дожидаться ее в бальной зале, Том переговаривался с Пожирателями Смерти, лишь иногда переключая свое внимание на остальных простых смертных. Тем не менее, он не забывал следить за Септимусом Малфоем, который казался мрачнее тучи. "Совершенно не умеет скрывать эмоции, весь как на ладони. Как беспечно", - презрительно отметил Темный Лорд. Драко же никак не мог успокоиться, постоянно ощущая на своем затылке сверлящий взгляд, но и сам до того не забывал глазами просверливать ледяные дырки в спине Гвендолин. Наконец в один прекрасный момент Малфой пропал, и Том даже не успел заметить как. Поэтому он мгновенно нашел Марка, который, извинившись перед своей спутницей и даже галантно-шутливо поцеловав ей руку, мигом направился к нему.       - Найди Малфоя, - был дан ему краткий приказ. Кивнув, Гринграсс отправился на поиски, а Реддл остался дожидаться Гвен. Не знал же он, что лучше было бы пойти ей навстречу. Убил бы двух зайцев сразу.       Лишь только Гермиона вышла из туалета, довольная тем, что пятно все-таки свелось, как столкнулась нос к носу с Драко, который навис над ней, будто туча над городом.       - Чего надо? - в штыки приняла его появление девушка, памятуя о том, как он избивал Рубеуса.       - Поговорить, - огрызнулся Малфой. - Привлекаешь к себе слишком много внимания, грязнокровка...       - Опять ты свою шарманку завел, - пробурчала Грейнджер.       - Вся такая счастливая, вертишься вокруг этого Реддла. Того гляди себе подобных пойдешь мучить!.. А что бы сказал Ты-Знаешь-Кто, узнай он, кто ты такая на самом деле? Наверно убил бы тебя, помня о том, как тебя касался... - он яростно прошептал ей это на ухо, и Гермиона почувствовала, как заболело ее сердце. Да, такое отношение кому угодно не понравится.       - Или может сперва бы тебя начал пытать... А уже после бы убил... Даже не представляю, какие ужасные вещи он может с тобой сотворить! - продолжал Драко, не собираясь останавливаться.       - Остановись! - жестко и четко вдруг произнесла Гермиона. - Не позволяй личности Септимуса Малфоя на тебя влиять!       Драко сначала опешил, не поняв, о чем это она говорит, но, разобравшись, расхохотался чужим смехом.       - Так во-о-о-от как ты себя утешаешь! "Это все не я, это Гвендолин Розье!" Боже! - передразнил ее Драко, хихикая. - Нет никакой Гвендолин Розье здесь, как и Септимуса Малфоя. Есть только мы, и мы сами отвечаем за свои поступки! Перекладываешь вину на другого? Прости, не выйдет! - смел он все в один угол.       - Ты не можешь знать наверняка! - настал уже черед огрызаться Гермионы. - Чего взбесился? Хочешь быть среди Пожирателей Смерти? А тут я глаза мозолю? Или думаешь, что из-за меня Ты-Знаешь-Кто передумает и не развяжет первую магическую войну?! - разозлилась все же девушка, не понимая мотивов Драко. Но тот, похоже, и сам не понимал.       - Прекрати крутиться вокруг Реддла, - отчетливо произнес он. - Иначе узнаешь, каков я. Хорош уже играть парочку, все равно видно, что вы не любите друг друга.       - Во-первых, любовь это слишком сильно сказано для пятнадцати лет. Симпатия, привязанность, не больше. Было бы глупо ожидать большую и безраздельную вечную любовь от нас. Во-вторых, от Тома я не отстану, пока он сам от меня не отвернется, а пока он не собирается этого делать.       Высказав все, что хотела, Гермиона уже хотела было идти дальше, но тут перед ней резко возникла рука Драко, врезавшаяся в стену и загородив ей проход.       - Не так быстро! - прошипел он. - Отлепись уже от Реддла, Грейнджер!       - Нет. И что ты мне сделаешь? Побьешь? Заклинание наложишь? Дерзай! Тебе потом Ты-Знаешь-Кто темную устроит, и ты прекрасно это знаешь, - с лету наплела девушка, почувствовав себя на какой-то миг бесстрашной. Однако эта иллюзия достаточно быстро разрушилась, лишь стоило перекоситься лицу Малфоя.       - Отвяжись от него и прекрати играть в любовь-морковь, - настаивал на своем Драко.       "Вот же липучка!" - возмущенно думалось Гермионе.       - Ни за что! - повторила она и попыталась прорваться силой, но тут парень стукнул второй рукой о стену, взяв ее в окружение. "Будто хищник, загнавший добычу", - испуганно подумалось Грейнджер.       Драко резко прижал девушку к стене. Глаза его горели странным обжигающим огнем, он выглядел будто зверь, сорвавшийся с цепи. Гермиона слегка испуганно на него посмотрела, стараясь при этом сползти вниз и убраться отсюда подальше. Сейчас она рада была бы даже Волан-де-Морта увидеть, лишь бы кто помог ей выйти из этой щекотливой ситуации.       - Еще движение, и я... я за себя не отвечаю, - зло проговорил Малфой. Из-за дополнительного роста Септимуса, он выглядел еще более устрашающе.       - На девушку руку поднимешь... - пробормотала Грейнджер, стараясь привести парня в чувство.       Она не остановилась, пытаясь все-таки вырваться. Но тут быстрым движением он сорвал ее маску, бросив на пол и открыв прелестные льдисто-голубые глаза Гвендолин. Сам он тоже медленно снял свою и бросил на пол. Его стальные глаза возбужденно сверкали в полумраке коридора. Аккуратно, он рукой провел по ее щеке, и от этого у девушки по спине забегали приятные мурашки, так что она даже вздрогнула. Но это не помешало ей предпринять еще одну попытку бегства.       Однако, Драко резко схватил ее запястья и припечатал их к стене, а потом вдруг впился в ее губы своими. Похоже, что раньше он никогда толком не целовался, поэтому поцелуй вышел неловким, вымученным и остановился на прилипании губ так сильно, как только это возможно. Гермиона нахмурилась, пытаясь изо всех вырваться, но Септимус, в отличие от Драко, явно больше времени проводил за зарядкой. Неожиданно напор ослаб, и он уже стал как-то совсем нежно ее целовать, при этом не позволяя ей вырваться. "Синяки останутся на запястьях", - почему-то в этот момент подумала девушка. Она молилась, чтобы кто-нибудь пришел, но почему-то коридор пустовал. "Ах да, здесь же мало кто бывает..." - промелькнула мысль в хаосе остальных. Сейчас в ее голове все перемешалось, но она ни на секунду не признавала тот факт, что поцелуй - это средство выражения любви парня.       Драко же чувствовал, как понемногу сходит с ума. Этот дурманящий запах принадлежал Гермионе или Гвендолин? Эти прекрасные мягкие пушистые волосы, щекотящие его лоб, кому они принадлежали? Кого он любил? Грейнджер или Розье? Грейнджер со внешностью Розье... Но влюбиться в красоту - не слишком ли это по-животному? Эти хрупкие нежные ручки, которые он сжимал в своих ладонях... Этот чуть сладковатый привкус поцелуя... Это все потому, что сейчас Гермиона была Гвендолин или же дело вовсе не в этом? В какой-то момент Драко осознал, что ведет себя так, будто пытается задушить девушку, но не хотел прерывать поцелуй, потому замедлился, открыв для самого себя нежность к той, которую люто ненавидел. "Все это время это была ненависть... или любовь?" - мелькнуло в его голове, и от этой мысли он резко открыл глаза, встретившись с нахмуренным взглядом льдисто-голубых глаз. Ее пушистые ресницы прекрасно оттеняли ее очи, делая ее в своем роде неповторимой. Парень почувствовал, что он пьян.       Но неожиданно вслед за этим последовало отрезвление. Острая боль в губах, а после ощущение горячей крови заставили Драко отскочить от девушки, панически прикладывая ладонь к укушенному месту. Гермиона с отвращением вытерла со своих кровь парня. Малфой уже хотел все высказать ей, как взглянул в ее глаза, которые показались из-под густой челки, смахнутой в сторону. От ее злого взгляда он примерз на месте, ошарашенно всматриваясь в Гвендолин.       - Я понял... - наконец выдохнул он. - Понял, что тогда хотел сделать.       - Чего? Совсем спятил? Мог бы просто на меня шикнуть, если хотел, чтобы я замолчала... - ворчала Гермиона, не зная, что ей говорить и как вообще реагировать. Щеки горели изнутри так, будто туда печку установили. Хотелось закатить Малфою пощечину, и в то же время ее смущало то, что в момент поцелуя ее сердце на пару секунд затрепетало, прежде чем накатила злость. Впрочем, решила она, это неудивительно. Все-таки ее первый поцелуй. "Точно! Это мой первый поцелуй!" - в шоке осознала она и уже хотела подскочить к парню и действительно ударить его, как тот вдруг ответил:       - Я понял, что хотел тогда сделать в купе... Вот оно что...       - Ты про тот момент, когда позвал меня в купе, а после мы переместились сюда? - несмотря на злость и все остальное, мозг девушки по-прежнему работал на нескольких уровнях. - Хотел припереть к стенке, накричать...       - Нет, - помотал головой Драко, вдруг начав стремительно краснеть. - Я хотел тебя поцеловать.       - Зачем? - ляпнула Гермиона, проклиная себя.       - Потому что я тебя, вроде как, люблю... - находясь сам в шоке, проговорил парень.