Dramatic Fall

Барти Крауч-младший, а теперь единственный и, по его скромному мнению, неповторимый, неуверенно сжимал в руках почти пустой пергамент и старался не смотреть на Темного Лорда. Неподвижный, словно неживой взгляд, направленный куда-то за его спину, напрягал сильнее привычного алого. Он видел Хозяина разным: превосходным стратегом, способным обвести вокруг пальца Министерство Магии, безумцем в бою, когда его глаза пылали ярче любого пламени, и он мог сражаться с целым отрядом тренированных авроров, оставаясь невредимым, он видел, как Волдеморт горел своими идеями, заражая остальных, собирая могущественную армию, готовую идти за своим лидером даже в ад. «Исчезнувшую при первом же провале», — подумал мужчина и нервно вздохнул. Уже целую неделю Темный Лорд ничего не предпринимал. Он приостановил прием новобранцев, отменил все тренировки и приказал не высовываться, заперевшись у себя в кабинете. Если бы Барти не знал его, он бы подумал, что Волдеморт сдался. Но интуиция подсказывала, что это только затишье перед бурей. — Барти, — предупреждающе окликнул его Волдеморт, — ты испытываешь мое терпение. Если тебе нечего сказать — уходи и не мешай мне работать. — Ничего, Милорд. У Малфоя нет ничего похожего на Ваш случай. Возможно, если бы мы имели доступ к библиотеке Блэков, я бы смог найти хоть что-то, — попытался оправдать себя Крауч, но в этом не было необходимости: Волдеморт оставался неподвижным, словно заранее смирился со своим проклятием, и Барти ощущал, что что-то не так. Странное спокойствие, овладевшее Темным Лордом, пугало гораздо больше неконтролируемой ярости. — Блэк привел в свой дом Дамблдора с его компанией идиотов, не думаю, что в библиотеке останется хоть что-то темнее книг по геральдике. Продолжай искать, мне без разницы, где ты найдешь это: в канаве Лютного или у Дамблдора под подушкой, главное, чтобы никто не знал, что ты ищешь. И попроси Малфоя привезти сундук с моими старыми записями, который я оставлял у него в мэноре. Можешь идти. Поклонившись, Крауч вышел из кабинета. Кресло, на котором он сидел, разлетелось вдребезги секундой позже.

***

— Нет, не убивайте его, не убивайте… Нет! СЕДРИК! — Гарри, проснись! — Рон с силой потряс мечущегося по кровати друга за плечи, пытаясь привести его в чувство. Гарри открыл глаза и виновато посмотрел на обеспокоенного и уставшего Рона. Если на Тисовой его крики и нечленораздельные бормотания могли разбудить разве что Буклю, то здесь, в доме Сириуса, он уже неделю мешал другу спать. — Спасибо, Рон. Можно было просто кинуть в меня подушкой, — осипшим голосом сказал Гарри, поворачиваясь на правый бок. — Ты бы воспринял это за нападение, а мне потом отбиваться, — покачал головой Рон и вернулся на свою кровать. — Спокойной ночи. — Спокойной… — едва слышно ответил Гарри и нащупал под подушкой свою палочку. Теплое дерево под пальцами создавало иллюзию защищенности и спустя пару минут он снова провалился в тревожный сон. На следующее утро Гарри проснулся с ноющей головной болью, которая усиливалась от осознания того, что от сегодняшнего дисциплинарного слушания зависит его жизнь. Если ему не позволят вернуться в Хогвартс, он останется здесь вместе с Сириусом и выгонит к черту штаб-квартиру Дамблдора из своего дома.. Гарри тряхнул головой, пытаясь избавиться от этой мысли. В последнее время он все чаще думал о том, что Дамблдор превратил особняк Блэков в проходной двор. И хотя он понимал, что не должен так думать о директоре и Ордене Феникса, эти мысли находили в нем поддержку, когда он видел снующих по дому волшебников, никак не реагирующих ни на него, ни на Сириуса. Как ни странно, но за несколько дней это место стало для него надеждой. Он мог бы приехать сюда на Рождество, чтобы отпраздновать его вместе с крестным, а потом и на летние каникулы, и ему не пришлось бы возвращаться к Дурслям. Впервые, уезжая из Хогвартса, он мог бы сказать, что возвращается домой, туда, где его ждут если бы только не штаб-квартира Ордена… Слушание прошло скверно, несмотря на то, что его оправдали по всем пунктам. Заседание перенесли на три часа раньше, конечно, чтобы лишить его защиты, и появление Дамблдора было ударом для Фаджа, который тут же потерял свою холодность и стал брызгать слюной на всех находящихся в зоне досягаемости. Если бы не директор, он бы вряд ли вернулся в школу; Гарри был благодарен ему за защиту, но совсем детская обида съедала его изнутри. Почему Дамблдор избегает его? Почему после всего, что произошло, он не сказал ему ни слова? Будто бы это не он видел возрождение Волдеморта, будто не его в «Ежедневном пророке» называют убийцей Седрика, будто это не его чуть не лишили волшебной палочки за попытку выжить! В распаленный ум врезалась холодная, словно чужая мысль: потому что ты ему больше не нужен. Гарри нахмурился, пытаясь понять, что не так, но мысли разбегались от него как тараканы. Эта странная рассеянность появилась после встречи с дементорами, и он иногда всерьез задумывался о посещении Св.Мунго, но Гермиона предложила ему попробовать заняться окклюменцией, «чтобы наконец избавиться от каши в голове». В такие моменты она до противного напоминала ему Снейпа, но книгу Гарри все-таки взял, хотя дальше вступления не продвинулся. — Гарри! — влетел в комнату счастливый Рон, — У меня значок! —Какой значок? — не сразу понял, о чем идет речь, Поттер, пока перед его глазами не появился красно-золотой значок с большой «С». — Значок старосты! Второй у Гермионы. Честно, я думал, что его получишь ты, — увлеченно тараторил Рон, — я сначала даже решил, что открыл по случайности твой конверт, но он взаправду мой! Видел бы ты удивленное лицо Гермионы! Конечно, все на самом деле думали, что старостой будешь ты. Фред сказал, что Дамблдор просто был не в себе, а мама пообещала купить «Чистомет» — ну, ты знаешь, моя метла уже совсем вышла из строя. — Отлично, Рон… Ты молодчина, — натянуто улыбнулся Гарри. — Все в порядке, дружище? — обеспокоенно спросил Рон, немного стушевавшись. — Да, конечно. Рон, слушай, я просто сильно устал. Эти дементоры, слушание и меня едва не лишили палочки, у меня все из головы вылетело. Я рад за вас с Гермионой, было бы неправильно назначать на должность старосты человека, по чьей репутации в «Ежедневном Пророке» не проехался только ленивый. — Ты прав, но…это ведь всего лишь значок, правда? Я имею ввиду… — Все в порядке, Рон, — перебил его Гарри и похлопал по плечу. — Скажешь миссис Уизли, что я не спущусь к ужину? Голова трещит, лягу спать, наверное, напряжение сказывается. — Конечно. Жди делегацию с лекарствами, — усмехнулся Рон и вышел из комнаты. Гарри начисто забыл, что на пятом курсе назначают старост. Хотел бы он быть старостой? Ожидал бы он значка в своем конверте? Конечно. Гарри сморщился и закрыл лицо руками. Он не мог лгать себе. Им овладело то же ощущение несправедливости, которое преследовало его, когда он видел толпы волшебников в их с Сириусом доме на Гриммо, 12. «Я сделал больше, чем любой из них», — с негодованием подумал Гарри, но спустя секунду ему стало тошно от самого себя. «Хороший же ты друг, Поттер» — отрезвила его холодная мысль. Швырнув подушку на кровать Рона, Гарри принялся собирать чемодан. Вопреки ожиданиям, на следующий день миссис Уизли заставила всех пойти «и помочь напоследок Ордену привести этот склеп в божеский вид». Близнецам и Биллу досталась гостевая комната на третьем этаже, Гарри, Рон и Гермиона боролись с вековой пылью в комнате брата Сириуса, а миссис Уизли сновала между помещениями и раздавала новые и новые указания. — И не забудьте отделить мешки с мусором от мешков с его личными вещами! — послышался откуда-то сверху голос миссис Уизли. — И почему мы вообще должны это убирать? Фред и Джордж уже давным-давно гуляют по Хогсмиду, — недовольно пробурчал Рон, сметая пыль со шкафа. — Когда мы сможем пользоваться палочками, Рон, мы тоже не будем тратить столько времени на уборку, а пока, будь добр, не тряси на меня пыль! — возмутилась Гермиона. — Можете воспользоваться палочкой, если не терпится побывать на кресле подсудимых, — мрачно отозвался Гарри, но его шутку никто не оценил, и в комнате повисло неловкое молчание. — Как по мне, можете все свалить в один мешок и выкинуть, — сказал Сириус, облокотившись о дверной проем, — моему братцу весь этот хлам уже не нужен, а мне и подавно. В Сириуса прилетела тряпка миссис Уизли, которой она протирала перила: очевидно, она была против того, чтобы они выкинули все содержимое комнаты. Откинув тряпку обратно, Сириус прошел вглубь спальни, недовольно сморщившись то ли от воспоминаний, то ли от плачевных результатов уборки. — Это я выжег, — усмехнулся Сириус, указывая на небольшой гобелен с почти полностью выжженной подписью. — Наверное, это у нас семейное. Гарри подошел к гобелену, с изображенной на нем женщиной в светло-желтой мантии, залитой кровью. Вокруг нее стояло пятеро волшебников с высоко поднятыми палочками, направленными на огромную размытую черную фигуру, чем-то напоминающую дементора. «Смерть», подумал Гарри и посмотрел на оставшуюся нетронутой часть надписи. — Последний же враг истребится — смерть. Гарри замер, пытаясь поверить в то, что он сказал. «Не мои слова», — бурей налетело осознание, разрушая все в его голове, оставляя после себя только осколки мыслей: его и чужих. — Гарри? — настороженно спросил Сириус. — Откуда ты знаешь…это? Пара секунд на размышление и он видит все ясно: каждую не свою мысль, каждую не свою эмоцию, которые он так глупо принимал за свои. В нем медленно поднималась и нарастала паника, пока он пытался решить, что сейчас нужно ответить Сириусу. «Это цитата из Библии» — Это цитата из Библии, — с легкой дрожью в голосе повторил Гарри. — Я ходил в воскресную школу в младших классах. Почему ты выжег эту надпись? — спросил Гарри скорее для Сириуса, чем для самого себя. — Это лозунг Пожирателей Смерти, Гарри. Ума не приложу, как Сам-Знаешь-Кому пришла в голову идея сделать лозунгом цитату из маггловской книги. Гарри нервно хохотнул и, пробормотав что-то про несвежее молоко и несварение, аккуратно вышел из комнаты, пытаясь не вызывать лишних подозрений. — Из тебя выйдет ужасный аврор, Поттер, — насмешливо произнес голос в голове. — Убирайся! — сдавленно прошипел Гарри, закрываясь в своей комнате. — Совсем необязательно говорить это вслух. — Исчезни! — на грани истерики крикнул Гарри и, схватившись за голову, принялся ходить кругами по комнате. Мысли переплетались одна с другой, налетали друг на друга со всех сторон, так что Гарри едва мог выбрать хоть одну, чтобы разобраться во всем происходящем. Волдеморт. В его голове. Зная его пакостную натуру и свое природное «везение», можно было бы ожидать чего-то подобного, но Поттер не был готов. Перебрав все возможные варианты дальнейших действий, он решил написать письмо директору. Пусть сейчас он и не хотел с ним разговаривать, это было самое лучшее решение. «Уважаемый профессор Дамблдор, У меня есть информация, которая может Вас заинтересовать. Вы знаете, о чем я. С наилучшими пожеланиями, Гарри Поттер» Надеясь, что Дамблдор не проигнорирует его просьбу о встрече, Гарри привязал записку к лапке Букли: — Доставь Альбусу Дамблдору.