Попали на любовь

Стайлз не особо любил большие тусовки. Только когда появлялось особое наплевательское настроение, что случалось редко. Конечно, большую часть времени он пропадал на работе — единственное место, где можно было выплеснуть энергию, а вечеринки — это что-то вроде спусковой кнопки, которая могла неожиданно сработать в любой пятничный вечер. Он предпочитал просто уютную обстановку. Позвонить отцу и расспросить его о жизни с новой женой, обсудить со Скоттом бейсбол и сходить с ним в пиццерию. Стайлз даже привык к Эллисон, к ее болтовне, что заставляла отвлекаться от неприятных мыслей. Частенько они втроем могли зависать где-нибудь, и Стайлз не чувствовал себя лишним. Пока не появлялась Лидия Мартин. Вообще, Стайлз всегда считал, что неплохо разбирается в людях. Внутреннее чутье никогда его не подводило, достаточно было просто пообщаться с человеком пару минут, неважно, в какой ситуации. С Лидией он был вынужден познакомиться благодаря Эллисон. Раз они со Скоттом вместе, то он, Стайлз, должен терпеть присутствие лучшей подруги Эллисон. Это априори удел тех, чьи лучшие друзья встречаются. Стайлз не мог понять, что конкретно его отталкивало в Лидии. Они виделись очень редко, никогда наедине, только в компании Эллисон и Скотта, но каждый раз, когда Стайлзу на глаза попадались рыжие локоны, тусклые зеленые глаза, у него в голове будто взрывалась сигнализация «Опасно». И он принимал это за сигнал держаться от Лидии подальше. Хотя он не против общения, совместного времяпрепровождения, общих поездок и тому подобное, но с ней этого не получалось. Внутренний ступор не давал Стайлзу свободы, что пугало его. Лишь увидит этот презрительный взгляд, и его отрезает от мира. Ему хочется реагировать раздраженно, импульсивно, будто бы просыпается другой, какой-то злой Стайлз, который не любит, когда кто-то посягает на его внутреннее спокойствие. Но Лидия не посягает, а Стайлз все равно не понимает, в чем дело. И не понимает, зачем сейчас согласился зайти к ней. Когда она спросила, умеет ли он хранить секреты, то Стайлз почему-то напрягся. Они не хорошие друзья, едва знакомы, просто вынуждены сосуществовать в одной среде, но никак не разговаривать по душам. Он неловко вывалился из джипа, чуть не растянувшись на тротуаре. Лидия, конечно, это заметила, но обычной презрительной насмешки не последовало. Стайлз сразу уловил, как только она пришла в кафе, что что-то не так. Он подумал, что она пришла сюда только ради Эллисон, потому что ей явно хотелось поговорить, а они со Скоттом мешали. По этим рваным ответам и равнодушным реакциям было видно — Лидия мыслями очень далеко. И сейчас Стайлз только убедился в этом. Они в полном молчании зашли в квартиру Лидии. Стайлз даже не цеплялся взглядом за мелочи, которые могли выдать о владелице все, что он мог пожелать узнать. Сейчас ему было больше интересно то, что творилось с самой Лидией. Она осторожно положила ключи на тумбочку и обернулась на него. — Посидим на кухне, не против? Стайлз кивнул, стараясь не показывать, насколько ему неловко, и что ситуация, мягко говоря, откровенно самая странная, какая только с ним случалась за последнее время. С невозмутимым, ему хотелось так думать, видом он прошел дальше по коридору, нащупал включатель и нажал на него. Лидия чего-то застряла у двери, так что Стайлз решил, что не будет наглостью с его стороны расположиться на самом удобном месте — у окна на подоконнике. Лидия появилась спустя минуту с небольшой коробочкой в руках. Стайлз вопросительно приподнял брови. — Это ромашка, — пояснила она. — Садись за стол, стоя пить чай не особо удобно. Лидия заняла себя приготовлениями, а Стайлз также молча изучал ее спину, но уже восседая на стуле за столом. Да что происходит? Зачем она пригласила его, заваривает ромашку и молчит? Неизвестность медленно начала бесить Стайлза, и он уже открыл рот, чтобы возмутиться, как Лидия обернулась. — Держи. Она поставила перед ним огромную чашку с дымящимся чаем, отдававшим еще и мятой, и Стайлз чуть не подавился своими же словами, уже готовыми сорваться с губ. Тем временем Лидия присела напротив, уставившись в свою чашку. Стайлз вздохнул. Похоже, она и сама не понимает, зачем позвала его, зачем они сидят на кухне с ромашковым чаем и молчат. Ему стало ее жаль. Пусть Стайлз Стилински ничего не знает о Лидии Мартин, но раз он здесь, значит, в силах чем-то помочь. — Это песня «бойсов»? — неожиданно спросил Стайлз. — Что? — Лидия опешила. Он указал на обрывок бумажки, прикрепленный магнитом к холодильнику. Лидия немного покраснела, но не стала это комментировать. — «Может быть, я узнаю тебя на переполненной улице, и наступит тот день, когда ты покинешь мои мечты»*, — процитировал Стайлз. — Последняя строчка звучит двусмысленно. — Но не в контексте, — пробормотала Лидия. Стайлз решил, что она смутилась такому вниманию обычной записке, ведь девчонки любят подобные вещицы, безделушки и прочее. Может, он зашел не с того конца, поэтому исправился. — Я не считаю тебя чокнутой фанаткой. Лидия, не сдержавшись, фыркнула. Теперь смутился Стайлз. — Я еще подростком была на их концерте. Даже сейчас иногда слушаю песни. Снова тишина. Чай начал уже остывать, и запах мяты уже перебивал ромашку, но Стайлзу это больше нравилось. Он не любил горячее. Лидия тоже не пила, только прокручивала чашку в руках, думая о своем. Она вообще помнит, что Стайлз еще здесь? — Лидия? — внезапно для самого себя Стайлз обратился к ней по имени. Та вздрогнула и виновато улыбнулась. На ее лице отражалась непонятная смесь сожаления, грусти, злости. Будто она еще на что-то решалась, хотя понимала, что пути назад нет — ведь Стайлз уже здесь. Лидия вздохнула. — Я поссорилась кое с кем. Думала, что Эллисон сможет со мной поговорить, но… — Но оказались дела поважнее? Лидия поморщилась. — Не это имела в виду. Просто время сейчас неподходящее, чтобы грузить ее своими проблемами. Да и ты, и Скотт… и я подумала, что может все и обойдется, я перестану злиться… Стайлз начал терять нить бессвязного бормотания Лидии. — Но зачем еще друзья, если ты не можешь обратиться к ним? Думаешь, Эллисон сказала бы тебе отвалить, раз вечер такой славный, и нечего его портить твоими переживаниями? — Это было бы некрасиво с моей стороны, — отрезала Лидия. Стайлз понял. Просто она не любит навязываться и ныть о каждой мелочи, которая портит настроение, но сейчас случилось что-то покрупнее «мелочи», что и с гордостью можно поступиться. Но любовь к подруге и к ее счастью все равно не позволила Лидии отойти от принципов. А Стайлз просто оказался тем человеком, не совсем приближенным, но и недостаточно далеким, чтобы совсем не доверять. Он лучше, чем ничего. — Хочешь, можешь рассказать мне. На миг он уловил прежнюю Лидию, высокомерную и насмешливую, но она тут же потухла. — Хочешь, я могу уйти, — снова последовало предложение. И это являлось наиболее логичным вариантом. — Останься, — резко ответила Лидия, чем в который раз за вечер ошарашила бедного Стайлза. — Я не хочу находиться здесь одна, — вымученно добавила она, будто призналась в самом страшном земном грехе. — Могу… могу я как-то еще помочь? — Если ты обладаешь волшебной силой, которая способна стирать воспоминания или притуплять чувства, — хмыкнула Лидия. — Увы, таких курсов я даже в интернете не видел. Хотя могу прогнать по базе, вдруг и найду что-нибудь. Если да, то обязательно дам тебе знать, — Стайлз перешел на безопасную для себя зону — болтовню. Лидия слегка улыбнулась. — У тебя есть допуск? — Необязательно его иметь, чтобы был доступ, — важно заявил Стайлз. — Но если попадусь, то получу по ушам. Лидия хихикнула. — И мне придется ухаживать за тобой, потому что отхватишь ты из-за меня. — Радуйся, что не придется носить «передачки». — Все так строго? — Строго, но не всегда. Хотя мой отец постоянно мне твердит, что за мои выходки и фразочки меня давно пора гнать в шею. До сих пор не понимает, как я там держусь. Лидия снова рассмеялась, а Стайлз только улыбнулся. Ему польстило то, что она так непосредственно реагировала на обычный бессмысленный треп. Они общались так, словно были знакомы не несколько месяцев, а несколько лет, за которые не потеряли связи. — Хотя это все папа Скотта. Он помог мне устроиться на курсы ФБР. Но я не виноват, что ему иногда звонят с вопросом, где он умудрился откопать такого, как я. — Смышленого детектива? — Гиперактивного придурка. Теперь уже дружный смех раздался на кухне. Стайлз заметил, как тусклый зеленый цвет глаз Лидии постепенно разгорался, сжигая уныние. И он решил, что его миссия выполнена. — Вот теперь, мне пора, — от тепло улыбнулся, поднявшись на ноги. Лидия перестала смеяться, нотки паники проскользнули на лице, но она быстро справилась с собой. — Конечно. Перед выходом Стайлз, сам не зная, зачем, обернулся и ляпнул: — Если будет нужна лучшая подружка, то обращайся. Что он несет? Какая лучшая подружка? Стайлз мысленно обозвал себя болваном, который так и не научился общаться с девушками. Но Лидию это только позабавило. — Спасибо за все. И я запомнила твое предложение. Уже на улице он облегченно выдохнул. Знал ли он, что такой обычный день к ночи вывернется в это? Определенно, нет. Но Стайлз не жалел о потраченном времени. Он усмехнулся. Все-таки Лидия не такая неприступная ледяная королева, какой себя ставит, какой хочет себя видеть, какой хочет, чтобы ее воспринимали. Похоже, королевы тоже страдают. Звякнул телефон, оповещая о сообщении. Стайлз нехотя открыл текст. 23.42. Освободился? Малия. Почему-то сейчас ему не хотелось с ней говорить, тем более видеть. Иногда она становится приставучей, чего Стайлз терпеть абсолютно не мог и сбегал при первой удобной возможности. И неудобной — тоже. 23.44 Извини, сегодня не получится. Слишком устал. С каких там фраз девушки сразу понимают, что парни вешают им лапшу?