Пешки - идеальное оружие

Но, как известно, никто не пришел. Никто не слышал его воплей, криков ужаса и отчаянья, казалось, про него все забыли, хоть это было не так. Тяжело дыша, протягивая дрожащие руки к глазницы, постанывал от боли, что пробивала его тело. Слышал все не очень четко, но отчетливо слышал свое сбивчивое дыхание и хрипы, вперемешку со скулежом и стонами. Дверь открылась и под топот быстрых шагов к хранителю подошел Ученый. Подняв черепушку, обессилено посмотрел на скелета в очках, которые скрывали его зрачки, которые были наполнены злобой и ненавистью. Небрежно схватив Инка за шарф, поволок к операционному столу. Тот слабо дернулся, схватившись за край шарфа, в попытках не умереть от давления на шейные позвонки. Но все его и без того жалкие попытки были брошены после того, как скелета хорошенько ударили черепом о пол. Послышался треск, Инк закричал, затем заплакал, пытаясь достать руками до черепа и закрыть его. Но вместо этого его, словно котенка, небрежно бросили на операционные стол, приковывая ремнями для безопасности. Перед глазницами все немного расплывалось, было ощущение, что вокруг все кружиться, стало слегка покалывать. Боль охватила череп, словно обруч, не желая отпускать, надавливая, сжимая в своих тисках, от которых не было спасения. Художник зажмурился, сжимая пальцы, пытаясь обхватить ремни и снять их. Но за это небольшое действие получил сильный удар по рукам, от чего те стали болеть и слегка трястись: — Тебе больно, да? — спросил он, нависая над беспомощным телом художника. — Н-н-е… м-много… — Я так и думал. Но осталось недолго. — Ч-что… ты х-хоч-чешь… сделать с-со мн-ной? — Тихо, не мешай. — и уткнулся в приборы, изучение пробирок, смешиваний веществ и наблюдал за их реакцией. Повернув черепушку в разные стороны, защитник вселенных вздохнул и слабо щелкнул пальцами. Тело стало таять, превращаться в черную субстанцию, похожую на чернила. Услышав булькающий звук, Ученый обернулся и увидя эту картину, резко потянулся за колбой. Чернила стали тонкими струйками стекать на пол, превращаясь в лужицу. Сломя череп подбежав к операционному столу с колбой в руках, подставил её под стекающие струйки чернил, набрав небольшое количество. Чернила стекли, а лужа, что только что была под ногами Ученого Санса исчезла, высохла, оставляя после себя несколько засохших капель. Смотря на банку, наполненную этой самой субстанцией, ухмыльнулся. На очках промелькнула некая злобная вспышка, которая пропала в тоже мгновение: — Ну и беги, все равно далеко не убежишь, хах. — встряхнув колбу несколько раз, поставил на стол, беря в руки пульт и уходя в другую из многочисленных комнат. *** — Что ты медлишь? Убей его! — закричал Даст, уже собственными руками желая задушить Инка. Посмотрев на него злобно, Глюк дернул нити и чернильный отпрянул в сторону, повиснув чуть ли не над потолком: — Инк! Ты… отпусти его, сейчас же! — повысил голос Дрим. — НнЕееЕЕттТ. — Братец, заткнись, ты тут не нужен. — Ха… — произнес художник безэмоционально, разрезая нити легким движением руки и приземляясь на ноги. — Вы глупцы. — посмотрел на всех, останавливая на каждом холодный и пронзительный взгляд. — Жалкое подобие друг друга. — КкаАаККК и ТТтыыЫЫ! — закричал Эррор, прислоняясь к решетке и пытаясь с помощью нитей его поймать. Но ничего не вышло, Инк отпрыгнул в сторону, ухмыляясь. Машинально потянулся за кистью, но оборвал это движение где-то на половине. Уловив это движение, внутри Эррора что-то откликнулось, заставило на мгновение забыть о сомнениях, что закрались в его черепушку. Даже потерял бдительность, настолько было приятно узнать, что в этом Инке сохранилось хоть что-то от знакомого ему Инка: — ВвВВииЖжЖУ, тТЫ ввСсЕее ттТоОТ жЖЕ иИИнкК. — Тебя не спросил. — подойдя к решетке и схватив Глюка за куртку, подтянул к себе, впечатав того лицом в решетку. Ошибочный заглючил от такого, чем вызывал смех у плохишей и недовольство у хороших ребят.