Conquer the Fate

"Вы действительно хотите услышать мои мысли? Серьёзно? Вы что, совсем из ума выжили?"

Макс Колфилд, дата неизвестна.

— Две правды одна ложь, красавица. Раз: ты действительно та самая Хлоя Прайс, которую я знаю. Два: нас не видят вовсе не потому, что нас здесь быть не должно. И, наконец, три: Я НЕ ВЕРЮ НИ ЕДИНОМУ ТВОЕМУ СЛОВУ. — ... — Выбирай, где я солгала.

***

— Не еби мозги великой и ужасной Максин Колфилд, да? — Ты многое знаешь, эмм... Даже не знаю, как тебя назвать. У тебя же есть имя? Настоящее имя, а не то, которое ты осквернила. — Имена — это ваша прерогатива, Максин, моё же зависит от того, кто и как его произнесёт. Знаешь, в пафосных фильмах на такие вопросы отвечают что-то вроде: "У меня много имён. Кто-то называет меня..." и всё в таком духе. Если следовать той же формуле, то, пожалуй, можно назвать меня старухой с косой, хотя это и не совсем правильно. Косы, как видишь, у меня нет, грязный балахон не ношу, да и прикасаться к людям с целью утащить их в мир иной... Короче говоря, не то, нет. Кто-то изображает меня ангелом, кто-то воплощением зла, а кто-то даже и сошедшим с пути и нашедшим новый человеком. Ну да неважно. Я предпочитаю краткое, но лаконичное "Фэйт". Это если на вашем языке. Просто и информативно. Легко запоминается, мне нравится. — Фэйт? Типа как судьба? — Именно. Тут, конечно, всё зависит от того, как ты понимаешь это слово. — Судьба? Сама судьба? Ты же сейчас не серьёзно? — Эх, так и знала, что это начнётся. Теперь понимаешь, почему я не хотела раскрывать все карты раньше времени? — Ты и не планировала. — Твоя правда, не планировала. А сейчас послушай, Максин... — В первую очередь, "Фэйт", никаких Максин тут нет, если ты та, кем представляешься, то должна это понимать. — Ну да, один из твоих бзиков, я помню. О'кей, учтём на будущее. А теперь, будь так добра, замолчи и выслушай меня. Ты же здесь за ответами, не так ли? В этом вся ты, вечно суёшь свой нос, куда не следует, везде ищешь загадки, который твой пытливый ум сможет разгадать, всюду мерещатся знаки вопроса. Будь по-твоему, я расскажу тебе правду взамен на одно обещание. — И какое же? Просто ради интереса. — Не сейчас. Ты всё поймёшь, чуть позже.

***

— Чтобы сразу избежать ненужных вопросов, скажу прямо: меня мало заботит твоё душевное состояние, эмоции, стабильность психики и прочая чепуха. Всё, что мне от тебя нужно, это всего лишь больше не играть со временем и не лезть туда, куда не просят. Психов на этой планете предостаточно, но только ты способна сломать вечный механизм, разрушить всё, что строилось тысячелетиями, при этом даже не понимая, что творишь. Вы, люди, пугаетесь всего, чего не понимаете. Можешь считать, что я тоже боюсь. Поэтому отныне и впредь не используй ничего, что не даровано тебе при рождении, пока я не разрешу. Это ясно? Хорошо, тогда к делу. Что конкретно ты хочешь услышать? — Вот значит как, ха? Хорошо, я сыграю по твоим правилам, по крайней мере, пока мне интересны твои слова. — Макс, не заставляй меня... — Тихо-тихо, милостивая госпожа, не нужно раздражаться. Всё, я спокойна. Вот руки, видишь? Начнём с того, кто ты такая. — Хочешь больше? Ладно. Как я уже говорила, у меня нет своего имени, каждый называет меня, как хочет. Вопреки всеобщему мнению, я не контролирую каждый ваш шаг, не заставляю вас делать что-то конкретное, не слежу за каждой тварью и не пишу вашу историю. Точнее, пишу, но не так, как ты, Макс, вероятней всего, предполагаешь. Я, скорее, что-то вроде наблюдателя: слежу за тем, чтобы случилось то, что должно случиться, периодически играю в ваших ушах особенные мелодии, подталкивая к нужному пути, даже если он ведёт в пропасть. Так было, есть и будет, независимо от обстоятельств и времени. Если кому-то суждено стать большим, он станет, если кто-то должен или не должен на что-то повлиять, то так всё и произойдёт, хочет он того или нет. Каждому человеку отведена своя роль, предназначение, которое он обязан выполнить, неразрывный контракт, заключённый со своими создателями. Знаю, ты винишь меня во всех своих бедах, и спорить с этим я не в силах. Если коротко, то именно я не дала тебе спасти Хлою от смерти, именно моё торнадо угрожало стереть Аркадию Бэй с лица земли, если ты не одумаешься и не перестанешь мешать моей работе. — Если ты пытаешься меня успокоить, то это не самый лучший способ. — Ты хотела правды, разве нет? Так вот тебе правда: Хлоя Элизабет Прайс должна умереть седьмого октября 2013-го года в школьном туалете от выстрела в живот и обильной потери крови. Скорая помощь не успеет, охрана и преподаватели из-за шока не в состоянии сделать хоть что-либо, опешившие ученики боятся даже пошевельнуться. И даже ты, Максин, имеешь свою роль. Маленькой напуганной девочки, впервые лицезревшей самую настоящую смерть и парализованной страхом, без возможности не то чтобы предотвратить, но даже и понять этого. Не отматывать время, не менять ситуацию в свою пользу, не долбить по сигнализации. Просто стоять за кабинкой и цепенеть от ужаса, не в силах издать и звука. Так было предписано, так должно было всё произойти, такова ваша линия, которую нельзя изменить или переписать заново. Это и есть судьба в своём истинном виде. — ... — Молчи, Колфилд, твоё время говорить уже прошло. И вот представь, каково было моё удивление, когда эта самая девочка, ещё совсем ребёнок, жизни не поведавший толком, вдруг вздымает свою крохотную ладошку, что-то там бормочет, и всё летит у чёрту. Хлоя снова жива, в ушах трещит, а бедный Нейтан Прескотт получает по яйцам. И всё начинает идти совсем по другой линии, которой совершенно не планировалось. Контроля нет, все делают, что хотят. И эти изменения необратимы, пока кое-кто считает такой бедлам правильным. А я понятия не имею, что делать. — Стой-стой-стой, только не говори, что такое случается впервые. То есть, это не ты дала мне эти странные способности? Или кто у вас там главный? — Нет никакого главного, Макс. Ты так ничего и не поняла. — Ну конечно, блядь, не поняла! Ты же несёшь какую-то ахинею и на полном серьёзе надеешься, что я в это поверю. Как же я тогда ни с того ни с сего помешала этому твоему ритуальному убийству, если ты тут не при чём? Бред же, ну скажи. — Знаешь, я уже давно перестала мучиться этим вопросом. Думала, что это какая-то шутка, перерыла всю историю, но, как и предполагала, ничего подобного не нашла. Никто из людей прежде просто так не получал сверхъестественные силы, даже древние шаманы, якобы призывающие дожди, ничего более, чем обычные лжецы и мошенники. Человек никогда не был способен на такое, чёрт, да даже я этого не могу! Ты первая и единственная в своём роде, откуда эти силы, я не знаю, никто не знает, но дело-то не в этом. Ты меняешь саму реальность, разве ты этого не понимаешь? Конечно, для тебя это не кажется таким уж важным, любимая подружка спасена, мир, бабочки, гармония, да? — А что такого? Да, я спасла её и спасла бы ещё раз, если бы не ты и твоё ебучее торнадо! И вообще, кто бы говорил. Ты собиралась уничтожить целый город, это же никак не изменит историю, ага. В отличие от тебя, я — человек, и, как и любой человек, мотивируюсь собственными желаниями и чувствами. Я никому не хотела зла, помогала, спасала, вытаскивала Аркадию из полной жопы, а ты же только и делала, что мешала мне. Рэйчел тоже должна была умереть, да? Чем она это заслужила? Её любили все, она была лучом света в тёмном царстве разврата и вседозволенности, она восхищала, вдохновляла на лучшее, зачем такому человеку умирать? Скажи, зачем? В чём справедливость? — Об этом я и говорила. Можно же было решить всё полюбовно, без всех этих откровений и глупых вопросов, но Максин ведь у нас такая недоверчивая. — Гррр... — Прости, привычка. — А с чего бы мне вдруг тебе доверять? Хлоя умерла, на моих руках умерла, а тут вдруг какой-то фантом делает вид, что всё в порядке, и так и должно быть... — Потому что так и должно быть! Ну нет, не совсем так, ты не должна была здесь появляться, и вообще твоё влияние на мир ограничилось бы парочкой красивых фотографий. А потом семья, дети, как-то не до искусства, и самая обыденная жизнь домохозяйки с кучей мелочных забот, до которых никому нет дела. А теперь посмотри на себя: в одних трусах стоишь посреди уже даже не фотографии, а полноценного воспоминания, причём чужого, заставила время здесь остановиться и разговариваешь со мной на равных. Ты видела так много, знаешь достаточно, чтобы поверить мне на слово, и всё же продолжаешь сопротивляться. Разве это нормально? Имею в виду вот эти твои скачки — это нормально? Этого не просто не должно — не могло случиться, но случилось. И что прикажешь мне делать в такой ситуации? Продолжить громить всё вокруг и кромсать тех, кто не должен был погибнуть только для того, чтобы достаточно тебя напугать? Одно то, что я явилась к тебе лично, уже за гранью фантастики. Никто прежде не видел меня воочию, только ты удостоилась такого подарка. Но подарка ли? — Ты уходишь от темы. — Нет, Максин, я пытаюсь убедить тебя в пагубности твоего пути. Думаешь, ты лучше знаешь, как должно течь время? Что ж, давай я напою тебе вероятный исход событий, не вставь я свои пять копеек. Повторюсь: ВЕРОЯТНЫЙ, ибо теперь даже я не могу предугадать будущее. Видишь, до чего довели твои потуги? Итак, ты благородно выхватываешь из лап смерти бывшую лучшую подругу детства, которую, между прочим, даже не узнаёшь с первого взгляда. Всё идёт так, как идёт, вы с Хлоей снова сходитесь, слово за слово, счастье, радость, редкие ссоры, обнимашки, поцелуи, а дальше что? Естественно, как мы уже поняли, вы вместе отправляетесь в очередное приключение по поиску мистически пропавшей Рэйчел Эмбер, и даже находите её. Допустим, я всё ещё не вмешиваюсь и лишь с попкорном в руках слежу со стороны. И о, несчастье: оказывается несчастную Рэйчел безжалостно убили и закопали даже не на кладбище. Мусорный мешок, грязь, гниль, запах просто отвратительный. Полный пиздец, короче. И что, классная была новость? Сколько боли это принесло бедняжке Хлое, и так сполна испившей горя, в том числе и по твоей вине? Заметь, этого я не подстраивала, ты сама решала, написать ли подруге детства хоть одно сраненькое сообщение, или продолжать откладывать его на завтра. — Но это же всё равно ты всё подстроила! Зачем нужно было убивать Рэйчел? Мы в этом не виноваты! — Не перебивай. Пойдём дальше. Никакого торнадо нет, Аркадия Бэй живёт и процветает, а вы с помощью твоих удивительных способностей выходите на Марка Джефферсона, сажаете его в психушку, или где он там сейчас, и живёте долго и счастливо. — Но? — Но рано или поздно ты, Максин, заметишь, как сильно Хлоя тоскует по потерянной подруге, и как тяжело тебе, Максин, её заменить. Неосознанно ты активируешь свои новые способности, и бац — вот ты и спасла и Рэйчел тоже. Здорово, правда? Вот только это уже две неживые души, которые, я более чем уверена, наплодят ещё несколько поколений, а за ними ещё и ещё, и ещё, и ещё. Всё, контроль утерян, несуществующие люди продолжают появляться на свет, а мне приходится латать дырявый сценарий так, что в конце концов он просто затрещит по швам. И кто знает, что тогда произойдёт? Я лично не уверена, что ты сможешь справиться с последствиями. А ведь всё начиналось с обычного "Нет!" в уборной...

***

— Так, где мы, говоришь? — Ты меня спрашиваешь? Я больше ничего не контролирую, это ты у нас повелительница времени. Кажется, это похоже на какой-то чердак. — Чердак... Точно, это же чердак Хлои! Мы здесь играли в прятки в детстве. — Как оригинально... — Будто ты этого не знала. — Вот ещё, думаешь, мне интересно наблюдать за двумя детьми, играющими в бесполезные игры? Лучше объясни, что мы тут делаем. — Не знаю, наверное, тут мне спокойней. Ты ведь сама говорила, что мои возможности куда больше, чем я думаю. А что касается твоей теории... Похоже на правду, конечно, но я так и не поняла, что плохого случится, если я всё-таки спасу Хлою, а ты закроешь на это глаза. — Хорошо, постараюсь излагаться чуточку проще. Понятие справедливости придумали вы, люди. С её помощью вы отсеиваете виновных от правых и создаёте собственное видение вопроса. По-вашему, тот, кто честен и любим, заслуживает право на жизнь, и никто не может помешать ему наслаждаться собственным счастьем. Кстати, счастье тоже придумали именно вы. Так вот, мне же до вашей необъективной справедливости нет никакого дела, её для меня не существует, нет ничего правильного или не правильного, есть только жизнь, какая бы она не была, и необратимая смерть, что ждёт каждого, в том числе и меня. — Тебя?! Судьбу? — Прошу, просто Фэйт. Я тоже не люблю своего полного имени. И да, когда-нибудь пожнут и меня. Ничто не вечно, Максин, кто-то должен занять мой пост. Возможно, это даже будешь ты. И тогда ты поймёшь, почему я не могла допустить твоего вмешательства. А может, и нет. Одно простое правило: то, что должно произойти — должно произойти. Хлоя умирает — это должно было произойти. Максин вмешивается... — Ты прекратишь когда-нибудь?! — Макс вмешивается — этого не должно произойти. Поэтому мне и пришлось напугать тебя гигантским всепоглощающим торнадо. Это не входило в изначальный план. — Так всё это было только ради предупреждения? И ты бы не уничтожила целый город, даже если бы я не согласилась? — Конечно, уничтожила бы. Кто я, по-твоему, трепло какое-нибудь? Но ты бы не справилась с давлением, разве не так? Ты бы вернула всё обратно, Макс, и сделала всё как надо. В конце концов, всё произошло именно так, как я и хотела. Ну, практически всё. Всё-таки твои силы никуда не пропали, как бы я ни надеялась. — Не говори... И всё же, почему я должна слушаться тебя? Ради чего страдать, из-за того, что сверху кто-то так сказал? А если я не согласна? — Твоё право. Но стоит понимать, что я не дам тебе сделать то, чего нет в твоей линии. Даже если ты сама себя оттуда вычеркнула. Хлоя не должна выжить, как и Рэйчел, как и Кейт с Викторией. — Чего?! А они тут причём? — И Нейтан со своим отцом, и Фрэнк Бауэрс, и ещё многие. Кейт должна была спрыгнуть с крыши, и никто не должен был успеть её остановить. Разве что кое-кто обладает возможностью остановить само время. Виктория была бы у Джефферсона следующей, а из-за нервозности и общего состояния организма Прескотт-младший переборщил бы с наркотиком ещё разок, поэтому бедняжку планировалось зарыть точно там же, на свалке, прямо рядом с Рэйчел. За вторую оплошность подряд Марк Джефферсон должен был наказать своего протеже так, как только умеет — пулей в лоб, после чего сбежать в другой город, чтобы продолжать чинить бедствия другим людям, свалив всю вину на Нейтана. Узнав об этом, обезумевший от горя Фрэнк Бауэрс пробирается в поместье Прескоттов и жестоко мстит, как он думает, своему обидчику, самолично сдаётся в полицию и погибает от рук подставленного им когда-то наркодиллера. Вот так, всё просто. Но ведь тебе нет дела до их жизней, не так ли? А, Макс? Тебе всего лишь хочется, чтобы Хлоя выжила, а все эти Рэйчел и прочие — побочный эффект твой псевдодоброты, не более. Так вот: нет. Они не должны жить, этого не будет. Их время закончилось. — Ошибаешься. Пока время в моих руках, только я решаю, с кем им поделиться. Я. Не ты. — За этим я и здесь, Макс.

***

— А здесь красиво, согласись. Знаешь, я иногда гуляю по вашему миру. Просто гуляю, отдыхаю от работы, вдыхаю едкий запах заплесневелых городов и наблюдаю за вечной суетой ваших бессменных лидеров под стоны измученных нижних классов. И смешно, и грустно наблюдать за тем, во что же вы превратили свой бесценный дар и в какую сторону скатываетесь. — Не знаю, что красивого ты нашла в этом захолустье, но запах тут получше, с этим не поспоришь. Хотя бы воздух чистый. — Мне ведь тоже бывает скучно, понимаешь? Поэтому-то мне и нравилось проводить время с тобой, даже если это противоречит правилам. По-хорошему, надо было выпнуть тебя из прошлого как можно скорее... — А ты могла? — Честно? Хрен его знает, я не пробовала. Ты и сама прекрасно находила выход, мне даже не пришлось напрягаться для этого. Притворяться Хлоей, конечно, тяжеловато, я тебе скажу. От тебя вечно ждут чего-то неординарного, незаурядного, постоянно приходится импровизировать, чтобы хоть как-то убедить нежданного гостя в правдивости иллюзии. — Кстати, а как это вообще происходит? Ты почувствовала, что кто-то просочился в фотографию, или что? Как ты меня нашла? — А я тебя никогда и не теряла. После того, как ты в последний раз использовала перемотку, чтобы исполнить мою коварную задумку, я продолжила следить за тобой. Знаешь, ты ведь всё равно изменила кучу вещей и предотвратила множество обязательных событий. Это нехорошо, но, допустим, этот прокол я тебе прощаю. Все, кто должны были уйти, всё равно уйдут. Нейтан был первым. — Это была ты, да? — Отчасти. Долго бы он всё равно не протянул, с таким-то поведением обычно быстро находишь на свою задницу целую уйму проблем. Не подкинь я ему мыслишку о таблеточках, его бы забил кто-то ещё. Так что, можно сказать, я ещё проявила милосердие, хотя он того и не стоил. — И кто следующий? — Секрет, Макс, это тебе не "Пункт назначения", тут нет порядка. — А похоже. — Возможно. Но это не значит, что они узнали обо мне и решили запечатлеть мой незримый образ на плёнке. Просто попали пальцем в небо.

***

— Так ты была рядом всё это время? Следила, чтобы я не переусердствовала с перемоткой? — Вообще-то ты её в принципе не должна была применять. Но... На безрыбье и рак — рыба, так что... Приходится направлять тебя, не давать переступить черту. Но ты же её всё равно всю истоптала, а мне убираться потом. Нет, Макс, я не планировала встречать тебя лично, это уже крайние меры. Просто поставь себя на моё место (знаю, это невозможно, но ты попробуй): единственный человек, доставивший тебе столько проблем, со сколькими ты за тысячелетия никогда не сталкивался, вдруг неожиданно, даже для себя самой, вступает на неизведанную территорию и начинает там бедокурить... — И ничего я не бедокурила! Любой бы на моём месте охренел от такого поворота. Обычно я попадаю ровно в то место, где меня фотографировали и как бы заменяю себя из прошлого на несколько минут. А тут... Мало того, что оказалась непонятно где, так ещё никто на меня никакого внимания не обращает, будто я Каспер какой-то. — Ну так вот, пришлось в срочном порядке что-то выдумывать, предпринимать неординарные решения и включать всю свою фантазию. Первый раз — он самый необычный, если ты понимаешь, о чём я: нужно было убедить тебя в том, что с Хлоей всё в порядке, она чувствует умиротворение и не желает возвращаться, а тебе пора домой к своему фотоаппарату. — А что мешало вообще не появляться и продолжать наблюдать со стороны? Я бы просто проследила за Хлоей и Рэйчел и вернулась обратно, а у тебя не было бы столько хлопот. — Так никто же не гарантировал, что ты ничего не сломаешь. Заслон на вмешательство я поставила, но кто сказал, что он продержится достаточно долго? Да и не знала я, уйдёшь ли ты вообще или останешься тут, пока точно не пробьёшь брешь в моём творении, и тогда пиши пропало. Ты бы ведь предупредила Хлою с Рэйчел о их судьбе, не так ли? — Наверное... — Теперь понимаешь, почему это было нужно?

***

— Погоди, а что это было тогда? На свалке, что это было? — Ты о чём? — Ты меня соблазняла, лапала и шептала всякие мерзости на ухо. Зачем? — Честно? Сама не знаю. Пыталась хоть как-то тебя расслабить после той истерики и последующим замершим камешком. Нужно было срочно что-то предпринять. Вы же, люди, именно так снимаете стресс? — Ну не с лучшими же подругами! — А что такого? Вы ведь с ней уже целовались. Тем более, Хлоя явно испытывала к тебе нечто большее, чем обычную привязанность. Думаю, ты даже нравилась ей больше, чем Рэйчел Эмбер. А разве ты сама не хотела этого? Всё эти твои моральные принципы, могли бы расслабиться после тяжёлого трудового дня. Фи на тебя, Колфилд, даже тут умудрилась всё испортить. — Жесть... Чуть было не трахнула судьбу... — Круто, правда? Кто ещё может таким похвастаться? Обычно бывает наоборот. Знаешь, как говорят: от судьбы не уйдёшь. — А ещё тебя называют сукой. — Издержки профессии.

***

— Ты как-то слишком спокойно отнеслась к такой потрясающей новости, не находишь? — Разве? — Ну не знаю, я рассчитывала как минимум на упавшую челюсть. Всё-таки не каждый день встречаешь кого-то повыше обычного человека. — Ну ты же не Супермен какой-нибудь, в конце концов. Шучу-шучу, не обижайся. Просто уже привыкла ко всякой сверхъестественной хуйне, что со мной творится в последнее время, вот и сил удивляться не осталось. К тому же, если всё то, что ты говоришь — правда (а поводов сомневаться в твоих словах у меня предостаточно), то высунутый наружу язык вряд ли поможет. Дело-то серьёзное. Вот ты серьёзно считаешь, что одного только "нельзя" будет достаточно, чтобы убедить меня надеть поводок и подчиниться твоей воле? Знаешь, у меня складывается впечатление, что на самом деле ты со мной ничего поделать не сможешь, и если мне придёт в голову пойти во все тяжкие и устроить, как ты выразилась, полный бедлам во времени, вряд ли у тебя выйдет хоть как-то мне помешать. Ты ведь могла в любой момент выключить эту маленькую беззащитную девочку из игры, сбросить там ей рояль на голову, не знаю, что угодно. Но нет же, дотянула до последнего и всё равно провалилась. Кто мешает мне снова включить время, подойти к Хлое и пересказать ей всю твою историю? Вряд ли она поверит, но хотя бы запомнит на будущее и не повторит прошлых ошибок. А ты так и будешь стоять в стороне и слёзно умолять меня остановиться. Я ведь права? Была бы у тебя возможность, я бы уже грела землю рядом с Рэйчел и... кого ты там назвала? Виктория? — Она самая. А ещё Кейт. Её, между прочим, в скором времени собьёт машина. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Предупредишь её — я подошлю воров с случайно заряженным пистолетом в дом её родителей. Исправишь и это — подумаю над твоей идеей с роялем. Максин, ты действительно не понимаешь, кому дерзишь? Даже с твоими способностями тебе не удастся ничего изменить, линии времени не пересекаются, их не связать узлом и не разорвать. Всё, что ты можешь, это отсрочивать неизбежное, только кому от этого будет хорошо? Ты хочешь страдать от увиденного каждый день? Тебе мало ночных кошмаров? Будет такая же явь. Зачем всё это? Просто отпусти Хлою, поверь, она уже давно смирилась, пора и тебе перерасти это. — Я... я... — Вот именно. Ты. Всегда думаешь только о себе и своих потребностях, а то, что мир уже третий месяц колышется от твоих ударов и вот-вот дрогнет, тебя мало волнует. Уже погибли невинные, те, кто ещё должен был жить, многие потеряли свои работы, кто-то лишился семьи и всего, что у него было, некоторые города тонут под кубометрами дождя, творится полная дичь, и даже у меня не хватает сил всё это исправить. Но какая разница, если Хлоя всё ещё спит, правда? Смирись, Колфилд, это был её выбор, её изначальный выбор. Это последствия её действий, да и твоих тоже. Вы могли бы никогда и не встретиться, её смерть не стала бы грузом на твоей душе, не вмешайся ты в переломный момент. Не я здесь злодей, а ты уж точно не герой. Всё происходит так, как должно было произойти, а морали в этом цикле жизни и смерти совершенно нет места. —... — Да, я не могу от тебя избавиться. Твоя жизнь так же расписана на десятилетия, и не мне вносить коррективы в эту книгу. Но и позволить тебе бесчинствовать со временем, становиться новым судьёй, решающим, кому жить, а кому нет, исходя лишь из личных предпочтений и основываясь на своих хрупеньких эмоциях, у меня нет никакого права. Такова жизнь, Макс, она не плохая и не хорошая, порой она отбирает у нас тех, кого сложнее всего терять. Но так было и так будет. И никакому человеку не изменить правила этого мира, даже тебе. — Ты права... — Что?!

"Вы действительно хотите услышать мои мысли? Так тому и быть, слушайте. Вы все виноваты в этом. Каждый из вас. И вы ответите за это, я об этом позабочусь. Никто не уйдёт безнаказанным."

Макс Колфилд, даты не существует.