Sweet illusions, tasty madness
16 мая 2018 г., 12:52
Из дневника Хлои:
"Ты, главное, не нервничай" — твердят и твердят они. Так всегда говорят, везде и всюду, раз за разом повторяют одну и ту же фразу, заставляя того, в чьи уши вливают свой мерзкий яд, только сильнее усомниться в их правоте. Они думают, я съехала с катушек, все так думают. Никто больше мне не верит.
Может, они правы? Может, я действительно в конец ебанулась, или же всё всегда было именно так, как они говорят? Как понять, чему можно верить, когда с тобой происходит такое? Раньше я думала, что можно идти всему вопреки, если до последнего уверена в своей правоте, но вот сейчас... Ветер усиливается, и я уже не знаю, это песок в моих глазах мешает видеть истину, и стоит развернуться, или же больное сознание помутнело окончательно. В такие моменты мне нужна та, кто сможет скинуть с моих плеч это бремя, вооружить такими необходимыми сведениями, не дать уничтожить себя острыми, как бритва, сомнениями. Мне нужна ты, Макс.
Ты ведь была в моей жизни, так? Все говорят, что тебя не существует, что ты — плод моей воспалённой фантазии, такой мнимый друг, который частенько появляется у одиноких детей, и которых они со временем перерастают. Призрак, если хочешь. Но ты ведь не такая, да? Жаль, ты не можешь ответить мне здесь, даже не знаю, зачем продолжаю писать тебе эти безответные письма, кажется, что от этого может быть только хуже. Но куда уж хуже?
Мои поиски завершились полнейшим фиаско, и даже Рэйчел, кажется, больше мне не доверяет. Все говорят, что я тебя выдумала, никто никогда не видел Макс Колфилд, и чем чаще я слышу эти болезненные слова, тем сильнее начинаю сомневаться в их фальшивости. Мама тебя не помнит, говорит, что никаких друзей у меня в детстве не было, но и отрицает возможность выдуманной подруги — она никогда не видела меня, болтающую с воздухом и смеющуюся вместе с самой собой. В мэрии нет записей о тебе, полиция качает головой — никто, нигде, никогда. Даже твои родители! Они утверждают, что у них никогда не было детей, да они и не планировали. Как это так? Какая семья не заводит детей? Самое хреновое, что я вижу, они говорят правду, о таком не солгать незаметно, но и поверить в подобное мне не под силу. Наверное, не стоило вот так к ним заваливаться с вопросами, но... Как это не стоило?! Блядь, ну не может такого быть! Я помню тебя, слишком хорошо помню, чтобы всё это было выдумкой, я не могу поверить в то, что всё это время видела иллюзии, которые хотела видеть. А как же твой отъезд? Как же наши ссоры на пустом месте, такого ведь не бывает с друзьями, появляющимися из твоего сознания. Правда? Правда? Что же это за хуйня такая?!
А что насчёт твоего письма? Я ведь всё ещё его не выбросила, хоть ты и просила. Просто не могу, тем более теперь. Это ведь твой почерк, уж точно не мой, я всегда писала, как курица лапой, по сравнению с тобой. Это не может быть ложью, просто не может быть! Кто врёт мне: ты, все остальные, или я сама? Мне нужны ответы, за ними я и отправилась, о чём теперь жалею. Лучше бы я думала, что тебя просто нет, что ты забыла обо мне и живёшь своей жизнью, а нас больше ничего не связывает. Но ведь ты вернулась, пусть и не сама, но вернулась, спасла меня. Спасла Рэйч. Я не могла знать всего, что было в том письме.
Это единственное, что поддерживает её хлипкую веру в меня. Но рано или поздно, не сомневаюсь, она сдаст меня, "ради моего же блага" и прочая чушь. Я уже чувствую, как сильно она грустит, сомневается, боится меня. Всё ведь было так хорошо, так хорошо... Мы всё-таки свалили из Аркадии, переехали в Лос-Анджелес, как и планировали, даже кое-как там обжились. Чёрт, нас никто не убил! Прошло уже столько времени, а мы всё ещё дышим, никто не пытается нас уничтожить, ничто не пугает... Не пугало... Мы нашли Сэру, Рэйч даже умудрилась наладить с ней связь, теперь они видятся чуть ли не каждый месяц, пускай и против воли мистера Эмбер. Нейтана, этого сукина сына, усадили за мягкие стены, а Дэймона и Фрэнка задержала окружная полиция. Всё наконец получилось, как я и хотела. Или ты? Я не могла сделать это в одиночку, будь у меня хоть раздохренолионие личности. Да блядь, я даже не слышала раньше об этом твоём Джефферсоне, это ты сказала мне, кто он такой и кем притворяется. Нет, я не верю, не верю!
Далее следует череда настолько исчёрканного текста, что прочитать его даже под светом тысячи ламп не представляется возможным. Чернила размазаны какой-то жидкостью, природу которой определить несложно, кое-где страница прорвана насквозь, мутные следы чёрной ручки на полях абсолютно хаотичны и не поддаются логике. Судя по цвету последующих записей, сделаны они явно в другое время.
Знаешь, что? Я не брошу поиски. Даже если никто мне не верит, даже если Рэйчел отвернётся от меня, а санитары в белых халатах поволокут за собой, я не сдамся. Я найду тебя, чего бы это не стоило! И тогда ты ответишь мне за всё, Макс Колфилд. За всю ту ложь, что заставляешь меня слушать. За все те дни, проведённые в борьбе с внутренними противоречиями. За всю ту боль, которую причиняла и продолжаешь причинять. Я знаю, ты есть, ты где-то там, прячешься в тени, наблюдаешь за мной и злобно нашёптываешь свежие проклятья. Я найду тебя, не будь я Хлоя Элизабет Прайс. Мне больше нечего терять.
Хлоя, одержимая правдой.
