Жизнеописание одного попаданца

Интересно. Нет денег – и я думал, на что их потрачу, когда они появятся. Теперь же, когда в руках у меня имелся плотно набитый монетами холщовый кошель, приятно оттягивающий руки своей золотой тяжестью, передо мной стал вопрос – а на что же их тратить? Сумма и впрямь приличная была, частью выданная золотом, а частью – неким обязательством, вроде такого, которое у нас называют векселем. А что вы думали? Золото оно как бы металл, если бы мне все полторы тысячи монет дали бы золотом, я бы тащил на горбу мешок. И стал бы удивительно привлекательным для разного рода охотников до чужого добра. Так что тут имелось что-то вроде банка, роль эту играла Восточно-имперская торговая компания, выдающая векселя или как их называли - хирографы, которые можно было обналичивать в тех городах, в которых имелись представительства данной компании, занимающейся заодно разного рода торговлей, налаживанием торговых путей между землями Империи, и представленной своими отделениями практически везде в крупных городах, особенно если они были портовыми. Вексель, спрятанный в кожаный тубус, который я себе на шею повесил, да триста монет золотом на руках – вот мое богатство да основа для моей дальнейшей жизни в этом мире. – Чой-то ты кислый такой, а, Рагнар Мыслитель? – на плечи мне повалились чьи-то лапищи, а в затылок дохнуло горячим дыханием, – пшли с нами. После бревен то-то легкой тебе покажется добрая кружка мёду. – А я еще удивлялся, как-то мой батя мамку на руках таскаит, коли она по виду как добрая телка, – хохотнуло с другого боку, – опосля поганой этой работы, я бы сам ее поднял бы. – Ну, женись, да женку добре корми, и носи себе на здоровье, – брякнул еще кто-то. Немалая компания собралась из наших, а что делают мужики, если их больше двоих, и если у них на руках золото? Само собой ищут, что б выпить. Ну и пожрать, само собой, посытнее да повкуснее, потому как каша и похлебка всем уже поперек горла вставала. Так что, меся снег в мелкую крошку парой десятков башмаков, в таверну всей честной компанией мы и завалились. Я с опаской шел туда, вспомнилось как тут наемники погуляли, но зимой в Фолкрите было спокойно – дороги вставали. Норды конечно водили караваны – санные, но и только, для каджитов слишком холодно, а так как в города их не пускали надолго, они предпочитали зимовать у себя, в теплых песках, прочие купцы хаживали редко, чаще выбирая путь морем, пока оно не встало, что случалось ближе к середине зимы, а после уже и вовсе замирали торговые дороги. Встретила нас таверна тишиной, потрескиванием дров в очаге. Хозяин тут сменился – прежний так и не оправился после гибели дочери да зуботычин от наемников, продал заведение и уехал куда-то с семьей, кто говорил, что подался в Вайтран, кто, что в Солитьюд. – Чо там, мужики, кто куда дальше? – спросил Хагмар, тот медведь, который меня на улице остановил, единственный со мной был ростом одинаков, только еще в плечах шире. «Зиму перезимую у родителей, да потом по весне строиться начну», «Хургита моя ждет меня, амулет Мары куплю да сразу женихаться», «Пить буду, пока могу кружку держать», – делились нехитрыми своими планами парни. – А ты сам-то куда? – ввернул кто-то вопрос Хагмару. Тот нахмурил кустистые свои рыжие брови, запустил пятерню в бороду, которая делала его старше на добрый десяток лет, задумался, стало быть. Невесты у него не было, родители старенькие, против обыкновения, был он старшим сыном, а работать пошел, так как отца на охоте прошлой весной медведь подрал, страшно, лежал с тех пор почти что пластом. – К мамке под юбку, – громыхнул норд, хватанув с подноса подавальщицы кружку и сразу осушив добрую половину, – а ты, Рагнар, куда? Гляди, есть у меня сестрица, по тебе девица, могу сосватать. Я пожал плечами, показывая, что меня это не особо интересует. Не хотелось вслух говорить о своих планах. Впрочем, тут никто в душу не рвался, расспросов не последовало. Зимовать намеревался я у Свена, конечно. Тот уже согласился, естественно, да и я не собирался сидеть без дела у него на шее. А уже весной хотел пристать к какому-то каравану, или своим ходом отправиться в Вайтран. Хотелось мне посмотреть на этот город, а потом, может, еще куда, ведь я был уверен, что в случае надобности, денег смогу заработать. Норды и в работе, и в праздновании люди были основательные. Налакались мы в таверне изрядно, там же и спать повалились – стемнело порядком, куда по ночи идти? Комнаты все заняли, а кому места не хватило – стелили шкуры да одежку верхнюю прямо на пол у очага и дрыхли повалом, храпя так, что сквозь стену слышно было. Утром я от холода проснулся, оно и понятно – тепло в таверне было, пока очаг горел, а после тепло как есть, все вверх выходило, дымохода не было, курная хата. Так что, две крайности тут случались, или же жарко страшно, или холодно. Даром что был шкурами накрыт, а продрог, в общем, пальцы окоченели. Выбрался из комнатушки, осторожно ступая, дабы никому пальцев не оттоптать и об бороду ноги не вытереть, и сначала решил выйти из таверны – отлить полагалось, а как вернулся – пробрался к стойке, возле которой меньше тел на полу валялось. – Надобно что? – спросил меня трактирщик, протирающий исключительно от скуки, чем чистоты ради, заскорузлым передником кружки, делать ему было больше нечего – таверна битком забита храпящими как стадо простуженных медведей нордами, да и утро совсем раннее. – Пожрать чего дай, - опершись о плохо ошкуренное дерево стойки, буркнул ему, сглатывая вязкую и порядком горькую слюну. А я еще, наивный, не верил было, что здешним пойлом набраться можно. Похоже, пока с лесорубами и работниками лесопилки не напьешься, отмечая получку, значит, ничего не знаешь об алкоголе и его употреблении. – Квашеной капустки, может? – предложил мужик, – мясо ток холодное, не топили очага еще. – Давай что есть, капусту вперед, – положив на стойку золотой, медяков и серебрушек у меня покамест не было, расплатились с нами крупной монетой, побрел я к столу, подвинутому к стенке. Мерно хрустя капусткой, кислота которой прогоняла тошноту и ставила на место внутренние органы, пострадавшие от возлияния, думал о том, что нужно в первую очередь купить. Одежду, само собой. Зимняя, что была на мне плохонькая, перепало мне с плеча Хагмара, и Свен кое-чего подбросил, но морозы уже были нешуточные, так что надо было позаботиться о том, чтобы не отморозить важные части тела. Нож нужен, без него тут никуда. У каждого, будь то мужик или баба, при себе минимум два ножа: мелкий, ну, по их меркам мелкий, так то с ладонь в длину, которым и мясо порезать, и так, поправить что, ну и побольше, для защиты и для грубой работы. По-хорошему, топор еще. Первейшее оружие. И убить, и построить что. Мечи это так, да и плохонькие они тут, не каждый кузнец толковые делает, а вот топор – другое дело. Потом лук, стрелы к нему. И не простой, с куска целого, а нормальный, чтобы сырости не так боялся, и надолго хватило. Пока в городе и пока утро, надо было позаботиться обо всем, сходить, что ли, в Серые сосны? Там много чего купить можно, заглядывал, когда выдавалось время, присматривался, приценивался, так что знаю.