Жизнеописание одного попаданца

Урок мне преподнесли ценный – в этом мире ворон лучше не ловить. Иначе, в противном случае, могут убить, хоть мечом, хоть кинжалом, хоть пользуясь рукой слепого правосудия. Вот тут поневоле вспомнишь о земной Богине с завязанными глазами. Командир стражи Кай не зря получил свое прозвище, оказывается, звали его совсем иначе. А вот Петухом прозвали за то, что уж больно он хотел выслужиться. Не провел на своем посту и полугода, будучи назначенным по протекции легата Имперских войск, а головы рубил только так. Выслужиться хотел, или доказать что, непонятно. Да и, честное слово, не хотел я в этом разбираться. Новости по Вайтрану быстро расходятся, вот и о том, что случилось на рынке, знали уже почти все. Трактирщик был словоохотлив, накормил меня от пуза жареной олениной, лучшего мёду принес. Словно это он меня чуть на плаху не отправил, честное слово. Он мне и поведал о командире стражников. Второй раз в город вышел я ближе к вечеру. На рынок не совался, просто решил походить, осмотреться. Честно признаться, было интересно. В игре мне Вайтран очень нравился. Скажу, что в реальности, еще и с вернувшимся обонянием, все было одновременно и хуже, и лучше. Смердел город знатно. Затхлой водой, гнилью, грязью, из темных углов шибало вонью мочи. И это еще лошадей внутрь городских стен не пускали, представляю, что бы тогда творилось. А вместе с тем, красиво здесь было. Желтые крыши домов золотились в лучах заходящего солнца. Сами дома удивляли боевой, я бы сказал, раскраской – горожане будто бы соревновались, у кого двери и ставни ярче и задорнее раскрашены. Наличники были украшены резьбой, коньки крыш вырезаны в форме морд разных животных. Самым шиком считалось поместить на крышу флюгер. Трепетали на ветру флаги – желто-горчичный холда Вайтран, с нарисованной черной головой лошади, бордовые имперские стяги. Статуй тоже хватало. Помимо Талоса, которого, удивительное дело, никто не трогал (если я не ошибаюсь, он так и доживет, по крайней мере, до года 201 четвертой эпохи), еще и Исграмор, и другие. А чего стоила «штаб-квартира» Соратников? Я вокруг нее ходил добрых полчаса. В общем, народное нордское творчество имеет место быть и процветать. В общем, пока туда, пока сюда – стемнело. И я, дурак, забрел куда-то не туда. Повернул не там, или что, город не маленький, да и планировка тут ну такая себе. Называется, зарекалась свинья в грязь не лезть, обещал я себе быть внимательнее. Стою, я, значит, у дома какого-то, осматриваюсь. Тут подметил краем взгляда – тень какая-то вдоль городской стены мелькает. Вот уж не знаю почему, а сам по себе как-то пригнулся я, за угол дома спрятался. Кто его знает почему. Жду, значит, стою. Вижу, тень от стены отлипает, и в человека превращается. Такого, тщедушного, мелкого, на лицо капюшон надвинут, движения смазанные. Потихоньку так чудо это пробирается к бочкам, невесть кем и зачем сложенным штабелем у этой самой стены. Я сдуру от дома отлип и ближе подошел. Сам не понял, как и чем себя выдал – вроде же и на охоту ходил, да и с телом этим мы подружились, память мышечная не подводила меня, а всё равно, развернулся человек в капюшоне, тоже пригнулся, меня увидев, и бросился вперед. Скорее почувствовал, чем понял, вовремя отшатнулся, да блок поставил, потом уже увидел кинжал кривой в руке у незнакомца. Не ушел бы в сторону от удара, распороли бы мне шею, туда этот гад и метил. Поняв, что промахнулся, хотел он, было убежать, да я не дал, кинулся уже на него, покатились мы по земле. Да, мелкий попался неудачливый убийца, прижал я его к земле, трепанул, как следует, даже не очень-то и запыхался. Тут капюшончик слетел, и меня как сковало – бабенка-то передо мной. Лунный свет не абы какая лампочка, но все-таки что-то да видно. Девку с парнем точно не перепутать. Видать, потому мне победа так легко и далась. Да вот только зря я расслабился. Тут же в руку впились острые зубы, отдернул, чуть было знакомка моя не вырвалась, еще и пнула весьма ощутимо, пришлось вставать и ее поднимать, да скручивать, чтобы не брыкалась. – Ну и чего ты на людей кидаешься? – пожалуй, я не буду воспроизводить ни свои первые слова, ни первый более-менее цензурный ответ пойманной мною девицы. Нецензурные, потому что, выражения. – А тебе не повылазит, смотришь, куда не просят? – ответ последовал дерзкий. Черт. Вот я не знаю, сколько лет моему телу в этом мире, на мне же годовых колец нет, посчитать как бы сложно, но все равно, неприятно же, когда тебя костерят-то, да еще и вот такое чудо. В чем только душа держится? Маленькая какая-то, чумазая, что твой трубочист. – Радуйся что увернулся, не то бы я тебе глаза выковыряла бы уже, – продолжила девка. Но слишком подозрительное шмыганье носом, последовавшее за этими словами, как-то смазало угрозу. Плачет она, что ли? Ну, так и есть. Дергается. Ослабил чуть захват, не рассчитал силы. Шумно вдохнула воздух, со всхлипом. Вот же черт. И что с ней делать? А главное, кто она такая? – Ты кто вообще? – решил я сбавить обороты и поинтересовался как можно более дружелюбно. В ответ меня послали. Обидно послали. И снова попытались ногой ударить по тому самому, на который посылали. Э нет, так не пойдет. Я не готов терять самое ценное, ну и выпустить непонятно кого просто так тоже не могу. Снова сжал покрепче худую руку. Все кости прощупывались. Такое ощущение, что я нищенку поймал. – Так значит. Ну, тогда пойдем, представишься сразу стражам, – закинул я «удочку». Вряд ли честный человек будет ночью шастать по задним дворам. Ну, я не в счет, я просто дурак любопытный. И если я прав, то встреча с местными бдительными органами охраны правопорядка для мадам весьма нежелательные. И угадал. Вон как зашмыгала. Вот надо умудриться ещё, сделать этот звук одновременно угрожающим, жалобным и просящим. Даже я, полный дуб во всех этих выражениях глаз, тонах голоса и так далее, и то понял. – Так я и думал, – злорадство оно такое, ничего не поделать, – тогда сейчас смирно и тихо идешь за мной. Понятно? – Угу. Вот, это уже мне больше нравится. Вывел добычу свою к ближайшему фонарю. А она, вдруг, всмотревшись в мое лицо, дернулась сильнее, чуть сама себе руку не вывернула. Ничего себе. Я что, страшный такой. – Ты! – почти что выкрикнула. – Что я? – переспросил, ощущая холодок между лопатками. Неужто случилось то, чего я опасался, то есть встреча с кем-то, кто это тело знал до моего вселения? И знал, по всей видимости, не с хорошей стороны? – Так тебе не срубили башку? Офигеть заявочки. Стоп. Я остановился и развернул к себе девицу. Нет, лицо ее, уже лучше освещаемое светом фонаря, так и было мне незнакомым и никакого отклика не вызывало. – Ты откуда меня знаешь?