Задерживая дыхание

      Всё происходящее казалось какой-то фикцией, дурацким кошмарным сном, который тут же исчезнет, оставив противное послевкусие, стоит лишь открыть глаза. Но в отличие от нередко преследующих её кошмаров, реальность исчезать никуда не хотела: поверх сбившегося за время её сна покрывала всё также лежали две картонные папки, верный Тролль, жалкая горстка патронов и паспорт.       На улице стояли вечерние сумерки, разбавляемые мягким светом уличных фонарей. И если бы не все недавно произошедшие события, если бы у неё всё ещё был отпуск, можно было бы закрыть глаза и пусть и не на долго, но окунуться в эту атмосферу счастья и спокойствия. Впрочем, спокойствие, в отличие от счастья, присутствовало и так. Какое-то отстранённое, холодное, когда все мысли и эмоции просто задвинуты на задний план, вместе с инстинктом самосохранения. Была сама Тсунаёши, была её цель, заданные промежутки времени и ресурсы. И либо она выложится на полную и выполнит эту миссию, перешедшую ей, так сказать, по наследству, либо вероятнее всего станет трупом. А тут уже как повезёт: или трупом мёртвым, кормящим червей в могиле, или трупом живым, перегоревшим, без собственной воли, чувств и желаний. Просто тряпичной марионеткой, связанной настолько прочно, что и пальцем пошевелить не сможет без указки своего кукловода.       Где-то глубоко внутри было страшно: слишком многое поставлено на карту, слишком долго она боялась этого, всеми возможными способами оттягивала неизбежное, надеялась, что проблема решится сама собой. Например, чёртов ненавистный Емицу случайно подскользнётся и несколько раз подряд напорется грудью на чьё-то так удачно подвернувшееся оружие, так что уже никакие солнечные медики не помогут. Но к её несчастью Емицу по-прежнему дышал, ходил на своих двоих и самостоятельно устраняться из её жизни пока не собирался. Так что приходилось плевать на судьбу, отказывающую ей в такой малости, и брать дело в свои руки. Как бы ни тряслись поджилки от страха, как бы ни замирало сердце, а временно задвинутая на задний план интуиция ни орала благим матом бежать без оглядки, у неё не было выбора. Как говорилось в прочитанной в детстве книге: ни один из них не сможет жить спокойно, пока жив другой.       Чёткого плана в голове не было. Она машинально встала с кровати, переоделась в чистое, достаточно неприметное и удобное для работы, завязала русые волосы в привычный хвост и, наскоро собравшись, вылетела из домика. С собой минимум вещей — только самое необходимое: сменная одежда, паспорт, деньги, аптечка, стандартный пистолет организации, не иначе как чудом найденный в закромах её комнаты, с коробкой патронов к нему, верный Тролль, коробочка, кольцо, жалкая горстка пламенных пуль в кармане джинсов и в довершении всего две папки — одна изрядно затёртая, помятая, вторая практически нетронутая, новая.       Для начала стоило связаться с информаторами: Емицу птица слишком высокого полёта, чтобы незамеченным прибывать в Японию и покидать эту не очень гостеприимную к иностранцам страну. В телефоне девушки по-прежнему хранились контакты информаторов с которыми работал Клаус, или можно было обратиться в главный офис организации, но никак не к Ичиро. Мужчина со стопроцентной вероятностью выдаст её Аой, а девушка уже поднимет на уши всех остальных, совершенно непричастных к её проблемам. Наблюдатель чётко обозначил позицию организации: свои проблемы с заказчиками она должна была решать сама, не впутывая кого-либо постороннего с их стороны.       Трубку в главном офисе сняли довольно оперативно, немного сонным голосом на китайском поинтересовавшись, чем ей могут помочь в службе курьерской доставки. Тсунаёши чуть недовольно сморщила нос, резко сменяя траекторию движения, чтобы скрыться в неприметном переулке, а уже спустя минуту слиться с потоком людей на другой ярко освещённой улице.       — W-A-S-O-F-F-O-0-6-0-5, — чётко назвала свои данные шатенка, тем самым переключая оператора на том конце с режима отсеивания случайных людей на вполне деловой лад. — Требуется информация о Саваде Емицу. Текущее место пребывания, общее состояние, ближайшие планы и краткое досье.       Голос, уже не такой вялый и сонный, подстраиваясь под неё, на чистом японском уточнил, каким способом она желает получить информацию: по электронной почте или в бумажном варианте. Тсунаёши, недолго думая, выбрала электронную почту и, коротко попрощавшись, дёрнула на себя дверь ближайшей кофейни, предоставляющей бесплатный доступ к интернету. Столик в дальнем углу, из которого практически не видно её саму, в то время как ей открывался замечательный обзор на входную дверь и остальную часть зала. Уже привычные кофе и сэндвичи для пустого желудка и информация, пришедшая почти сразу, как она вернулась к своему месту с заказом.       Емицу покинул Японию утром и ближайшие несколько дней планировал провести в Палермо, зализывая раны, полученные в процессе встречи с Клаусом, и одновременно с этим разбираясь с отчётами по региону. Информация была не точной, в конце концов никто и предположить не мог, что и когда взбредёт в голову Внешнему советнику, но это и так было хоть какой-то ниточкой, за которую можно было уцепиться. Стоило добраться до этого ублюдка раньше, чем он полностью оправится от полученных ран. Её учитель пожертвовал своей жизнью, предоставив Тсунаёши неплохую фору, и она попросту не имела права потратить её попусту.       Самой главной проблемой было оружие. У неё по-прежнему был её верный Тролль, но вот Вулкан схватки с Виндиче не пережил. Хоть у неё всё ещё оставалась её старая винтовка, с которой она училась стрелять, однако эта малышка не сможет выдержать и десятой части её пламени, просто превратившись в бесформенную лужу горячего металла, оставив ожоги на её руках, или рассыпется каменной крошкой, не сумев справиться со свойствами Небесного пламени. Внутренний голос подсказывал, что обычной пулей Емицу не возьмёшь, а на поиск нового подходящего лично ей оружия времени не было. Оставалось лишь горестно вздохнуть, сжать ещё крепче зубы и строить свои планы, полагаясь на один только Тролль. Как бы ей ни хотелось держаться от этого мужчины на расстоянии — иррациональный страх иногда проскальзывал даже сквозь толщу ледяного спокойствия и собранности, за которыми она оставила все свои эмоции — ей всё равно придётся выйти с ним на среднюю дистанцию. У неё будет только один шанс. Один, максимум два выстрела, до того как Внешний советник сможет сократить расстояние между ними настолько, что её пистолет больше не будет эффективен, в то время как его кирка станет поистине смертоносным оружием. В том, что ей удастся выжить при таком раскладе событий она не обманывалась. Только один шанс, одна попытка выманить его на прямое противостояние, и либо он уйдёт оттуда на своих двоих, либо она.       Что будет после, задумываться не хотелось. При любом из раскладов смерть Внешнего советника повлечёт за собой последствия, как лично для неё, так и для теневого мира в целом: слишком значимая фигура, чтобы уйти незамеченным.       Тсунаёши зло цыкнула и дёрнула головой, устало прикрывая глаза. Ситуация была не в её пользу, но неплохие шансы у неё всё-таки были. Стоило отправиться в Италию как можно скорее, пока Емицу не заподозрил что-то неладное и не поинтересовался у организации её жизненным статусом. На её удачу ближайший рейс в Италию улетал этой ночью и на него даже оставалось одно свободное место, правда в бизнес-классе. Девушка чуть нахмурилась, но всё-таки ввела данные своей карты, одновременно с этим вновь набирая номер главного офиса. Та же самая процедура представления и спустя тридцать секунд оператор на том конце уже записывал данные её рейса для организации коридора для провоза оружия.       И лишь когда Тсунаёши отложила более ненужный телефон на столик и обняла ладонями всё ещё тёплую чашку, только тогда стало заметно, как сильно у неё дрожат руки.       Короткая пересадка в Риме, ещё около часа на борту самолёта и вот она уже быстрым шагом покидала здание аэропорта в Палермо. Солнце с непривычки слепило глаза, жалило лучами кожу. Прохожие непрерывным потоком сновали туда-сюда, грозясь снести, стоит ей хоть ненадолго замешкаться.       Девушка аккуратно осмотрелась и опустила ниже козырёк тёмной бейсболки, стараясь скрыть своё лицо от посторонних любопытных взглядов. Для начала стоило снять номер в гостинице, а уже оттуда продумывать дальнейшие действия, связаться с европейским офисом, запросив информационную поддержку и выходить на охоту. Интуиция тихо ворчала на заднем плане, заставляя то и дело нервно осматриваться, выискивая скрытую угрозу за каждым углом. Но каждый раз, когда она замечала чей-то пристальный взгляд или нездоровые шевеления среди мужчин в тёмных костюмах, внутренний голос отрицательно качал головой. «Не то, ищи дальше». И Тсунаёши искала, всю дорогу до гостиницы преследуемая этим чёртовым тревожным чувством опасности. Вот только несмотря на всю её подозрительность и внимательность, опасность так и не показывалась на глаза, незримой сущностью следуя по пятам, умело скрываясь в тенях подворотни, так что только тошнотворный запах страха щекотал обоняние.       В гостинице же это чувство вопреки её ожиданиям только усилилось, заставляя рефлекторно подобраться и потянуться рукой к заткнутому за поясом Троллю в поисках успокоения. Девушка за ресепшеном, лишь немногим старше самой Тсунаёши, натянула на лицо дежурную улыбку и что-то вежливо прощебетала, стоило ей увидеть нового посетителя. Шатенка нерешительно замерла, прислушиваясь к внутреннему голосу, но снова осталась ни с чем. Администратор не представляла для неё никакой опасности, разве что могла неправильно записать её имя в регистрационный журнал.       — Sorry, I don't know Italian, — Савада устроила локти на стойке, стараясь выдавить в ответ хоть немного приветливую улыбку. — Do you speak English?       Итальянка тут же закивала и повторила свой вопрос уже на английском, с явным акцентом, но всё равно довольно внятно.       Свободные номера в гостинице были, стоили довольно недорого, и уже спустя несколько минут Тсунаёши держала в руках ключ от своего жилища на ближайшую неделю и слушала сбивчивые объяснения о том, как до этого жилища добраться. Интуиция вроде немного успокоилась, дав возможность расслабленно выдохнуть. От жары нещадно чесалась голова под кепкой, и девушка недолго думая сдёрнула уже осточертевший головной убор, с удовольствием запуская пальцы в волосы. Она практически машинально размяла шею, повернув голову из одной стороны в другую, и напряжённо замерла, когда внутренний голос, только недавно притихший, завопил с утроенной силой. То, чего всё это время опасалась её интуиция, таки случилось. Неведомая опасность, следующая за ней по пятам от самого аэропорта, наконец подобралась достаточно близко для того, чтобы напасть.       Пальцы предусмотрительно сжали рукоять пистолета, тело подобралось, готовясь в случае чего уходить с линии атаки. Но к её недоумению нападать никто не спешил. Парочка иностранных туристов на диванах и вовсе не обратили на неё внимания, а тучный темноволосый охранник лишь бросил короткий недоуменный взгляд и снова вернулся к своей газете. Опасности не было. Ей просто неоткуда было взяться, разве что это было что-то более глобальное, направленное не лично на неё, а то, что заденет её совершенно случайно. Как заминированное здание или отравленная овсянка на шведском столе.       Пришлось задвинуть вопящий внутренний голос на задний план и осторожно двинуться к своему номеру. В любом случае,стоять на месте — не самая лучшая идея. А если что-то пойдёт не так — она будет к этому готова…       Готова она не была. Да и как, чёрт возьми, можно подготовиться к тому, что придётся наспех хватать полуразобранный рюкзак и выскакивать на балкон, спасаясь от ворвавшихся в номер представительных мужчин в деловых костюмах.       Представители добропорядочной итальянской мафии не стали размениваться на приветствия, сразу прострелив дверной замок. А Тсунаёши только и оставалось, что бросить на кровать полотенце, которым она до этого вытирала влажные после душа волосы и резко делать ноги, пока следующая пуля вместо двери не угодила в её тело. Третий этаж был далеко не самой высокой точкой, куда ей приходилось залезать, но обычно она пользовалась пожарными лестницами, а снизу не проносились на бешеной скорости машины.       Было страшно. Холодные мурашки бегали вдоль позвоночника, пока она с максимальной осторожностью перелазила на соседний балкон, а затем и на следующий за ним. Спуститься на этаж ниже вообще стало похожим на настоящую пытку. В конце концов она не была человеком-пауком, а только представляла себя им для того, чтобы успокоить нервы. Заходящаяся в истерике интуиция координации не помогала, как, впрочем, и громкие ругательства на итальянском, доносившейся из её номера.       Стоило босым ногам коснуться асфальта, как она тут же рванула вниз по улице, опасаясь преследования.       Всё выходило из-под контроля. Это она должна была быть в роли охотницы, заводя свою жертву в ловушку. А теперь охота велась на неё саму. Оставалось лишь вопросом, как её так быстро нашли. При перелёте и регистрации в отеле, она пользовалась поддельными документами, не особо светила своим лицом и вообще по данным информаторов должна была всё ещё находиться в Японии. В отличие от Емицу она не была настолько значимой фигурой, чтобы за её передвижениями следили непосредственно сами представители теневой информационной сети. Так где же она прокололась…       Интуиция резко вскрикнула, заставляя Тсунаёши в последний момент дёрнуться вбок, буквально за секунду до того, как в кирпичную кладку возле её плеча врезалась пуля. Девушка зло цыкнула и постаралась ускориться, хоть сердце уже и так стучало настолько быстро, что неровен час — и проломит грудную клетку. Из узкого переулка — на более оживлённую улицу и постараться смешаться с толпой туристов. Она почти на автомате стащила новую бейсболку с какой-то глупой надписью из сувенирной лавки, взамен старой. Уже с другого ларька выхватила футболку с итальянским флагом, на несколько размеров больше необходимого — в её ситуации не было возможности тщательно выбирать.       То тут, то там мелькали люди в деловых костюмах, тщательно прочёсывающие местность и негромко переговариваясь с помощью коммуникаторов. Её планомерно окружали, грамотно загоняли в расставленные капканы. Свора гончих псов учуяла свою добычу и теперь методично рыла носами землю, наступала ей на пятки. А ей оставалось только прятаться, петлять между людьми, стараясь слиться с туристами и выжидать, когда появится хоть малейшая лазейка, чтобы вырваться на свободу из почти захлопнувшейся ловушки.       Сзади двое, трое в переулке неподалёку, ещё пара людей у ближайшего кафе, и все как назло по её душу. Интуиция тревожно зудела на фоне и будто что-то выжидала. Подходящий момент, случайное стечение обстоятельств, что-то что позволит ей выбраться из этого дерьма относительно целой. Но время продолжало неустанно бежать, а преследователи подбирались всё ближе. Ещё пару минут, максимум десять или пятнадцать — и её обнаружат. А что будет дальше было, даже предположить страшно. Внутри закручивалась тугая спираль, заставляя Саваду холоднеть от ужаса и крепче стискивать зубы, отчаянно ища выход.       Позади раздался грохот и звон разбивающейся посуды, а вслед за ним отборная ругань на итальянском. Интуиция встрепенулась, подтолкнула её в спину, наконец нашёптывая то долгожданное «пора». Преследователи отвлеклись буквально на пару мгновений, но этого было достаточно, чтобы она смогла проскочить в паре метров от одного из них, и на максимально доступной скорости двинуться дальше по улице, с каждым шагом уходя всё дальше от опасности.       Стоило найти спокойное место как можно дальше отсюда и передохнуть, таки связаться с информаторами и наконец понять, в какую чертовщину она влипла на этот раз. К её огромному неудовольствию большая часть и так не многочисленных вещей остались в наспех покинутом отеле. В рюкзаке сиротливо лежал настоящий паспорт, любимая толстовка и верный Тролль с жалкой жменькой патронов. С таким арсеналом долго в чужой стране, где количество мафиози на квадратный километр превышало саму по себе плотность населения, она не протянет. Вернее, этой жалкой горстки патронов навряд ли хватит, чтобы хоть раз отбиться от нападения.       Оставалось лишь горестно вздохнуть и продолжать путь, стараясь убраться от этого места как можно дальше. Прятки никогда не были её любимой игрой, в отличие от Клауса. Мужчина просто обожал устраивать подобное «развлечение» в качестве очередной тренировки, и волей-неволей научиться виртуозно прятаться в незнакомых местах ей пришлось. Буквально несколько простых правил, обеспечивающих победу в этой игре: вести себя естественно, быть на виду и не оставаться долго на одном месте. Поэтому и сейчас она старалась не уходить с многолюдных улиц и продолжала двигаться вперёд, хоть босые ступни уже изрядно саднило от такого неподобающего отношения.       Стоило ей выскочить из почти захлопнувшейся ловушки и отойти на приличное расстояние, как интуиция притихла, но к её большому сожалению, так полностью и не замолчала. Опасность всё ещё была рядом, следовала за ней на расстоянии и грозилась тут же вцепиться клыками в шею, стоит ей хоть ненадолго замешкаться. Мужчин в тёмных костюмах, роющих носом землю в её поисках, больше не было видно. Только какая-то блондинка, с виду обычный офисный клерк, раз за разом мелькала неподалёку. И вопреки её внешнему виду, так и говорившему, что девушка и букашки не обидит, стоило Тсунаёши в очередной раз завидеть эту особу в непосредственной близости, как интуиция тут же напрягалась, дыбила шерсть и шипела, точно дворовая кошка, завидевшая собачонку. Было в ней что-то неправильное, неестественное, как у плотоядных цветов в джунглях — с виду милая и безобидная, но стоит подойти ближе и красные капли на ярких лепестках окажутся брызгами крови.       Главной ошибкой Тсунаёши в этот день стало то, что в попытке оторваться от светловолосого хвоста, она случайно завернула в безлюдный переулок. И возможно бы она и повернула обратно, тут же исправляя свою оплошность, но преследующая её девушка была слишком близко. Настолько, что если бы Савада таки попробовала изменить маршрут, то точно бы столкнулась с ней нос к носу. Оставалось лишь ускорить шаг и, не выдавая свою нервозность, прислушиваться к шагам у себя за спиной. За прошедший день было слишком много обстоятельств, не оставляющих ей возможность выбора, и это порядком раздражало.       Интуиция была напряжена до предела, готовая в любой момент предупредить об надвигающейся опасности, которая не заставила себя долго ждать. За спиной щёлкнул затвор пистолета, заставляя её в ответ машинально потянуться рукой за спину и схватить пальцами пустоту. Белый Тролль как назло лежал в рюкзаке, а у неё не было времени — противник не даст ей возможности достать оружие. Стоило уходить из этого места как можно быстрее, до того как помимо её преследовательницы в переулок набегут другие представительные ребята. В то, что она работала одна не верилось от слова совсем.       Буквально одно мгновение и в паре сантиметров от её головы просвистела пуля. За ней вторая, метившая куда-то в середину её спины. Тсунаёши мысленно чертыхнулась, в самый последний момент, успев развернуться боком. Если раньше она чувствовала себя человеком пауком, то теперь в голову так некстати лезли картинки из комедийных боевиков, где главный герой танцевал под шквалом пуль и не превращался в решето. Требовалось сократить дистанцию и попытаться перейти в ближний бой. Загвоздка была лишь в том, что чем ближе она подберётся, тем выше шанс, что следующую пулю она словит своим телом. Стоило срочно решать что делать — вечно бегать под непрекращающимся огнём она не сможет.       Интуиция в очередной раз вскрикнула, предупреждая куда придётся следующая пуля. Правда в этот раз уклониться она уже не успевала — только уменьшить урон. Плечо обожгло болью, заставляя её до крови прокусить губу и дёрнуться вбок, так что нога неловко подвернулась и, вместо того чтобы выровняться и продолжить дальнейшую гонку со смертью, она словно мешок с картошкой рухнула около мусорного бака. Пуля, в отличие от прошлого раза, лишь черкнула по коже, оставляя за собой глубокую, саднящую борозду. Тсунаёши уже хотела дёрнуться, но внутренний голос велел замереть и не рыпаться. Логика и наставления Клауса в один голос твердили, что это идиотская идея — никто не будет ждать, пока она придёт в себя, попросту добьют, чтобы в последний момент не подгадила. В то время как интуиция продолжала шипеть как разъярённая кошка, чтобы она и дышать громко не смела. Ей нужно было просто лежать. Лежать не шевелиться и притворяться трупом.       Выстрелы стихли, взамен им через некоторое время послышались неуверенные шаги, замершие где-то сбоку. Блондинка мешкала, ждала чего-то или пыталась удостовериться в том, что попала, и тело, лежащее перед ней, окончательно мертво. Вот только время сориентироваться Тсунаёши ей давать не собиралась — темнота переулка не сможет вечно скрывать отсутствие на ней внешних повреждений. Сработал элемент неожиданности. Удар босой ногой выбил из рук девушки пистолет, второй в живот заставил согнуться пополам, судорожно хватая ртом воздух. Этой заминки с лихвой хватило шатенке, чтобы вскочить на ноги и попытаться нанести новый удар, целясь в висок. Удар встретил блок, а самой Тсунаёши пришлось резко уворачиваться от ответного, не слишком точного, но вполне техничного и натренированного.       Никаких длительных потасовок, это только в фильмах соперники могут лупасить друг друга по пол часа. Быстрый, короткий и эффективный бой, так чтобы у противника не было времени обнаружить прорехи в её обороне и построить план. Чёткие короткие удары в болевые точки, чтобы пробить чужую защиту, и более мощные в последствии по легко ломаемым костям и внутренним органам. Сломать рёбра ударом ноги, ладонью по уху, когда ненадолго открылась чужая защита, чтобы задеть вестибулярный аппарат, печень, ключица. Движения, вбитые долгими часами тренировок в мышечную память, тактика, отпечатавшаяся на подкорке сознания, и интуиция, тихо нашептывающая подходящий момент для следующей атаки. Ничего лишнего, ничего, что может её отвлечь. Савада просто методично приводила свою соперницу в недееспособное состояние, не отвлекаясь и на секунду, даже когда чужие удары весьма болезненно проходились по ней самой. Собственные раны она залижет после. А пока ей требовалось сбросить хвост раз и навсегда, пусть и таким варварским способом.       После очередного пропущенного удара в живот блондинка упала на колени. Кровь тонкой струйкой стекала из уголка разбитых губ. Взгляд мутный, почти не видящий. Так что когда она, спустя пару секунд, рухнула на землю уже без сознания, Тсунаёши даже не удивилась.       Саднило плечо, во рту чувствовался солоноватый привкус, грудь и живот пульсировали тупой ноющей болью, вероятнее всего у неё тоже сломаны рёбра. Чудодейственная аптечка, собранная Сузьюм, к несчастью осталась в номере отеля. Зато хоть каким-то утешением в сложившейся ситуации стал пистолет, который девушка выбила у противницы в самом начале и два полных магазина, найденных у побеждённой в карманах. Коммуникатор, обнаруженный там же, она безжалостно разбила булыжником.       Оставалось лишь решить, что делать с бессознательным телом. Девушка рано или поздно придёт в себя, и вероятнее всего каким-нибудь способом свяжется со своим нанимателем, раскрыв ему всю собранную информацию о Тсунаёши. Пистолет девушки к сожалению оказался без глушителя, её собственный Тролль оставит след пламени, по которому это место очень быстро обнаружат и начнут копать дальше. Оставался нож, найденный в специальном креплении под юбкой у проигравшей.       Шатенка тяжело вздохнула, стянула с себя футболку и разрезала её на полосы. Одной из них она перетянула плечо с раной от пули, другим куском ткани был вытерт нож, после того, как она хладнокровно перерезала лежащей рядом девушке горло.       Любимая толстовка, скрыла уже порядком грязную, пропитанную потом домашнюю майку в которой она вылетела из отеля. Тролль перекочевал за пояс шорт. Девушка некультурно сплюнула на грязную брусчатку скопившуюся во рту кровь и медленно побрела из переулка.       Стоило уходить отсюда как можно дальше и в голове было только одно место, куда она могла податься. Случайно запомненный адрес, промелькнувший в одном из старых разговоров. Оставалось лишь надеяться, что её оттуда не прогонят и не сдадут местным «властям», дав возможность прийти в себя и хоть немного зализать раны.       В сейфе на самом дне подсознания последний кусочек свободного места заняла новая папка. Папка без названия, но хранящая все чувства и воспоминания об очередном убийстве на её счету. Хоть в этот раз сейф и закрылся, но следующее убийство станет концом всего…