Темнее всего ночь перед рассветом

Пятнадцать лет спустя. Варшава. Запах ладана успокаивает меня. Запах и это протяжное пение. Пение гимнов Страстной Пятницы. Молитва-жалоба, жалоба Бога людям. - Слышишь ли мой народ, что тебе я сделал? Я сижу на скамье прямо, сжав руки в перчатках. Наверное, на меня обращают внимание. Я в черном и лицо скрывает небольшая вуаль. Благо они сейчас опять в моде. - И предавал на суд Понтия Пилата. На глаза вновь наворачиваются слезы. Опускаюсь на скамеечку для коленопреклонений и на минуту замираю. А потом поднимаюсь и не оборачиваясь иду к выходу. Из одного из боковых нефов отделяется тень и скользит вслед за мной. Я оборачиваюсь лишь отойдя немного от костела и слегка улыбаюсь. - Ну, здравствуй. - Здравствуй, Александра. ..... Почему наш мир так жесток? Почему мне и моему сыну не дали просто жить так как мы хотели? Почему он с пеленок встретился с предательством? Разве могла я подумать, что опасность придет со стороны тех, кому я доверяла безгранично? Я лежу в постели и кормлю Александра. Слышу как в соседней комнате звонит телефон отца. Через некоторое время папа входит довольно встревоженный. - Звонил Мастер, он вызывает меня. Срочно. - Что случилось? - Не знаю. Мне нужно идти. Постараюсь вернуться как можно скорее. - Неожиданный выбор места встречи. Ты ведь язычница. - Как и ты.- я невольно улыбаюсь. - А как же легенда, что вампир не может войти в храм? - Всего лишь легенда. - такая искренняя открытая улыбка в ответ. - Но я могу примерно объяснить истоки ее возникновения. Пройдемся? Я беру его под руку и мы неспешно бредем по одной из улочек. - Ты ведь знаешь сколько лет Феликсу? - Две тысячи. - Да, чуть больше. Так вот, он был гладиатором и он был одним из тех, кто участвовал в восстании Спартака. А чем оно закончилось, ты и сама знаешь. - Он умер на кресте...Феликс. - Почти умер. Он оказался очень силен для человека и я не мог позволить погибнуть такому прекрасному образцу. Понятно, что став вампиром, он не отличался любовью к кресту. Отсюда и легенды о том, что вампиры не выносят креста. - Ты не смог дать погибнуть и Алеку с Джейн, которых ты снял с костра. У тебя действительно много общего с Карлайлом. - Возможно. Я так и не успел тебя поблагодарить за твою услугу. - За зелье, это пустяки. Я рада, что Розали снова смогла стать человеком. Это ее выбор. - И Эммет тоже. Он решил прожить человеческую жизнь со своей возлюбленной. - А Карлайл с Эсми? - Они не хотели бы расставаться с Эдвардом и Беллой. Да и с Ренесми тоже. Все же Эдварда они любили всегда больше своих остальных детей. Могла ли я представить весь тот кошмар, что выпал на мою долю? Моего ребенка вырвали из моих рук и неизвестно что с ним стало. Кристиан и Мэй. Вот кто осмелился на это. Им удалось проникнуть в наш дом, наложить парализующее заклятие на меня и на маму. Я должна была быть осторожнее, но я и подумать не могла, что они решатся на такое. - Мэй, отдай ребенка. - шиплю я. - Отдай моего сына. - С чего это? И так было ошибкой позволить выносить тебе это вампирское отродье. - Это не вампирское отродье, он человек! - ору я. - Его отец убил мою дочь, Александра. И он за это поплатится. - ядовито произносит Кристиан. - Неужели ты думала, что сможешь расплатиться за ее смерть, подставив спину под розги на Совете? Это было бы слишком легко. Улица приводит нас к небольшому парку. Мы садимся на скамью, уже вечереет и никому не бросается в глаза бледность моего спутника. - Ты так и не простила меня за это. - он не спрашивает, просто констатирует факт. - За убийство? Кристиан и Мэй были виноваты, но их ослепила жажда справедливости. - Александра, твой отец был прав, обратившись ко мне. Разве ты не пошла бы на сделку с самим Дьяволом чтобы вернуть сына? - Но как я могла позволить убить всех глав Совета... - Это было необходимо. Мастер был в сговоре с ними и это он выманил твоего отца из дома, чтобы тот не смог помешать похищению твоего сына. - Что вы наделали, оба...- я произношу эти слова с болью и отвращением. - Черт с тобой, Аро, ты вампир, это твоя природа...но, папа, как ты мог на это пойти. - Я спасал своего внука и помогал в этом его отцу. - чеканит мой отец, глядя мне прямо в глаза. - А теперь что нам делать? Начнется война между вампирами и ведьмами! - Не начнется.- сухо замечает Аро. - Если ты возглавишь Совет. - Я едва не прокляла тогда вас обоих. Но через несколько дней мне пришлось занять место во главе Совета. - И ты прекрасно справляешься уже столько лет. Но с твоей стороны было жестоко не позволять мне видеть Александра. - А ты забыл, что сказал тогда? Что заберешь его в Вольтерру? - Я был разгневан, это неудивительно, учитывая, что ты наговорила нам обоим - мне и твоему отцу. - Ты не смог бы. Клятва не позволяет причинять вред мне и кому-либо из моей семьи.- чеканю я. И добавляю, уже смягчившись. - У тебя вырос прекрасный сын. - Жаль, что я его увидел только когда ему исполнилось двенадцать. - Мама? - ломкий голос подростка нарушает тишину зала, где я встретилась с Аро. - Что случилось? Этот упырь тебе угрожает? Я оборачиваюсь к сыну. Вот не люблю, когда он вот так является в зал заседаний. Хотя и прямого запрета не было. - Этот...упырь - твой отец, Александр. - Скрывать его происхождение - это было жестоко с твоей стороны. - Я надеялась сама не знаю на что. Наверное, хотела, чтобы хоть кто-то в моей семье прожил обычную жизнь. - Александра, он один из лучших охотников, кого ты обманываешь? И он займет твое место со временем. - Да, займет. - я невольно перевожу дыхание. - Со временем. - Александра. - холодная ладонь ложится поверх моей руки. - Почему ты не сказала мне про свой диагноз?