В подполье

      — Подожди немного снаружи, — сказал Дэрил. — Я провожу тебя домой.       Домой к Бет они пришли уже около десяти вечера. Бет ожидала, что Дэрил доведет ее до подъезда и растворится в темноте — но, к ее удивлению, он поднялся с ней вместе.       Ей не давали покоя его слова: «Останься со мной».       Пока она не дала ответа. Нужно было об этом подумать. До сих пор Бет даже не приходило в голову, что это занятие — жить в Восточном Берлине и помогать людям вроде Аны бежать на Запад — может стать для нее постоянным, чем-то вроде работы. Ей казалось, возможны лишь два пути: бежать — или жить с покорно опущенной головой, ни во что не вмешиваясь. Но Дэрил предложил третий путь. Новый путь, волнующий и опасный.       Когда они вошли, Мэгги и Гленн заканчивали ужинать. Увидев Дэрила, оба были удивлены — и, кажется, не слишком рады. Входя на кухню, Бет попыталась улыбнуться; Дэрил маячил позади нее, засунув руки глубоко в карманы пальто.       — А где Шон? — спросила Бет.       — Уже спит. Ему завтра дежурить в первую смену. — Несколько секунд Мэгги переводила подозрительный взгляд с Бет на Дэрила и обратно, и наконец спросила: — Обсуждаете, как помочь сами знаете кому?       Мэгги, конечно, имела в виду Ану. Бет ощутила, что краснеет. Она чувствовала себя неловко — как будто, пытаясь помочь посторонней девушке, предает своих родных. Но с другой стороны, бежать в поисках лучшей жизни, не думая о других, не пытаясь им помочь — вот что казалось ей настоящим предательством.       Заметив виноватый вид Бет, Мэгги прищурила глаза и кивнула.       — Так я и думала.       — Послушай, — начал Дэрил, шагнув вперед; лицо его, обращенное к Мэгги, было сурово. — Ты легко решилась уйти?       Настал черед Мэгги краснеть. Она дернула плечом.       — Ну… да. — И, вспомнив, что радиоприемник не включен, добавила шепотом: — Здесь же невозможно жить!       — Что ж, рад за тебя, — сверля ее взглядом, негромко ответил Дэрил. — Но, если ты считаешь, что решиться легко — значит, как следует об этом не думала. Доброй ночи, Бет.       И вышел, хлопнув дверью. Бет, совершенно измученная, смотрела ему вслед.       — Ужин на плите, — пробормотала Мэгги и повернулась, чтобы уйти.       — Подожди, — попросила Бет. Взглянула на Мэгги, затем на Гленна. Оба выглядели усталыми и измотанными — точь-в-точь как сама Бет — но, кажется, готовы были ее выслушать. — Я понимаю, почему вы с самого начала не включили меня в свои планы. Решили, что я — как Ана, верно? Слишком слаба, всех нас подведу?       Бросив на нее сердитый взгляд, Мэгги включила на полную громкость приемник. Из динамиков вещала обычная пропаганда: Штази, не покладая рук, борется с «фашистскими недобитками», швейные предприятия ГДР перевыполняют план и продают излишки продукции в Венгрию…       — Мы не собирались бросать тебя здесь, — ответил Гленн. — Но ты права, боялись, что ты не справишься. Это ведь опасно.       — Я знаю. Знаю, может быть, лучше вас обоих. И вы во мне ошиблись, — решительно ответила Бет. — Это я вытащу вас отсюда!       Мэгги и Гленн переглянулись.       — Дэрил… он, кажется, тебе доверяет, — заметил Гленн.       Бет пожала плечами.       — Возможно. У него много тайн, но кое-чем он со мной делится.       — Ох, Бет… — виновато проговорила Мэгги. — Кажется, я вела себя с тобой как настоящая стерва!       — Было немного, — устало улыбнулась Бет. — Но я все понимаю. Это не из-за меня. Ты просто очень хочешь отсюда выбраться. Извините, что поначалу я так нервно это восприняла — но вы слишком уж внезапно все это на меня вывалили.       Мэгги кивнула.       — В самом деле. Прости. Я просто почему-то была уверена, что ты думаешь так же и чувствуешь то же, что и я.       — И Дэрил ошибается, — добавил Гленн. — Мы думали об этом, много и серьезно. И мы готовы бежать.       — Все не так просто, — ответила Бет. — Вы же слышали, что он говорил в прошлый раз. Сначала вам придется работать на подполье и ждать своей очереди. А это значит стать изменниками. Государственными преступниками. Вы к этому готовы?       «А я? — мысленно спросила она. — Я сама готова к этому?»       — Да лучше попасть в тюрьму или получить пулю, чем жить так, как мы живем! — горячо воскликнула Мэгги.       Бет не могла сказать того же о себе. Она хотела жить и быть свободной — но еще знала, что больше не сможет жить с опущенной головой.       — Ты уже работаешь на подполье? — спросил Гленн. — В последние дни ты часто поздно возвращаешься домой.       — Иногда. А иногда у меня просто курсы машинописи.       — И что ты делаешь для Дэрила? — спросила Мэгги.       Бет улыбнулась.       — Сижу в холодном пустом доме и наблюдаю за так называемой конспиративной квартирой. Хотя это явно что-то другое. Пока я знаю очень мало. Никаких своих секретов Дэрил мне не доверяет.       — Но если ты присоединишься к подполью, — продолжил Гленн, — он наверняка начнет тебе доверять и поручать что-то посерьезнее? Я хочу сказать, у тебя ведь есть доступ в отделение Штази.       Бет прикусила губу.       — Да, наверное.       Так и быть, шпионить она готова, думала она. Главное, чтобы не пришлось никого убивать. Цианистый калий в шампанском — это ведь была просто шутка, верно?       Мэгги устало опустилась на табурет; на лице ее отражалось большое облегчение.       — Слава Богу, Бет, ты с нами! Я думала, ты против нас, и это было ужасно. Я так хочу, чтобы все мы остались вместе!       Бет переводила взгляд с Мэгги на Гленна, надеясь увидеть в их глазах колебание или страх. Или хотя бы понимание того, что сама она бежать не хочет. Но они видели лишь то, что хотели видеть. А она слишком устала, чтобы с ними объясняться — так что, слабо улыбнувшись им, пошла ложиться спать.

***

      Стоя посреди комнаты, Дэрил мрачно смотрел на Мерла, дрыхнущего в одежде прямо на полу. Возле головы его стояла пустая бутылка из-под виски. Порой Дэрил думал, что скучает по брату — все же родная кровь; но нет, по этому он не скучал! В его мечтах рядом с братом было легко, спокойно и надежно. В реальности — в его дом вторгся, принеся с собой вонь перегара и немытого тела, чужой и неприятный человек.       Дэрил пнул брата ногой.       — Просыпайся, пьянчуга чертов!       Мерл со стоном открыл глаза.       — Какого хрена? Сколько ща времени?       — Четыре часа дня. Что, с утра бухаешь? Ты хоть из дома выходил?       Дэрил только что вернулся со смены в авторемонтной мастерской; он устал, был весь в машинном масле и хотел принять душ.       — А как же, братишка! Вот, документы получил — все как следует! — И он извлек из кармана пачку бумаг.       — Да ну? — Дэрил взял у брата паспорт и другие документы и подозрительно их осмотрел. Подписи, печати — все выглядело настоящим. — Просто пришел, и тебе все выдали?       Мерл сел, отшвырнув пустую бутылку в угол.       — Ну да. Говорил же тебе, это проще пареной репы. Рассказал слезливую историю, как сидел на Западе без гроша и без работы. Их беспокоят те, кто бежит отсюда туда, а не наоборот.       Может быть, все так и было, сказал себе Дэрил. В конце концов, вот Мерл, а вот его документы. Денег или связей, чтобы выправить себе фальшивый паспорт, у него здесь точно нет.       — Ты мне так и не объяснил, как сюда пробрался, — сказал он. Всякий раз, как об этом заходила речь, Мерл напускал на себя таинственность — и Дэрил уже начал терять терпение.       Мерл довольно хмыкнул.       — Помнишь тех сестер-блондиночек, с которыми мы зависали? Старшая все меня отшивала. Ох, горячая штучка!       — Андреа? — переспросил Дэрил, не веря своим ушам. — Андреа и Эми?       — Ну да. Они не так давно перебрались через Стену и…       Дэрил бросился к радиоприемнику, стоящему на полу у стены, и включил его на полную громкость. Затем обернулся к Мерлу.       — Ты, блин, с ума спятил? — прорычал он. — Мы в Восточном Берлине, мать твою! Здесь нельзя вести такие разговоры!       «Особенно в квартире у человека, который и переправил сестер через Стену», — мысленно добавил он.       Мерл удивленно уставился на брата, а затем покатился со смеху.       — Что такое, у стен есть уши? — поинтересовался он, изобразив ладонями огромные уши.       — Да, и еще какие! Следи за языком, иначе за решеткой окажемся мы оба! А теперь, мать твою, шепотом объясни мне, при чем тут Андреа и Эми!       — Встретил их как-то на улице, — как ни в чем не бывало объяснил Мерл. — Они мне и рассказали про тоннель — и что какие-то подпольщики помогли им перебраться по этому тоннелю на ту сторону. Уговорил их показать мне вход в тоннель — и вот я здесь.       Дэрил изумленно смотрел на брата. Неужели Андреа и Эми вот так просто выдали ему тайну — тайну, о которой поклялись молчать вечно? Ведь в Западном Берлине полно шпионов, работающих на Штази — и им, разумеется, очень интересно, какими путями люди бегут на Запад. Девушки об этом знали — однако проболтались Мерлу. Какого черта?!       — Они рассказали тебе, что это за подпольщики? — спросил Дэрил.       — Да нет. Вообще ничего больше не сказали. Только то, что пришли через тоннель, и тем же тоннелем можно вернуться — хотя я, должно быть, полный псих, если хочу обратно.       Полный псих… да, пожалуй, это верно. Что ждет людей по эту сторону Стены? Постоянная опасность, поиск врагов, всевидящее око Штази. Очереди и дефицит. Серое, безрадостное существование. Зачем все это Мерлу? Дэрил не понимал брата — и был в ярости на Андреа и Эми. Как могли они проболтаться? Быть может, решили, что, раз Мерл брат Дэрила, ему можно доверять?       Но это не так. Бог свидетель, совсем не так.

***

      Никогда еще Бет не видела, чтобы человек краснел так, как фрау Граймс, встретившая ее наутро в кабинете. Бет уже преодолела потрясение и смотрела на женщину без ужаса и отвращения — теперь ей было просто ее жаль.       Фрау Граймс встала.       — Бет, пойдем выпьем кофе! Я хочу… хочу все объяснить.       Бет покосилась на дверь в кабинет коменданта — та была закрыта.       — Хорошо. Я тоже хотела извиниться за то, что вот так ворвалась вчера. Я думала, в кабинете никого нет.       Фрау Граймс натянуто улыбнулась и поспешила на кухню в конце коридора. Сняв пальто и перчатки, Бет пошла следом. Едва она вошла на крохотную кухоньку, фрау Граймс схватила ее за руку и потянула за собой в дальний угол, хотя, кроме них двоих, здесь никого не было.       — Все не так, как ты думаешь! — горячо прошептала она, впившись ногтями в руку Бет. — Я не обманываю Шейна… товарища Уолша.       Бет не знала, что и ответить. Она готова была спорить на что угодно, что товарищ Уолш не подозревает об отношениях фрау Граймс с комендантом.       — Бет, ты должна меня понять! Человеку на такой должности просто невозможно отказать! Если его чем-нибудь рассердишь…       Она торопливо достала сигареты, прикурила одну, другую протянула Бет. Вид у нее был жалкий, какой-то затравленный, и Бет поняла, что не ошиблась: Лори вовсе не нравится спать с комендантом. Интересно, а он об этом знает? Или ему все равно?       — Работа у нас с тобой очень выгодная, — продолжала Лори. — Но, если хочешь ее сохранить, приходится угождать начальству.       — Фрау Граймс…       — Мы ведь, кажется, решили покончить с формальностями? — криво улыбнулась Лори.       — Хорошо, Лори. Лори, когда я только пришла сюда, ты была ко мне так добра. Я за это очень благодарна. И вовсе не думаю, что ты плохой человек. Но, пожалуйста, скажи: ты ведь надеялась…       Она умолкла, не зная, в какие слова облечь свои подозрения. Лори поморщилась — и Бет поняла, что не ошиблась.       — Надеялась, что он оставит меня в покое и переключится на тебя? Да. Прости. Это ужасно — но, ты же видишь, я в ловушке! Если я скажу коменданту, что больше не хочу этого, то потеряю работу. А ты… мне показалось, он тебе нравится. Я подумала, что это никому не повредит.       Бет вздрогнула.       — Он мне нравился, это правда. Он очень… очень обаятельный. — Лори бросила на нее взгляд, полный внезапной надежды — и Бет поняла, что она еще не рассталась с мечтой избавиться от коменданта, спихнув его в чужие руки. — Но, когда я вас увидела, у него было такое лицо… Ты этого видеть не могла — но это было ужасно! Как будто он тебя ненавидел.       Лори, помрачнев, затянулась сигаретой.       — Поверь, его лицо в такие минуты я видела.       Лори говорит, что она в ловушке, думала Бет. Но никакая работа, никакие житейские блага не стоят того, чтобы терпеть такое! Так унижаться — за шелковые чулки и импортные сигареты?!       — Может быть, — предложила она, сама чувствуя, что это звучит наивно, — просто сказать ему, что ты любишь Уолша? Он же знает, что вы вместе.       Лори горько усмехнулась.       — Мне кажется, в этом он видит особый смак. Пожимать Шейну руку на разных мероприятиях, обсуждать с ним политику — и втайне наслаждаться тем, что имеет его любовницу.       Что же он за человек — этот комендант Блейк? — почти с ужасом думала Бет. — Как за теплой, искренней улыбкой, за проникновенным взглядом и задушевным голосом может скрываться такое двуличие, такая злоба? И какое счастье, что она узнала об этом сейчас, а не… как правильно сказал Дэрил — не тогда, когда было бы слишком поздно. Прежде, чем он опрокинул ее саму на этот стол и… нет, сама мысль об этом была невыносима! Что ж, теперь Бет станет осторожнее и не будет так легко доверять людям.       Но как же Дэрил? А ему можно доверять? Что, если он тоже что-то от нее скрывает?       — Это началось, когда ты еще была замужем? — спросила Бет.       — Нет, что ты! После развода. Я была не в себе и… и совершила большую ошибку. Сама шагнула в западню — и теперь не понимаю, как из нее выйти.       Некоторое время они курили молча.       — Он сегодня здесь? — спросила наконец Бет.       Лори покачала головой.       — Еще не приходил.       Этому Бет от души порадовалась. Оставалось лишь надеяться, что важные государственные дела как можно дольше задержат коменданта вдали от его кабинета.

***

      На полпути домой из тени вынырнул Дэрил и пошел рядом с Бет, приноравливаясь к ее шагу.       — Пора переправлять на Запад Ану.       Он остановился, положил руку ей на плечо. Они стояли вплотную друг к другу, и Бет ощутила исходящую от него силу. Лицо Дэрила было сурово и угрюмо, словно что-то его мучило — но Бет не хотела об этом спрашивать, подозревая, что не получит ответа.       — Ты с нами?       Бет ощутила дрожь: внутри все сжалось от волнения. Вот и настало время решать. Дольше уходить от ответа нельзя. «Ты с нами?» Что она ответит?