Совёнок

Химено редко общалась с друзьями из средней школы. Разумеется, не потому, что не хотела. Ее бывшие одноклассники, ее театральная труппа, она бережно хранила о них воспоминания. Канако иногда звонила. Но эти звонки были такими мимолетными, что казалось, их вовсе не было. В первом классе средней школы, когда девушке отчаянно нужно было избавиться от ранящих сознание воспоминаний, она с головой ушла в театр. Учила роли, придумывала вместе с остальной труппой декорации и костюмы, веселилась на репетициях, коверкая текст и непрестанно импровизируя, что вызывало смех даже у руководителя кружка их художественной самодеятельности. Она играла разные роли. От главных, до второстепенных, капризных императриц, веселых простушек, серьезных медицинских работниц, и в каждую роль вживалась. Наверное, это тоже наложило свой отпечаток на формирование характера. Она так запуталась в ролях, что потеряла в них себя. Страшно подумать, что бы случилось, не отпусти она прошлое раз и навсегда. Тогда она и не могла подумать, что увлечение театром пригодится ей в старшей школе. Когда Король Крови заявил о приближающемся культурном фестивале, весь класс забурлил. Особенно яро выступал Монома. Химено смотрела со стороны. Однако балаган в скором времени классный руководитель, устав слушать о том, почему их выступление должно быть лучше, чем у «А» класса, утихомирил и урок продолжился. На обсуждение было еще много времени. Культурный фестиваль. Отличная возможность немного развлечься, отвлечь себя от того, что произошло в этом году. Наверное, и руководство школы это понимало, раз, не смотря на повысившийся уровень опасности, не отменило его. Учитель Влад сказал, охрана просто будет во много раз усилена. Не так плохо. Учеников ведь эта самая охрана донимать не будет. А значит они смогут спокойно насладиться праздником. После уроков бурное обсуждение продолжилось. — Поставим душераздирающую драму! — Монома поставил ногу на низкий журнальный столик, как на приступку, за что немедленно получил от Кендо. — С элементами боевика и мистики. — Боевик моя тема! — Воодушевился Тетсутетсу. А девушкам понравилась идея драмы. Химено сидела в уголке. Ее занимало другое. Они выбрали драму, это значит играть на сцене, а знают ли они, что такое настоящая драматургия? Понимают, что театр не терпит дилетантов, играть нужно либо профессионально, либо никак? Учел Монома это в своей задумке? Даже если у него есть в разработке сценарий, он нуждается в доработке. Но говорить она об этом не стала. Ее мнения ведь не спрашивают. И только когда он начал излагать свои поистине невыполнимые задумки, она внезапно не вытерпела: — Монома-кун! — Совенок вскочила с дивана. — То, что ты предлагаешь, в наших условиях полный бред. Такие спектакли не готовятся за такое малое количество времени! Для этого нужен режиссер, гример, костюмер, в репликах актеров должен быть смысл! Человек, никогда не занимавшийся театром, в жизни не сможет поставить такое грандиозное действо, которое ты описываешь! — Хошизора, — Сказал вдруг Авасе. Химено замерла. Как стыдно, на нее теперь смотрел весь класс! И зачем она только влезла со своими советами! — Ты много знаешь о театре, да? — Ну… Я… — Столько внимания. Девушка опустила глаза, переминаясь с ноги на ногу. — В кружке… Занималась… — Ну вот режиссера и нашли! — Кендо похлопала Химено по плечу. Совенок вскинула голову. — Я?! — Итсука кивнула. Монома улыбнулся: — Прекрасно. У нас есть понимающий в театре, значит наша пьеса точно будет лучше, чем задумка «А» класса, что бы у них ни было! — Да угомонись ты! — У Шиозаки и Хошизоры это получилось как-то вместе. Девушки посмотрели друг на друга. Ибара нахмурилась и отвернулась. Они еще ни разу не разговаривали с того момента, как Бакугоу отправил Моному в медпункт. Шиозаки злилась на нее. За то, что до такого дошло. За то, что спровоцировала драку. И Химено не винила ее за эту злость. Временами ей так хотелось с ней помириться, но всякий раз что-то останавливало. Сначала это был страх. Шиозаки не послушает, пока не удостоверится в искренности сказанных слов. А потом вдруг стало не до ссоры с одноклассницей. Эта передряга осталась в прошлом, из которого Химено не хотела ее извлекать, хотя Кендо не раз говорила, что в классе разногласия ни к чему хорошему не приведут, и советовала как можно быстрее уладить все недомолвки с Ибарой. Но в этот раз все было по-другому. Они должны были делать что-то всем классом. А значит, ссорам здесь не место. В театре все должны быть собраны и личные предрассудки не должны мешать процессу. Иначе ничего не получится. Тем более, если ее выбрали режиссером данной постановки. — Шиозаки-сан, я хочу извиниться. Ибара посмотрела на девушку с укором. Да, она это правда заслужила. — То, что ты сделала, сродни предательству. Монома наш одноклассник. Если бы он пострадал сильнее, я бы ни за что не смогла тебя простить. Но для общего дела… Опустим наши разногласия на время фестиваля. Гнев это грех. Не хочу ему предаваться. Химено вздохнула с облегчением. Теперь она по крайней мере могла не волноваться за то, что Шиозаки не будет слушать ее потому-что совенок ей неприятна. На следующий день, в присутствии Короля Крови в классном кабинете класса «В» Монома предоставил свой проект сценария на суд общественности. — Ну и ну, — Присвистнул Авасе, когда все ознакомились с текстом. — Вот это ты накрутил, — покачал головой Тсубураба. — Много соплей, — хмыкнул Тетсутетсу. — Где весь экшн?! Шиозаки сложила руки на груди: — Я не собираюсь никого целовать. — По сути… — Химено приложила палец к подбородку. — Идея то не плохая… Вопрос как ее подать. Над сценарием еще нужно немного поработать, но это уже не наша компетенция. Просить помощи на стороне ведь не противозаконно? — «А» класс к моему сценарию не притронется! — Запротестовал Монома. Хошизора хихикнула: — Никто и не говорил об «А» классе, Монома-кун! Я имела ввиду одного из своих бывших товарищей по кружку. Арата-кун мастер на все руки. Мы с ним давно не связывались, но сомневаюсь, что он откажет мне в помощи. — У вас с ним такие доверительные отношения, что он не посмеет тебе отказать? — Усмехнулся Нейто. Девушка кивнула: — Во втором классе я имела неосторожность признаться Арате-куну в любви. И, разумеется, была отвергнута. С тех пор мы с ним близкие друзья. — Забавно, что Бакугоу не первый удостоившийся твоей милости, — Улыбнулась Кендо. Химено взяла в руки сценарий: — Я отнесу это ему и он сделает свои поправки в тексте. Все будет просто идеально. — А как с поцелуем быть? — Спросила снова Ибара. — Я не собираюсь отдавать свой первый поцелуй тому, с кем целоваться не хочу. — Вам вовсе не обязательно целоваться по-настоящему, — С готовностью ответила Хошизора. — Есть один театральный трюк. Эффект на публику тот же, но губами вы не касаетесь. Монома-кун, иди сюда. Монома подошел к Химено и встал напротив нее. Девушка положила ладони ему на щеки, закрывая губы большими пальцами, и вплотную приблизилась к его лицу. Минета Минору просто проходил мимо кабинета «В» класса. Он не собирался заглядывать внутрь. Но восторженные возгласы из класса заставили его обратить свое внимание на происходящее. Он заглянул в открытую дверь и на мгновение лишился дара речи. Невозможно было поверить своим глазам. Класс «А» уже давно привык к мысли, что Хошизора из «В» является девушкой Бакугоу. Однако, то, что он увидел, шло вразрез с этим убеждением. Она целовалась со своим одноклассником под дружное одобрение остальных. Это что, измена? Поверит ли Бакугоу в такое? Минета достал телефон, навел объектив, сделал фотографию и со всех ног побежал обратно в свой класс. Бакугоу точно должен это видеть. — Ого, это и правда выглядит как поцелуй! — Воскликнул Тетсутетсу, когда совенок наконец отпустила блондина и отошла. — Да, при этом между лицами остается примерно пара сантиметров, — кивнула девушка. — Существует много театральных трюков, помогающих актерам ошеломить зрителя. Я позже их все покажу. Прозвенел звонок. Ученики расселись на свои места. Король Крови Влад начал урок. После которого, как оказалось, Химено предстоял действительно серьезный разговор.