Шах и мат, Смерть

      Пылко лаская чужие губы, слегка постанывая, наслаждаясь каждой секундой, что длилась крайне долго, растягиваясь, как потока, Магнус забыл обо всем на свете. Даже неудобная поза не приносила былого дискомфорта, что сковывал тело несколькими минутами раннее. Алек целовался умело, подхватывая то одну губу, то другую, сладко посасывая и увлекая в более глубокие ласки, от которых Бейн в буквальном смысле забывал, где он находится, отдаваясь почти позабытым ощущениям.       Перед глазами все плыло, и в легких переставало хватать воздуха, лишь пальцы Алека, поглаживающие щеки, держали на плаву, не давая окончательно улететь в нирвану. Когда ладони Рида скользнули на шею, задевая кончиками пальцев ворот рубашки, Магнус вздрогнул, разрывая поцелуй с тихим причмокивающим звуком. Легкие горели от недостатка живительного кислорода. У мага припухли губы, выглядя настолько соблазнительно, что Алек, едва отдышавшись, вновь потянулся за поцелуем, чтобы ощутить вкусный сладковатый аромат, исходящий от Магнуса. В этот момент как нельзя не вовремя распахнулась никем не закрытая дверь, являя компроментирующую картину двух целующихся мужчин, преподавателя и студента, Магнуса Бейна и Алека Рида. И, к счастью, застукавшим парочку был всего лишь Максвелл Лайтвуд-Бейн, который прищурился, переводя взгляд с ошпарено отскочившего от Магнуса Алека на папу. Раскрасневшийся Рид, бросив перепуганный взгляд на преподавателя, посмотрел на Макса. Все, присутствующие в кабинете, застыли. Кажется, даже воздух начал потрескивать от напряжения, повисшего в аудитории.       Магнус сглотнул, нервно оправляя пиджак. Он отмер первый. О, ангелы, какую же глупость он сотворил, не побеспокоившись о безопасности своей репутации! Мало того, что целовался со студентом, так еще не додумался закрыть дверь, а Макс стал свидетелем их страстных поцелуев.       Медленно закрыв за собой дверь, Макс пару раз поаплодировал, сложив руки на груди. Он кидал недовольные взгляды то на папу, то на Алека. На Рида смотреть слишком долго Максвелл, по понятным причинам, не мог. Слишком сильно тот похож с отцом, что даже нервное покусывание губы напоминало о нем, как ножом по сердцу проходясь лезвием. Ох, как бы юноша хотел развидеть то, что увидел всего пару секунд назад, почти роняя челюсть на пол от шока. Папа совсем голову потерял, раз уж увлекся тем, кем не стоило.       - Черн… - Магнус одернул себя. – Макс, надо же, я недумал, что ты придешь так рано! – наигранно беззаботно воскликнул Бейн, возвращаясь к наведению порядка на столе, убирая нужные вещи в кейс.       На Алека Бейн старался не смотреть, догадываясь, что увидит глаза, наполненные надеждой, что они не в последний раз целуются, что подобное еще раз повторится, что Магнус не станет делать вид, будто ничего не произошло. Прикусив губу, Бейн очень сильно хотел бы посмотреть на Рида, но некое чувство неловкости не давало Магнусу справиться с собственными эмоциями, что затопили с головой. Магу понравилось целоваться с Алеком. Очень понравилось. И Магнус переживал, что, поддавшись волшебству ореховых глаз, даст согласие на все. Почему Рид имеет такую власть над ним? Обладает такой же силой, которой Александр Лайтвуд приворожил его когда-то.       - Ты знаешь, вообще-то пары закончились минут пятнадцать назад, пааа… Магнус, - Максу не привык папу называть по имени, хоть они много раз уже играли роль братьев, наверное, с тех пор, как юный маг стал совсем взрослым. – Я тут собирался тебя поторопить, но, как вижу, ты был занят крайне важными делами, - взгляд Лайтвуда-Бейна вперился в Алека, успевшего избавиться от румянца, молча стоя в сторонке.       - Кхм, - откашлялся Магнус, взгляд которого бегал по столу, поскольку мужчина не знал, что сказать.       - Вообще, вы чем думали, когда оставляли дверь открытой, а? – стал возмущаться Макс. – Хотели, чтобы вас застукали? Хорошо, что тем, кто вас обнаружил, был именно я, а не кто-либо другой. Совсем ума лишились!       - Прости, а ты…? – Рид перевел недоуменный взгляд на Максвелла, прекратив искать внимания Магнуса, надеясь, что тот, наконец, посмотрит на него.       - О, я…       - Он мой брат, - вклинился Магнус, кидая на сына предупреждающий взгляд, прекрасно зная его. Тот либо начнет язвить, либо насмехаться, тем самым скрывая свою тревогу за него. – Это мой брат, Алек, - повторил Бейн, отводя взгляд от ореховых глаз, чтобы махнуть в сторону застывшего сына. – Знакомься, Максвелл Майкл Лайтвуд-Бейн.       - А я… - начал было Алек, но был грубо прерван Максом, который махнул на него рукой, заставляя замолчать.       - Я в курсе, кто ты, Алек Рид, - раздражение в голосе мага можно было ложками черпать и до конца не вычерпать из чана недовольства.       Рид возмущенно хлопнул глазами, нахмурясь. Что за странное недовольство звучало от брата Магнуса? Словно Алек был виноват в чем-то, о чем он не подозревал. Что за глупости? Да, преподаватель и студент целовались в аудиторном классе, но к чему злость, тем более, со стороны того, кого Алек совсем не знал?       Макс вздохнул, видя, как нерешительно папа теребит пуговицу на пиджаке, поглядывая на сына.       - Ладно, я понял, - сдался парень. – Пять минут, Магнус, а потом мы идем домой, - и юный маг выскользнул за дверь, давая время папе разобраться с тем, что он сам натворил, позволив Алеку поцеловать его.       Магнус поднял взгляд на Алека, когда дверь за спиной Макса закрылась с щелчком, который разнесся в тишине опустевшего аудиторного зала подобно выстрелу. Выстрелу из мушкета, пробившего нервы Магнуса, превращенные и так в сплошные лохмотья. Кошмар. Скоро нужно будет пить успокоительное, чтобы перестать вздрагивать.       - Я… - начал Алек.       - Я… - вместе с ним заговорил Бейн.       Оба замолчали, чувствуя себя крайне неловко в сложившейся ситуации. Губы Магнуса все еще хранили вкус поцелуев. Припухшие, зацелованные, они стали выглядеть куда маняще для Алека, еле сдерживающего порывы наплевать на все и, подойдя к преподавателю, зацеловать его до потери сознания. Но Магнусу следовало предоставить слово, чтобы выслушать окончательный вердикт того, во что выльются или не выльются их отношения.       - Ладно, хорошо, я понял, - Бейн перестал до судорог сжимать ручку кейса. – Говори первым, Алек.       Рид глубоко набрал в легкие воздуха, как перед прыжком, который он вот-вот готов совершить, погружаясь в неизведанные воды, лишь надеясь, что в конце своего пути он сможет достигнуть поставленной цели - добиться внимания преподавателя.       - Вы, вероятно, скажите, что все произошедшее было ошибкой? – его вопрос прозвучал глухо, как-то натянуто, словно Алек боялся узнать ответ.       Нет… Нет, конечно! Магнус не считал случившееся ошибкой! Более того, частью своего побитого болью сердца он мечтал о том, что произошло. Ну, не сознаваться ведь парню, что он грезил о нем последние несколько ночей? Чувствовал ли Магнус, что предает своего супруга, покинувшего этот мир? Нет, не чувствовал, потому что знал, что Александр хотел, чтобы Магнус жил дальше, чтобы вновь улыбался, искренне смеялся. Да, Бейн прекрасно отдавал отчет своим действиям и поступкам. Мозг все понимал, но сердце пока еще не готово было очень близко подпускать к себе Алека.       - Ошибкой? – возмущенно отозвался маг. – Разумеется, я не считаю это ошибкой! – казалось, маг готов обидеться на такое заявление.       Алек шокировано замер. Изумление читалось в вытянувшемуся лице, по бровям, что приподнялись, формируя забавные морщинки на лбу. Интересно, удивлялся ли Рид когда-либо сильней, чем в тот момент, когда Магнус сознался, что поцелуй ему показался весьма приятен?       Магнус едва сдержал себя, чтобы не рассмеяться над растерянным лицом Рида, выражающего полнейшее недоумение. Парень наверняка думал, что Бейн начнет отнекиваться от любых мыслей, касаемых неожиданного поцелуя. Вцепившись в лямку сумки, Алек несколько раз моргнул, видимо, чтобы убедиться в реальности происходящего. Магнус его не винил, ведь сам пока что не мог объяснить, что чувствует по поводу случившегося. Серьезно, маг не жалел о сладких минутах удовольствия, что медом растекалось по внутренним органам, принося удовольствие. Маг не жалел, что ответил на жадный, почти голодный и такой желанный поцелуй. Однако внутри все еще сохранялись сомнения в правильности содеянного. Магнуса тянуло к Алеку, но между ними по-прежнему оставалось многое необговоренным.       - Серьезно? - неверяще пробормотал Алек, расплываясь в безумно счастливой улыбке. - Вы правда не жалеете о том, что произошло?       - Нет, - Магнус качнул головой. - Все-таки я не красна-девица, Алек, и могу постоять за себя, - про силу магии Бейн решил пока что умолчать, ведь оставалось неизвестным, как к подобному заявлению отнесется Рид. - Но, знаешь, подобное совершать в незакрытом классе было весьма опрометчиво. А вдруг, не Макс бы нас застал врасплох, а какой-нибудь мистер Бёрг? Проблем бы не обобрались, - рассуждал Магнус.       Окрыленный Алек, совершив несколько больших шагов, обойдя стол, со всей пылкостью, что была в нем, обнял Магнуса, прижав к себе. Тот забавно ткнулся носом в шею парня, глубоко вдыхая приятный для чувствительных рецепторов парфюм. Сердце Алека стучало очень громко - маг это услышал.       На глазах Магнуса помимо его воли навернулись слезы. Душа где-то глубоко внутри неприятно заныла. На секунду ему показалось, что именно этих рук, сомкнувшихся на талии, он ждал десять лет; что именно об этом красивом парне он мечтал так долго; что именно этот человек должен был пробиться сквозь те страдания, что Магнус пережил.       Неуверенно обняв Рида, Магнус прикрыл глаза, ощущая, как мелко дрожит. Алек не торопился отпускать, а Магнус и не вырывался, позволяя юноше дольше наслаждаться внезапной близостью. Рид касался бережно, скользя ладонями по лопаткам, комкая пальцами пиджак. Складывалось ощущение, что Алек боится отпускать Магнуса, переживает, что стоит ему отодвинуться, как волшебство момента испарится. А Бейн обнимая Алека за шею, сдерживался, чтобы не всхлипнуть. К чему-то в голове всплыли слова Лайтвуда: «… Мы с тобой еще встретимся… Я всегда буду рядом…». Заморгав, Магнус закрыл глаза, судорожно сглотнув. Александр… О, его милый, храбрый нефилим, если бы он только знал, как Бейн скучал по нему, как каждый день, похожий на ад, проживал, борясь с теми горько-сладкими воспоминаниями, что бередили грудную клетку изнутри.       - Вы пойдете со мной на свидание? – прошептал сипло Алек на ухо Магнуса. – На настоящее свидание, мистер Бейн?       Изо рта Магнуса вырвался булькающий смех, и маг, отстранившись, с нежностью коснулся пальцами щеки парня, не веря тому, что может вот так без зазрения совести оглаживать лицо Алека, видя, как у того горят глаза. В коричнево-зеленоватой радужке словно зажегся внутренний свет, направленный лишь на Магнуса и только на него. Склонив голову, Рид прижался к пальцам Магнуса. Длинные черные ресницы затрепетали, и губы Алека приоткрылись, всем видом показывая, какое удовольствие парень испытывает от того, что Магнус касается его, что позволяет обнимать.       - Пойду, - мурчаще, показывая, насколько он только рад, ответил маг. – Только… Позволишь мне быть тем, кто я есть на самом деле?       - О чем вы? – сошлись на переносице густые брови парня.       - Узнаешь, -загадочно отозвался мужчина.       Алек прижался к щеке Магнуса губами, оставляя на ней поцелуй, после чего отстранился и, сказав, что напишет или позвонит, торопливо вышел из кабинета, оставляя Бейна одного по-шальному улыбаться, прижимая пальцы к тому месту, где запечатлел поцелуй Алек Рид. В кабинет вошел недовольный Макс, кидая на папу убийственные взгляды.       - Ты совсем сошел с ума, пап? – возмущенно прошипел юноша. – Ты хоть понимаешь, что творишь?!       - Ох, Черничка, прекрати, - закатил глаза маг. – Ничего ведь особенного не произошло.       - О, да, ты всего лишь пылесосился со своим студентом, очень сильно похожим на отца, в собственном лекционном зале, когда за дверью ходят сотни студентов и преподавателей, и любой из них мог заглянуть сюда и обнаружить картину, достойную сплетен в стенах университета, - выдал долгую тираду юный колдун, цокнув.       - Фи, что за выражения, сын? - поморщился мужчина. - Но нашел-то нас именно ты, пирожочек, - смутился маг, подхватывая кейс, брошенный уже который раз на стол, чтобы подойти к сыну и потрепать его волосы, слушая возмущенное пыхтение. – Не злись, Максвелл, все обошлось, и впредь подобное не повторится, - Магнус направился к дверям аудитории.       - Он тебе нравится? – услышал за спиной Бейн, замерев. – Он тебе так нравится, пап?       Понурив голову, Магнус очень серьезно задумался над вопросом Макса. Нравится ли ему Алек? Да, нравится. Очень сильно нравится. Бейн пока что не готов был пустить его дальше тех установленных преград, что все еще коконом окружали сердце, но первые шаги по этому направлению уже были сделаны.       - Нравится, Черничка, - прошептал Магнус, взглянув на сына. – Очень нравится.       Макс сжал губы, задержав на пару секунд дыхание, раздумывая, стоит ли папе знать об Алеке некоторую не слишком приятную информацию.       - Хорошо, - выдохнул Максвелл, запуская пальцы в волосы, приводя их в беспорядок. – Тогда при следующей встрече спроси его, кто такой Армель и посмотри на реакцию.       Магнус непонятливо нахмурился, всматриваясь в обеспокоенное лицо сына, который что-либо говорить еще больше не собирался, упрямо молча. Медленно кивнув, Бейн взялся за дверную ручку, выходя из класса, ожидая, когда сын последует за ним. Что-то неприятное зашевелилось в груди Бейна, не предвещая ничего хорошего. И маг хотел бы верить, что напрасно волнуется.