Часть шестая.
21 декабря 2017 г., 19:12
Зеваю, автоматически прикрывая рот ладонью. Солнце уже давно встало, но на улицах только несколько человек сонными мухами разбредаются по своим делам. Идут почти не разбирая дороги, такие же сомнамбулы, как и я.
А я уже и забыла каково это не спать полные восемь часов. Засиделась за рукоделием и не заметила, как время перевалило за полночь, а организм видимо решил, что сон это излишняя роскошь, и поднял с первыми птицами. Вот вроде и спать хотелось дико, а не получалось, сколько не ворочайся под тонкой простыней.
Меня иногда поражало, какое разнообразие знаний хранит в себе мозг этой женщины. Хана-сан обучала меня практически всему, начиная кулинарией и приготовлением слабых ядов растительного происхождения, заканчивая этикетом, историей, и даже сложнейшему и одновременно до смешного простому умению наделять различные вещи своей чакрой, вливая вместе с ней свои эмоции и намерения. Даже один и тот же чай, приготовленный с добавлением маленьких доз чакры, определённым образом влитой в напиток, может как приободрить выпившего, ускорить регенерацию, дать ему новые силы, так и погрузить в кошмары, облегчить наложение гензюцу или вызвать простое расстройство желудка. Несколько лишних движений, определённая частота помешиваний, прикосновения к чаше в нужных местах и мысли самого человека, приложившего руку к его подаче. В тот момент, когда Хана-сан рассказывала мне тонкости приготовления такого напитка, перед глазами стояла беседка возле озера, где Микото-сан с доброй улыбкой заваривала чай и угощала вкуснейшими данго. По прошествию времени я всё больше уверялась, что в тот день не обошлось без этих маленьких женских хитростей.
Вчера же Хана-сан впервые показывала мне как переносить свои намерения в рукоделие. Орнаменты, схемы, последовательности плетения, нанесения красок, вышивки — каждая маленькая деталь способна усилить, казалось бы, незначительное свойство или поменять его на кардинально противоположное, приводя всё творение в негодность. Всё как с печатями: аккуратность, последовательность, соблюдение строжайших правил при свободной импровизации. Звучит слишком нелогично, но с каждым её пояснением, с каждой лекцией дедушки, каждым прочитанным свитком для меня не было чего-то более логичного и понятного, чем древние знания, оседающие на подкорках сознания.
В тот вечер я с дичайшей осторожностью стежок за стежком выводила на плотной ткани чёрные иероглифы, стараясь вложить в нитки нужный мне смысл. Я хотела подарить человеку то, что у него так варварски отняли: поддержку.
Учиха Саске. Слишком гордый и независимый, но в то же время до боли одинокий, день ото дня прячущийся от внешнего мира за скорлупой крутого парня. Мне не было дела до внешнего лоска, я не гналась за звездой, не мечтала о первом мальчике в классе. То, что я испытывала к нему было больше похоже на уважение. Уважение смешанное с сочувствием. Я не была уверена, что окажись я в его ситуации, переживи всё, что довелось вытерпеть ему, смогла бы жить дальше, вот так своеобразно, но жить, а не пускать слюни в подушку, будучи пожизненно заключенной в белых стенах. Что же касается сочувствия, то тут я просто его понимала. Я помнила, как поначалу было сложно мне, девятнадцатилетней девушке в один день проснувшейся не просто в чужом теле, но ещё и в чужом мире, где рядом нет никого родного и близкого. Я заново привыкала, заново адаптировалась, заново училась жить в новом мире. Для него мир тоже кардинально изменился, показав, вместо мягкого пузика, огромную волосатую задницу. В один день ни родных, ни близких, только огромная душевная рана, которая всё время кровоточит.
Не знаю почему, может из-за отдалённой схожести ситуаций, может в память о доброй улыбке Микото-сан, прочно засевшей в моём сердце, может из-за слишком усталых глаз Итачи, или понимания реальных причин случившегося, мне просто хотелось ему помочь. Поддержать. Растормошить. Показать, что ещё не всё кончено. А если он так и продолжит упиваться своим отчаянием, хорошенько пнуть, чтобы вся скорлупа потрескалась.
Наверное, именно поэтому, вместо того чтобы потратить неожиданно освободившиеся утренние часы на что-то полезное я в шесть утра ищу в деревне открытую кондитерскую или булочную, чтобы добавить к небольшому тёмно-синему талисману ещё и немного сладкого.
Я действительно гордилась своей первой самостоятельной работой: хоть сам амулет и вышел немного кривоватый, набор вложенных свойств получился превосходный и отлично работал. И снижение усталости, и ускорение восстановления чакры и несколько маленьких плюшек просто для поднятия настроения, и всё это уместилось в четырёх иероглифах, вышитых на ткани.
Когда наконец мне на глаза попалась кондитерская, с активно зевающим продавцом за прилавком, мне уже было всё равно, что брать. Просто ткнула пальцем в несколько вагаси с зелёным чаем и попросила упаковать. Расплатилась, повздыхала, и дальше потопала по подсмотренному в личном деле адресу, надо же доставить подарок. А после, оставив на коврике перед дверью его квартиры коробочку сладостей с обёрнутым в простую бумагу амулетом, блаженно потягиваясь, направилась домой. Добрые дела добрыми делами, но утренние тренировки мне никто не отменял.
***
Саске задумчиво сверлил взглядом небольшой талисман у себя на парте. Ночью снова мучили кошмары, а с утра и так скверное расположение духа со временем только ухудшилось. Всё валилось из рук, завтрак в который раз подгорел на сковородке, да и продуктов на вторую попытку не осталось. Пришлось плюнуть на всё и попробовать съесть получившуюся черно-коричневую бурду. Он потом ещё долго отплёвывался и залпом выпил стакан воды, стараясь перебить отвратительный вкус. За всеми этими копошениями, он чуть не опоздал в академию, по выходу из квартиры едва не наступив на небольшую коробочку. В коробочке к его удивлению оказались вагаси. Не приторно сладкие, какие раньше брал его старший брат, а вполне приемлемые, с зеленым чаем, съеденные по дороге до академии и заменившие собой подгоревший завтрак. И лишь зайдя в здание он наконец вспомнил о небольшом свёртке, в спешке сунутом в карман. Под обёрточной бумагой оказался небольшой талисман, выполненный из плотной синей ткани. — О, Саске-кун, а откуда у тебя эта штука? — Ино ловко подхватила брелок за белый шнур. — Подарили, — отозвался мальчик. За размышлениями, он и не заметил, как вокруг собралась привычная толпа девочек. — Выкинь, Саске-кун. Давай я тебе лучше сама что-нибудь подарю. Вот, держи, я сделала тебе бенто, Саске-кун, — тут же попыталась привлечь его внимание Сакура. Как же они все раздражали, вечно крутились вокруг, но все попытки от них отделаться имели кардинально противоположный эффект, добавляя ему очков к неприступности и отчуждённости. Проще было перетерпеть, скоро всё равно начнутся занятия и им просто придётся замолчать. — Большелобая, ты хоть знаешь, сколько такая вещь стоит?! — возмутилась блондинка, всё ещё рассматривая кусочек ткани. — Неделю в ресторанах питаться можно. У меня мама недавно отцу такую штуку дарила. Она усталость уменьшает или что-то в таком роде, я не до конца поняла. Так от кого такой ценный подарок, Саске-кун? — Неважно, — как раз прозвенел звонок, избавивший его от новых расспросов. Ино вернула на его парту талисман и удалилась на своё место. Кто бы ни был этот щедрый человек, его определённо стоило поблагодарить, когда подвернётся такая возможность. Саске нужно много тренироваться, чтобы у него наконец появился шанс отомстить, и если всё действительно так, как говорила Ино, то эта вещь ему очень пригодится.***
Тренировка изрядно затянулась, так что в академию я попала уже после звонка. Аккуратно приоткрыла дверь кабинета и прошмыгнула внутрь, когда Ирука-сенсей отвернулся к доске. Место возле Шикамару на счастье пустовало, так что примостив свою пятую точку на лавочку, я наконец вздохнула с облегчением. — Ты сегодня поздно, Миоко-чан, — приоткрыл глаза мальчик, когда повернулась в его сторону. — Ага, — зевок сам собой заполнил рот. — У меня с утра кое-какие дела были. — Хах, а не твои ли дела сегодня так всполошили женскую половину нашего класса? — Ты о чём? — мысли в голове ползали медленно и как-то лениво, словно множество мармеладных червячков, прилипая к чему только можно, тем самым тормозя движение. Вздохнула, и сложив ладони на парте, уложила сверху голову, глядя на ананасного мальчика из-под полу прикрытых век. — Саске кто-то сделал подарок, и девочки сегодня чуть не подрались из-за этого, — Шикамару лишь ехидно улыбался, наблюдая за моей реакцией, чтобы в случае чего уличить как главного злодея. — Причём подарок дорогой, продающийся только в одном магазине. — Я не покупала, я сама сделала, — вяло буркнула, лишь бы отстал. — Так и знал, что это ты, — улыбнулся мальчик, в то время как я резко распахнула глаза. Вот же гад подловил всё-таки. — И в честь чего такая щедрость? — У него день рождения, а ходит будто лимонов наелся, бесит, — даже не знаю, что вызывало во мне большее раздражение, то что знала о празднике я одна, или то что не смотря на приложенные усилия парень всё равно сидел мрачнее тучи, когда я украдкой бросила на него взгляд, повернув голову в другую сторону. — А ты откуда знаешь? — удивление Шикамару было слишком ярким, чтобы не вызвать улыбку, но ответить я так и не успела. Наш небольшой разговор заметил Ирука-сенсей, и если на меня он не обратил внимание, то на непривычно громкого паренька посыпались все шишки. — Нара, хватит трепаться на уроке! — навис над нашей партой мужчина, стараясь выглядеть как можно строже. Нахмуренные брови, сжатые в тонкую полоску губы, ну хоть листочек, с которого до этого читал, за спину спрятал. — Простите, сенсей, — пробормотал мальчик, обижено поглядывая в мою сторону. А я что, а я язык показала, когда Ирука не смотрел в мою сторону, укладываясь спать на парте. — Я больше не буду. — Я очень на это надеюсь, Шикамару. Иначе в следующий раз останешься после уроков, — сказав это, чунин направился обратно к кафедре, по дороге ещё раз обернувшись к мальчику и показав ему кулак. Наверное, задумывалось, что это будет выглядеть устрашающе, но у меня же такое поведение мужчины вызвало лишь короткий смешок, который я спрятала в ладони. — Шикамару, будь другом, разбуди перед тайдзюцу, — буркнула я, пытаясь найти наиболее удобную позу. — Кто бы меня разбудил… — донеслось в ответ, на грани Морфея. Дни тянулись как-то однообразно. Я наконец закончила всю схему будущих нательных печатей, и уже даже обзавелась несколькими из цепочки. Я даже нанесла на тело печать для контроля своей «невидимости», прототип которой успешно прошел испытания в виде браслета. Да и дедушка несколько раз всё перепроверил, прежде чем разрешить эксперименты на людях. Правда пользовалась я ей не часто, направляя в рисунок немного чакры во время зачётов. Однако с тем фактом, что даже после использования печати обо мне всё равно забывали, я ничего не могла поделать. Я даже несколько раз заново представлялась сенсеям, пока меня перестали шугаться и подолгу искать в списке. Создавалось впечатление, что как только они теряли меня из вида, то все мысли и воспоминания, связанные со мной просто выветривались у них из головы, не откладываясь в памяти. Это было бы просто идеальным бонусом, если бы я выбрала нишу шпионажа, но сейчас мне то что делать?! Впрочем, не только это занимало моё сознание. Меня дичайше бесил Учиха. Вот прямо ДИЧАЙШЕ. Если раньше я как-то не обращала на него особого внимания, ну есть и есть, как тот же самый фикус в углу нашего класса, то после того, как я сделала ему подарок на день рождение взгляд будто сам собой везде на него натыкался. Мне было слишком много его угрюмого недовольного лица. Даже Шикамару заметил, что ко мне лучше не подходить, буркнув что-то о том, что от женщин одни проблемы. На самом деле всё было гораздо проще. Хоть мозгами я и понимала, что он никоим образом не мог сказать мне спасибо за тот злополучный подарок, хотя бы потому, что я не подписывалась, но всё внутри всё равно кипело от негодования из-за того, что моя попытка сделать приятное так и осталась безответной. Наверное именно это и подтолкнуло меня постараться хоть как-то напакостить своему обидчику, да и стереть это высокомерное выражение лица хотелось до чёртиков. Вот вроде сознание взрослое, а в детской попе всё равно торчит шило под названием «Узумаки». Так что мести быть. Естественно пакостить своими руками мне не хотелось. Да и что я могла сделать такого, чтобы и зацепило и не слишком сильно навредить. Не ловушку же с боевыми кунаями мне напротив его входной двери устанавливать? Нет, задумка хорошая и лицо сразу станет попроще, вот только боюсь после такой «чёрной» шутки станет Саске в дырочку, почти как ситечко. Поэтому мстить решила чужими руками. Для начала я сделала самую подлую вещь на свете, которую мой слегка поехавший мозг выдал на досуге. Я сдала его домашний адрес фанаткам. Ничего особенного придумывать не пришлось, просто подложила короткую записку в вещи Ино, а дальше за меня всё сделало женское любопытство и фанатичная детская влюблённость. Признаться, наблюдать за сонным мальчиком, неверяще осматривающим влюблённую толпу перед своим домом, было действительно забавно. Первые раз пять… Потом он привык, и просто стал выходить через окно, вернув на место ту надменную маску, что бесила меня большего всего. Вторая попытка достать Саске была реализована через тех же самых девочек. Один небольшой намёк нужному человеку, который спустя пару минут и не помнил, что видел меня и бедного мальчика начали задаривать сладким. Приторным сладким, которое он терпеть не мог. Но по тому же самому слуху отказывался, потому что скромность не позволяла. Теперь толпа почитательниц вздыхала ещё и на тему того, что последний из клана слишком скромный и стеснительный, что повлекло за собой ещё большие доставания, огромное количество признаний в любви и просто выноса мозга возле его парты. Но и эта попытка не возымела особого успеха. Шикамару, когда узнал, что весь этот идиотизм начался из-за меня только пальцем у виска покрутил, тяжело вздохнув. А потом добавил, что я просто не с той стороны взялась за проблему. Я до сих пор поражаюсь, как в мою голову пришла идея спихнуть доведения Саске до белого каления на ещё одного раздражающего субъекта по фамилии Узумаки. Наруто был проблемой всей деревни, и за тем чтобы чуть-чуть подкорректировать ход его мыслей, направив в нужное мне русло, дело не стало. Я просто пару раз обронила фразу о том, что Учиха его даже как соперника не рассматривает и всё, мальчика прорвало. Если до этого Саске вполне возможно даже не знал о существовании такого человека как Узумаки Наруто, то теперь ему просто не было от него проходу, заставляя скрипеть зубами от злости. А я ликовала: месть удалась, душенька успокоилась, да и два одиночества встретились, внося разнообразие в жизни друг друга. Теперь можно и планы по захвату мира вынашивать.
