Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться

      Сначала я была в шоке. Я просто сидела на своём месте, невидяще вперив взгляд в доску впереди, тем самым упустив момент, когда Ирука-сенсей покинул класс. Шикамару ткнул меня локтем под рёбра, заставляя вынырнуть из своих мыслей и кивнул в сторону двери. Несколько секунд ещё ушло на осознание ситуации, а затем я сорвалась с места, перемахнула через спинку лавочки и рванула за учителем.       Мужчину я догнала практически у самой учительской. Схватила за рукав, так и не добавив предварительно чакры в печать. Мужчина ощутимо вздрогнул и резко повернул голову в мою сторону, чуть ли не подпрыгивая на месте.       — Миоко-чан? — он недоумевающе вскинул брови. — Что ты тут делаешь? Ты бы могла пока пообщаться со своей командой и вместе с ними подождать наставника. Думаю вам определённо есть что обсудить.       — Эм, Ирука-сенсей, тут такое дело… — начала было я, пытаясь подобрать слова.       — Неужели ты недовольна составом своей команды, Миоко-чан? — во взгляде мужчины появился явный упрёк. И представить сложно, сколько таких недовольных каждый год высказывает ему свои замечания. Всем же хочется быть в одной команде с друзьями, а не с тем самым козлом, который язык показывал и бумажными шариками пулялся. И никто обычно не обращает внимания на то, что именно с этим козлом команда становится наиболее сбалансированной, техники дополняют друг друга, и в общем команда практически лишается слабых сторон. Вот только это был не мой случай.       — Нет, Ирука-сенсей. Вы не назвали моего имени, — сокрушенно качаю головой.       — Ты должно быть просто невнимательно слушала, Миоко-чан, — он, казалось, даже выдохнул, когда понял, что я не собираюсь приставать с глупостями типа «а почему я не в команде с Саске-куном». Уверена, хоть несколько девочек уже пытались к нему подойти с подобными просьбами.       — Моего имени действительно не звучало.       — Хорошо, давай посмотрим, — Ирука-сенсей прямо в коридоре открыл папку, с которой зачитывал нам состав команд и постарался бегло пробежаться глазами по списку. Затем нахмурился, что-то пробормотал и снова начал просматривать список, только в этот раз медленнее, для верности водя пальцем по строчкам. — Странно, Миоко-чан, твоего имени действительно нет в списке. Может я просто забыл его записать?       Я в ответ лишь молча пожала плечами. Мужчина задумчиво почесал затылок, смотря в одну, только ему ведомую точку перед собой расфокусированным взглядом, а затем, махнув рукой, мол следуй за мной, направился в учительскую. Я также молча пошагала следом, обдумывая ситуацию.       Не бывает так, чтобы ниндзя остался без команды. Вернее бывает, но не прямо после выпуска из академии, а в ходе каких-то миссий или после расформирования команды или когда кто-то дослужился до слишком высокого ранга или… Да какая разница. Факт заключался в том, что-либо включить меня в состав какой-нибудь команды, либо распределить в какое-нибудь место, занимающееся общественно-полезными делами, под руководство более опытного наставника высшее руководство было просто обязано. Ведь не могли же экзаменаторы расмотреть во мне какие-то сверхзнания и способности во время проигранных спарингов, медленного выполнения техники или прохождения полосы препятствий и сразу после академии присвоить более высокий ранг чунина. Ведь бред же!       Тем временем Ирука-сенсей завёл меня вслед за собой в учительскую и остановился у своего письменного стола, сел, достал из ящика стола стопку бумаг, с официальными печатями и фотографиями, приколотыми канцелярскими скрепками. Я сама лично помнила, что делала такую несколько дней назад, а после относила в канцелярию в резиденции Хокаге, вместе с заполненными анкетой и рекомендациями от учителей академии. Остальные бумажки, типа успеваемости, психологического портрета и прочих данных, должны были передать уже сами преподователи академии.       Мужчина с задумчивым видом просматривал одну анкету за другой, шёпотом произносил фамилии и раз в несколько листков слюнявил пальцы, чтобы было удобнее ухватить тонкую бумагу. На фамилии Узумаки он задержался чуть дольше, но заметив на фотографии лишь разрисованное лицо, скорчившееся в непонятной гримасе, лишь неопределённо покачал головой и продолжил поиски дальше. Впрочем, успехом они так и не увенчались. Листка с моей анкетой не было ни в этой папке ни в какой-либо другой, просмотренной мужчиной.        — Да быть того не может, Миоко-чан, — проборотал заметно растерянный сенсей. — Твоего имени действительно нет в списках.       Я лишь устало вздохнула. Дело начинало уже не просто попахивать, а заметно так пованивать. Если бы Ирука-сенсей просто забыл вписать моё имя в свой личный список, это одно, а вот если про меня забыли все, становилось гораздо хуже. Команды распределены, сенсеи назначены, и вряд ли там есть какая-то недо-команда состоящая из двух человек, в которой меня будут ждать с распростёртыми объятьями. Уже начался обед, а по его окончанию наставники придут за своими командами и бегай их потом ищи по всей деревне. Как же это проблематично, как любит говорить Шикамару.       — И что теперь делать, Ирука-сенсей? — спросила я самую очевидную вещь у слегка подвисшего сенсея.       — К Хокаге пойдём, наверное, — замялся мужчина, растерянно почёсывая затылок. — Признаться, это впервые на моей памяти, когда кого-то забыли распределить в команду.       Умино действительно не врал. Мой случай оказался уникальным и инструкций, что делать в таких ситуаций, не было. Хокаге, в кабинет к которому мы попали только спустя час вышагивания по пыльным улицам деревни и очереди из посетителей, перед столом секретаря, ясность в ситуацию тоже внёс не сразу. Дедулька задумчиво подымил своей трубкой, вполне возможно надеясь, что проблема разрешится сама собой и без его участия. Впрочем, утренней дымкой мы рассеиваться не собирались, да и на столе сама собой бумажка с моим назначением не появилась, так что после довольно затянувшегося молчания, Хокаге всё-таки пришлось заговорить.       — Так ты говоришь, что этой девочки нет в списке на распределение? — переспросил дедулька, важно поигрывая бровями. — А ты хорошо смотрел?       — Да, Хокаге-сама. Всё проверил, — как китайский болванчик раскланялся сенсей.       — Хм, — Хирузен недолго побарабанил пальцами по столу, а после извлёк на свет папочку и погрузился в чтение.       На стене мирно тикали часы, отсчитывая секунды. Я рассматривала убранство кабинета, а потом просто плюнула на всё и уставилась в окошко: всё равно от меня ничего не зависело, а так хоть облака порасматриваю, да о жизни подумаю. Попасть в самую обычную команду не хотелось: я не для того время от сна отрывала и до кровавых мазолей выводила кисточкой фуин, чтобы идти воевать с огородами и мусором на улицах. Да и обучение я своё ещё не закончила, так что первый случайный вражеский шиноби, увиденный за пределами деревни мог стать и последним. А умирать в столь юном возрате не хотелось. А вот попасть в барьерный отряд хотелось до жути, или в какую-нибудь структуру, связанную с изучением древнего мастерства или усовершенствования деревни. С печатями такого можно наворотить, что аж жутко становится.       — Команд, в которых не хватает людей в этом году нет, — рассуждал в слух старик, снова засунув в рот свою трубку. — Значит только четвёртой куда-нибудь или подождать до следующего выпуска? Может и раньше где-то место появится… К отстающим второгодкам отправлять тоже нельзя, а без команды даже д-ранговые миссии дать не могу, — я уж было хотела заикнуться, что с удовольствием годик на самообучение потрачу. Если поднапрягусь может и клановый стиль за это время освоить сумею. Но выразить свои соображения в слух мне ожидаемо никто не дал. — Ирука-кун, а как у неё с успеваемостью?       — Результаты средние, Хокаге-сама, — тут же отчитался Ирука-сенсей. — Где-то лучше, где-то хуже, каких-то особо выраженных талантов в одной из областей нет.       Да что вы понимаете, талантов нет. Да я весьма посредственна в академическом курсе, ну так на нём одном свет клином не сошёлся.       — И куда бы тебя добавить? — хокаге задумчиво водил пальцем по списку, а потом замер, покивал каким-то своим мыслям и с гаденькой, но в то же время жутко довольной, улыбкой прошептал. — Пусть Какаши с четырьмя мучается, а то тоже мне, взял манеру опаздывать и нос воротить. Думает управы на него нету, — а потом до него видимо дошло, что шёпот его всё-таки различим. Он чуть замялся, недовольно сверкнул глазами, а потом, прокашлявшись в сжатый кулак, произнёс уже обращаясь к нам. — С сегодняшнего дня Узумаки Миоко назначается в команду номер семь и поступает под командование джонина Хатаке Какаши. Есть вопросы?       — Нет, — тихо буркнула я, мысленно костеря хокаге на все лады. Умино с важным видом сделал какие-то пометки у себя в бумажках, а после за плечи развернул меня к выходу.       — Пошли знакомиться с твоей командой, Миоко-чан, — подтолкнул меня сенсей и уже тише добавил, скорее сам для себя чем обращаясь ко мне. — Всё равно Какаши ещё скорее всего своих ребят не забрал.       Я же мысленно психовала, рвала на голове волосы и кричала вселенной «за что?». Все те, с кем я ни за что не хотела попасть в одну команду именно в ней и оказались. Да ещё и добавили меня туда как телеге пятое колесо. Безответсвенный наставник и сокомандники шалопаи, которым собственная крутость, не стоящая и выеденного яйца, глаза застилает. С такими товарищами не то что за пределы деревни выбираться страшно, а и просто собак Инудзука выгуливать или котов ловить. О какой командной работе может идти речь, когда каждый член команды эгоцентричен до кончиков пальцев.       Проклинать вселенную и сокрушаться о свершившимся я могла ещё долго, вот только что бы от этого изменилось?! Команда чудесным образом не поменяется, а жить как-то нужно. Хотя бы пока чунина не получу, а там уже проще будет.       С такими невесёлыми мыслями я вместе с Ирукой дошла обратно до академии и остановилась возле двери в наш класс, где Наруто старательно пристраивал губку между дверным косяком и собственно самой дверью. Из помещения послышались визгливые крики Сакуры о том, что крутой джонин в такую детскую ловушку ни за что не попадётся. Впрочем, этот и попасться может.       Я машинально пожала плечами и уселась на корточки у стены, дальше успокаивать расшатанные нервы и превносить дзен в душу. Нервы успокаивались медлено, я задумчиво расчитывала на листке бумаги печать-ловушку, аналогичную изобретению Наруто. Ничего сложного. Печать должна была удерживать какой-то небольшой предмет и прекращать своё действие, как только кто-то или что-то попадало под неё. Тут ни вектора расчитывать не нужно, ни ускорение добавлять, ничего. Просто детская игрушка, какими маленькие Узумаки раньше баловались на первых годах обучения.       Впрочем, применить получившийся фуин я так и не успела. В конце коридора замаячила мужская фигура с лохматыми светлыми волосами. Джонин как обычно читал на ходу и спрятал свою книженцию в подсумок уже непосредственно перед тем, как зайти в класс. Ловушка сработала идеально: мужчина взялся за дверную створку, чуть отодвигая ту в сторону, сунул голову в дверной проём и тут же получил меловой губкой по седой макушке. Из кабинета донёсся звонкий смех, я устало вздохнула, а Какаши, теперь уже, сенсей, в недоумении так и застыл на пороге.       — Мма… — выдал он глубокомысленно, наконец разобравшись со своим отношением к данной ситуации. — Что я могу сказать, вы мне не нравитесь.       — Вы мне тоже, — буркнула я себе под нос, вставая. Листик с расчётами скрылся в печати кимоно.       — Пойдём, поговорим на крыше, — махнул рукой сенсей и исчез из поля зрения с помощью шуншина.       Я медленно поплелась к лестнице, не дожидаясь своих сокомандников. Ребята нагнали меня уже при выходе на крышу и чуть не задев поспешили рассесться на ступеньках перед сенеем. Я машинально пожала плечами — хотят мельтешить и копошиться — их право – и аккуратно пристроилась сбоку.       — Давайте что ли, расскажите мне о себе, — скрестил руки на груди джонин, как курица наседка усевшись на перила ограждения.       — Рассказать? — переспросила Сакура.       — Ну что вы любите, чего вы не любите? Может у вас какие-то мечты или увлечения есть? — разъяснил сенсей с самой постной физиономией. Становилось сразу ясно, что эту ознакомительную беседу он проводит через силу и гораздо большее удовольствие ему бы пошлая книжонка в оранжевой обложке доставила, чем общение с нами.       — А что насчёт вас, сенсей? — подал голос блондин.       — Меня? — Какаши даже пальцем на себя указал для достоверности. Всё-таки надеялся покивать, послушать других, а не сам что-то рассказывать. Но толпа требовала хлеба и зрелищ, а ещё информации. — Меня зовут Хатаке Какаши. Что я люблю или не люблю вас не касается. О мечте говорить нет смысла, хобби у меня много. Да, пожалуй как-то так, — задумчиво почесал макушку. — А теперь вы.       — Я Узумаки Наруто, — тут же заговорил первым блондин, нервно теребя повязку. — Я обожаю рамен. Особенно Ичираку-рамен. Ненавижу ждать три минуты, пока лапша заварится. Люблю соревноваться в поедании лапши, — «и в голове у тебя сплошная лапша» мысленно добавила я. — А мечта у меня стать самым сильным и крутым Хокаге.       — Как интересно… — сенсей казалось даже слегка растерялся от такого напора лапшичного фаната, а затем ткнул пальцев в Сакуру. — А теперь ты.       — Я Харуно Сакура, — тут же подключилась розоволосая. — Что я люблю… — ненадолго замялась. — Точнее кого… — тут и без дополнителных подсказок в виде смущения и косых взглядов всё было ясно. — Моё любимое занятие … — «подглядывать за Саске-куном» мысленно дополнила я. — Я мечтаю…       — Ясно, — устало вздохнул мужчина. — А чего ты не любишь?       — Наруто!!! — выкрикнула девочка, указывая на растерявшегося паренька пальцем.       — В этом возрасте девочки чаще интересуются мальчиками, чем искуством ниндзя, — развёл руками сенсей. — И последний.       Я затаила дыхание. Было действительно интересно услышать о чём мечтает звезда местного разлива. В академии Саске не сближался с кем-либо, не рассказвал о себе и вообще вёл себя отстранённо и невозмутимо, чем только подогревал к себе интерес женской половины.       — Меня зовут Учиха Саске, — начал парень, глядя в никуда перед собой. — Мне почти ничего не нравится. И мечты у меня нет, только цель. Я собираюсь восстановить свой клан и убить одного человека.       Оставалось только пальцем у виска покрутить. Возрождать клан, при этом уничтожив его оставшуюся половину. Умно. Ничего не скажешь. В моих глазах парень автоматически перекочевал в категорию глупых.       — А теперь, когда с этим разобрались, — начал говорить Какаши, но был безжалостно перебит.       — Ещё есть я, сенсей, — даже рукой помахала, чтобы привлечь внимание, — меня зовут Узумаки Миоко.       — Узумаки? Ты тоже Узумаки? А откуда ты? — всполошился блондин, вскакивая со своего места.       — Мы вообще-то одноклассники, Наруто, шесть лет вместе учились, — с губ сам собой сорвался тяжелый вздох. И как можно быть таким импульсивным, на первой миссии же шальной кунай прилетит с таким поведением. — Так вот. Я люблю рукоделие, но это больше хобби. Основное моё время занимает изучение медицины и клановое воспитание. Не назвала бы это мечтой, это скорее цель: я собираюсь стать полевым иррьёнином и создать универсальную медицинскую печать, служащую для оказания первой помощи в полевых условиях. Насчёт того, что я не люблю, то это излишнее внимание. Пожалуй всё.       — Мда, — протянул мужчина, задумчиво почёсывая затылок. — А как давно ты тут сидишь?       — Я с самого начала была тут, сенсей.