Три секунды до финиша

«Мне не нужен город этой ночью, Я хочу просто ехать и ехать»

МакКуин сжал руль в пальцах и начал считать до десяти, пытаясь привести растрёпанные чувства в порядок и спрятать ото всех самого себя. Он ощущал каждую вену в своём теле, он не мог сосредоточиться, постоянно отвлекаясь на что-нибудь вокруг себя. Будь то яркие наклейки вокруг приборной панели, которые он купил по пути назад домой на одной из заправок. Будь то несколько фотографий со старого плёночного фотоаппарата. Вот он строит рожицы вместе с Салли и смеётся, вот прижимает к груди кубок, стоя рядом с улыбающимся Доком, тонкие пальцы которого крепко сжимают его плечо. Он хорошо помнил тот день, но сейчас этот снимок вызывал желание выбросить его или сжечь, лишь бы не видеть того, что он хотел видеть, лишь бы не загонять себя в новые рамки. Что-то уже давно разрасталось в нём, давило на сердце, сжимало в когтистых лапах лёгкие, не давало нормально жить. А потом это что-то резко разорвалось, в одну секунду высвобождая все его чувства, к которым он не был готов, потому что слишком много прятался. В ту секунду он отрабатывал более плавные повороты, пока Док стоял наверху и указывал на ошибки парня. В ту самую секунду, в тот чёртов миг, он выворачивает руль в сторону, обрывая тренировку и завывая. Больше он не появлялся на вечерних тренировках, посвящая это время езде на скорость. Сегодня он был в перчатках. Новых, ещё пахнущих кожей и картонной упаковкой. Хадсон подарил ему их просто так. Сказал, что планировал подождать до дня рождения, но не смог смотреть на то, как страдает Молния, раздирая пальцы в кровь о руль. Раз советы «наконец-то расслабить корпус» не работали, то пусть хотя бы сейчас его руки не страдали. Начинало темнеть, а он всё стоял на месте, как будто ожидая свой зелёный сигнал. Мимо проходили люди, возможно, туристы. Он не знал, да и не хотел, потому что все его мысли были забиты тем, чего он так сильно боялся и избегал. Молния шумно дышит, смотря прямо перед собой и вдруг резко понимая, что ему нужно. Закрыть глаза, выдохнуть и нажать на газ, одновременно выкручивая колёсико громкости музыки почти до максимума. Делая её так громко, чтобы мысли терялись в этих звуках и не могли до него достать.

«Давай погоняемся за звёздами этим вечером с широко раскрытыми глазами, На скоростных машинах, предаваясь мечтам»

Он вжимает педаль газа в пол, разгоняя машину всё сильнее и наконец открывая глаза. Ровно за секунду до того, как влетает на горку, ровно за миг до остановки всего мира. Он смотрит на открывающееся ему небо, легко испещрённое тёмными облаками, и думает, какой же он дурак, раз убегает от того, что всё равно случится. И парень смеётся, искренне и радостно, будто всё происходящее никогда не выйдет за эту ночь. И он верит в это, направляясь в каньон к той самой петле, откуда так быстро уезжал вечером. Чтобы хоть раз взглянуть страху в глаза. Он называет себя скоростью, обгоняя сам ветер и наконец разгоняясь, и входя в поворот. Негатив догоняет его, цепляясь за задний бампер и уже пробираясь внутрь машины. Молния боится, он хочет пропасть, исчезнуть, раствориться. Но вместо этого он поворачивает руль, начиная скользить. Хуже, чем Док, но всё же похоже, и этого вполне хватает, чтобы его осчастливить. Он улыбается и хлопает по рулю, нарушая тишину радостным воплем машины, наконец-то понимая, что ему не нужна музыка, что ему не нужны крики зрителей. Ему нужен он сам. А ещё ему нужен Хадсон. А МакКуин нужен ему, куда сильнее, чем он может представить. Потому что в следующее мгновение мотор чужой машины заводится, крадя у парня возможность даже услышать этот звук.

«Поймай меня и верни назад к жизни»