Изумрудная змейка

Утро не принесло Мирцелле облегчения. Ни Нимерии, ни Оберина во дворце не было. Тристан к ней не подходил и не появлялся в поле ее зрения. Ее компанией стали две служанки, которые всячески развлекали ее, надо сказать, достаточно неумело. Время для нее тянулось тягуче медленно. Чего не скажешь о ее бывшем нареченном. Через два дня, после весьма безрадостного ужина, Тристан нашел своего отца для разговора. Он все это время размышлял над ситуацией, и теперь хотел предельно четко высказать свою позицию. Доран был в своих покоях и задумчиво читал какое-то письмо, когда сын нашел его. - Тристан, мальчик мой, - он тепло улыбнулся, - надеюсь, ты немного успокоился? - Я все взвесил, - сказал юноша, скрестив руки на груди. - И я по-прежнему считаю, что с Дорна достаточно оскорблений, отец. Что это? - он кивнул на письмо. - Ответ из Королевской Гавани. Брат принцессы изъявил желание мирно урегулировать конфликт. Через три дня к нам пожалует делегация, - он пожал плечами. - Что ж, - Тристан пожал плечами и присел на стул. - Мы можем мирно принять их, и, если условия будут достаточно... гибкими, подписать очередной мирный договор. - он поднял глаза на отца. - Но пусть Мирцелла останется здесь. - Я сделаю все возможное, Тристан, - пообещал Доран, - но что ты намерен делать? - Ничего, если Ланнистеры поведут себя покладисто, - пообещал Тристан. - Я согласен, что мы можем выдать им Эларию Сэнд, хоть она и дорнийка. Признаю, что ее действия были неправомерными. Этого должно быть достаточно. Доран посмотрел на сына по-иному. Ему было непривычно видеть своего мальчика таким холодным и рассудительным, таким уверенным и жестким. Все-таки Оберин его недооценивает. - Ты так сильно влюблен в эту девушку? – с печальной улыбкой спросил он. Тристан не захотел отвечать на этот вопрос и долго молчал. - У правителя Дорна могут быть... слабости? – наконец спросил он, опустив взгляд. - Слабости есть у любого человека, мальчик мой. Их не нужно стыдиться, но будь осторожен с их проявлениями, - он подался вперед и взял сына за руку. На миг правителя посетило сомнение: что, если он зря дал Оберину продолжить эту интрижку и подумать над свадьбой? Может Тристан в силах все изменить, и внушить принцессе глубокое чувство к себе? Стыдно признать, но Доран всегда считал брата более удачливым во всем, а тем более с женщинами… - Что ж, если я имею право на слабость, - сказал Тристан уверенно, хотя было видно, что уверенность эта с трудом возведена за бесконечные дни и ночи размышлений, - то я хочу, чтобы Мирцелла осталась здесь со мной. - Даже если она не будет проявлять к тебе ответных чувств? - уточнил Доран, глядя на сына с теплом и грустью, - получить чье-то сердце порой бывает куда сложнее, чем победить в войне. «Особенно, когда это сердце уже занято другим.» - Я хороший человек, - уверенно сказал принц. - А к хорошим людям привыкают. - Надеюсь, тебе хватит терпения, - Доран пожал плечами, - порой привычка перерастает в любовь, но крайне редко. - Я усвоил твои уроки, отец, - с готовностью сказал Тристан. - О терпении, прощении, милосердии... потому я очень надеюсь, что эта ситуация разрешится так, что все мы будем счастливы. "Я тоже на это надеюсь... Хотя далеко не уверен." Доран ласково улыбнулся сыну. - Что ж. В таком случае дождемся переговоров, мой мальчик, и сделаем все, что необходимо. - Благодарю, отец! - Тристан улыбнулся. - Мы должны объявить Мирцелле о наших планах до приезда делегации, как я понимаю? - Сделай это сам, - Доран кивнул, - боюсь, я сегодня уже не в силах этим заняться. Тристану явно не то, чтобы очень это нравилось. Однако он взял себя в руки, заставил себя быть сильным и в меру суровым, как это и должно правителю сильного государства. Утром после завтрака он нашел Мирцеллу в саду. - Принцесса, - вежливо поздоровался он с ней. - Принц Тристан, - она склонила голову, вежливо улыбнувшись. Девушка была довольно бледна, сказалась долгая бессонница и частые слезы. - Пришел ответ с вашей Родины, - сказал он спокойно и подошел к ней, без слов предлагая прогуляться с ним недолго. - Мирная делегация прибудет через три неполных дня. Целла нашла в себе силы улыбнуться радостнее и пошла рядом с ним. «Ах, Томмен, я так рада, что письмо попало в твои руки!» - Вот как? Я рада, что мой брат проявил милосердие и ответил на мое письмо согласием. Возможно, нам удастся избежать ужасной войны. - Я тоже уповаю на это, - сказал юный Мартелл, почти не смотря на нее и заложив руки за спину. - Мы с отцом пришли к выводу, что должны будем сдать убийцу вашего деда королевскому суду. Думаю, мой дядя смириться с этой мыслью. - Будем надеяться, - она вздрогнула от упоминания об Оберине, - она все же мать его дочери, вашей кузины. Это сложное, хоть и верное решение, - Мирцелла сглотнула. - Он подчинится воле Дорна и сделает все для его благополучия, - заверил Тристан и продолжил. - Мы также пришли к выводу, что для поддержания мира между нашими домами, вам будет лучше остаться в Солнечном Копье. - Остаться? - она посмотрела на него с удивлением, - в каком качестве? Помолвка расторгнута... - Мирцелла прикусила губу, - и моя мама ужасно тоскует, я должна быть рядом с ней. - Помолвка разорвана моим дядей, - сказал Тристан. - Он даже не затруднился посоветоваться с моим отцом, его повелителем, между прочим. Так что, полагаю, этот ход можно было бы счесть недействительным. Она побледнела, глядя на юношу с долей отчаяния. Казалось, земля ушла из-под ног, и девушку понесло бурным течением… - Но это было сделано на глазах у всего Красного Замка. Моя семья не сочла это оскорблением только потому, что в тот момент все были поглощены трагедией смерти короля. Неужели вы хотите поставить эту помолвку в условия мира между нашими странами? - Целла сглотнула, - я все еще нужна вам, даже после того что я сделала?.. - Вы очаровательны, Мирцелла, - признал Тристан, повернув свое милое юное лицо к девушке. - Даже несмотря на вашу измену. Принцесса едва удерживала себя в руках. - Даже если я вас не люблю? - Но вы любите меня, - спокойно сказал принц, смотря на ее бледнеющее лицо. - Как брата, покамест, но любите. Мирцелла? Вам дурно?.. - Н-нет, - она покачала головой, отводя взгляд, - только как брата... Но раз вам этого достаточно...- она почти перешла на шепот. Ей казалось, это конец, и больше нет пути обратно. - Вполне, достаточно, - кивнул он, протянув ей руку. - Может, вам лучше присесть? - Да, - она кивнула, но руку не подала, - это сейчас пройдет... пройдет...- Мирцелла чувствовала такую беспомощность, такую убивающую слабость! С одной стороны, она останется в Дорне, поблизости от любимого... С другой - она будет женой его племянника и всегда сможет только видеть Оберина издалека, не имея возможности прикоснуться, зная, что это измена. - Я велю принести вам воды, моя принцесса, - сказал Тристан вежливо, но не любовно. - Отдыхайте. И удалился. Вскоре ей и правда принесли воды. Мирцелла закрыла лицо руками, осушив предложенный бокал и попросила оставить ее одну. Как же ей не хватало Нимерии сейчас! Принцесса злилась от своей беспомощности, она осознала, что ею будут распоряжаться как вещью, и это не будет для других чем-то ненормальным. Она не может открыто сказать, кого она желает. Ее мнение никто не учтет. Девушка провела в саду несколько часов, думая обо всем этом с ненавистью к себе и болью. Оберин же не появлялся после их ссоры. Вероятно, она сильно разозлила его. Или же он просто не хотел возвращаться к этой теме, трудно было сказать. На самом же деле, Оберин пришел к своему брату в тот же день день, желая поговорить о ситуации, но Мирцеллу видеть пока не хотел. Доран встретил брата с вежливой улыбкой. - Здравствуй, Оберин. - Здравствуй, Доран. - кивнул он. - Птички напели, что пришел ответ из Столицы? - Твои птички не лгут, в течении трех дней к нам прибывает мирная делегация, - Доран кивнул, - мой сын будет встречать их вместе со мной. Он хочет любой ценой сохранить помолвку с принцессой Мирцеллой. - Что? - Оберин вздернул бровь и посмотрел на Дорана. - Как это? Помолвка ведь разорвана? И Мирцелла отказала ему. - Он настроен решительно и не хочет слышать отказ. Иначе он готов на войну, - старший принц нахмурился. - Эта помолвка начинает меня раздражать, - сказал Змей откровенно. - Эти метания туда-сюда уже утомили. Честно говоря, я уже начал приучать к себя мысли, о которой ты мне намекнул, а потому я не вижу надобности насиловать девушку и принуждать к неприятному браку. - Я говорил тебе - разбирайся с ним сам, - проворчал Доран, - я не буду заставлять сына отказываться от обещанной ему ранее невесты, если он готов за нее бороться. - Ммм, - зло проворчал Оберин потерев свою переносицу. - Черт побери красивых женщин. - Ты сам заварил эту кашу, брат мой, - отметил он, - рано или поздно ее нужно расхлебывать. - Ну и где твой сын сейчас? - поинтересовался Оберин и слегка задумался. - Хотя... нет, не отвечай. Лучше расскажи, как вы вздумали расхлебывать тот факт, что помолвка уже была разорвана? - Будут переговоры, - спокойно ответил он, - лучшие союзы заключаются браком. Серсея не будет лично присутствовать, так что не сможет воспрепятствовать. Но реши это с Тристаном до их прибытия. Если решишь с ним открыто бороться. - Мне кажется, за Тристана они отдадут ее охотнее, нежели за меня... - проговорил Оберин и посмотрел на брата. - Как ты считаешь? - Если ты публично признаешь, что хочешь этого брака, а она подтвердит, им будет трудно настаивать на обратном. Думай, Оберин. Пока есть время. - Полагаешь, так лучше? Что ж, мне это не трудно, надеюсь, у твоего сына хватит мозгов со мной не драться, - принц встал на ноги. - Так где он? - Был в саду,- пожал плечами Доран. - Чудненько, - Оберин направился в сад на поиски Тристана. Доран проводил его тревожным взглядом и устало потер переносицу. «Подумать только, совсем мелкая девчонка – а сколько сумасшествия в ее честь…» Мирцелла находилась в саду, когда Оберин нашел своего племянника. Она увидела издалека бывшего нареченного, но не придала этому значения, пока не увидела Красного Змея, подходящего к нему. С такого расстояния она не могла слышать, о чем они начали говорить, но видела их отчетливо. Оберин же подошел к Тристану вполне спокойно, не выказывая волнения, хотя разговор предстоял не из легких. - Племянник, - произнес он. - Надеюсь, ты в добром здравии и настроении? - Настолько, насколько это возможно, - признал Тристан, вежливо улыбнувшись. - Ты хотел о чем-то поговорить, дядя? - Откровенно говоря, да, - сказал он и спокойно посмотрел ему в глаза. - Я хочу жениться на Мирцелле. Тристан слегка опешил, расширив глаза и чуть не поперхнулся воздухом. А после вяло усмехнулся и произнес: - Она против даже брака со мной, я с трудом представляю, как можно удержать ее здесь и... - Она согласится. - сказал Оберин, и когда его племянник сделал недоверчивое выражение лица, пояснил: - Она поехала в Королевскую Гавань из-за меня. У Тристана сперло дыхание, он смотрел на дядю с неопределенными чувствами, и каждая новая секунда осознания неприязненно колола Оберина в сердце, поскольку Красный Змей все же испытывал некую жалость к этому мальчику. - Я не отдам ее так просто, - пообещал Тристан шепотом. Его взгляд становился холоднее и тверже с каждым словом. Мирцелла затаила дыхание. Что происходит? По лицу Тристана было понятно, что сказанное Оберином его сильно ранило и разозлило... - Ну и что ты хочешь? - спросил Оберин. - Хочешь дуэль? Я готов хоть сейчас. - На закате, - предложил Тристан. Оберин вздохнул и пожал ему руку. Мирцелла отвернулась и задумчиво прикусила губу. О чем же они говорят? Неужели он решил рассказать все Тристану? Но что теперь будет с ними? И зачем ему это? Сотни догадок атаковали разум принцессы, она все же решилась подойти к ним ближе, но к тому моменту важная часть разговора уже прошла. Девушка показалась в поле их зрения. Оберин и Тристан одновременно повернули головы, и атмосфера напряжения сразу же рассеялась. - Мирцелла? - Тристан кивнул. Оберин тоже поздоровался. - Здравствуй, Мирцелла. - Добрый день, - коротко кивнула она, - надеюсь, все хорошо? - Конечно, - кивнул Оберин. - Все хорошо, Мирцелла, - подтвердил Тристан, явно не желая делиться предстоящей дуэлью. Она окинула их внимательным взглядом и кивнула. - Хорошо, если так, - девушка посмотрела в глаза Оберина, - а где Нимерия? Я давно ее не видела, с ней все в порядке? - Да, она со своими сестрами, - сказал Оберин, посмотрев на Целлу. - С ней все хорошо, но она навестит тебя только после мирных переговоров. Бастардам лучше не мозолить глаза Ланнистерам. - Что ж. Ладно, - она опустила взгляд, - не буду вам мешать, - девушка пошла прочь, все-таки надеясь, что и правда ничего не произошло. - Мирцелла, - Тристан двинулся за ней и поймал ее за руку. - Буду ждать следующей нашей встречи, моя дорогая. Простите мне, что причиняю вам неудобства. Юноша поцеловал ее ручку - Оберин сразу понял, что на зло ему, но ничего не ответил. Мирцелла неловко улыбнулась и высвободила руку. - Н-ничего. Все в порядке, Тристан. Простите, что помешала, - она посмотрела на Оберина. Оберин лишь неопределенно улыбнулся, провожая ее взглядом. Впрочем, далеко она уходить не стала, скрывшись в тени цветущих кустов. - Значит, на закате на Арене? - спросил Тристан, когда она покинула их поле зрения. - Да, Тристан. На закате. Разумеется, Цела услышала эти последние реплики. Она не стала возвращаться, пошла прямиком к себе, судорожно думая, как же поступить. Пойти и узнать, что у них за дело на арене? Было нетрудно догадаться, но почему сейчас? Оберин ясно дал понять, что на ней не женится, так к чему ему рассказывать все Тристану и тем более драться с ним? Решив, что это слишком глупо, Мирцелла помолилась, чтобы это была всего лишь поздняя тренировка. Но на арену решила все-таки заглянуть... Впрочем, даже если бы она не услышала, ей все равно бы передали добрые служанки, которые, как только узнали, что принц Оберин будет сражаться на дворцовой Арене, тут же разнесли эту информацию по всему дворцу. А как же - Красный Змей, да с копьем в руке, да еще против своего молодого и достаточно симпатичного племянника - тут было на что посмотреть! Когда солнце заалело над линией горизонта, Тристан встретился со своим дядей. - Что насчет свидетелей? - спросил Оберин у него, но тот лишь покачал головой. - Решим это между собой, дядя. Полагаю, хоть в чем -то мы можем быть честны друг с другом? Оберин сухо усмехнулся и раскрутил копье, давая понять, что он готов к бою. Тристан тоже держал в руках настоящее копье, но, в отличие то Оберина, двухстороннее. Он также раскрутил его и принялся маневрировать, пытаясь, не подходя на близкое расстояние, достать дядю. - Деремся до первой крови? - весело уточнил Оберин, уходя от легких атак. - Не уверен, дядя. Ты славишься своими ядами, а я не хочу умирать! - Когда сражаешься за женщину, выбора порой не остается! Принцесса пришла, когда они уже были на арене, и услышала этот разговор. Мирцелла смотрела на них не отрываясь, и не знала, как поступить. Вмешиваться, очевидно, было бесполезно. Девушка беспомощно стиснула в руках ткань платья. Может позвать кого-нибудь? Но кого? Доран вряд ли быстро преодолеет такое расстояние, а больше никто не в силах остановить принцев. Ей оставалось лишь наблюдать и молиться, чтобы они не поубивали друг друга. Тристан ничего не ответил на слова Оберина и принялся активно наступать. Было очевидным, что старшего Мартелла невозможно одолеть в маневре - Красный Змей был слишком гибким, слишком быстрым и вертким. Казалось, достать его хитростью невозможно, единственный способ - идти напролом. Так Тристан и делал. Пару раз их копья скрестились, но Оберин успевал отскочить и разорвать этот контакт. Как и всегда брат Дорана не стремился прикончить врага быстро, он вертелся вокруг него, изводил и заставлял выдохнуться. - Быть может, до первого падения? - усмехнулся Тристан. - Тогда мы будем драться вечно, дорогой племянник! "Позеры", - мысленно фыркнула Целла, глядя на них уже спокойнее. С ее места было удобно наблюдать, ее же заметить можно было только хорошо приглядевшись, а для этого необходимо было отвлечься от боя. Девушка до сих пор задавалась вопросом, с чего вдруг Оберину приспичило именно теперь открывать правду Тристану, а также думала над тем, как уйти с арены незамеченной, когда бой закончится. И главное. Неужели Тристан отступится, если Оберин его победит? "И почему все проблемы должен решать бой?.." Схватка длилась минут 15, причем нельзя сказать, что она была волнительной со стороны. После того, что пережила Мирцелла, наблюдая поединок с Горой - это были цветочки. Единственное, что сейчас Оберин сражался за нее, а не за свою мертвую сестру. Через 15 минут, Оберин сделал ложный выпад и, ударив Тристана плашмя, сбил его с ног. Он возвышался над ним, угрожая ему копьем. - Вопрос исчерпан, как я понимаю? - спросил он у Тристана. Целла искренне пожалела Тристана и в тоже время взяла такая странная, сладкая гордость за своего возлюбленного. Бывшего нареченного было жаль, как если бы Томмен потерпел поражение в тренировочной схватке и расстроился. Боль Тристана была гораздо сильнее, Целла это понимала, но все же надеялась, что он с ней справится. Принцесса потихоньку начала выбираться со своего места, надеясь, что мужчины ее не заметят. - Я правильно понял? - уточнил Оберин. - Да, дядя, - смирился Тристан и поднялся на ноги, отряхнувшись. Он двинулся в сторону и заметил тень девушки, удаляющуюся с Арены. - Пекло... Оберин обернулся тоже, заметив движение и слегка усмехнулся. Ну конечно, чтобы его Мирцелла да не подсмотрела! Но ни один, ни второй не стали окликать ее. Первый, опасаясь стыда после своего поражения, второй, не желая раньше времени отвечать на глупые вопросы. Потому Мирцелла ушла, считая, что была не замечена. Она потом поговорит с Оберином, если он соизволит, с Тристаном же размусоливать эту ситуацию не хотелось. Уснула она в эту ночь более чем спокойно, зная, что ее мужчина отстоял в поединке право быть с ней. Хотя бы даже до прибытия делегации.