Личный слуга его светлости

      Обиталище местных арестантов представляло собой унылую клетушку, метра два в ширину и примерно столько же в длину. Небольшое, зарешеченное окно под потолком, дверь из толстых, стальных прутьев с тяжелым навесным замком, через которую отлично просматривался темный коридор (никакой частной жизни!) да охапка не самой свежей травы на полу в качестве лежанки завершали сию безрадостную картину. Не самое приятное местечко, особенно для шибко впечатлительных людей.       Впрочем, к последним я никогда не относился (мои правильные собратья не бьют морды приставалам, а элегантно валятся в обмороки), а трепетной омегой меня не назвать даже после пятой кружки крепкого пива. Что до убогой обстановки вокруг, то я почти не замечал ее. Во-первых, я рос в очень похожих интерьерах, только с толпой народу рядом, а здесь меня разместили чуть ли не по-королевски, в счастливом и беззаботном одиночестве. А во-вторых, окружающие неудобства мало ощущались в силу моего нынешнего состояния (до течки оставалось меньше недели): внутренний жар спасал от холода, которым сквозило от каменных стен, а от сырости и промозглости защищал старинного фасона камзол, украдкой пронесенный хитрой бестией и одновременно, личной феей Виккера Хардинга – пожилым кастеляном. Понятия не имею, как ему удалось уговорить охрану оставить мне столь примечательную деталь одежды, местными правилами подобные вольности запрещались. Видимо, по мнению гениальных составителей военных указов, узники должны мучиться от содеянного и каяться в грехах, трясясь от озноба.       Ну, не знаю, как прочие, а я не делал ни того, ни другого. Переживать из-за драки с Селвиком – глупость полнейшая, он заслужил трепку, а поведением своим я и вовсе горжусь, несмотря на посторонние мнения, поспособствовавшие моему заточению.       Да и потом, по здравому рассуждению отсидка в карцере означала легальную возможность пропустить изматывающие маршировки на плацу и не менее утомительные тренировки в компании вечно озабоченных альф. Кроме того, изоляция также предполагала наличие драгоценного времени для обдумывания и разработки плана по отваживанию вездесущего капитана от моей особы. Сдается мне, неожиданное явление баронского прихвостня лишь раззадорило Мендеса, но не освободило меня от покушений на мою многострадальную задницу.       Ну и просто высплюсь. В кои-то веки.       В общем, наказание меня не слишком расстроило. Я бы, наверное, даже удовольствие получил от пребывания в темнице, если бы ко мне постоянно не шатались посетители!       Сначала ко мне заявился не на шутку встревоженный Флоури. - Вик! Что, черт побери, произошло у тебя со Стервятником, раз он упек тебя в каталажку? – Набросился на меня с вопросами нежданный гость, обходясь без приветствий. - И тебе здравствуй, - мрачно отозвался я, становясь напротив него и скрещивая руки на груди. Меня грубо прервали на подсчетах доходов от будущей таверны, которую я собирался однажды (искренне надеюсь, в обозримом будущем) купить. Если накоплю денег, конечно. Так что восторга от появления визитера я по вполне понятным причинам не испытал. - К дьяволу формальности, - небрежно привалившись к косяку, отмахнулся от этикета старый друг. – Сюда не просто так определяют на постой, что ты натворил, дубовая твоя башка? Давай, выкладывай!       Я поморщился, с трудом подавив желание зарычать: до меня неожиданно донесся очень приятный и почему-то очень пронзительный аромат красавца-альфы. В штанах резко стало тесно и, чтобы скрыть сей прискорбный факт, мне пришлось быстренько плюхнуться на импровизированное ложе. Не дай бог, заметит. На воле потом ни в жизнь не отобьюсь. И вообще, с ним нужно поосторожней, он окучивает меня уже давно, пусть и деликатнее и аккуратнее, чем прочие.       От перемены позы мне стало немного легче, но на плохом настроении это никак не отразилось: оно скакало как бешеный кролик по весне. И, учитывая, что застенок мало располагал к душещипательным беседам, прямо сейчас мне хотелось убивать, а не лясы точить. - Разбил любимый капитанский графин, - буркнул я, наконец, неохотно, - и он не смог мне простить такого издевательства над его собственностью.       Эйнар подарил мне убийственный взгляд, но, вопреки ожиданиям, тот меня не устрашил, а, напротив, неожиданно развеселил. - Смеешься? – Прищурился мой собеседник. - Ничего, вот только выйди отсюда…       Завуалированное обещание скорой расправы немного отрезвило меня, и я счел за лучшее больше не провоцировать приятеля-аристократа – он в два раза крупнее и сильнее меня. Отчетливо осознав эти, весьма немаловажные, детали, я мысленно чертыхнулся, и постарался привести себя в чувство. Если я не прекращу нарываться на неприятности, чему прекрасно способствует мой дурацкий характер, совершенно не свойственный омегам, то когда-нибудь вляпаюсь в грандиозные неприятности. - А что говорят ребята? Каковы основные версии моего чудесного переселения в карцер? – Пытаясь сменить тему, почти дружелюбно поинтересовался я. Согласен, это не то, о чем меня спрашивали, но озвучивать истинные причины наказания, как и описывать противостояние с капитаном, мне адски не хотелось. Да и незачем втягивать Эйнара в эти проблемы, мне защитники не нужны, такие штуки всегда приводят к совершенно определенным последствиям, а я не готов к ним. - Гарнизон гудит как потревоженный улей, - хмыкнул Флоури, внимательно рассматривая меня и вызывая тем пока смутное, но беспокойство. По-моему, мое молчание лишь разожгло его любопытство, а отнюдь не погасило. – Кое-кто утверждает, что ты послал капитана при нежелательных свидетелях, и потому теперь здесь. А кое-кто, наоборот, думает, Мендес тебя трахнул, а ты ему не простил такого непотребства и круто надавал по холеной морде. Но, судя по всему, - Эйнар втянул носом воздух и снова пристально взглянул на меня, - последние слухи точно неверны.       Я не успел отреагировать, как темноволосый альфа вдруг стремительно шагнул ближе, и, едва не вжимаясь лицом в стальные прутья двери, словно пытаясь просочиться сквозь них, натянуто произнес: – Я не понимаю, Вик. Ты больше не пьешь свои снадобья? От тебя пахнет… нет, прет! Проклятие, прет просто невыносимо! Наши парни сюда скоро всем составом примчатся!       Его напряженные плечи и потемневшие от возбуждения глаза заставили меня инстинктивно отпрянуть назад – таким я его еще не видел. Это пугало.       И заводило.       Я мотнул головой, стряхивая наваждение, но справиться с почти забытым, тянущим ощущением, внизу живота от острого, но тщательно подавляемого возбуждения, мне оказалось не по силам. Сукин сын! Довел меня до...       Дьявол и его приспешники! Прекратить думать об этом! - Расслабься, Флоури, - я усмехнулся, но усмешка вышла кривой,- я не перестал принимать... лекарства. У меня нет цели соблазнить тебя… Капитана или кого-то другого. Я пока в своем уме.       Его следовало немедленно выпроводить. Он плохо влиял на меня. И пока я не прикончу ту мерзкую настойку из лилии болотной, убирающей напрочь все проявления гребаной течки, общаться мы с ним не будем. Да, вот так. Так правильно. Правильно ведь? - Но ты… - Хватит, - оборвав его на слове, я поднялся на ноги и холодно добавил: - Тебе пора, Эйнар.       После чего, пресекая любые возражения с его стороны, демонстративно повернулся к нему спиной, хотя столь простое действие потребовало от меня серьезных усилий - посмотреть на него тянуло неимоверно. Чертов альфа! С его чертовым ароматом и чертовым упрямством!       Северянин постоял еще немного, надеясь на продолжение разговора или на что-то еще, не знаю, но, поскольку я оставался непреклонным, он был вынужден уйти.       Нет уж, прислушиваясь к его удаляющимся шагам, подумал я, благодарю покорно. Никаких интрижек в армии. И вообще, спать с лучшим другом – плохая идея. Мы должны общаться, как и раньше, не хватало еще и с ним до кучи разбираться помимо Мендеса …       Но как я ни старался сдерживать эмоции, мои внутренние переговоры с разумом закончились его полным фиаско. Закусив губу, я бросился к двери и, поколебавшись пару мгновений, выкрикнул в сумрачную пустоту: - Я подрался с Селвиком! Разбил его рожу в кровь!       В коридоре моментально наступила тишина, похоже, мой вопль заставил Флоури остановиться.       А потом от каменных стен эхом отразился тихий, странный звук.       Не поручусь, но, по-моему, Эйнар смеялся.       И почему у меня возникло странное ощущение, что я только что проиграл какую-то схватку?       В растрепанных чувствах я встретил рассвет следующего дня, но и тут мне не повезло с одиночеством – сразу после скудного и отвратительного завтрака ко мне нагрянул Сьютер Гланн или просто Сьют, как его называли в казармах. Саркастичный и обычно высокомерный – с другими, ко мне он всегда относился с искренним расположением. К которому, безусловно, примешивалось и кое-что иное. Но все, что не касалось нашей дружбы, я предпочитал не замечать. Личная свобода важнее, да и друзьями не разбрасываются, у омег их и так обычно немного. - Выглядишь прелестно, - обрадовал он меня, накручивая на палец прядь блестящих, длинных волос шикарного пшеничного оттенка. – Тяготы здешнего пребывания придают твоему облику аристократичную утонченность и некую загадочность. Эти идеальные скулы просто мечта художника! - Франт и фигляр, - меланхолично отреагировал я на сомнительные комплименты. – Чего тебе надо? - Эйнар предупреждал, что ты не в духе, - игнорируя мое хамство, расплылся в широкой улыбке Гланн, - но не сказал, что настолько. Ну, не дуйся, малыш, тебе не идет. Ты… Он вдруг запнулся, принюхиваясь.       Я мысленно застонал, да чтоб тебе! Как только выберусь из карцера – опустошу все запасы снадобий у местных магов! И еще намажусь для верности притиркой из ледвика кустарникового – ни одна собака меня не почует!! - Ты пахнешь бесподобно, - голос альфы дрогнул, - но ведь течка еще не началась, я чувствую. Так почему…? Вик!       Да потому, что я урод, злобно рявкнул я про себя. И потому, что кретин, раз вовремя не выпил положенную порцию специально изготовленного для меня лекарства! - Прекрати, - я настолько резво отодвинулся назад на своей лежанке, что едва не протаранил затылком каменную кладку. - Это случайность. Зажми нос, в конце концов, не изображай статую! Или вали прочь! Чего вам всем надо у меня, я представлений не устраиваю! - Ничего себе, случайность, - Сьют никак не мог прийти в себя от изумления. – У тебя аромат такой…необычный. Что это такое? С ума сводит, прости, Вик.       Я его понимал: я несколько лет заливал в себя галлоны снадобий, благодаря чему почти лишился естественного запаха. Это гарантировало безопасность от сослуживцев, хотя моему здоровью, несомненно, причиняло серьезный урон. А теперь по глупости я дал куче народу возможность узнать, как умею благоухать. Моя тщательно выстраиваемая линия поведения вкупе с репутацией отправилась коту под хвост! Черта с два альфы такое забудут! И как теперь нормально общаться после всей этой дури?       Ладно, справлюсь. Послезавтра все закончится.       Но я жестоко ошибался. Все давно началось и теперь лишь набирало обороты. - Скажи мне лучше, как дела в гарнизоне? Чем занят капитан? – Я прижался спиной к ледяной поверхности стены в безуспешной попытке охладиться. Жар внутри меня усиливался, и мне это совсем не нравилось, раньше я никогда не испытывал подобного. Надо срочно навестить старого доброго кастеляна, поспрашивать у него насчет этих…чертовых омежьих штучек. А то я рискую попросту сгореть. Ах, как же печет… - Ну, о тебе он не вспоминал, если ты об этом, - проницательно заметил красавец-блондин, изящно доставая из кармана надушенный белоснежный платок и прикладывая его к лицу. Несмотря на серьезность ситуации, я едва не рассмеялся: никакие духи не перебьют запах омеги, поскольку он предназначен как раз для того, чтобы притягивать потенциальных партнеров. И мое тело не виновато, что голова настроена против этого парня… Да и любого другого, в общем-то. – Ему некогда, занят приготовлениями к важному визиту, - продолжил Гланн и, судя по его расширенным, черным зрачкам, шелковая тряпка мало ему помогала. - Они с бароном весь гарнизон замучили своими распоряжениями. - Кто приезжает? – С любопытством спросил я, вспоминая странную оговорку Селвика в присутствии капитана в тот примечательный вечер. - Точно не известно, но вроде, кто-то из королевской семьи. - Король? – Я даже привстал со своего места, взбудораженный новостью. Неужели доведется увидеть нашего правителя воочию? - Нет, - разрушил мои надежды Сьют, - не он. Но однозначно кто-то из его близкого окружения. - А зачем столь важной персоне ехать в такую даль? – Нахмурился я, уловив несоответствие. Странная цель для путешествия, мы находимся чрезвычайно далеко от столицы, на самой дальней окраине. А рядом – неспокойный Бретль. Здесь может быть небезопасно для представителя правящей верхушки. - Тот же вопрос задает себе и Мендес с Дэвином, - усмехнулся мой друг. И вдруг без всякого перехода, заявил: - Не могу больше находиться рядом с тобой, Вик. Наделаю глупостей… Если нужна будет помощь, ты знаешь, к кому обратиться, - он прожег меня яростным взглядом и, круто развернувшись, стремительно вышел в коридор. - С ума я сойду от этих альф, - пробормотал я растерянно, без сил растягиваясь на ложе.       Похоже, ждет меня трудное времечко после возвращения из карцера. Эйнар, Сьют и Мендес. Многовато кавалеров для одного зарвавшегося омеги!       В третий день назначенного мне срока я сцепился с капелланом.       Его визита я вовсе никак не ожидал, но, зная пристрастие местного священника к хорошеньким омегам, не особо и удивился, когда дюжий охранник впустил (!) в мое печальное обиталище упитанного бету в сутане. - Сын мой, - едва успел обратиться ко мне тот, дождавшись, пока нас оставят одних, но я тенью скользнул к нему и, крепко схватив его рукой за горло, прошипел: - Заткнитесь, святой отец. - Виккер… - Капеллан попытался дернуться, но мои пальцы моментально сжались сильнее, отчего моя жертва как-то сразу утихомирилась. И поникла. Я мысленно усмехнулся, то-то же, козел старый! Думал, безнаказанно порезвиться с омежкой? Как с тем несчастным мальчиком, помощником кастеляна? Скотина. - Зовите охрану и убирайтесь отсюда, - я наклонился к явно испуганному бете, наплевав и на возможные последствия своего необдуманного поступка, и на свой запах, окутывающий сейчас нас обоих плотным покрывалом. Я сумею справиться с немолодым дядькой, он – не альфа. И не служит в армии. Моих сил хватит, чтобы свалить его. Хотя последствия для меня окажутся весьма неприятными в таком случае. Капеллан – не мальчик на побегушках вроде Ниала Селвика.       К счастью, служитель церкви не стал рисковать, видимо, бешеный блеск моих глаз убедил его в серьезности моих намерений. Он подчинился моему приказу, и через пару мгновений действительно убрался из моей камеры, одарив напоследок тяжелым и весьма неприятным взором.       Кажется, я завел себе еще одного врага. Да и черт с ним, вряд ли он опасен. В отличие от того же баронского прихлебателя. Вот кого следовало обходить стороной. Он весьма злопамятный тип. Да и потом, не стоит забывать о его господине. С Дэвином лучше не связываться.       Но последние события моей насыщенной и полной приключений жизни, видимо, заставили размышлять здраво и достаточно продуктивно. И к тому моменту, как меня освободили, наконец, из заточения, я сумел придумать неплохую схему поведения в сложившейся ситуации. Кто знает, может, и удастся выпутаться из проблем с поклонниками целым, невредимым и свободным от ненужных отношений.       Но омега предполагает, а пресветлый Аланис решает совсем по-другому. Дальнейшие события развернулись совсем не по моему сценарию.       По-хорошему, мне следовало сразу отправиться в свою комнату, нигде не задерживаясь по пути. Но я все-таки нарушил собственные правила и завернул во внутренний дворик расположенный около подсобных помещений, где, как я знал, под навесом находилась бочка с дождевой водой: мне нестерпимо захотелось ополоснуться. Я быстро дошел до места назначения, не тревожась о сослуживцах – в это время у них тренировка на плацу, совсем в другой части гарнизона.       Вода оказалась теплой, чистой, за исключением дрейфующих в ней лепестков, травинок и нераскрытых бутончиков каких-то мелких цветочков. Я с удовольствием умылся, плеснул пару горстей на грудь и шею, и выпрямился, решая, не облиться ли мне вовсе от макушки до пяток.       И в этот самый момент меня внезапно захлестнула огненная волна, от которой я едва удержался на ногах. Почти одновременно, внутри начала скручиваться спираль острого, болезненного и абсолютно неконтролируемого возбуждения.       Я застыл, не в силах поверить в происходящее.       Течка.       Раньше срока, но это определенно она, течка!       А я снаружи. И скоро здесь будут толпы разгоряченных альф, привлеченных мощным – моим! – запахом. Срочно, немедленно к себе! Проклиная свое глупое пристрастие к чистоте, я опрометью бросился к казарме, думая только о том, как попасть в свои покои и не наткнуться ни на кого из сослуживцев. Иначе мне точно конец. Сейчас, находясь во власти природы, я не способен рассуждать логически, скорее, я наброшусь на первого, кого встречу. Дикое, необузданное желание пульсировало в каждой частичке моего тела, разбудив тщательно подавляемые на протяжении нескольких лет инстинкты, и существовал только один способ утихомирить омегу в течке – заняться с ней сексом.       Я упрямо тряхнул головой, ни за что! Столько лет я старался… Нет! Я не поддамся на провокации собственного тела, мы еще посмотрим, кто кого!