Личный слуга его светлости

      Снадобье, снадобье, снадобье!       Мне надо срочно выпить дьявольское снадобье, билась единственная разумная мысль в голове, пока я вихрем несся по направлению к своей комнате, стараясь не обращать внимания на собственное состояние, ухудшавшееся с каждой минутой.       Некоторое время мне удивительно везло, и я никого не встретил ни в просторном холле, ни в сумрачном коридоре после него. Но как только я начал надеяться на благополучное разрешение своей «проблемы», везение внезапно изменило мне. Или, скорее, пресветлый Аланис подсуетился, он никогда не давал много воли своим непутевым сыновьям. А я и без прочих прегрешений слишком долго водил его за нос, чтобы рассчитывать на благосклонность или снисхождение к собственным просчетам. Вот уж действительно, никогда не садись играть в карты с богами, продуешь последнее!*       Молнией пролетев несколько знакомых поворотов, я успешно миновал пару кладовых и прочих хозяйственных помещений, но, когда до спасения оставалось всего ничего, моя удача свалила в закат, презрительно фыркнув напоследок. Рядом с общей залой, полностью перекрывая мне дальнейший путь своей выдающейся фигурой, стоял Лаундри Лоуренс, граф де Ранье и – одновременно - старший по нашей казарме. - Вик, а ты разве…- Начал он, но внезапно замолчал и пристально уставился на меня, мгновенно превращаясь из веселого рубахи-парня в опасного хищника.       Проще говоря, в альфу, готового валить и трахать, ведь их древние инстинкты реагировали на запах омеги в течке – мой запах! - старым, испытанным способом. Впрочем, мне сейчас тоже приходилось несладко: я чуял самца, и возбуждение становилось сильнее против моей воли. - Не приближайся, - процедил я сквозь зубы и, круто развернувшись, бросился назад, даже не дожидаясь ответа или какой-либо иной реакции. А запах тем временем плыл вокруг, окружал, заполняя собой все пространство, дурманя даже меня, и чем больше я вдыхал его, тем отчетливее понимал, что сегодня меня точно повяжут. Никому не устоять против такой силы!       Но, упрямо отгоняя неизбежное, я все-таки умудрялся сопротивляться настойчивому зову природы и, верный своим мечтам и надеждам, бежал и бежал. Не понимая, в общем, куда и зачем, лишь бы оторваться от неумолимо приближающегося Ранье. Краем сознания, даже не зрением, я выхватил из полумрака знакомое изображение змеи, обвивающей кубок, на противоположной стене и, не раздумывая, ворвался в спасительную темноту лазарета, успев в последний момент закрыть дверь на засов.       Но ноги меня не держали и, сделав всего несколько шагов, я упал на колени, тяжело дыша и вытирая испарину со лба. Чувствовал я себя так, словно по мне стадо лошадей промчалось, причем, вместе с повозками. Некстати вспомнились мрачные предупреждения магов, у которых я приобретал так называемые «лекарства» для подавления течки. Те утверждали, что в случае перерыва в их длительном употреблении симптомы обычно становятся болезненнее и переносятся значительно тяжелее. В том, что чертовы волшебники не ошибались, я убедился буквально сразу: мне неожиданно стало настолько плохо, что я едва сдержался, чтобы не завыть.       Меня трясло от озноба, стремительно переходящего в ужасный жар, потом я снова замерзал и так по кругу, без перерыва. Поясницу нещадно ломило, а низ живота и пах скручивало от дикого, адского возбуждения, унять которое я точно был не в состоянии. Виски словно спицей проткнули, в горле першило от жажды, губы пересохли. Кожа горела и как-то странно саднила, отчего прикосновения весьма тонкой и легкой, если не невесомой, ткани причиняли боль. Недолго думая, я стянул с себя рубашку, небрежно отшвыривая ее в сторону, и лег голым животом прямо на пол, пытаясь хоть как-то облегчить свои страдания. Но помогало едва ли, и я вертелся ужом, ерзал, скрючивался и складывался пополам, лишь усугубляя положение, а не спасая его.       Сквозь спутанное сознание я слышал странные шорохи за стеной, как будто там дрались сразу несколько человек. Мои друзья… меня делят? Да и черт с ними, пусть хоть разнесут тут все, не жалко, все равно чужое…       От очередной особенно острой вспышки, миллионами осколков впивающейся в мое измученное тело, я невольно вскрикнул, выгибаясь дугой. Рука сама потянулась за пояс штанов, к заднице, туда, где внутри пульсировало, полыхало, поглощая меня без остатка, пламя неутоленного желания. Закусив губу, я нерешительно просунул палец в ноющее отверстие, потом, в крайней степени нетерпения, еще один. Бархатные, гладкие стенки рефлекторно сжались, и я невольно всхлипнул от слабого, но такого долгожданного разряда удовольствия, моментально понимая, что это лишь отзвук, отблеск настоящего, истинного наслаждения, дать которое мне сможет только альфа.       Несмотря на собственные принципы и убеждения, прямо сейчас, в этот момент, мне хотелось, чтобы меня обняли так, чтобы кости затрещали. Чтобы я ощутил тяжесть чужого тела на себе, обмяк, распластался под ним, закидывая ноги за талию, прижимаясь теснее, ближе, впечатываясь в кого-то сильного и неудержимого и…       Мне хотелось, черт побери, чтобы меня нещадно, грубо оттрахали и плевать, кто это будет!       В ответ на мои невысказанные мольбы (должно быть, пресветлый Аланис подсуетился), я вдруг услышал знакомый голос за дверью: - Вик, малыш…       Эйнар!       Сердце рванулось вскачь, реагируя на близость самца. Я застонал и, кое-как приподнявшись на локти, с трудом принял вертикальное положение, ощущая головокружение и огненную волну возбуждения, опалившую меня от макушки до кончиков пальцев на ногах. Эйнар…красивый и уверенный в себе…Эйнар с его тренированным, совершенным телом… Рядом. Мое избавление – рядом. Моя погибель – рядом…       Я прислушался к шуму из коридора. Снова непонятная возня,возгласы, толчки, оплеухи, как будто кого-то не хило приложили о стену, и после секундной паузы снова возник Флоури: - Малыш, открой мне. Я чувствую, тебе плохо... Открой, Викки, я тебе помогу, ну, же, мальчик!       Он говорил негромко, но твердо, и вся моя сущность омеги просто орала и билась в истерике, бунтуя против внешнего и неестественного запрета на романтические отношения с альфами. Волосы на лбу намокли от пота, в груди бил набатом колокол, отдавая грохотом в ушах, и я почти терял сознание от того водоворота чувств, что охватили меня после его предложения, ах, такого сладкого предложения, такого необходимого и желанного!       Но я продолжал сидеть на месте, то ли невероятным упорством, то ли мобилизуя доселе неизвестные ресурсы изможденного организма, удерживая себя от того, чтобы просто не поползти вперед, к нему и не уткнуться головой в его колени, признавая поражение, отдавая себя – ему…       И прощай моя свобода. Метку я заполучу на раз – приятель давал мне понять о своих планах неоднократно, а он своего не упустит. - Уходи, пожалуйста, – слабо прошептал я, прокусывая губу до крови. Металлический привкус во рту немного отрезвлял. – Пожалуйста, Эйнар…       О чем я просил?       Гордость и надежда на другое будущее, нежели обычное приложение к альфе, мешала мне отпереть засов, но тело предавало, оно просило настоящего мужика, и долго я бы вряд ли продержался, сломавшись от мучившего меня невыносимого возбуждения пополам с болью от неудовлетворенного желания. А Эйнар хорош собой и пахнет приятно…       Так о чем я просил на самом деле?       Вот и Флоури, видимо, устал от капризов глупого омеги с отвратительным характером.       Сильнейший удар потряс здание, затем еще один и еще, а потом последовал громкий треск и дикий грохот – от падающей на пол в облаке пыли и разлетающихся вокруг опилках двери.       Он.       Выбил.       Дверь.       В мгновение ока я оказался на ногах, игнорируя собственное плачевное состояние и пульсирующее, ставшее от неосторожных движений острым и мучительным, напряжение в паху.       Черт побери, черт побери, черт побери!! - Вик, малыш, где ты? Не прячься от меня, маленький…       Судя по потоку прохладного воздуха, коснувшегося моей разгоряченной кожи, Эйнар двинулся прямиком ко мне.       Раздираемый на части противоречивыми чувствами, от страха перед тем, что со мной в итоге сделает Флоури до умопомрачительного желания поцеловать его, я рванулся к огромному, в мой полный рост, окну, совершенно не представляя, зачем мне туда.       Поразмышлять дальше о странностях выбранной мной стратегии я не успел по очень простой причине: зацепился ногой о какой-то непонятный изогнутый предмет наподобие железного обруча, и меня потащило прямиком к зияющему темнотой провалу с несвойственным мне ускорением. Стремление ухватиться хоть за что-нибудь в попытке избежать явного падения из окна не удалось: пятерня в итоге лишь ухватила воздух, и, с коротким вскриком я вылетел в пустоту, напоследок скользнув пяткой по низкому порожку. «Спину сломаю, - безучастно подумал я, стремительно приближаясь к земле. Вот так бесславно и закончится моя служба... - Лови его!       Громкий крик послышался откуда-то сбоку, и я рефлекторно дернулся на источник звука. В тот же миг мое неумолимое падение вдруг замедлилось, я словно завис в пространстве. Пока я с недоумением силился понять, что за безумие со мной творится, недалеко от меня раздался очень звучный и очень насмешливый голос: - И долго ты порхать в небе намерен? На птичку все равно не тянешь… Спускайся вниз, не свалишься!       Полностью дезориентированный происходящим, я осторожно шевельнул нижними конечностями и с удивлением обнаружил, подо мной действительно твердая поверхность.       А прямо надо мной угрожающе возвышалась фигура в темном плаще с капюшоном, скрывающем лицо. - Ого, какого красавчика я отловил! И редкого – впервые вижу летающего омегу, - хмыкнул незнакомец, в котором я безошибочно распознал бету. И однозначно мага. На последнее недвусмысленно указывал способ перемещения, которым меня спустили на нашу грешную землю.       Тут мой взгляд уперся в смутно знакомый вензель на атласной ткани воротника, и я обомлел от неожиданного узнавания.       Королевский герб.       Я вижу перед собой королевского мага?! - Иген, ты опять без моего соизволения действуешь? Накажу. – Еще один голос, теперь позади меня. Уверенный, сильный, явно привыкший повелевать, несмотря на вкрадчиво-мурлыкающие нотки. - Зачем ты убрал его запах? Мальчик благоухает божественно…       Не вполне доверяя собственному слуху, я медленно обернулся. И наткнулся на оценивающий взгляд темно-синих, но прозрачных, как ледяной ручей в погожий зимний день, глаз. Тех самых, что даже на картинах вызывали дрожь у впечатлительных людей.       Киан Лэйвери, герцог Фернтон.       Родной брат короля.       А я, доблестный офицер королевской, между прочим, армии, почти свалился ему на голову из ниоткуда, взбудоражив при этом весь гарнизон своей (не) запланированной течкой, стою сейчас перед ним растрепанный, грязный, и в одних штанах? Последнее добило окончательно. - Твоего...! И на...!!! Иди… Нах!!! - Выпалил я на одном дыхании и, наконец, поступил как истинный омега.       Вырубился.       …В себя я пришел от осторожного, почти ласкового прикосновения руки, убирающей челку с моего лица. Я вскинулся, готовый по привычке обороняться, но это оказался всего лишь Флоури. Что он делает в моей комнате? - Как дела, малыш? – Мягко осведомился друг, усаживаясь на край моей кровати.       Я инстинктивно отодвинулся дальше от него, но уперся спиной в стену и замер, не понимая, что происходит. Почему он здесь? А я? И, самое главное, почему я перестал пахнуть?       Когда он ответил, я понял, что произнес это вслух: - Над тобой поколдовал королевский маг, знаменитый Игенстан Деруа. Так что ты сейчас не представляешь опасности для окружающих, - Эйнар усмехнулся, но усмешка вышла странно-грустной, - можешь не переживать за свою честь. - Ясно, - я тихонько наблюдал за ним из-под длинных ресниц, не решаясь посмотреть открыто. Мне было неловко и откровенно стыдно за свое прошлое поведение, кроме того, несмотря на магическую блокировку своего аромата, его приятное амбре я ощущал прекрасно. И это доставляло некоторое неудобство. Во фронтальной части меня, если быть точным. - Послушай, зачем ты сиганул в окно? – Наконец, задал Флоури явно мучивший его вопрос. – Я настолько тебе противен? - Черт, Эйнар! – Я выскользнул из-под теплого одеяла, раздраженно пихнув приятеля ногой в бок. Потом прошлепал в противоположный конец своих покоев, исключительно на всякий случай: все-таки со мной наедине альфа, а я всего лишь омега, обряженный…Тут я недовольно взглянул на себя, в длинную рубашку чуть ли не до пят?? А штаны куда подевались? Ну и видок у меня, папочка родной! - Я в полубезумном состоянии пребывал, плохо понимал из того, что творю! – Пробурчал я мрачно, отворачиваясь в сторону от внимательного взора, которым меня одарил северянин. – И не прыгал я никуда, зацепился за что-то в полу, ну и …в общем, вот. - Беда ты, а не человек, - вздохнул Флоури, вставая, и неспешно направляясь ко мне. – Так, значит, я тебе не неприятен? - Это…Ну…- Беспокоясь из-за его близкого присутствия (приятель нависал надо мной нерушимой скалой!), пробормотал я, невольно делая шаг назад. И неожиданно ощущая задницей прохладную поверхность. Черт побери, а позади-то только каменная кладка…Некуда отступать! - А ты не мог бы отойти? – От льда в моем голосе мог бы застыть и водоем, но только не хладнокровная скотина, именуемая моим другом. Пока что – другом. - Зачем? Мне и так удобно, - насмешливо отозвался тот, наклоняясь ко мне еще ближе.       Какого дьявола он творит? Решил взять реванш за недавнее происшествие? И знает ведь, сука, что запах запахом, а прочие мои рефлексы никто не отменял!       Мне стало жарко. Зачем в гарнизоне топят в такое время года, не зима ведь? Доберусь до кастеляна, выскажу ему много нелицеприятных вещей! Дышать невозможно!       Нашу дивную беседу прервало внезапное появление аристократичного Сьютера, чему я поначалу весьма обрадовался. Альфы обычно соперничают во всем, так что Эйнару придется отступить и оставить меня в покое. Тем более, что собственное возбуждение я уже и не надеялся скрыть. Да и что толку, Флоури и так в курсе, что я дурею от него…       Зря я надеялся на новоприбывшего. Пресветлый Аланис взялся за меня крепко, видать, здорово я задел его самолюбие своей непокорностью. - О, Вик, тебе стало лучше! – Широко улыбнулся Гланн, молниеносно достигая места нашей с Эйнаром дислокации. И немедленно приваливаясь ко мне с другого бока. Меня чуть не вырубило повторно, от него пахло нереально хорошо! - Ребята, а не пора ли вам к себе? – С отчаянием приговоренного к смерти, поинтересовался я сквозь зубы. - Ты не рад меня видеть? – Невинно улыбнулся мне Сьют и, подмигнув Эйнару, положил свою горячую руку мне на бедро.       У меня пересохло во рту. Два шикарных красавца справа и слева, а посередине омега с превосходным стояком, как вы себе видите дальнейшее развитие событий? Я лихорадочно обдумывал план побега, в то же время отчетливо осознавая, что ни хрена я никуда не успею. Перехватят одной левой. Одно неплохо в этой сомнительной истории – они не дадут друг другу поставить мне метку, скорее, передерутся.       Но чудеса все-таки случаются в нашей жизни. Кто-то явно посильнее Аланиса внезапно показал ему фигу. - Извините, что прерываю ваш, без сомнения, увлекательный разговор, - холодный и удивительно бесстрастный голос, раздавшийся около дверей, оказался сродни ушату холодной воды, вынудившей моих друзей едва ли не отпрыгнуть от меня в разные стороны, - но мне чрезвычайно необходимо побеседовать с милейшим господином Хардингом наедине.       Спорить с королевским магом, а это был он, верх безумия, а потому мои товарищи просто подчинились, исчезнув безропотно и тихо, словно и не приходили сюда вовсе. Не уверен, конечно, но бета явно применил свои магические штучки к Флоури и Гланну, иначе их так запросто из помещения не выкинуть…       Деруа проводил их долгим и непонятным взглядом, после чего обернулся ко мне, без сил цепляющемуся за стену и, хищно усмехнувшись, проговорил: - Ну, что, сокровище мое золотоволосое, посплетничаем? ______________________________________________________ * Поговорка