Личный слуга его светлости

      Я медленно поднял голову и столь же неторопливо пробежался взглядом по парню, самонадеянно перегородившему мне путь. Невысокий, принялся привычно фиксировать детали разум, примерно моего возраста или чуть младше, баснословно дорогие тряпки (одни только перчатки из бархатистой, тончайшей выделки, кожи стоили целое состояние!) выгодно подчеркивают изгибы стройной фигуры, куча драгоценностей… Призванных продемонстрировать, я усмехнулся с легким презрением, отнюдь не благосостояние, а бескрайние возможности любовника. И, безусловно, я понимал, о каком любовнике идет речь.       Что нужно этому ухоженному, избалованному омеге, с капризно надутыми губками, раз он осмелился меня столь бесцеремонно побеспокоить? Мне действительно стало любопытно, но я и не подумал задать вопрос. Пусть я чужой при дворе и здешние порядки кажутся мне странными и непонятными, но вот омежью разборку я в состоянии опознать при любых обстоятельствах. И не в моих правилах принимать участие в истеричных развлечениях представителей собственного пола. Лучше промолчать, чем позориться и вступать в дискуссии. Все равно это бесполезно, они неуемны в выражении чувств. - Ты думаешь, твои лохмы или миленькое личико помогут завоевать сердце нашего герцога? – Словно гюрза, прошипел незнакомец, так и не дождавшись от меня какой-либо реакции на предыдущую реплику. - Не надейся! – Пронзительно выкрикнул он, и я невольно вздрогнул от неожиданности. Тьфу, аж напугал, крикун. - Посмотри на свои грубые руки! А тело! Худой, жилистый, не за что подержаться! – Не унимался аристократишка, явно пугая своим поведением стоявших рядом с ним двух бет, видимо, компаньонов. Они страдальчески морщились все то время, что их подопечный вещал, и я отлично их понимал: кому охота становиться свидетелем столь безобразной – ни разу ни светской – беседы. – Ты похож на альфу, такой же мужлан, как они! – Надрывался выскочка.       Твои бы слова, да Аланису в уши! Перестал бы подкладывать меня разным самцам… - Его светлость никогда тобой не заинтересуется! Искренне надеюсь, что да. Интересно, парнишка не оракул, нет? Ну мало ли… Вдруг предвещает всякое приятное. - Бестолочь! – Выплюнул, наверное, самое страшное, какое смог придумать, ругательство, местный кокетка и,нежно звеня златом-серебром, проплыл мимо, предсказуемо задев меня на прощание плечом.       Морщась от шлейфа его терпко-сладких, до приторности, духов, я, тем не менее, почти рассмеялся: впервые в жизни мне устроили сцену из-за чужого любовника. Забавная ситуация. Правда, небезопасная и, в первую очередь, для франта, ведь я вполне в состоянии справиться с его хрупкой тушкой, не прилагая особых усилий. Одно из двух, или пассия Лэйвери с детства умом обижен, или… Ревность взыграла, заставив забыть об осторожности? А не рано ли, учитывая, что я появился здесь всего пару дней назад? С удивительной скоростью у них слухи распространяются! - Надо признать, выдержка у тебя отменная, Хардинг, - вдруг протянул мой провожатый с нотками отчетливого восхищения в голосе. – Милоун Янник славится умением доводить окружающих до белого каления. Вопреки смазливой внешности, характер у него премерзкий, его многие здорово недолюбливают. А сейчас он просто бесится, поскольку у нас болтают, что наш господин нашел себе другого парня, - я уловил косой взгляд своего собеседника, но не подал вида, что уловил намек. Фернтон трахает всех без разбору, судя по репутации, поэтому речь вовсе не обо мне! И никто меня не переубедит. Да и потом, вряд ли брат короля имеет обыкновение распространяться перед челядью о своих намерениях в любовном плане. - Но, к чести Милли, надо отметить, - неутомимо продолжил альфа, - что он продержался в качестве фаворита намного дольше, чем все прочие...ээ, привязанности герцога. Пару лет точно. И потому за благоволение Его Светлости кому угодно глотку перегрызет. Впрочем, на данный момент я вполне разделяю его обеспокоенность, - Годвин ухмыльнулся и, не стесняясь, внимательно осмотрел меня с головы до пят,- ты явно красивее, чем он! - Слушай, тебе, кажется, приказали отвести меня в зал для тренировок? – Холодно осведомился я, устав от болтливости своего визави. – Вот и веди! - А ты вполне достойная замена нашему Милли, - ускоряя шаг, пробормотал себе под нос мой собеседник, и буквально через несколько минут торжественно объявил, махнув мощной рукой в сторону широких дверей: - Мы пришли!       Я кивнул и, не говоря больше ни слова, решительно двинулся вперед, игнорируя жаркий взгляд, которым наградил меня напоследок мой спутник.       Несмотря на заверения Лэйвери относительно моей безопасности, я все же подспудно ждал проблем, поскольку всегда привлекал повышенное внимание со стороны сильного пола, как пишут в дешевых любовных романчиках. Однако распоряжениям (или желаниям?) хозяина замка, похоже, следовали беспрекословно, поскольку мои опасения насчет характерного отношения прочих альф к немеченой омеге не подтвердились: ко мне никто не лез. Смотрели, обсуждали, осторожно пытались флиртовать, шутили, и не всегда безобидно, но – не трогали. Подобное устраивало меня как нельзя лучше, поскольку в «родном» гарнизоне репутацию я зарабатывал долгих пять лет, и теперь мне отчаянно не хотелось повторения того непростого и во многом болезненного опыта.       Тем не менее, первые недели две я провел относительно спокойно и достаточно однообразно. Вставал ранним утром, до обеда отрабатывал комплекс упражнений с мечом, во второй половине дня - занимался верховой ездой, изучал военную историю, разбирая по косточкам наиболее известные военные конфликты, а также решал задачи по рекогносцировке на местности в сложных географических условиях. И этикет, конечно. Фернтон-таки выполнил свою угрозу, отправив ко мне тощего и длинного как жердь, учителя-бету, с перепуганной рожей и с огромным сводом совершенно идиотских правил под мышкой, которые мне требовалось изучить в довольно короткие сроки. В общем-то, получалось неплохо, несмотря на мое неприятие такого рода вещей.       Но более всего меня устраивала текущая ситуация с парнями-сослуживцами. После участия в десятке-другом тренировочных, но оттого не менее трудных боев, во мне перестали видеть диковинную зверушку, лишь по наивной случайности попавшую в армию (куда по определению идут только настоящие мужики, естественно, а не хрупкие омеги). А благодаря нескольким грамотно выигранным сражениям (я больше использовал тактику, нежели физическую силу) и паре-тройке серьезных драк (приставать ко мне все-таки попытались) мне удалось, наконец, заслужить и уважение ребят из здешнего гарнизона. И, если не подружиться с ними, то нормальные отношения наладить точно, и мы пару раз выбирались вечером вместе выпить отличного пива, что варили в небольшой таверне неподалеку от замка.       Со своей новой прической мне тоже в итоге удалось справиться: здорово помучившись, я, наконец, научился заплетать буйную гриву в толстенную косу, спускающуюся ниже талии. Однако непослушные волосы лежали плохо (как мне объяснил хорошо разбирающийся в моде омежка – помощник кастеляна, их требовалось чем-то мазать, но я, естественно, не стал) и в процессе тяжелых тренировок постоянно выбивались из прически, обрамляя лицо блестящими, вьющимися локонами. Местные по неизвестной причине находили это чертовски привлекательным, и потому почти ежедневно под дверью своей комнаты я обнаруживал любовные записки, иногда весьма забавного содержания.Так, например, некий капрал Фогюст, романтично предлагал сбежать в соседнюю страну, аргументируя свою кандидатуру в качестве моей будущей пары наличием средств на мое безбедное содержание. Хорошая попытка, пресветлый Аланис! До чего упертое божество, и чего привязалось ко мне? Как будто мало ему омег, мечтающих замуж выйти, а он вцепился в убежденного одиночку.       Еще одним личным достижением за этот относительно спокойный период стало посещение лекаря, хоть и вынужденное. Странные приступы, сопровождающиеся внезапным появлением невероятно сильного запаха, продолжались. Один настиг меня, слава богам, в собственной комнате, с другим повезло меньше – я находился в конюшне вместе с напарником, от которого я едва отбился, парень он здоровый. Хорошо, что я не попался Фернтону после этой эпохальной битвы в стойле для лошадей, черт его знает, как бы я сумел объяснить ссадины на лице и разбитые в кровь костяшки пальцев на руках. И смачный засос на шее…       Вместе с тем, результаты общения с медицинским светилом оказались неутешительными. Хотя его выводы, между нами, меня не сильно удивили – нечто подобное я и ожидал. Но вопреки фактам и здравому смыслу упорно надеялся на другой вариант развития событий. - Итак, юноша, Вы пили «поганые настойки» не только во время течки, правильно я понимаю? - Буравя меня колючим взором, сварливо уточнил пожилой эскулап. Мой рассказ вызвал у него бурю отрицательных эмоций, и я его отчасти понимал: не каждый раз встречается пациент, со столь изощренной изобретательностью гробящий собственное здоровье, к тому же – драгоценное, омежье. - Да, господин Тарвиусс, - подтвердил я неохотно. На самом деле, я пил их почти непрерывно, чтобы, в том числе, подавить и свой запах. Только так можно выжить в окружении альфа-самцов, не подвергаясь регулярным изнасилованиям, язвительно подумал я, но озвучивать мысль не стал: мой собеседник не служил в армии, он не поймет. - Ужасно, - неодобрительно покачал головой бета, - в столице за продажу подобных снадобий полагается длительное тюремное заключение, Вы в курсе? Тут Вы не найдете эдакой дряни, даже не старайтесь. Более того, магические притирки и мази тоже непросто приобрести, хотя вреда от них почти нет. Возвращаясь к Вашему случаю… - Он выразительно вздохнул, и продолжил, ясно сдерживая резкие замечания, рвущиеся с языка: - Не буду углубляться в медицинские термины, сообщу кратко: Ваш организм был серьезно отравлен этими мерзкими напитками и функционировал не так, как предусмотрено природой. Но теперь, поскольку недавно Вы прекратили принимать магические зелья, Ваш цикл начинает восстанавливаться. Иными словами, - увидев мое окаменевшее лицо, добавил лекарь торопливо, - Вы сейчас в том состоянии, которое подростки переживают лет в восемнадцать-девятнадцать. Нерегулярные течки и «всплески» родного запаха. - Нерегулярные… То есть, течка у меня может начаться в любой момент? – Напряженно спросил я, внезапно осознавая, что ситуация складывается несколько хуже, чем я представлял изначально. Намного хуже, если быть точным. - В общем, да, - пожал плечами лекарь, - пока не установится определенный график. И, могу Вас заверить, данный процесс у Вас точно затянется, учитывая обстоятельства… Вы не меченый, я вижу, но у Вас есть партнер? Пара? Вы ведь знаете, что пара помогает омеге перенести это непростое время? - Господин Тарвиусс, а как… Как мне быть, когда…Если снадобья не продают? – Я встряхнулся, мне следовало решать возникшие проблемы, а не предаваться отчаянию. - Значит, партнера нет, - с неудовольствием поджал губы бета, - до чего дурная нынешняя молодежь! Красивый, молодой, и один! Куда ваш Аланис смотрит! - Что. Мне. Делать? – С расстановкой повторил я, лихорадочно соображая, как мне добыть привычные средства, чтобы скрыть неудобные «особенности», назовем их так. Купить не получится, понятно, но, возможно, какой-нибудь маг в столице или за ее пределами согласится приготовить их лично для меня за отдельную плату? Хотя вариант тоже сомнительный, помощник кастеляна, тот самый, который учил меня тонкостям обращения с длинными волосами, рассказал немало историй о незавидной участи тех приверженцев магии, кто в угоду личному обогащению пренебрег королевским эдиктом о запрете продажи снадобий по подавлению течки и ее симптомов. - Будешь справляться по старинке, - когда я уже и не надеялся на внятный ответ, внезапно отозвался лекарь. Увидев мое удивление, он насмешливо фыркнул: – Запираться в комнате, юноша. Вернее, запрут-то тебя снаружи, если ты, правда, добежать до нее успеешь, - хихикнул он, подмигивая мне. – Хотя денежное довольствие на ребеночка наш герцог платит щедрое.       Да чтоб тебя, старый развратник! Совсем сдурел, какой еще ребенок?! - Благодарю за совет, но я не трахаюсь с альфами, - отрезал я и вышел, оставив обалдевшего бету приходить в себя после моего скандального заявления.       За исключением сложностей с омежьей физиологией, в остальном дела действительно складывались очень хорошо. Прошел почти месяц с того приснопамятного инцидента с отравленным вином, но ни Лэйвери, ни его ручная зверюга, Игенстан Деруа, в непосредственной близости от меня не появлялись. Я даже начал потихоньку надеяться, что про меня благополучно забыли. Но ошибся: мой неугомонный господин обнаружился на исходе четвертой недели, оборвав мое вольготное существование самым неожиданным образом.       Накануне вечером я приполз в свои покои еле живой от усталости: разозленный неуставной дракой между мной и другим офицером (тот доставал меня довольно долго, прежде чем я отреагировал, причем весьма жестко), начальник гарнизона устроил всему составу показательную порку, заставив до изнеможения маршировать на плацу. И потому, стоило мне вернуться к себе, как я тут же свалился в постель и вырубился.       Посреди ночи я проснулся, словно от толчка и, несмотря на царившую вокруг тишину, сразу понял: в комнате посторонние. Намереваясь проверить подозрения, я осторожно открыл глаза и…       И увидел прямо перед собой лицо герцога.       Нависая сверху, со странным выражением лица, которое я не определил, он внимательно рассматривал меня. Пальцы сами собой сжались в кулаки, но не успел я атаковать непрошеного гостя, как оба мои запястья ловко были перехвачены и с легкостью заведены за голову. А сам наглец пристроился на моих бедрах, крепко прижимая их к кровати. В таком унизительном положении двигаться я мог весьма ограниченно, но вряд ли захотел – выгибаться червяком под братом короля отнюдь не входило в мои планы. Что он задумал, дьявол его побери! Ведь утверждал, что силой не… - Ты такой соблазнительный, когда спишь, - жаркий шепот опалил мне ухо. – Эти растрепанные волосы и нежный румянец на скулах...       Румянец появился не только там, поверьте мне. А от распространившегося в воздухе притягательного аромата Лэйвери, в котором отчетливые фруктовые нотки сочетались с чем-то пряным, но изысканным, у меня приятно потяжелело в паху, но это совсем не та реакция, которая меня бы обрадовала, вот совсем не та. - Ваша светлость… - выдохнул я, но сразу заткнулся, ибо голос звучал до неприличия хрипло. - Киан, - убирая челку с моего лба, - весело проговорил Фернтон, - разрешаю тебе обращаться ко мне по имени, когда мы наедине.       Дьявол и его приспешники! Не желаю я никого называть по имени! Тем более – его. Надо немедленно прекращать это безумие! - Ваша светлость, Вы заблудились? – Холодно поинтересовался я, пытаясь игнорировать его манипуляции. Получалось плохо, то ли длительный период воздержания давал о себе знать, то ли…       Нет, не хочется думать, что он меня волнует. Хотя ощущал я его на самом деле как-то острее, что ли, чем всех прочих. Во всяком случае, заводился я от прикосновений моментально.       Проклятие! Он перестанет меня лапать или нет? Я не придворный омежка! - Дерзкий мальчишка, - промурлыкал в ответ Лэйвери и, наклонившись ниже, внезапно уткнулся мне носом в шею. – Как ты невероятно пахнешь …       Я замер, боясь шевельнуться, чтобы не спровоцировать его на более активные действия. Мне казалось, даже дышать перестал. - Вкусно, - пробормотал он, скользя губами по коже. А спустя мгновение проворный, юркий язык быстро прошелся по чувствительному месту за ухом.       От этого влажного, страстно-обжигающего прикосновения, меня вдруг окатило волной такого дикого возбуждения, что я едва не выгнулся дугой. В голове шумело, сердце билось громко, заглушая прочие звуки и, находясь во власти дремавших доселе, древних инстинктов, я почти потянулся к Лэйвери - сам! - подставляя шею в том месте, где омегам обычно ставят метку...       Но в этот момент он вдруг резко отстранился, и пока я ошалело моргал, с трудом осознавая, где нахожусь и что происходит, герцог стремительно поднялся с постели, даря мне свободу. - Прекрати бросаться в драки по любому поводу, - уже нормальным голосом сказал он,- парни просто делают комплименты, не воспринимай их как оскорбления. И еще, завтра же покажись Игену, пусть подправит твою прелестную мордашку. Тебе не идут ссадины и царапины.       Провожаемый моим пристальным взглядом, Фернтон неторопливо добрался до двери, но, взявшись за ручку, неожиданно обернулся и добавил: - Ты такой страстный, Вик. Мне чертовски это нравится, - он широко ухмыльнулся, и вышел, оставив меня в полнейшей растерянности таращиться в пространство.       Проклятие! Что это вообще было?? - Он меня с ума сведет, - устало пробормотал я, обессилено растягиваясь на кровати. От нехорошего предчувствия у меня мурашки табунами бегали по спине, однако то, что случилось сегодня, оказалось всего лишь лютиками-цветочками.       А ягодками меня завалили по самую макушку чуть позже.