Личный слуга его светлости

В замке.

- Это невозможно, Иген, - довольно сдержанно отозвался Фернтон на безумное заявление старого друга и, откинувшись на спинку кресла, с непоколебимой убежденностью повторил: - Абсолютно невозможно. - И почему ты так уверен, о, мой герцог? – С хитрой усмешкой поинтересовался Деруа. Он потихоньку приходил в себя от поражения, нанесенного его самолюбию неизвестным колдуном, оказавшимся, к несчастью, чрезвычайно мощным и искусным в плетении сложных заклинаний. И опередившим, к слову, королевского мага по всем фронтам.       Впрочем, судя по таинственной морде последнего, тот явно намеревался взять реванш. - Может, потому что мой нареченный погиб в той жуткой резне? Если ты забыл, я лично видел его тело! – Разозлился Фернтон, задетый за живое непонятными инсинуациями беты. – А Истинная пара бывает одна на всю жизнь, тебе ли не знать, Иген! - Ну, против правды не попрешь, конечно, - подозрительно ласково согласился с ним Деруа. – Убитого графа и его семейство ты действительно имел несчастье лицезреть… Благодаря несколько необычным представлениям твоего батюшки о воспитании собственных отпрысков. Но, - местный чернокнижник бесцеремонно присел на хрупкий подлокотник бержера*, тревожно заскрипевший под его не самым внушительным весом, - как насчет некоторых фактов, связанных с Виккером, и весьма смущающих, надо признать, и мой, и твой покой? Вроде твоей зацикленности на нем и жуткой, хотя и обоснованной, с моей точки зрения, ревности? Ведь ты всегда довольно спокойно относился к своим любовникам, чем здорово их раздражал, кстати. - Какая, к черту, ревность? Я – цивилизованный человек, - недовольно откликнулся альфа на сыпавшиеся в его адрес справедливые комментарии. – И не склонен к столь низменным чувствам! - Ну-ну, - насмешливо усмехнулся его визави, - именно поэтому ты запретил всем и каждому в замке даже смотреть в сторону Вика. Хорошо, а твоя бешеная реакция на его запах еще там, в гарнизоне? Да ты из кареты выпрыгнул на ходу, наплевав на безопасность, и помчался к нему! Я уж думал, конец нашему светочу, ждет его бесславная кончина под копытами смирных лошадок… - Это ерунда какая-то, а не факты, - почти улыбнулся Лэйвери, немного успокаиваясь. – Красота моего тигренка кому угодно вскружит голову. А в гарнизоне я повелся на его течку! Как и тамошние мужики, между нами. Мой дьяволенок в тот день умудрился взбудоражить всех и вся! - Правда? А ты помнишь, что выпалил, стоило тебе увидеть омегу, вываливающегося из окна? – Вкрадчиво осведомился маг. – Хотя летел он вполне себе с грацией, надо признать, я аж засмотрелся…       «Мой».       Вот что тогда первым пришло на ум герцогу. Ибо полуодетый мальчишка с неприлично короткими, цвета расплавленного золота, волосами и дерзким взглядом янтарных глаз моментально пробудил древние инстинкты альфы, превращая его в хищника, идущего по следу жертвы. Перебросить сладкого омежку через плечо и уволочь в укромный уголок, вот что вопило все его естество, напрочь игнорируя здравые доводы разума.       Да, здесь Игенстан прав: при первой же встрече с Хардингом Фернтон сразу осознал, что Виккер должен принадлежать ему. И только ему – одному.       Тем не менее, герцог никогда не полагался на эмоции в отношениях с парнями, и потому он отрицательно мотнул головой, отметая любые аргументы своего настойчивого собеседника. - А то, что твой ненаглядный Вик благоухает фрезией, тебя не смутило? – Продолжал пытку ребусами друг детства и верный компаньон. – Проявите смекалку, Ваша светлость, ну! - Да с какой стати я…- раздраженно начал Фернтон, но внезапно замолчал, оборвав фразу на полуслове. Перед его мысленным взором вдруг отчетливо промелькнула пожелтевшая от времени страница из старинного фолианта «Классификация родов (кланов, семей)» с изображением генеалогического древа Монтгоуэров. Общей, превалирующей нотой их аромата являлась пресловутая (и редкая) фрезия...** - Чушь какая-то, - наконец, проговорил Киан, переводя мрачный взгляд на невозмутимого мага. – Это простое совпадение… - Ты отлично знаешь, что это не так. В нашем мире не существует людей с одинаковым запахом, - хмыкнул тот, легко поднимаясь на ноги. – С похожим – возможно, но не с одинаковым. Но ты прав, в сложившейся ситуации одних измышлений недостаточно. И посему, я покажу тебе нечто гораздо более увлекательное, - добавил Деруа, запуская руку в карман своего знаменитого безразмерного и почему-то преизрядно помятого плаща («Спит он в нем, что ли», промелькнула мимолетная мысль у Фернтона).       Спустя секунду местный чернокнижник протянул заинтригованному старому другу плоский овальный камень, размером с небольшую шкатулку для драгоценностей, чернильно-синего, отдающего в агат, цвета с рубиновыми прожилками, в глубине которых то и дело возникали и гасли ярко-алые всполохи. - Как думаешь, что это? – Спросил он с интересом у озадаченного Лэйвери. - Не уверен…– С сомнением откликнулся тот, осторожно рассматривая загадочную штучку, но не испытывая ни малейшего желания прикасаться к ней. Ибо она дышала опасностью. И магией. А с последней шутки… Ну, вы в курсе. - Дай мне правую руку, Киан, - властно приказал маг.       Умел он убеждать, однако. - Мне кажется, я пожалею об этом…- едва слышно пробормотал Фернтон, откровенно не любивший принимать участие в магических обрядах, но все-таки подчинился внезапному требованию, хотя и подчеркнуто неохотно.       В этот миг в кулаке беты серебристой молнией сверкнул неизвестно откуда взявшийся изящный кинжал. Резкий замах – и вот из небольшого пореза на герцогской ладони прямиком на гладкую поверхность колдовского предмета, вовремя подставленного ушлым Деруа, радостно заструилась ценная королевская кровь. - Хватит, достаточно, зажми ранку, - негромко сказал бета, когда темно-красная лужица почти достигла краев импровизированной емкости. Затем он торопливо выудил откуда-то из недр своего удивительного одеяния прозрачную склянку, на четверть заполненную бордовой, густой жидкостью и, отсалютовав ею своему собеседник, пояснил: - Это – принадлежит Вику, я собрал немного, пока залечивал его раны. А теперь я прошу внимания, мой господин.       С этими словами он решительно вытащил пробку из узкого горлышка и, аккуратно наклонив сосуд, вылил его содержимое на все тот же камень.       Громкое шипение и бурление, последовавшее за этим нехитрым действием, заставило Фернтона непроизвольно отшатнуться, а мощный хлопок с белесым дымком и вовсе вынудил прикрыть глаза, правда, ненадолго. Любопытство вкупе с гордостью не позволили герцогу ни на секунду отвлечься от происходящего. Впрочем, результат волшебных манипуляций Деруа оказался настолько поразительным, что Лэйвери не поверил собственному зрению.       Ибо кровь с магического камня исчезла полностью, не оставив ни пятнышка.       Вместо нее на абсолютно сухой и блестящей поверхности лежало…крохотное червонное сердечко. - Ты притащил мне кусок алтаря из храма Аланиса, - хрипло выдавил альфа, наконец, осознав, что подсунул ему хитроумный маг. - Кусок того самого чертового алтаря, с помощью которого влюбленных проверяют на наличие истинных уз… - Да, - не стал отпираться Деруа. – И итог проверки ты видишь перед собой. - Вижу, - медленно повторил его собеседник, насилу приходя в себя от шока. – Мы с Виком – Истинные, вне сомнений. Но, Иген… Это все равно невозможно! – Фернтон в возбуждении вскочил с кресла. - Связь между двоими устанавливается единожды и на всю жизнь, и если кто-то из пары погибнет, второму никогда не суждено найти нового Истинного! А мой…нареченный умер много лет назад! - Ты вправе меня возненавидеть, Киан, - тихо ответил бета, опуская взгляд. – Но это не мой секрет… Видишь ли, в семье Монтгоуэров было двое новорожденных… - Что? – Непонимающе переспросил герцог. - Вы навряд ли помните, но у главы семьи Монтгоуэр был родной брат-омега, Отис. Весьма шустрый и довольно любвеобильный молодой человек, не обремененный необходимостью следовать нормам морали. Он умудрился забеременеть от женатого любовника, однако затянул с процессом…ээ…решения возникшей проблемы и в тайне ото всех, в поместье старшего брата, родил сына… А спустя месяц на свет появился и наследник рода.       Деруа помолчал, собираясь с мыслями, и с некоторым усилием продолжил: - В ту роковую ночь Вашего будущего мужа, тогда совсем малютку, вместе с двумя слугами отправили в город – для совершения традиционного магического ритуала на крепость здоровья и долголетие. Родители остались дома, омега-отец слишком ослаб после родов и восстанавливался с трудом… В общем, нападавшие убили не твоего суженого, Киан. А того, ни в чем не повинного мальчика, бастарда Отиса Монтгоуэра. Поскольку почти никто не знал о существовании второго ребенка, все решили, что погиб именно отпрыск графа … - Значит, мой тигренок на самом деле… - Сэджвик Монтгоуэр, - кивнул Игенстан, - родной сын графа Амриса Монтгоуэра и его мужа, Девона из клана восточных Берранов. - Сэджвик, значит, - задумчиво протянул Фернтон. – Похоже на то. Отсюда и имя? Сэджвик – Вик? - Вероятнее всего, - нервно дернул плечами бета. Ему не нравился яростный блеск в синих глазах старого друга. - Я не спрашиваю, откуда тебе известны подробности этой жуткой истории, и так ясно, что от твоего отца-советника. Он много тайн хранил, старый пройдоха, недаром они с Дебраном так спелись. Но мне интересно другое: почему ты не рассказал мне этого раньше, Иген? – В голосе герцога отчетливо послышался лязг металла. - Я…не мог дать тебе ложную надежду, Киан, - Деруа низко опустил голову. - Мальчик пропал десятилетия назад, наши маги не нашли его, как ни пытались…Вдруг он давно умер? А ты дьявольски настойчивый, ты бы продолжал поиски, наплевав на себя, забыв об обязанностях перед страной и семьей. Мне хотелось, чтобы ты не оглядывался на прошлое и жил настоящим… - Я… настолько похож не него, Иги? – Тихо проговорил Фернтон, называя полузабытым детским прозвищем. – Ты бережешь меня…- Он ласково погладил бету по впалой, бледной щеке. - Да…- с болью выдохнул маг, впитывая неожиданную ласку всем телом. - Особенно, когда улыбаешься… Становишься совсем как он…       Они оба замолчали, невольно вспоминая о третьем в их веселой компании, о кузене герцога – Гастоне. Они вместе росли учились и развлекались (Строгган, как старший в семье и наследный принц, не принимал участия в их забавах). Гас не отличался красотой, присущей клану Лэйвери, но его безмерное обаяние сражало наповал, а умные остроты и шутки неизменно приумножали количество поклонников. Однако его возлюбленным в итоге стал рассудительный Игенстан. Они были по-настоящему счастливы, вызывая зависть окружающих. До тех пор, пока, Гастон трагически не погиб на охоте…забрав с собой частичку души королевского мага. Тот так и не оправился от потери, мгновенно превратившись из веселого парня в мрачного и нелюдимого бирюка. - Меня беспокоит только одна деталь, - резко отстраняясь от беты и давая тем самым понять, что минутка слабости окончена, сказал Фернтон. – Откуда Адриан узнал, что Вик – мой Истинный? Если даже ты, один из самых лучших представителей своей профессии, выявил сие обстоятельство значительно позднее…       Деруа вздрогнул, шпилька альфы достигла цели. Впрочем, он имел полное право быть им недовольным: он, опытный чародей, действительно работал спустя рукава, погрязнув, как обычно, в собственных депрессивных переживаниях. И даже не удосужился вовремя проверить, почему его друг и господин ведет себя столь необычно по отношению к красавчику-офицеру с дальней окраины страны… - Я виноват, Ваша светлость, не отрицаю, - глухо отозвался бета. – И готов взять на себя ответственность и…Оставить свою должность, если прикажете. - Не мели чепухи! – Рявкнул брат короля, сурово нахмурившись. – Ты – мой личный маг, и черта с два я тебя куда-нибудь отпущу. Поэтому засунь свои извинения глубоко в задницу и ответь, наконец, на заданный вопрос! - Бывший любовник твоего батюшки не знал про…бастарда Монтгоуэров, это точно, - с деланным спокойствием ответил Игенстан, тщательно скрывая облегчение, нахлынувшее после предыдущей фразы герцога. Рвать отношения с Кианом означало умереть заживо: он давно стал его единственной семьей. - Да никто не знал, Отис умел прятать свои секреты, его никто и беременным не видел! А что касается де Грейвина, то он испытывал неосознанное беспокойство по поводу ваших необычных отношений с Хардингом, вполне оправданное, кстати, и потому его колдун провел обряд на твою судьбу. А тут вдруг все и открылось… Должно быть, он обезумел от ненависти, - добавил он задумчиво. - Поправь меня, если ошибусь, но ведь для подобного заклинания требуется… - Да, - местный чернокнижник выпрямился. - «Зерцало судьбы» - это черное колдовство. Оно требует человеческого жертвоприношения. - Эту сволочь надо взять, - Фернтон стиснул зубы, когда перед внутренним взором промелькнула уродливая кровоточащая рана, оставленная чужим клинком на нежной коже его тигренка. - Позови начальника гарнизона, - отрывисто бросил он бете, - пусть отберет самых надежных ребят и отправит их к де Грейвину. Немедленно. - Прости, Киан, но к нему уже едут люди Строггана, - виновато улыбнулся Игенстан. - Что? – Опасно сощурился герцог, и по комнате словно морозный ветер пронесся. - Я – королевский маг, Ваша светлость, - упрямо вздернул подбородок Деруа. – И верный сын короны. Нас с детства инструктируют, как вести себя в том случае, когда жизни и здоровью члену правящего дома что-то угрожает. Мы в первую очередь обязаны поставить в известность монарха. - И когда ты успел, изверг? – Погасив вспышку гнева, вполне миролюбиво осведомился тот самый член правящего дома, безопасность которого столь яростно защищал его верный соратник. - Я бы не хотел не распространяться на этот счет, - уклончиво пробормотал Игенстан, не желая делиться секретами закрытого сообщества магов, к которому принадлежал весь его род, ни с кем, ни с кем, включая друга детства. Особенно – с ним. - Хорошо, оставим эту тему, - согласился Фернтон и, кинув нечитаемый взор на сладко посапывающего Вика, беззаботно раскинувшегося «звездочкой» на широком ложе, медленно проговорил: - Есть кое-что, что мне бы хотелось обсудить с тобой до того, как мой омежка проснется.       Деруа вопросительно взглянул на него. - Я признал его своим сразу, как только увидел, тут ты абсолютно прав. И сам я принадлежу ему весь, без остатка, Иген. Но он…Он не принадлежит мне. Понимаешь? Течка прошла просто великолепно, я даже стал надеяться… - Альфа замолчал на мгновение, но все-таки продолжил: - Вик не позволил поставить ему метку. Он сопротивлялся, даже пребывая в блаженстве, вертелся, как уж, но все-таки исхитрился и избежал моего укуса. - И не зря, Киан. Твоя отметина могла его убить. -Что?! – Недоверчиво воскликнул герцог, невольно делая шаг по направлению к кровати. - Я как раз собирался рассказать тебе про эту чертовщину утром, - криво усмехнулся Деруа. – Но не успел, тут как раз все закрутилось… В общем, на нем колдовская Печать, Киан. Погоди, дай объяснить, - он предостерегающе поднял руку, предваряя поток вопросов. - Печать – это почти ювелирное заклинание. Обычно его используют для защиты от внешней угрозы. А здесь ее применили, скорее, как оберег от… соблазнов, скажем так. Малыша намеренно спрятали среди простолюдинов, однако его спасители прекрасно помнили о его благородном происхождении и главном предназначении. Я сейчас про вашу свадьбу, естественно. Отсюда и Печать: она должна была хранить омежку от других альф, не позволяя ему влюбиться ни в кого, дождаться Истинного. Вот только…- Бета заколебался. – Вот только колдун оказался неопытным и серьезно напортачил. Печать поставил неправильно, и она…отрезала его от всех альф без разбору. Они ему не нужны. - Получается, необычное стремление Вика к независимости и его нежелание вступать в отношения, продиктованы этим уродливым заклинанием? - В большей степени, да, но это еще не все. Печать, помимо прочего, контролирует его душу, не только разум. Метка альфы – в некотором роде тоже магический артефакт, она устанавливает нерушимую связь между двоими людьми. И она обязательно войдет в конфликт с Печатью, Киан, - почти прошептал Деруа, - потому что последняя обеспечивает свободу Вика, охраняет его одиночество, словно дракон, никого не подпускает к нему. Иными словами, Печать, сражаясь с силой метки, может уничтожить твоего омегу, - мрачно закончил он свою речь. - Какие способы решения этой проблемы существуют? – Хладнокровно поинтересовался Фернтон. У него есть Истинный, и отказываться от него, а тем более, отступаться он не собирался. Он – выходец из рода воинов, и будет биться за свою любовь, даже если предстоит сразиться со всеми демонами ада! - Магический и…магический, - после небольшой паузы отозвался Деруа. – В первом случае я попробую сам убрать ее, хотя это адски сложно, предупреждаю заранее, а во втором…Она сама исчезнет. Со временем. Есть такая вероятность, и довольно большая. - Как долго ждать? – Нахмурился Лэйвери. - Не имею представления. Но вы Истинные, Киан, мальчишке необходимо находиться рядом с тобой. Он уже начал раскрываться и оттаивать, возможно, ваша близость завершит начатое. И, кстати, он только что проснулся, - тепло улыбнулся бета. – Иди к нему, Киан, вам необходимо поговорить. Да, и еще, Ваша светлость, держите свои клыки подальше от его лилейной шейки. И прочих прелестных частей лакомого тельца. Максимум, что разрешаю, длительный постельный режим, дабы Ваш засранец…в смысле, нежное создание, благоухало исключительно своим альфой.       Ободряюще подмигнув герцогу, королевский маг круто развернулся и покинул покои, почти чеканя шаг. Исчезать колдовским способом, растворяясь в пространстве, как привык, он не стал, дабы не пугать один юный и неокрепший рассудок. А вот на то, что этот самый неокрепший сейчас и без него получит приличную встряску, губы Деруа дрогнули в насмешливой улыбке, он бы поставил месячное жалованье…

Виккер.

- Истинные, - тупо повторил я, в оцепенении рассматривая маленькое сердечко, в которое превратилась наша с Кианом кровь, стоило ей попасть на странно притягательную, черно-красную, каменную поверхность.       Я и герцог – мы Истинные?       Поверить в подобную чепуху мне представлялось крайне сложной задачей, однако волшебная частичка алтаря из храма Аланиса, омежьего покровителя, однозначно указывала на наличие между нами двумя нерушимых уз.       Дьявол и его приспешники, да как такое возможно?!       Когда я очнулся и увидел перед собой Фернтона, то вполне справедливо решил, что мне пришел конец. Из-за выходки с зельем, из-за ранения, да вообще по куче причин, мало ли у меня прегрешений накопилось? Но вот чего я совсем не ожидал, так это – истории о моем благородном происхождении и удивительных причинах вынужденного сиротства. Потрясение, конечно, то еще, однако многое стало понятно.И холодность папы-омеги, и пренебрежение альфы-отца, и неудовольствие братьев: я им не родной. Так, лишний рот, подкинутый чужаками, за который, правда, денег чуток отвалили.       Впрочем, больше всего в сложившейся ситуации меня волновала вовсе не утрата гордого статуса простолюдина (подумаешь, у меня вон масса друзей в графьях ходят, и ничего, справляются) или утрата всей родни одновременно (я все равно не поддерживал с ними отношений с тех пор, как сбежал из дома), а наша с Лэйвери Истинность. Что мне с ней делать? Как жить дальше? И… точно ли она между нами существует? К королевскому брату меня действительно тянуло со страшной силой, с самой первой встречи, вот только… - Послушайте, Ваша светлость, - осторожно начал я, - я как-то не ощущаю нашей…ну, этой, особой связи. Вроде бабочек в животе или какая обычно живность порхает у омежек? Ну, кроме еды, но та обычно просто бултыхается в желудке… - Ты невероятно романтичен, - констатировал герцог. Он выглядел спокойным, однако его губы подрагивали от еле сдерживаемого смеха. - Вы мне не ответили, - втайне надеясь на ошибку, проговорил я. - А ты что-то спрашивал? – Невинно уточнил он, приподняв бровь. Ну не гад?? Я тут чуть с ума не спятил от новостей о собственном аристократизме, это ж теперь вовеки от балов и приемов не отвертеться, а он скалится! - Алтарь Аланиса не лжет, ты ведь в курсе? - В курсе, - мрачно буркнул я. И мстительно добавил, не удержался: – Но Вашей Истинности я все равно не чувствую! - Ох, горе мое, - вздохнул он настолько печально, что мне захотелось дать себе подзатыльник – за то, что человека расстроил, но я, естественно, не стал. Я воспитываю себя без рукоприкладства! – На тебе заклинание Печати. - Ого, - удивился я практически в благоговении. Слышал я про него еще в гарнизоне.       Пузатый капеллан, читая по воскресеньям сослуживцам заунывные проповеди, частенько приводил это заклятие в качестве примера мерзкой магии. Смотрел при этом на меня и облизывался. Тьфу. - И если буквально описать его действие, то оно заставляет тебя шарахаться от всех альф, - безмятежно сообщил мне мой личный кошмар, зачем-то расстегивая шикарный камзол. - Включая Вас? – Непременно пожелал я убедиться в силе наложенного прокля... ээ, поведенного надо мной колдовского обряда. - Да, - внезапно сверкнул синими очами Фернтон, заставив меня с подозрением воззриться на него: хоть убей, но не выглядел он расстроенным!       Здесь что-то нечисто. Явно есть еще какая-нибудь мелочь (которая наверняка совсем не мелочь!), помимо дурацкого имени (я на него откликаться не буду, пусть даже не мечтают!) и, свалившегося на меня, почти придавив, графского титула. - Чего я еще не знаю? – С подозрением спросил я. Мне внезапно стало страшно. - Мы обручены. - ЧТО?!       Я невольно попятился назад, когда Лэйвери вдруг двинулся ко мне, а вернее, на меня, со знакомой (и жутко пугающей) хищной усмешкой. - Я тебе не верю! – Воскликнул я. – И прекрати шевелиться! - Ты то сердечко хорошо рассмотрел? – Лениво протянул герцог, и не думая останавливаться. – Особенно в центре… - Цве…цветочек…- прошептал я, с ужасом вспоминая бледное, но достаточное четкое изображение. - Это четырехлистник*** , тигренок, - издал альфа довольный смешок. – Ты мой официальный жених…И, боюсь, - с притворным сожалением сказал он, - мне придется заявить на тебя свои права…И заявлять, и заявлять, и заявлять…       Трахать до полусмерти, перевел я мгновенно. Папочка родной! Да даже не родной, в моем случае любой сойдет! Я-то думал, ловко отбрехался от должности фаворита, а теперь мне куда деваться? Как отказать будущему мужу??       Дьявол, я даже под кровать не забьюсь, она осталась в противоположной стороне комнаты! - Я не хочу замуж! – Безуспешно пытаясь погасить панику, выкрикнул я, отступая к стене. – Мне рано! Я не готов! И…давай сначала поговорим, обсудим все, зачем сразу делать всякие необдуманные...заявления? - А затем, чтобы ты не сбегал из замка без разрешения, дорогой, - рыкнул вдруг герцог, одним неуловимым движением сгребая меня в охапку. – И не шлялся потом где попало, с друзьями-разгильдяями! И не влипал в неприятности! Кстати, если хочешь знать, - прошептал он мне на ухо, лаская мочку губами, и пуская толпы мурашек по моментально напрягшемуся телу, - достаточно того, что из нас двоих я готов к браку. Тебе сие вовсе не обязательно, радость моя… ______________________________________________ *Кресло - глубокое мягкое кресло с локотниками и высокой спинкой, на изогнутых ножках — кабриолях **В этом мире у всех членов одного рода (клана, семьи) в запахе будет присутствовать одна и та же нотка, но в разном сочетании с другими. У кого-то как основной аромат, у кого-то в качестве приглушенного второго оттенка или едва заметного третьего, если запах многосоставной. Дети в семье наследуют превалирующие ноты по отцу-альфе. У омеги-отца остается запах рода, которому он принадлежит. Книга, которую изучал Киан, это справочник по всем семьям страны с указанием преобладающих нот в запахе их членов. ***В этом мире: изображение четырехлистника – один из трех символов брачной церемонии, свидетельствует о помолвке.