Чтоб грани страха перейти...

      — Мальчики! Мерлина ради! Ведите себя прилично! Тут больница, а не… Фред, сними это немедленно!       — Я Джордж…       — Сейчас же!       — Ладно, ладно… — рыжие вихры появились на положенном месте.       И тут же, хором:       — Безголовая Шляпа!       — Наше последнее изобретение!        — Безобразие!       — Папе точно понравится!       — Входите уже, — широкая ладонь подтолкнула близнецов в палату.       Свет заслонила высокая, плотная фигура.       На прикроватной тумбочке, среди цветов и открыток, знакомо блеснула бутыль «Торфяного эльфа».       — Заждались мы вас с Артуром, гиппогриф задери!       — МакКиннон, чтоб тебя! За каким чертом тебя принесло в Лондон?       — Уж не для того, чтоб тебя с Рождеством поздравить.       Цветастое платье обернулось к сыновьям.       — Ребята, побудьте пока в коридоре. Я вас скоро позову…       — Вот еще!       — Никуда мы не…       — Мальчики! Делайте, как мама сказала! Рон, к тебе тоже относится. Привет, Гарри! — Улыбка на изжелта-бледном лице слабая, но синие глаза глядят ласково. — Ты уж прости, нам надо тут потолковать…       — Конечно, мистер Уизли, я… подожду с остальными.       Мэгги неловко шагнула следом, но большая ладонь удержала.       — Мистер МакКиннон, извините, я как-то не ожидала, что…       — Ерунда, Молли. Считай это научным интересом. — Дел расправил слаженные плечи. — Хотел бы я взглянуть на тварь, оставившую такие укусы.       — Ах, мистер МакКиннон, это ужасно, такое изуверство…       — Молли, собственно, не так оно все и… Молли… — голова мистера Уизли окончательно утонула в объятиях и пышном бюсте супруги.       — Артур, не болтай понапрасну. Ты знаешь, мне важна каждая деталь! Вспомни еще что-нибудь про эту гадину.       — Хэмиш, не мучь меня…       — Возьми себя в руки, Артур. Ты понимаешь, как это теперь важно. Нужно как можно скорее исключить все возможные варианты, чтобы мы точно знали, какой перед нами враг!       — Хэмиш, ты уже понял, что это не флобберы, не пеплозмей, не рунослед…       — Флобберы! Уж извини меня, Артур, но будь это даже василиск, я бы вздохнул с облегчением…       Мэгги дернула Грюма за рукав.       Хрипловатый смешок.       — Все эти ползучие черви размером с мускусную крысу! Такими только первокурсников пугать!       Но дед, кажется, и внимания не обратил.       — В том-то и дело, Аластор! Конечно, я с самого начала не верил, что это могли быть слизни, пусть даже и тщательно заколдованные. Огненный яйценос тут тоже, как я вижу, ни при чем, но слухи ходили самые разные.       — Мистер МакКиннон, как бы хотелось верить, что…       — Данные, Молли, пока очень нехорошие. Твой муж не обнаружил ни яркого пера на голове у змея, ни характерной бронированной кожи, так что это скорее всего даже не василиск…       — Мистер МакКиннон, Мерлина ради…       — Молли… Все хорошо…       Клацнула железная нога.       — А окками?       — Окками, Аластор, даже подростки, так не нападают. Пора бы уже чутка в этом понимать!       — Понимать? Пока во всем этом дерь… кхм… я понимаю одно. Тварь, которая на раз расправляется с опытными волшебниками, а мальчишка Поттер видит ее глазами, как своими собственными! Такой может и не быть в твоих гербариях!       — Начинается! Долгие годы все только и толкуют: невиданный змей, такого раньше не было, как с ним бороться! Сплошная паника! И вместо того, чтобы поискать у себя в голове, — в лучшем случае пялятся в шар предсказателя. А я утверждаю, что даже самый заколдованный змей — это всего-навсего змей! Его достаточно просто хорошенько треснуть палкой! И мне все равно, что там углядел ваш Поттер.       — Хэмиш. Если ты меня правильно услышал… как бы нам не пришлось лупить палкой самого Поттера.       — Аластор! Но ты ведь не думаешь, что Гарри мог… что Гарри может…       — Есть что-то странное в парнишке, Молли. Мы все это знаем. С самого начала.       — Дамблдор почти ожидал, что он увидит нечто подобное, — мистер Уизли покосился на жену.       — Гиппогриф вас всех задери! Да что там опять такое с вашим драгоценным Поттером?       — Может, не здесь, Хэмиш…       — Раз сказали «а», так говорите уже и «б»!       Грюм тяжело переступил на здоровую ногу.       — Накануне Сочельника Поттеру приснилось нападение на Артура. Он был тогда в Хогвартсе, поднял панику, побежал к Дамблдору…       — Если бы не Гарри, Артура долго бы не нашли!       — Так парнишка еще и ясновидящий?       — Хэмиш. Он не наблюдал за нападением. Он сам был змеей.       — Гарри был напуган! Я знаю его, он никогда по собственной воле не причинил бы зла никому.       Седые брови нахмурились.       — Кажется, ни я, ни Аластор не давали тебе права вмешиваться в разговор. Но спасибо за ценное замечание.       — Экхм… Хэмиш. Мэгги единственная из нас видела Поттера сразу после этого… сна. Ну, если не считать Блэка. — МакКиннон скептически крякнул. — Думаю, нам стоит послушать, что она скажет.       — Ну, что ж. Ты теперь тут главный.       Правый, светло-голубой глаз взглянул ободряюще.       — Когда я увидела Гарри той ночью, то сперва решила, что он болен. Что у него лихорадка или что-то такое. Но сейчас я думаю: он боялся… боялся себя самого. Он не понимает, что с ним происходит, и уж точно этого не хочет…       — Чего он хочет, а чего нет — сейчас, знаешь ли, большой роли не играет. Мне надо поговорить с парнем. Я не такой хороший легилимент, как ваш приятель Снейп, но правду от вранья отличить сумею. — Огромная фигура деда поплыла к выходу. — Ну, Артур, будь здоров. Поосторожней теперь с пресмыкающимися… Молли! Скажи Дамблдору, пусть пришлет вам помет феникса. Пользы-то от него не много, ну да и вреда не причинит. Особенно если применять наружно. * * *       — Что, тесновато у нас, парень? Ну, не взыщи.       — Что вы, мистер Грюм… э…       Худенькая фигурка неловко перемялась на месте, очки на нос съехали.       — Небось, не блэковские хоромы.       — Аластор!.. Гарри, проходи, чувствуй себя как дома.       — Спасибо… э…       — Садись. Вот сюда, к елке. Сейчас будем обедать.       — Я… это не обязательно…       — Ну что ты, сегодня же Рождество!       — Верно, Мэгги! На сытый желудок и палкой махать сподручней. А, одноглазый?       — Да чтоб тебя, старый баран!       Надо вмешаться.       — Дедушка, попробуй гуся.       — Гуся, говоришь? Опять, чай, подпалила!       — Отличный гусь.       Спасибо, Аластор.       Бодро зазвякали вилки.       — И правда! Гляди-ка, стоило из-под отцовского крова…       — Хэмиш, еще по одной?       — Наливай, чего уж.       — Гарри, давай я тебе положу черного пудинга (*).       — Да… эм…       Дед перегнулся через стол.       — Что, вкусно?       — Эм… да, сэр…       — Ну то-то! Поди, не Моллина стряпня!       — Дедушка…       — Что «дедушка»! Ирландская кухня, моя дорогая, это тебе не тяп-ляп, испекла пирог. А!       Взгляд за круглыми очками совсем потерянный. Темные волосы, как всегда, взъерошены. Зато рубашка тщательно выглажена — миссис Уизли постаралась. А вид все-таки неприкаянный, будто не в своей тарелке. Впрочем, при деде-то немудрено.       Мэгги улыбнулась гостю — как могла, ласково.       — Гарри, ну… как учеба?       — Э… хорошо…       Вилка звякнула.       — Кто там нынче про зверье-то учит?       — Хагрид… эм… Профессор Хагрид, мистер МакКиннон, сэр…       — Хагрид! Облей его пивом! Он хоть читать-то умеет?       — Дедушка!       — Помолчи. Мы с молодым человеком о серьезных вещах. Ну, так чему он вас выучил?       — Ну… э…       — Кельпи-то проходили?       — Дедушка, кельпи не проходят на…       — Оно и видно! Ничего не умеют, лезут с голыми руками!       Ох, Мерлин…       — Вот, помню, в мои годы…       Начинается!       — С лепреконом брудершафт пили… А охота на снарка! Тут, скажу я вам, одной волшебной палкой не обойдешься! Тут надо…       — Экхм… Хэмиш. Пора бы уже и чай…       — Что? А…       — Мэг, махни там на кухне. А мы пока…       — Конечно. * * *       Кипяток плеснул в кружку. Та самая. Железная. Так и привыкла…       За окном в начинающихся сумерках тихонько блестят сугробы, соседские дети-маглы играют в снежки. Словно и в самом деле никакой войны…       Вздохнула, отвернулась.       Больше часа уже прошло, как отнесла наверх, в крошечный кабинетик Аластора — все возможные распознаватели темной магии, все известные защитные чары — поднос с чаем и рождественским кексом. Успела собрать со стола и перемыть всю посуду — специально сама, руками.       При ней дед не стал бы о войне.       Запели ветхие ступеньки, загрохотала железная нога.       — Аластор…       Густой, дымный запах.       — Провожу парня в штаб-квартиру. Полетит на твоей метле, потом заберем.       — Хорошо.       — Поттер, где ты там, давай живее!       — Мистер Грюм, сэр… я… эм…       — Чего ты там бормочешь, тролль задери?       Взгляд потерянный.       — Может, вам не стоит… Я бы мог сам…       — А-а! Тоже удумал! Полон Лондон пожирателей! Я твои остатки от мостовой отскребать не буду. Других дел по горло. Сам он! Мэг, запри за нами!       Шагнула, улыбнулась.       — Счастливо, Гарри. Береги себя.       — Эм… Спасибо. За обед и… за подарок тоже. Метловой компас со встроенным фонарем и рассеивателем тумана — это здорово…       — Не за что. С Рождеством!       — Да… и тебя…       — Поттер, твою ж!.. * * *       За спиной выросла высокая фигура, плечи широченные.       — Маргарет! В этом доме есть виски?       — Конечно, сейчас… Ты ведь останешься на ужин? Я приготовлю…       — Уж не взыщи. Я и так задержался в этом паршивом городишке дольше, чем собирался. Да и Энгус один скучает. А когда он скучает, может и ограду разнести ко всем дементорам. Только вчера починил.       Смешок удержала еле-еле.       — Дедушка! Ты опять позвал в Сочельник МакМилланов?       — А что?       — Удивительно, что только ограда пострадала!       — Ну… от амбара тоже мало чего осталось…       Улыбка в медно-серебряной бороде мелькнула и пропала.       — Сядь, Маргарет, давай поговорим. Я надеялся, что не придется затевать с тобой этот разговор… Ну, да у нас всех теперь уже нет выбора. Будет война, Маргарет. И гораздо раньше, чем мы предполагали. Твой приятель Поттер… между ним и Волдемортом тесная связь. Видимо, до поры до времени этот ублюдок о ней не догадывался. Но теперь, после истории с Артуром, постарается использовать парнишку в своих целях. Если он не научится сопротивляться, не научится закрывать свое сознание… это может плохо кончиться. Для Поттера и для всех нас. Дамблдор… — Дед сделал большой глоток виски. — Дамблдор сильный волшебник и умный человек, но он никогда не был неуязвим. И сейчас — меньше, чем когда-либо. Он позволил себе привязаться к мальчишке. Настолько, что без зазрения совести пожертвует ради него любым из нас. Я думаю, ты понимаешь, о чем я.       Взгляд поймала из-под седых бровей. Прижалась крепко, обняла обеими руками.       — Ну! Ну… Среди нас еще осталась парочка настоящих волшебников, которые не привыкли прятаться за чужими спинами!.. Впрочем, нам с тобой от этого уж точно будет не легче.