Чтоб грани страха перейти...

      — Отлично, хватит на сегодня! МакКин… То есть… Грюм, сними с Бэлвуда парализующее заклятье и прибери тут.       — Да, сэр.       — И манекен этот несчастный почини. —на смуглом лице Кингсли Бруствера мелькнула усмешка. — Эк вы его… Он у нас, между прочим, единственный. И на новый начальство вряд ли расщедрится.       Мэгги подавила смешок, повернулась к Джиму:       — Финита!       Коренастая фигура шевельнулась, перемялась с ноги на ногу, потерла шею, глянула исподлобья.       — Черт… Спасибо, что не оглушила. У меня после прошлого раза до сих пор ухо закладывает.       — Разговорчики! Бэлвуд, свободен! Грюм! Идем со мной.       — У меня еще практикум по зельям, сэр…       — Ничего. Я напишу старине Доналлу записку. Пошли!       — Извини, если перестаралась, Джим…       — Ерунда! В понедельник отыграюсь!       — Где уж тебе!       — Ах так!..       Риктумсепра пролетело над плечом.       — Пока, Джим!       Сумрачный, голый коридор увел за угол. Грохнули двери лифта.       — Никак не привыкну, что ты теперь миссис Грюм.       Кажется, и я тоже.       — Пожалуй, не стоило мне пить с твоим дедом… — Кингсли потер лоб, будто вспоминая что-то. — Кстати, он нарядил меня в килт или мне это приснилось?       — Ну…       — И пытался научить танцевать фле… фли…       — Флинг.       — Ясно! Гиппогриф меня задери, если я еще хоть раз…       Лифт остановился — Кингсли умолк.       — Погодите!       Кудрявая шевелюра, потертые джинсы, майка с эмблемой группы «Ведуньи», под мышкой зажата «Молния». Еле протиснулся в закрывающиеся двери, улыбка — во все тридцать два.       — Привет, Кингсли! Мэгги! Тролль задери! Старик Финли мне только что рассказал! Поздравляю! Тебя и мистера…       — Грюма.       — Грозный Глаз Грюм?! Мерлиновы кальсоны! Я думал, он давно ум… В смысле, я думал, Финли пошутил! Ну что ж, это очень… э-э… очень здорово. Он, можно сказать, легенда… В смысле…       — Спасибо вам, Деклан.       — Уровень второй, Отдел обеспечения магического правопорядка…       — Ну, я побежал! Кстати! Передай Джиму, что в среду у нас не будет тренировки по экстремальным полетам. Нас всех загоняют на какое-то чертово собрание… Новая метла, знаешь ли… Ну, пока! Счастливо, Кингсли!       Мэгги двинулась было следом.       — Постой…       Удивиться не успела.       Двери закрылись, лифт поехал дальше.       — Разве мы…       — Скримджер хочет поговорить с тобой.       — Об Отделе Тайн?       Кингсли пожал широченными плечами.       — Уверен, он уже узнал об этом все, что хотел. Разве что его заинтересуют подробности появления Дамблдора…       Мэгги перехватила взгляд.       — Они не очень ладят, да?       — Скримджер — настоящий мракоборец. И не любит, когда от него что-то скрывают. А Дамблдор, как ты, наверное, заметила, не чужд таинственности.       Вот уж верно. Прожил у нас полтора месяца, а знаю я о нем не больше, чем когда приехала в Хогвартс. Ну, может, только то, что он жутко храпит и не в восторге от ирландской кухни.       — Уровень первый…       Старенькие кеды утонули в мягком лиловом ковре. Мерлин, а вид-то не очень — для аудиенции у министра! * * *       Громадный письменный стол чуть не во всю комнату.       Коробки — доверху. Книги, пергаменты, пухлые папки досье. Подшивки «Ежедневного пророка» и почему-то журнала «Придира».       Стены — голые, только карта мира, вся в дырках от булавок.       — Маргарет, очень рад вас видеть, проходите. Не обращайте внимания на беспорядок. Приходится переезжать в новый кабинет. Спасибо, Кингсли.       — Сэр…       Дверь за спиной бесшумно затворилась.       Подошел, слегка прихрамывая.       Высокий, прямой, весь какой-то летящий.       Темно-каштановая седеющая грива, суровые, умные глаза.       Костюм — дорогой, с иголочки. Ботинки блестят.       — Простите, что оторвал вас от учебы, Маргарет. Я не задержу вас долго. Пожалуйста, садитесь. Вы не против, что я называю вас Маргарет?       — Что вы, сэр…       — Прекрасно. В таком случае перейдем сразу к делу. Садитесь же.       — Сэр…       Растерялась. Все-таки министр магии…       На тонких губах мелькнула улыбка.       Отодвинул кресло, сел, слегка выставив вперед больную ногу. Аластор делает так же…       — Кажется, у нас с вами еще не было возможности познакомиться, Маргарет. Если память мне не изменяет, мы виделись только раз — прошлой осенью, при вашем зачислении.       — Да, сэр.       — Мистер Бруствер очень хорошо отзывается о вас и о мистере Бэлвуде. Говорит, вы делаете большие успехи. И это прекрасно, учитывая обстоятельства.       — Обстоятельства, сэр?       — Времена настали трудные. Впрочем, вы это знаете не понаслышке, не так ли, Маргарет? Вам ведь уже пришлось столкнуться с настоящей опасностью. Этим летом — в Отделе Тайн.       — Сэр… Я не была… это не было…       — Я понимаю.       Глаза желтоватые, как у кошки. Пристальные.       — Кингсли рассказал мне о ваших сомнениях и о том, что вы подумывали отказаться от карьеры мракоборца. Но он считает, что вы к себе несправедливы. Вы держались очень достойно. А если бы вы не поразили заклятьем Люциуса Малфоя, его не удалось бы арестовать.       Не выдержала — потупилась.       — Как видите, Маргарет, один узник Азкабана на вашем счету уже имеется. И не простой узник, а Пожиратель смерти. Это не так уж и мало.       — Спасибо, сэр.       — У нас давно не было пополнения, Маргарет. А Управление нуждается в новых людях — сейчас как никогда остро. Поэтому я нахожу справедливым и разумным, если вы и мистер Бэлвуд получите диплом мракоборца уже в конце этого года. Я обсудил это с моим преемником на посту главы Управления, мистером Робардсом — он придерживается такого же мнения. Он вступает в должность с понедельника и объявит об этом официально.       Взгляд поймал опять — как в мышеловку.       — Но это не единственная причина, по которой я хотел вас видеть. Скажите, Маргарет, вы не скучаете по Хогвартсу?       — Прошу прощенья?       — Насколько мне известно, вы проучились там последний, седьмой курс. Приобрели много друзей, в числе которых даже знаменитый Гарри Поттер. Вам не хотелось бы вернуться в школу — скажем, в качестве инструктора по трансгрессии? Много времени у вас это не отнимет — всего лишь три последних месяца в весеннем семестре. К этому времени вы как раз получите диплом.       Мэгги поправилась в кресле.       — Простите, сэр, но мне всегда казалось, что такой инструктаж проводит чиновник из Отдела магического транспорта…       — Сложившаяся ситуация требует определенных мер, Маргарет, я думаю, вы это понимаете. После того как события в Отделе Тайн были преданы огласке, вашего друга мистера Поттера называют не иначе как Избранный. Для многих людей он стал своего рода символом, надеждой на победу… Это вполне естественно. Но, с другой стороны, он всего лишь шестнадцатилетний юноша. Он подвержен всем заблуждениям и недостаткам юности, к примеру, легко подпадает под чужое влияние — как хорошее, так и дурное.       — Я знаю Гарри, сэр, и не думаю, что у вас есть причины опасаться дурного влияния.       Тонкие губы сжались — почти как у Аластора. Но уже в следующую секунду изобразили вежливую улыбку.       — Я буду с вами откровенен, Маргарет. Я уважаю профессора Дамблдора. Но не считаю его влияние на мистера Поттера безусловно благотворным. Кроме того, с начала учебного года Дамблдор постоянно отлучается из вверенной его заботам школы.       — Тем лучше, сэр. Он меньше времени проводит с Гарри.       Улыбнулась — как могла беспечно. Поднялась.       — Простите меня, сэр, но я, к несчастью, очень плохо переношу трансгрессию.       Глаза сузились и как будто еще сильней пожелтели. Мгновенье глядел в упор. И вдруг рассмеялся.       — Разорви меня горгулья! С вами еще трудней, чем с Аластором.       — Спасибо, сэр.       — Вам это может показаться странным, Маргарет, но мы с вашим мужем через многое прошли вместе. Я всегда говорил, что он слишком рано вышел в отставку… И слишком доверяет Дамблдору. Надеюсь, ни у Аластора, ни у вас не будет повода об этом пожалеть.