Чтоб грани страха перейти...

      — Мэгги… Мэгги…       Всхлипнула.       — Мэгги!       Открыла глаза.       — Мэгги, что… Тебе плохо?       Большая горячая ладонь на лбу.       — Зайчонок…       Перевернулась на бок, выпрямилась. Щеки мокрые.       — Н-нет, ничего… Я, кажется, заснула… Мне снилось… Не помню…       На краю кровати. Одетый.       — Ты не ложился?!       — Да… По правде, мы чутка засиделись. Хэмиш привел Артура. Не наливать же ему было одному.       — Как он?       — Твой дед нас всех переживет!       — Нет, Уизли.       — А… Ну, тут уж как водится! Жена опять в слезах, еле вырвался… В смысле…       Не удержала смешок.       Правый глаз подмигнул знакомо.       Старенькая кровать скрипнула — Мэгги придвинулась ближе.       — Тебе со мной еще повезло.       — Ну, вроде того…       Губы прижались к застарелому рубцу на шее.       — Мэгги… Экхм…       Клацнул ногой.       — Пойду умоюсь. От меня разит этим козлиным кабаком.       Вспыхнул в ванной свет, булькнул кран.       — Какого лысого…       — Я забыла тебе сказать, горячей воды нет!       — Кто бы сомневался!       Поискала глазами чемодан — в углу, у окна.       — Что вы решили насчет Гарри?       — С ними решишь! Болтовня одна! Так было и при Альбусе, хоть ему иногда удавалось их встряхнуть. Старый болван так носился с этим Орденом… Дьявол!..       Железная нога бухает за спиной.       — Да мы тоже хороши! Сели в такую лужу…       — Знаешь, это странно. Я, конечно, совсем не знаю профессора Снейпа… Но я помню, какое у него было лицо — тогда, в последний день Турнира. Мне показалось, он очень тревожится за Дамблдора и… как-то привязан к нему, что ли. Хотя и пытается это скрыть.       — Скрывать он научился на службе у Волдеморта!       — Может быть, он…       — Только не надо про Империус! Под ним и так, судя по всему, разгуливает половина магического Лондона. Я в свое время наслушался слезливых баек. В том числе от ублюдка Малфоя. Он, видите ли, боялся за жену и сына! За свою поганую шкуру — вот за что он боялся! Я говорил Альбусу… Но он завел свою обычную волынку: пожалеть, дать второй шанс… И вот пожалуйста! Вот они, его вторые шансы!       Пижаму вынула, опустила крышку.       — А Розмета! Да на эту курицу и Империус накладывать не надо! Побежит за первым встречным кобе… Кхм!       — Но разве она что-то…       — А то нет! Римус говорит, она следила за Альбусом и обо всем сообщала малфоевскому щенку. Вчера ночью предупредила его, что директора в школе не будет, — тогда он и впустил Пожирателей… Черт, надо было все-таки набить из него спорран!       Повернулась, взгляд поймала. И догадалась как будто.       — А ведь Поттер был прав. Тогда, на Рождество. Когда говорил, что Снейп с сопляком Малфоем что-то затевают. Дери меня гиппогриф, мы должны были его послушать!       — Мы и послушали! Рассказали Дамблдору…       — Срать хотел Дамблдор… Черт! Надо было сразу…       — И что бы ты сделал? Посадил шестнадцатилетнего мальчика в Азкабан?       В правом, светло-голубом глазу странное…       Подошла, потянулась.       — Аластор…       — Почему ты никогда не спрашивала…       — Я думала, ты не хотел… и не знала как.       Отвернулся. Медленно, приволакивая ногу, добрел до кровати, присел на траченое молью одеяло.       — Надо рассказать тебе кое-что. Давно надо было.       — Ты про…       — Эти ублюдки из министерства только и ждали случая, чтоб от меня избавиться. Еще с той поры, как я обзавелся этим, — мотнул головой: железный ботинок торчит из-под штанины. — И если б не Альбус… Старуха Багнольд к нему прислушивалась, а уж Фадж по первости и почесаться без него не мог.       Мэгги кивнула. От деда слышала и о Милисенте Багнольд, состарившейся на посту министра магии и, по уверениям Хэмиша, к концу впавшей в маразм, и о сомнительных способностях Корнелиуса Фаджа.       — Но… сколько… шесть лет назад я их все же допек. Да так, что Альби сам первый обалдел.       — Ты так говоришь…       — Ладно, без шуток. Ты уже поняла, главное, для чего эти штуки сделаны… — В узловатых пальцах мелькнула палочка. — Убивать. И кто будет тебе говорить обратное… Да, мне не очень приятно это утверждать, но… Иногда у тебя просто нет выбора.       — Кассандра?       — В точку, зайчонок, ты молодец… Ты тоже скоро научишься не видеть в них людей. А этот ублюдок… Он жил рядом. Друг семьи, вместе лепили куличики во дворе, родительские сопли, умненький мальчик, будет как папа… Меня от него затошнило сразу — друг детства, бесполая тварь… Как меня бесила его вежливость! Здравствуйте, мистер Грюм, до свиданья, мистер Грюм! Кассандра думала, что я ревновал. Мы ссорились! А он просто мешался под ногами. Будущий хранитель министерских реестров, мальчик с голубыми глазами идиота!.. И конечно же, в тот день он действовал строго по инструкции! Этим он мне доказывал, что ни в чем не виноват! Как же! «В случае опасности — срочно пошлите сову в министерство!»       — Так…       — Один огненный шар, и от его почты остались жареные окорочка. Он думал, этой паршивой совы хватит, чтобы прикрыть себе задницу!       Воздух застрял в легких.       — Шар был сигналом. А потом он орал у них под дверью, изображая раненого. Этот трус звал Кассандру! Старик Трелони снял защиту… А такие вещи Пожиратели чуют кишками. Дальше все просто. Трелони, видишь ли, не посылал сову в министерство. Полез сражаться сам, старый дурак… А их была целая дюжина, не считая этого лживого ублюдка. Он-то в кусты уполз — чтоб не видеть.       — Но как ты узнал?..       — Ну, я, как смог, навестил в Азкабане парочку новичков. Гаденыша сдали с потрохами! Волдеморту он уже был не нужен. Попадись он мне тогда… Но он удрал, конечно. Как паршивая крыса. Все по каким-то углам. Боялся, что найду. И правильно.       Мэгги сжала губы.       — И нашел. Знаешь, где? В Лютном переулке, тролль меня задери! Пришел продавать какое-то фамильное дерьмо, видать, порядком поистратился по заграницам. Почти тридцать лет прошло, но я бы эту тварь и на том свете узнал!       — Но ты ведь не…       От его смеха по спине побежали мурашки.       — Утром примчался Альбус. Белее своей бороды. Следов не осталось. Еще бы им остаться после Авады! Никто ничего не видел. Но — подозрения… Они мне там в министерстве еще что-то вякали про то, как он раскаялся, да как скрывался от Пожирателей. Ублюдки!       Глаз не отвести.       — Альбус вмешался, как всегда. Уговорил Фаджа. Ну, вроде как почетная отставка, выслуга лет, все это чертово дерьмо…       Грюм встал спиной и открутил фляжке голову.       — Хочешь спросить, почему я тогда не успел? Трелони уже с жизнью распрощался, спрятал за собой дурочку Сиви…       — А…       — Я думал, что спас ее… Мне пытались разжать руки… платье оторвали вместе с кожей… Она кричала… а я не успел. Адское пламя, Мэг… У нее были такие белые зубы… а я видел сразу все — тридцать два… Встать хотел… Знаешь, о чем я думал? — Грюм дико улыбнулся. — Куда-то потерялась нога, надо бы найти.       Сзади скрипнула дверь.       — Сиди здесь.       Она осталась и не помнила, сколько прождала.       Утренний свет лезет в окна — зажмурилась.       Вздрогнула.       Руки больно взяли из кресла.       В нос ударил виски.       Белое пятно ожога на правой ладони крепко прижало к себе.