Ледяная душа

Пейринг: Шисуи/Миюки Рейтинг: G Таймлайн: события предыдущего драббла

Не твой отото (Шисуи/Миюки 2)

Ветер гонял по улицам Конохи пыль, палые листья и старые воспоминания. Это была новая Коноха, где больше не было многих привычных лиц. На площади больше не сидела сенсей Аши Инудзука, бойко переругивающаяся со старшим братом Ичиро. По улицам не бежал привычно опаздывающий Обито, а в госпитале в кабинете, где работали Рин и её наставница, уже давно были совершенно другие люди. Из-за угла не могли выйти Иошито и братья Горо, занятые своим вечным непонятным спором, за деревом её больше не встретил бы серьёзно тренирующийся Мэзэо, а во дворе она — как ни старалась бы, — не нашла бы больше угрюмого и отстранённого Мамору с поджатыми губами. Хижина Джуничи была совсем потерянной и заброшенной: да и неудивительно, ведь тут уже давным-давно никого не было. Миюки сама закрыла её на засов, хотя у Джуничи нечего было красть, и сама же и передала ключи первому же покупателю. Им оказался толстолицый гражданский, который уже мечтал о том, как откроет здесь своё кафе. — А что будете делать со старым домом? — всё-таки спросила Миюки. — Здесь довольно убогое место для кафе. — А, — махнул рукой гражданский, — снесу. И построю что-нибудь новое. Коноха менялась, старая деревня уходила навсегда, и она ничего не могла с этим поделать. Вся та сила, что даровали ей проклятые глаза, здесь не имела никакого значения. Шисуи был рядом с ней всё то время, что они шагали по Конохе, и ни о чём её не спрашивал. Наконец, они остановились у громадного памятного обелиска — того, на котором навсегда было выбито имя Обито. — Что заставляет тебя приходить сюда снова и снова, ане-сан? — спросил он, когда Миюки протёрла табличку с именем Рин и зажгла рядом свечи. — А куда мне ещё идти? — улыбнулась Миюки. Она до сих пор не знала, как именно отвечать на такие вопросы. В устах любого другого они показались бы бестактными. — Если это часть моего бремени, я буду его нести. — Это слишком тяжело, ане-сан, — заметил Шисуи. — Когда тебе не с кем разделить свою ношу. — У каждого она своя, — фыркнула Миюки. — И не взваливай на себя раньше срока то, что вряд ли сумеешь унести, Шисуи-кун. Тебе тоже уготованы свои испытания, и не растрачивай силы на чужие. Они недолго помолчали. Наконец, Шисуи перевёл на неё взгляд и сказал: — Просто я хочу побыть с тобой, ане-сан. Я уже давно не видел тебя. И даже сейчас иногда думаю, что могу не увидеть больше. В любой момент. Ты ведь сама понимаешь, как это бывает. — Понимаю, — Миюки приложила палец к губам. — Но этого ведь не избежать, так? Это часть нашего пути. — Поэтому, если это часть нашего пути, то давай пользоваться каждой спокойной минутой, — серьёзно предложил Шисуи. — Давай пойдём на задание вместе. От клана. Разрешение я уже получил. Слышать от маленького Шисуи почти командный тон было для неё в новинку, и она была уверена, что вряд ли сейчас могла на что-то повлиять: он всё равно увёл бы её, и она не стала бы сопротивляться. Потому что, как Учихи ни были бы порой отвратительны, они оставались её кланом. И они были единственными людьми, кто хоть немного понимал её проклятие.