Ледяная душа

Пэйринг: Обито/Миюки Рейтинг: PG-13 Таймлайн: пост-ч3

Для меня нет пути назад 3

Многие говорили, что он не достоин. Что он — случайная ошибка, которая не нарушает, а лишь подтверждает зазубренную и механическую точность привычной цепочки событий. В том мире, где он родился и существовал сначала, лелея бестолковые грёзы и не в силах объять взором грандиозные просторы, что доступны лишь великим мыслителям, его считали никчемным. Он был слабым, бессмысленным, отверженным куском мусора, и его судьбой было сгинуть безвестным во мраке, его имя должно было стереться из памяти людской и даже из памяти тех, кто был — должен был быть — ближе всех людей мира. Потому что именно это и ожидает бессильных. Ничтожеств, которые не могут даже плюнуть в лицо врагу. Да и что значит плевок в сравнении с гибелью? Смерть и пустота в его глазах теперь были равноценны, и то, и другое значило небытие, и, познав небытие, он познал потрясающее спокойствие. Он познал суть и ценность всех вещей мира, когда сказал себе, что ни одна из них ничего не стоит. Он стал на новую ступень в развитии, он поднялся выше, чем мог мечтать когда-либо, когда отверг прошлое, плюнул в спину настоящему и перечеркнул будущее. Ведь его цель была в том, чтобы все эти времена стали такими же бессмысленными и бесполезными, как имена и лица. Если бы кровавая луна взглянула на этот тонущий в крови мир, прошлое, настоящее и будущее смешались бы. Они прекратили бы свое существование, как и погибла бы вселенная, строящаяся на гнилых правилах и смердящих остатках изломанных костей. Что за значимость имело прошлое? Никакой. Как его теперь звали? Это тоже не имело значения. Но он предпочитал зваться Учихой Мадарой. Не потому, что это имя ему принадлежало или было дорого. Оно было для него средством, самой короткой и удобной дорогой к его иллюзорной луне. У него было и свое имя, родное и отлично известное. Но что было в нем проку? Оно было лишь звуком, эхом давно ушедшего человека, которого больше не существовало в теле, которому это имя было дано. Глупая АНБУ совсем ничего не понимала. Он не был рождён Учихой Мадарой, но он им стал. А даже если и не стал — разве это было так важно? АНБУ была сильнее, чем он думал. Он не смог убить её с первого удара. И со второго тоже. На самом деле, он перепробовал все свои огненные техники и попытался загнать её в ловушку из печатей, но она не поддалась. Её огненное искусство превосходило его собственное. Он не зря назвал её великим воином. Резкий удар её клинка раздался у него в ушах подозрительно звонко. Лишь когда воздух обжег его, как плетка, он понял, почему этот звук был таким громким. Он отскочил в сторону и подсознательно прижал руку к лицу. Оно уже давно не знало тепла солнца и света луны, оно не должно было открываться миру. Ярость поднялась внутри него, и это чувство обжигало так, что, наверное, он плюнул бы в неё огнем и без чакры. АНБУ стояла напротив него. Часть её маски тоже откололась и лежала у неё под ногами. Он видел её красный глаз, этот чертов глаз, проклятие Учиха, и видел, сколько в ее взоре упрямой решимости и ненависти. Она смотрела на него как на препятствие, как на сорняк, который она должна была испепелить, что бы ни случилось. Он выпрямился и поджал губы. Плечи АНБУ чуть уловимо вздрагивали. Она уже потратила немало чакры, но он чувствовал, как она напрягается и сжимается, словно готовясь к чему-то. Она отказывалась сдаваться. Как и он. Жаль, что они столкнулись лбом ко лбу, непримиримые соперники и враги в этом утопленном в крови мире. Жаль, что ему пришлось бы убить её. Ведь ему как никогда были нужны сильные руки, чтобы вершить правосудие, которого этот мир ждал слишком долго. Но, раз она упрямилась… то правосудие свершилось бы над нею.