Истощенная любовь

      Шастун все время был как на иголках. Антон понимал, что сейчас есть свободное время, которого вскоре может не стать и это возможность сдать какие-то долги в университете, но с такими переживаниями невозможно вообще что-либо делать и учить. Один из долгов – тест по экономике, который должны были написать абсолютно все. Шаст, не готовясь, пришел в учебное заведение, написал этот несчастный тест и вышел, даже не дождавшись конца пары. Преподаватель спросил у других учеников, что с ним, но тем самим хотелось бы это знать. Он ждал хоть какого-то извещения от Маши, но та примерно неделю не подавала никаких признаков активности, но знал бы Шастун, как Бендыч перерыла все папки, ящики, компьютеры и различные форумы. Маша сама не понимала, для чего она так старается, но человек попросил помочь, плюс это друг Сережи, которого Бендыч очень сильно любила.       Но девушка очень сильно старалась и старалась не зря. Через две недели она позвонила Антону и попросила приехать. В офисе Шастун посмотрел все, что нашла девушка. Как та сказала, на одном из закрытых форумов она нашла какую-то запретную информацию, но она может вполне подействовать. Там же, к той информации, была прикреплена фотография. Человек крупного телосложения, но он был повернут так, что его было не видно, да и освещение было ужасным. Но дата была именно та, что нужна. Маша сказала, что это может помочь.       Буквально через неделю состоялся суд. Все это время Антон не находил себе места. Ему удалось сдать ещё пару долгов, но не самую высокую оценку, но главное сдать, чтобы не вылететь из университета вовсе. Дима, Арсений и даже Сережа как-то пытались подступиться к Шастуну, что-то узнать, но тот говорил, что все хорошо или, что у него нет времени. Те не знали, что делать, а Попов вообще очень сильно переживал и думал, как бы вообще с ним встретиться и, возможно, все узнать, когда они будут наедине. Но ничего. Абсолютно ничего. Арс звонил, писал парню, даже приехал пару раз, но тот с болью внутри себя говорил, что занят, писал, что некогда и закрывал дверь прямо перед носом Попова. Хотелось обнять Арса, сказать, что все хорошо, но нихера не хорошо. Нужно решить проблемы, которые в первую очередь касаются Шастуна. Не нужно в эти проблемы ввязывать ещё кого-то, хватает того, что Маша в этом уже.       Суд проходил максимально спокойно. Судья видел документы, которые отыскала Бендыч. Девушка ещё выступала за роль адвоката Антона. Она говорила много информации, которая в самом деле внушала доверие. Маша давно работает в этой сфере, а если учесть тот факт, что Илью нужно было засадить, то она основательно подготовилась и речь в том числе. Шастун-то был уже уверен на сто процентов, что виноват Макаров.       И Маше удалось. Она засадила Илью. Тот даже и не знал, что сказать в свое оправдание, только что-то мыча, а когда в его голову приходила мысля, то она вырывалась неосознанно и максимально быстро. Адвокат Ильи пытался привести весомые аргументы, но и это ничего не дало. На Макарове застегнули наручники и повели за решетку. Илья ещё пытался что-то крикнуть в свое оправдание, но это, конечно, не поможет. Он злобно зыркнул на Антона, а тот лишь сидел и нахально лыбился этой победе. Точнее, победе Маши.       Когда все закончилось, то Антон вместе с Машей поехал в её офис. Там они просидели около часа. Шастун нереальное количество раз благодарил девушку за всю ту работу, которую она проделала. Та говорила, что это всего лишь её работа. Антон уже собирался уходить и чуть не забыл отдать деньги. Сумма была не маленькой и у девушки округлились глаза. Она уже хотела отдать примерно половину обратно парню, но тот махнул рукой, улыбнулся ещё раз, сказав короткое «спасибо» и скрылся за дверью.       Сейчас настроение Антона превысило свою максимальную отметку, и было где-то высоко-высоко. Хотелось делать все одновременно, но Шастун решил собрать друзей и отметить этот повод, заодно и рассказать, что с ним происходило все это время. Трое парней, конечно же, согласились и договорились встретиться в клубе в восемь вечера. После того, как место и время встречи было назначено, то Шаст решил ещё раз набрать Попова, чтобы узнать, где тот сейчас находится. — Это я опять, — с улыбкой на лице произнес Антон. — Я понял, что ещё? — спокойно ответил Арс, лежа на диване. — Ты дома? — быстро спросил Шаст, не прекращая свое движение. — Да, — ответил Арсений, ничего не подозревая, и после этого послышались гудки.       Попов посмотрел на телефон и, пожав плечами, продолжил листать ленту инстаграма, подрыгивая ногами в такт песни, которая была у парня в голове. Антон же, чуть ли не вприпрыжку, шел на остановку, которая была недалеко от дома. Шаст понимал, что не уйдет от Арса в ближайшие три часа, а там уже нужно будет ехать в клуб, да и машину у клуба оставлять не очень-то хотелось. Ехать Антону было немало, поэтому он зашел в полупустой автобус, сел на свободное место и воткнул в уши наушники, включая любимую песню, которая напоминала о беззаботном лете.       Приехал он быстро, так как дорога было полупустой, а автобус ехал, казалось, быстрее обычного. Шастун был невероятно этому рад и, выйдя из транспорта, он побежал в знакомом направлении. На удивление, Антон помнил пароль от парадной и, набрав четыре цифры, он оказался внутри. Парень побежал по лестнице и, когда оказался на нужном этаже около нужной квартиры, то, не намереваясь ждать, постучал несколько раз в дверь. Послышались шаги, а через несколько секунд на пороге появился Арсений в домашних серых спортивных штанах и майке такого же цвета. — О, при.. — начал улыбаться и здороваться Арс, но его перебил Антон, который налетел на него с крепкими объятьями. Попов хлопнул дверью и в ответ обнял парня, уткнувшись в плечо и улыбаясь.       Они простояли так ещё пару минут. Каждый из них наслаждался этим моментом, но вскоре Антон оторвался от Арсения и посмотрел на парня, который стоял перед ним. С лица Шастуна не сходила улыбка и только завораживала и заражала Попова, так как он тоже начал улыбаться. Сейчас не хотелось ничего узнавать, что происходило, где он был и так далее. Хотелось смотреть на него и обнимать, трогать мягкие русые волосы, проводя по ним рукой. Из-за такого ажиотажа Антон и не заметил, что Арсений стал ещё худее. Казалось бы, куда ещё, но оказывается еще можно. Попов понимал, что это уже не шутки, но ничего не предпринимал, понимая, что ничего с ним не случится. Он правильно питался. Так он говорил всем окружающим его людям. — На кухню? — предложил Арс, указывая рукой в нужном направлении. — Пошли, — легко согласился Антон и пошел за Поповым.       Антон уселся на диван приятного бежевого цвета, а Арсений поставил кипятиться чайник и достал две чашки, насыпав сахар. Пока чайник нагревал воду, то Арс уселся на диван, где уже сидел Шастун. — Так а что с тобой происходило? — поинтересовался Попов. — Давай не сейчас. Я расскажу все в подробностях вечером, — ответил Антон, смотря в глаза Арсению. — Хорошо, — согласился Попов и положил голову на плечо Антону.       Так они и сидели на кухне, тишину которой разрывал только чайник, который с минуты на минуты вскипит и самостоятельно отключится. Что Арсений, что Антон очень соскучились друг по другу, по присутствию друг у друга в жизни, по разговорам ни о чем и обо всем сразу. Прошло только около двух недель с того момента, как Шаст отрезал все связи с друзьями и был погружен полностью в свою проблему, но этого хватило.       Сейчас они сели за стол, чтобы поговорить обо всем за чашечкой чая.

***

      До клуба Антон и Арсений ехали вместе. Около заведения их встретили Дима с Сережей, которые приехали раньше этих двоих. На входе они показали паспорта охраннику и прошли, получив кивок головой. Парни заказали себе по легкому коктейлю, чтобы пошла беседа, и уселись за один из свободных столиков. Все сделали по небольшому глотку и взглянули на Шаста. Тому было сложно что-то говорить и ему бы очень хотелось избежать этого разговора, но, увы, никак. Все-таки друзья волновались и переживали за него. Шастун посмотрел на свои руки, которые были, как обычно, увешаны большим количеством браслетов и колец. Он почувствовал на руке чью-то руку и, взглянув на Арсения, получил в свой адрес улыбку. Антон ещё раз вздохнул и начал свой длинный рассказ.       Шаст рассказывал все без исключения. Возможно, повторялся по несколько раз, но это понятно в такой ситуации. Какие-то моменты уже слышал Дима, но это не мешало ему слушать их так же внимательно, как впервые. Никто из друзей не перебивал его, ничего не спрашивал, а лишь слушали, смотря на него и делая глотки напитка. На некоторых моментах Шаст молчал, формируя в голове следующий поток слов. В итоге через двадцать минут Дима, Сережа и Арсений знали уже всю правду, почему Антон был дерганный и никого к себе не подпускал. — Но сейчас же все хорошо? — попытался разбавить Сергей напряженное молчание. — Да, Сереж, сейчас все хорошо, — Антон улыбнулся парню, который сидел напротив него. — Так давайте же выпьем за это! — громко произнес Матвиенко и поднял свой стакан вверх.       Все подняли свои стаканы с коктейлями вверх и осушили их до дна, немного сморщившись из-за их температуры. После этого они поднялись и пошли к барной стойке. Парни заказали себе коктейль с названием "Лонг Айленд". Буквально через пять минут перед ними стояли стаканы с темной жидкостью и кусочком лимона для украшения. Антон облизнул губы и сделал большой и уверенный глоток алкогольной жидкости, слегка поморщившись. Остальные поочередно повторили за ним, и беседа завязалась сама собой. Так время шло своим чередом, беседа была невероятно приятной, а алкогольные напитки лились в парней рекой.

***

      Время шло к ночи, и стрелка уже перевалила за двенадцать часов, но никто не думал уходить. Парни сидели за барной стойкой, все заказывая и заказывая напитки. Каким-то образом, Арс оказался невероятно близко к Антону и сейчас разговор был только между ними, а Дима и Сережа тоже о чем-то активно разговаривали. Язык невероятно заплетался, но и Шастун, и Попов будто бы не замечали этого и продолжали говорить. — Мне-то ты почему ничего не говорил? — произнес Арс, смотря в зеленые глаза напротив. — Я переживал за тебя. Боялся, что Илья может сделать с тобой что-то, — Антон взял Арсения за руку, которая лежала на худом колене под барной стойкой. — Да ничего бы он не сделал мне, — сразу же отмахнулся Попов, сделав глоток какого-то непонятного коктейля. — Ты же его не знаешь, — ответил Шаст и придвинулся ещё.       Расстояние между ними становилось все меньше и меньше, но все-таки последние нотки в мозгу Антона сработали. — Не здесь, — произнес он четко, будто бы не выпил ни грамма, и потащил Попова за руку в туалет. Сережа с Димой или сделали вид, что не заметили этого, или же в самом деле не заметили, занятые беседой друг с другом.       В туалете было пусто и, когда они захлопнули дверь, то Шастун накинулся на Арса, сминая такие желанные губы. Не разрывая поцелуя, они идут к кабинке, где Антон расстегивает рубашку Арсения и та тихо падает на кафельный пол. В след за этим падает толстовка, которую Шастун носил чаще других. Та, которую подарил Попов ему на новый год. Казалось, что поцелуи опьяняли сильнее, чем весь тот алкоголь, который был внутри них. Шастун целовал все напористее и страстнее, будто бы, если он перестанет целовать его, то Арсений исчезнет. Но он не исчезал, а лишь также отвечал на такие желанные поцелуи, запуская руку в светлые волосы и трепля их. Спустя пару минут на полу уже валялись джинсы, которые упорно стянул Шаст. Возбуждение росло с каждой секундой и в кабинке становилось невероятно тесно и душно, также как и штанах у Антона, которые были ещё на нем. Попов взял это под свой контроль и сам снял с него штаны, а Шаст в свою очередь дотронулся до отвердевшего члена рукой через ткань боксеров. Из Арса вырвался тихий стон в губы Шастуна, а штаны уже упали на пол с его худых ног. Антон улыбнулся в поцелуй и запустил уже руку под ткань трусов, которые так сильно мешали. Другая рука находилась на затылке, сжимая отросшие темные волосы. Было уже невозможно терпеть, и Шастун перешел к шее, засасывая и покусывая кожу на ней, оставляя засосы. Арсений шумно дышал, из-за чего грудь резко вздымалась и опускалась. Антон оставил ещё одну отметину на шее и перешел к спине, оставляя теперь их там. Целуя спину, Шаст стягивает боксеры, которые так надоели и так мешали. Он плюет на пальцы, так как в карманах джинсов не было никакой смазки, и медленно вставляет первый палец, из-за чего Арс шумно вздыхает. Шастун не медлит и добавляет второй, начиная растягивать стенки, а Попов на все действия парня бурно реагирует. Поработав пальцами внутри Арсения около пяти минут, Антон не намеривается больше ждать и снимает трусы уже с себя и подставляет член, сочившийся естественной смазкой к кольцу разгоряченных мышц. Он медленно входил в Арса, из-за чего тот издает тихие стоны, не сдерживая себя. Шаст самодовольно улыбается и входит в полную длину, а у Попова на это действие вырывается уже громкий стон. Антон наклоняется и целует его в щеку, а потом в шею. Антон сначала делает медленные и плавные движения, но с каждой секундой толчки становятся все быстрее и активнее. Арсений совершенно себя не сдерживает, было плевать, что их может кто-то услышать. Абсолютно плевать. Шастун ускоряется до максимальной скорости, держа руки на боках Арса и сжимая их с невероятной силой. Через некоторое время оба, доходят до развязки, и Шаст кончает внутрь Попова, а тот на стенку кабинки. Антон поворачивает Арсения к себе, обнимает его, водя руками по худой спине и целует, уже не так напористо, а нежно и аккуратно. Оба невероятно счастливы и довольны этой ночью. Они одеваются и выходят из туалета.       Антон и Арсений, кажется, даже стали более трезвыми, но это лишь казалось. Когда они завернули, то взору открылся танцпол, а по ушам ударила громкая музыка. Димы и Сережи не было за барной стойкой, а бармен лишь протирал стаканы и говорил что-то своему коллеге, улыбаясь. Слышались хлопки и даже свист. Шастун повернул голову в сторону танцующих и заметил, что люди образовали круг. Антон пошел в ту сторону и потащил за собой Арсения. Быстро пропихнувшись через всех людей, которые громко хлопали и что-то орали, взору предстало что-то странное…       В кругу были именно те, кто пропали. Дима и Сережа. Один из них сейчас стоял и слегка шатался из стороны в сторону, а второй «танцевал», если это можно было так назвать. Возможно, Сережа пытается показать какое-то движение из брейка, и у него это не очень получается, но люди стоят, хлопают и что-то восторженно кричат. Шаст посмотрел на это все зрелище несколько секунд и понял, что нужно поскорее отсюда сваливать. Арсений стоял в не меньшем шоке, но слегка улыбнулся выходке этих двух. Антон прошел к ним и потащил Диму за руку из этого круга куда подальше, но тот чуть сразу же не упал, поэтому тот перехватил его поудобнее и повел к выходу, крикнув «Зрелище закончено!». Он мотнул Попову головой в сторону Матвиенко, который все ещё пытался крутиться на полу, но все это походило на перекачивания медведя. Попов достаточно быстро среагировал и остановил своего неугомонного друга, поднимая его на ноги и ведя к выходу. Тот что-то кричал в свой протест, но Арс взял его покрепче и повел к дверям.       Когда друзья оказались на свежем воздухе, то Шаст посадил своего нетрезвого друга на лавочку и позвонил в службу такси, вызывая машину. По телефону сообщили, что темно-синий ниссан приедет через семь минут. Антон посмотрел на этих двух алкашей и перевел взгляд на Арса, который стоял облокотившись о фонарный столб. Сейчас казалось, что Шастун и Попов не выпили ни грамма, так как твердо стояли на ногах, язык больше не заплетался, перед глазами ничего не плыло, и оба здраво мыслили.       Как и обещала оператор, машина приехала через семь минут. Антон с Арсением усадили своих пьяных друзей на задние места и сели сами, называя водителю ближайший адрес.       Водитель приехал на адрес Сережи, который был самым близким к клубу. Парни решили, что там же переночует и Дима, чтобы не платить лишние деньги за такси. После того, как пьяные друзья были дома уложены, то Арс назвал свой адрес и они поехали туда, не думая разлучаться на ночь.

***

      Последующий месяц все проходило просто замечательно. Антон распрощался со всеми долгами, которые висели на нем. На дворе был уже май, невероятно хорошая погода и учиться совершенно не хотелось, но всем нужно сдать несчастные экзамены. Сережа, Дима, Арсений и Антон чаще собирались просто прогуляться по вечернему городу или зайти в кофейню. Бывало, что Шастун заходил к Арсению после университета попить чаю, но Попов проводил немало времени и у самого Шаста. Отец Антона проводил немерено много времени в работе. Он либо сидел с утра до ночи в фирме, либо в своем офисе дома. Сам Шастун ничего не рассказал про Илью, но, наверняка, отец все знает, но ничего не сказал своему сыну по этому поводу.       Все бы и было так замечательно, если бы не один случай. Шаст сидел вечером в своей комнате, что удивительно, и учил материал для завтрашнего теста по истории, которая ему и не нужна, но заваливать не хотелось. На первом этаже громко хлопнула входная дверь, послышался смех отца и ещё другой голос. На часах было уже около одиннадцати ночи и Антон, положив книгу на кровать, решил спуститься на кухню. Шаст медленно спускался по деревянной лестнице, шлепая босыми ногами и прислушиваясь к голосам. Когда он зашел на кухню, то его лицо выражало лишь изумление и немой шок. На кухне сидел Илья Макаров. — Антоха, привет. Ты чего-то хотел? — спросил отец у сына с улыбкой на губах, наливая в стаканы немного коньяка. — Да так, водички попить, — ответил Антон и сглотнул слюну, поглядывая на Макара. Тот сидел и прожигал его взглядом нахально улыбаясь. — Ой, тут маловато, я сейчас за другой бутылкой схожу, — произнес Андрей и побежал на второй этаж. — Что ты тут делаешь? — спросил Антон у Ильи, держа в руках бутылку с водой. — Вот так ты меня встречаешь, — усмехнулся Макаров. — Вообще, я думал мы друзья, а ты вот так засадил меня со своей подружкой, — сказал Макар, посмотрев на Шастуна. — С каких это пор мы друзья? С тех пор, как ты мою мать убил? — ярость в Антоне все больше накипала. — Таких друзей не надо, спасибо, — произнес Шаст и хотел уже уйти отсюда куда подальше. — Ну, хочешь отца твоего убью? Или Арсения? Тогда будем друзьями? — в открытую издевался Илья над Антоном, удерживая его за запястье. — Этот коньяк, наверное, самый лучший, какой я вообще пробовал, — произнес с улыбкой на лице Андрей, смотря на дорогую бутылку алкоголя.       В этот момент рука Ильи ослабла, и Шаст вырвался, ещё раз взглянул на этого ненавистного человека. Антон побежал в свою комнату, хлопнув дверью. Ярость овладевала им с каждой секундой. Шаст пытался успокоить сбившееся дыхание. Антон запустил руки в волосы, слегка сжимая их и медленно расхаживал по комнате, пытаясь успокоить свой пыл, но ничего не помогало. В голове застыла фраза Ильи. «— Ну, хочешь отца твоего убью? Или Арсения? Тогда будем друзьями?»       Шаст не выдержал и перевернул стол, где горой лежали книги и конспекты. Стало немного легче. Хотелось просто кричать, что-то бить или разбивать, но Антон понимал, что ни к чему хорошему это не приведет и лучше оставить все так как есть. На первом этаже слышался мерзкий голос Ильи и хохот отца. Не хотелось, чтобы Макар находился в этом доме и уж тем более выпивал с отцом.       Антон снова стал каким-то потерянным. На людях, то есть в университете, он пытался держаться, улыбаться и быть таким, как всегда, но Арсений понял, что все равно что-то не так. Он хотел спросить, но не было подходящего момента. То слишком много людей, то Шастун что-то рассказывает, то пара и так далее. Сегодня после университета Попов позвал Антона к себе, но тот извинился и сказал, что сегодня не сможет, так как дела. Арс помотал головой и посмотрел вслед уезжающей машине. Шаст ехал к Маше, чтобы разузнать, почему Илья на свободе.       До девушки он доехал буквально за двадцать минут, пытаясь не гнать, а вести спокойно, что удавалось не очень. Бендыч увидела Шаста, на секунду оторвавшись от бумаг. — Что ты хотел? — сразу же спросила девушка. Она знала, что он приедет, так как Шастун позвонил ей. — Маш, вопросик есть. Почему Илья не в тюрьме? — резко произнес Антон. — Что? — Маша зависло и медленно оторвало лицо от бумаг, которые заполняла. — Макаров. Он вчера дома с отцом был, — Шаст сложил руки на груди и смотрел на Машу. Та, видимо, ничего не знала и вообще не понимала, что происходит. — Антон, я… я не знаю… Подожди тут, — произнесла она и, поправив юбку, вышла из кабинета.       Прошло около получаса, и Бендыч вернулась на свое место. — Полный пиздец, — сказала Маша и схватилась рукой за лоб, как только закрыла дверь кабинета.       Бендыч начала свой рассказ. Она сходила к начальству, дабы узнать почему вообще выпустили Илью. Отношение с ним было достаточно хорошее, так что это не составило труда. Оказывается, что буквально на прошлой неделе, ближе к десяти вечера, кода Маша закончила свою смену, пришел отец Макарова. Отношения у них не самые хорошие, но Андрей Макаров достаточно уважаемый человек, хоть не очень широко известен. Отец дал не малые деньги за своего сына, плюс не забыв посыпать угрозами и Илью выпустили. Вот так сейчас дела делаются. — Пиздец, — произнес Шастун, закрывая лицо руками.       Шаст в самом деле не знал, что делать и приходилось разводить руками.

***

      На носу были экзамены и нельзя было пропускать. Многие преподаватели говорили, что они ничего не сдадут и вылетят из университета. Они умеют мотивировать. Парни стали реже собираться, ибо каждый понимал, что нужно готовиться. Каждый понимал, но упорно что-то учил только Дима. Позов в самом деле сидел на учебниками и конспектами и вдалбливал себе в мозг материал. Арсению просто было лень, он думал, как бы ему поговорить с Антоном. Сережа валялся на диване либо катался на скейтборде. Погода же хорошая! А Шастун не мог сосредоточиться и лишь думал о том, что ему сейчас делать. В мозг приходила одна ужасная мысль, но он её сразу же отгонял. Все было бы хорошо, но эта мысль буквально каждый день посещала его мозг. Может быть… — Алло, Игорь? Срочно нужно встретиться, — произнес Шастун, сразу скинув. Потом он понял, что забыл сказать время и место и скинул данные СМС-кой.       Шаст быстро собрался и сел в машину. Он выехал со двора и медленно поехал к месту назначения. Ехал не спеша, не вдавливая педаль газа, как он любил это делать. Примерно за полчаса Антон доехал до нужного места и остановил машину, дожидаясь черного, с тонированными стеклами, микроавтобуса. Минут через пятнадцать появилась машина, и Шастун бы даже не заметил, если бы не открытое окно, в которое просачивался звук соприкосновения колес с землей. Антон вышел из своей машины, а Игорь, соответственно, из своей. — Ну, и что тебе нужно? — дерзко спросил Игорь. — Это сумасшедшая идея, но зная тебя… — медленно потянул Шастун, раскачиваясь на пятках. — Ну, — мужчина стоял, облокотившись на бус. — Какие у тебя отношения с Макаровым? — спросил Антон. — А это тебе зачем знать? — Игорь точно не собирался что-то рассказывать ему. — Потому что дело касается его, — произнес Шаст и устремил взгляд на мужчину. — Ну, никакие, собственно. Товарно-денежные, — усмехнулся Игорь. — Я прошу его сделать какую-то грязную работенку и плачу огромные бабки, — честно ответил он. — А ты берешься за эти самые работенки? — поинтересовался Антон. — Очень редко и за нереально большие бабки. Слушай, Шастун, к чему ты ведешь? — спросил Игорь, видимо бесясь уже от этого разговора. — Убей Илью, — резко выпалил Шаст и Игорь будто бы онемел. — Ч..что? — Игорь явно не ожидал такого поворота. — Я заплачу тебе нереальные бабки, если надо оплачу перелет в другую страну, — сразу же сказал Антон. — Ээ… Шастун, я не знаю. Дай мне пару дней на размышления. И если я соглашусь, то сумму говорю я, — произнес Игорь и сел обратно в машину. Антон мотнул ему головой и подошел к своей машине, усаживаясь на водительское место.

***

      Что удивительно, Шастун долго не ждал звонка. Буквально через неделю Игорь позвонил и сказал приехать на их место. Кажется, место их встреч уже не изменить. Шастун взял немало денег, которые лежали в нужном месте, положил их в машину и поехал к назначенному месту. Шаст не знал, что думать. Возможно, Игорь спалил его полиции, или ещё что-то… Хотя, это бред какой-то. Этот человек и полиция не совместимые вещи.       До места доехал Антон достаточно быстро. Город пустовал, пробок не было. Когда Шаст был на месте, то черный тонированный микроавтобус уже прибыл. Заметив дорогую машину, Игорь вышел из своего укрытия и пошел на встречу Антона, которые вылезал из автомобиля. — Я согласен, — без каких-либо вступлений жестко и четко произнес Игорь. — Половину суммы отдаешь, оплачиваешь перелет в другую страну, — продолжил он. — Да, конечно, — сразу приободрился Шастун. — Половину суммы сейчас, половину потом, — так же четко говорил Игорь. — Один миллион сейчас, — произнес он, смотря на парня.       Шаст немного удивился, но полез за деньгами, даже не медля. Возможно, Антон совершает просто безумную ошибку и делает глупость, но все же... Шастун достал огромные деньги и отдал их Игорю, которые он отнес к себе в микроавтобус. Он открыл окно и, сказав «будет сделано», ухмыльнулся.       На самом деле Антон был в шоке, что Игорь согласился на такое. Все-таки он давно не совершал такого и это очень опасно, он спокойно может сесть на немалый срок. Вообще, может Игорь сейчас заберет эти деньги и смоется, но Шастун думал, что такого не произойдет. Со своими мыслями он доехал до дома и ушел в свою комнату, слыша, как отец работает за компьютером, громко стуча по клавиатуре.       После всех своих долгов, зачетов и работ Антон чаще бывал у Арсения, чем обычно. Когда Антон собирался что-то прочитать или сделать какое-то задания на завтра, то Попов не позволял ему этого всеми возможными способами. Битье подушкой, закрывание глаз руками или держание рук у Антона за спиной, даже доходило до поцелуев, эту пытку Антон любил больше всего. А ещё Арсений-ребенок-Попов мог просто подбежать, укусить Шастуна за щеку и, услышав «Ай!» убежать в другую комнату с громким хохотом. На это Антон лишь усмехался. А иногда бывало, что они так разговорятся, что на часах двенадцать ночи, поэтому Антон оставался у Арса. Первые разы, когда Шастун оставался, то Попов предложил постелить в гостиной, но Антон посмотрел на него как на умалишенного, и, обняв его, пошел в спальню. Шаст любил оставаться дома у Арсения, потому что у него по-домашнему тепло.       Хоть Шастун и оставался у Арса, он все равно пытался в Попова впихнуть максимум той еды, которой Арс мог съесть. Когда же Арсений говорил, что вообще не может больше есть и откидывался на спинку стула, для убедительности поглаживая живот, то Антон брался за голову от этого. Шасту это, конечно же, не нравилось. Абсолютно не нравилось. Антон восхищался телом Попова, которое было слишком изящным и просто невероятным, но сейчас ему на это плевать и он хочет, чтобы Арс был крупнее, а не такой хрустальным, когда кажется, что одно неаккуратное движение и он разобьется.

***

      В один прекрасный момент Антон возвращался с университета и, что очень странно, отец был дома. Он сидел на кухне и обедал, слушая какую-то передачу. Шастун поздоровался с отцом и, решив немного отдохнуть, улегся на удобный диван, залипая в телефон. Краем уха он слышал, что говорила девушка из телевизора. Но вот эти слова очень остро врезались в его уши, будто бы он сидел совсем близко. «Сегодня утром нашли тело Макарова Ильи Андреевича, бизнесмена и заместителя директора фирмы Lost Reality. Кто убийца — неизвестно, но дело возбуждено и уже ищут убийцу несколько суток. Подозреваемым является Игорь Чехов, но это лишь некоторые слухи, которым лучше не верить.» У Андрея выпала вилка из рук вместе с едой на пол. Рот был приоткрыт от шока. Да что говорить про Шастуна-старшего, когда Антон был в не малом шоке. Это…. Правда? Это на самом деле правда, если даже передали по новостям. Это не детские игры, где ты из рук делаешь пистолет и «стреляешь» в своих друзей, а некоторые из них, подыгрывая, падают на пол. Мысли прервал звук сообщения. Игорь Чтобы был через 25 минут и с ещё одним миллионом.       После этого сообщения Шаст забежал на второй этаж и выбежал из дома. Отец этого даже не заметил, все ещё потрясенный услышанным. Да, это нелегко, но Андрей сильный человек и он справится с этим. Обязательно справиться. Даже Шастун себя ощущал максимально странно, хоть и попросил это сделать. Очень странно. Были противоречивые чувства: вроде бы ты и рад, что так произошло, но в то же время как это может быть правдой? Человека убили по твоей просьбе. Этого человека больше не существует. Ильи Макарова больше нет. Это тот самый человек, который знал многое об Антоне, тот, с кем он дружил многие годы. Но сейчас Макар был опасен для жизни Шастуна, его отца и друзей. Шаст был вынужден что-то сделать, но сам бы он ничего не смог. Антон гнал по трассе, чтобы успеть в эти двадцать пять минут и сам не заметил, как глаза стали намокать. Он быстро проморгался, чтобы влага ушла и вдавил в педаль газа ещё сильнее.       В назначенное время Шаст уже заезжал в этот небольшой лес, немного проезжая к пустырю, где они и встречаясь. Микроавтобус стоял, а около него Игорь, натянув капюшон на голову. Шастун быстро подошел к нему и всучил остальную часть денег. — Перелет, — напомнил Игорь.       Шастун хлопнул себя ладошкой по лбу, совсем забыв об этом. — Вечером будет. Ночной рейс подойдет? — спросил Антон у Чехова. — Не вечером, а как можно быстрее. Шастун, ты хоть немного соображай. Убийцу Ильи могут вычислить в любой момент. Мне нужно уезжать. Я, блять, человека убил! У меня и так не самая лучшая репутация. Хоть немного своей башкой думай! — крикнул Игорь на двадцатитрехлетнего парня. — Да, хорошо. Я сейчас поеду в аэропорт и куплю билет в какую-нибудь страну на ближайший рейс, — спокойно произнес Антон и пошел к своей машине.       Шастун завел машину и поехал к аэропорту, где должен был оплатить перелет Игорю в другую страну. Сейчас Шаст подумал о том, куда лучше купить билет? Он ведь даже не спросил этого у Чехова. Ладно, купит куда подальше, чтобы точно не было проблем. Антон пытался ехать максимально быстро, но небольшие пробки не позволяли делать этого. На одной из остановок на светофоре телефон Антона начал вибрировать и ерзать на сидении. Шаст посмотрел на дисплей, где высветилось имя его лучшего друга. — Да, Дим, — произнес друг, поворачивая. — Привет, — ответил Позов. — Слушай, мы как-то давно с тобой не собирались. Не хочешь ко мне зайти, в приставку порубиться, как в старые-добрые? — очень заманчиво произнес Дима. — О-ой, Димас, ну ты так заманчиво предлагаешь, что я не могу и отказаться, только сейчас не могу. Дела небольшие. Давай где-то через часика два-три, окей? — поинтересовался Шастун. — Да, конечно, буду тебя ждать. Можешь Арса позвать, Серега все равно будет, — ответил друг и скинул.       Шаст положил мобильник обратно и взялся двумя руками за руль. Он уже почти подъехал к аэропорту, оставалось совсем немного, а времени было только три часа дня, что радовало. Через пятнадцать минут, Антон уже парковал автомобиль и, сделав сие действие, направился в аэропорт. В машине он нашел не маленькую заначку, которой хватит на несколько билетов на самолет. Шаст начал рассматривать сегодняшние рейсы и, увидев «Санкт-Петербург – Норвегия», решил, что, почему бы и нет? Далеко. В Америку весьма опасно покупать, ведь, если Игоря не найдут в России, то вполне возможно, что он скрывается в США. Хотя, так, наверное, можно думать на каждую страну. Антон подошел к стойке и попросил один билет на этот рейс и, отдав деньги и получив билет, поблагодарил миловидную девушку, слегка улыбнувшись ей. Шаст быстрым шагом направился к своей машине, чтобы вновь встретиться с Игорем, отдать билет и поехать уже к Диме, что бы наконец поиграть в приставку. Выезжая с парковки, Шастун взял телефон, отправляя сообщение.

Шастун Через тридцать-сорок минут буду.

      На счастье Шастуна машин было не сильно много, хотя у некоторых уже заканчивался рабочий день. В итоге, Антон доехал за тридцать пять минут и вручил билет Игорю, который посмотрел на билет и парня с приподнятой бровью. — Норвегия? Серьезно? — спокойно произнес он. — Ага, — как-то радостно ответил Антон. — Я думал там какая-нибудь Америка, Лос-Анджелес…— как-то промямлил Игорь, что очень удивило Шастуна. — Я тоже, но потом подумал, что лучше тебя отправить куда подальше, чтобы не нашли. Конечно, могут найти везде, но все-таки, — проговорил быстро Шаст. — Ладно, у тебя рейс в восемь вечера, а у меня дела сейчас. Удачи тебе, — произнес Антон, похлопав Чехова по плечу. Тот запрыгнул в свой микроавтобус и умчал с этого места, крикнув через окно «и тебе, Шастун». Антон обернулся, слегка улыбнувшись, и медленно подошел к машине. Больше его жизни никто не будет мешать. Отец будет в целости и не нужно будет переживать за него. Арсению, Диму и Иру никто не тронет. Это самое важное. Теперь Антон абсолютно спокоен, и это не могло не радовать. Со счастливой улыбкой Шастун сел в машину и поехал к Диме, перед этим позвонив Арсению.

***

      Дома у Димы Шаст всегда ощущал себя не гостем, а как будто там жил. Раньше, когда они были в одиннадцатом классе или на первом курсе и Шастун ночевал у него, то сам брал себе одежду, в которой будет спать, ибо прекрасно знал, где что лежит. Антон всегда рылся в холодильнике, будто бы это он у себя дома, но Дима даже ни разу не возразил по этому поводу. Он всегда любил Шастуна. Это недоразумение с длинными руками, ногами и громким смехом.       Сегодня они будто бы вернулись в то время. Прошло очень много времени, но сейчас они сидели на полу, уже играли в приставку и ждали Сережу с Арсением, которые немного задерживаются. Как только Антон зашел, то подошел к холодильнику и открыл его, ища что-нибудь вкусное. Он сам не заметил, как это произошло. — Как в старые-добрые, — произнес Позов с широкой улыбкой на лице, увидев согнутого Шаста около своего холодильника.       Сначала Антон смотрел непонимающим взглядом на своего друга, а после тепло улыбнулся, вспоминая то время. На душе резко стало так тепло и легко, будто бы внутри тебя ярко-ярко засветило летнее солнце.       Через полчаса пришли Сережа и Арсений, который отчего-то громко смеялись. Как только, они переступили порог квартиры Димы, Попов улыбнулся Антону, взглянув в его зеленые глаза. Тот улыбнулся в ответ и все они, захватив с кухни пиццу, пошли в комнату играть в приставку. Не всегда же бухать.

***

      После веселого вечера парни разошлись по домам. Арс отчаянно звал Антона к себе и тот почти сдался, но все-таки решил поехать к себе. Все-таки завтра учебный день, нужно взять нужные тетради и книги, да и одежду поменять стоило бы. Поэтому Шастун отправился к себе на машине, а Сережа и Арсений поехали самостоятельно на метро. Шаст же добрался до своего дома без проблем. Было около десяти вечера, поэтому пробок не было.       Утро наступило слишком быстро, и Антон совершенно не хотел просыпаться, вставать с этой невероятно мягкой и нежной кровати, но пришлось. До экзаменов с каждым днем все меньше и меньше времени, а некоторых учителей нужно задобрить своим обаянием ещё до сдачи. Сегодня на улице было достаточно жарко и на смену любимым толстовкам пришли такие же большие футболки. Шаст глянул на время и, понимая, что его ещё предостаточно, решил позавтракать, зачем идти голодным в университет. Он нашел в холодильнике какую-то запеканку и, отрезав себе кусок, разогрел в микроволновке, вдыхая невероятный аромат. Антон медленно пережевывал маленькие кусочки, растягивая удовольствие и листая новостную ленту.       Антон листал инстаграм и все ещё ел уже остывшую запеканку. После очередного смешного видео, Антон посмотрел на время и чуть не поперхнулся этой самой запеканкой. Уже началась первая пара. Шаст побежал в прихожую обувать свои любимые кеды. Он выбежал из дома и запрыгнул в свою машину, которую тут же завел и выехал со двора, аккуратно выруливая. Дорога была частично заполнена, но вроде больших пробок не было, поэтому Шастун надеялся добраться хотя бы за минут тридцать-сорок. Может и больше, все равно спешить некуда.       Антон приехал ровно тогда, когда закончилась пара, и студенты побежали либо в соседний магазин, либо пошли в курилку. Он заметил в курилке Матвиенко, который, на удивление, стоял один. Шаст достал свои сигареты с зажигалкой и подошел к парню, дотронувшись до его плеча. — О, Шаст, дарова, — весело произнес Сережа, улыбаясь. — Привет, — поздоровался в ответ Антон. — А ты чего один? — спросил Шаст, делая первую затяжку. — Да Арс не захотел идти на этом перерыве. Сказал, что слишком лень спускаться с четвертого этажа, — ответил ему Матвиенко и вновь затянулся.       В такой дружеской обстановке они докурили и, выкинув окурки в урну, пошли на следующие пары. Они дали друг другу пять и разошлись, так как их кабинеты находились в разных корпусах. Антон зашел в кабинет ровно со звонком и, найдя свободное место, уселся там.       На перерыве Шастун встретился с Поповым, который спускался с лестницы. Его окликнул Антон. — Ты куда? — произнес Антон, улыбаясь. — В буфет собирался, — ответил Арс, переступая ступеньки. — Пошли, — сказал Шастун. По дороге до буфета, они обсуждали, что было интересного на парах и просто делились какими-то мыслями, мнениями о фильмах, играх и говорили о каких-то людях, которые им неприятны. Арсений хотел сказать про Иру, но вовремя подумал своим мозгом, который говорил «Ты че, даун? Она его подруга вообще-то». Пока парни разговаривали на разные темы, то у Арсения закружилась голова. Он немного оступился, из-за чего поймал на себе взволнованный взгляд. — Все нормально? — нахмурив брови, спросил Шаст. — Да-да, оступился просто, — посмеялся Арс. «Просто закружилась голова из-за большого количества мыслей» — сам себя успокоил Попов, но голова все ещё кружилась, а перед глазами немного плыло. Он пытался сосредоточиться на том, что ему говорит Антон, что получалось не очень. В буфете Арсений купил себе стакан кофе, сказав Антону, что как всегда нихера не ел позавтракал дома. Шастун купил себе булочку с маком и опять-таки что-то рассказывал Попову. Тот не мог понять, о чем говорит его собеседник, так как голова начинала кружиться все больше. Рука на минуту даже как-то ослабла, и немного кофе пролилось на пол. Когда они шли по коридору и Арсений делал последний глоток кофе, то чуть не упал, но его подловил Антон. — Нет, так не пойдет, — произнес Антон, хмуря свои брови, и под локоть повел Арса на выход. — Да я прекрасно себя чувствую, — пытался улыбнуться Попов и даже сопротивляться, но это у него совершенно не получалось. — Я вижу, блять! — прикрикнул Шастун. — Сука, Попов, как ты меня заебал. Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты хоть что-то ел, блять, ну Арс…       Антон быстро дошел до выхода и, выйдя из университета, они ринулись к машине. Шастун усадил обессиленного Арсения на переднее сиденье и, пристегнув, уселся сам. Он вставил ключ зажигания и максимально быстро выехал с парковки. Ближайшая больница была не очень далеко, но все же до нее нужно ещё доехать. Шаст пытался ехать так быстро, как только мог, вот только мешали светофоры и медленные люди. Он посматривал на Попова. На такого безжизненного и такого слабого. — Сука, сука, сука, — шепотом произнес Антон, вдавливая педаль газа ещё больше. Машина неслась на немыслимой скорости. — Только не отрубайся, — прошептал Шастун, ещё раз взглянув на друга парня, который ему симпатичен.       Когда они доехали, то Попов распластался по сидению и сколько бы его Антон не тормошил, ничего не менялось. Шаст понимал, что медлить не стоит, но и не мог ничего сделать быстрее. Он будто бы в замедленной съемке подошел к двери, открыл её и достал Арсения, придерживая за талию и кладя его руку себе на плечо. Антон направлялся ко входу в больницу и в голове надумал себе самых ужасных вещей, но старательно их откидывал куда подальше. На регистратуре Шастун спросил к какому врачу можно обратиться и девушка быстро назвал номер кабинета. Шаст вызвал лифт и поехал на третий этаж, а там быстро нашел тридцать первый кабинет. Он быстро дернул за ручку и вошел внутрь, укладывая Попова на кушетку. — Здравствуйте.

***

      Когда Арсений наконец-то очнулся, то не понял где находится и резко поднялся, но голова начала очень сильно кружиться. Большие ладони надавили на грудь и он лег обратно. Он дотронулся до рук, которые сейчас находились на его груди и, ощутив холодный метал на пальцах, то понял, кто сидит рядом. — Я где? В больнице? — спросил тихим голосом Арсений, лежа с закрытыми глазами. — Да, — ответил Антон. — Тебя сейчас обследуют, — спокойно произнес Шастун и поднялся с кушетки.       На кушетку сел врач на вид пятидесяти пяти лет и сначала решил померить температуру. Он дал лежачему градусник и встал, взяв со стола планшет с прикрепленными листами, ручку и тонометр, чтобы померить молодому человеку давление. Градусник через пару минут пропищал, говоря о том, что температура измерена. Светилось «35.7», что не предвещало ничего хорошего. Доктор молча показал градусник Антону и попросил положить его на стол. Доктор аккуратно присел, взял руку больного и принялся измерять давление. Оно было пониженным — девяносто на шестьдесят и, конечно же, тоже ничего хорошего. Мужчину осмотрел больного, приподнял майку, со вздохом взглянув на впалый живот. Шастуну хотелось рвать волосы на себе от того, что с собой наделал Арс, но до последних сил пытался сохранять спокойствие. — Вы можете подняться и встать на весы? — тихо произнес врач, обращаясь к Попову.       Тот медленно сел, спустил ноги с кушетки и аккуратно, чуть пошатываясь, подошел к весам. Он тяжело вздохнул и, понимая, что выхода нет, встал на прибор. Стрелка побежала, но почти сразу же остановилась. Доктор стоял ближе и сразу же заметил цифру, но у Шастуна зрение прекрасное и, когда он увидел цифру пятьдесят, то побледнел и закрыл лицо руками, поворачиваясь к окну. Арс медленно перевел взгляд на Антона, который сейчас страдал больше самого Попова. Арсений опустил голову, будто бы маленький ребенок разбил вазу. — Присаживайся обратно, — произнес доктор и показал рукой на кушетку. — Ну, что я могу сказать, — сказал мужчина, уже обращаясь и к Антону, и к Арсению. — Начальная анорексия. Малое количество белка и пищи в организме отразилось на здоровье, также пониженное давление и температура. Вылечиться ещё можно, все не так запущено, но нужно поторопиться и постараться, — сказал доктор, поправляя сползающие очки. — Молодой человек, я буду выписывать некоторые лекарства, которые нужно обязательно принимать. А Арсения можно отпустить домой, но только если кто-то будет присматривать и следить за тем, что он ест и пьет ли таблетки. Сейчас он немного полежит, поспит и мы можем его отпустить — произнес врач, обращаясь к Шастуну. — Да, конечно, — сразу же закивал головой Антон. — Можно мне сейчас с ним поговорить наедине? — попросил Шаст. — Конечно, если он вообще что-то скажет вам, — сказал мужчина и вышел за дверь.       Антон сидел на стуле около стола, где было немереное количество бумаг, ручек, маркеров, печатей, карточек больных и прочей дребедени. Шастун тяжело вздохнул, смотря в окно и, переведя взгляд на Арсения, сел к нему на кушетку, смотря в его опустошенное лицо. Глаза сейчас не светились голубым цветом, который был таким ярким и счастливым. — Арс, что же ты с собой наделал? — произнес тихо Шастун. — Да что ты заладил? Даже врач сказал, что можно вылечиться. Шастун, успокойся уже, а?! Хватит каждый раз говорить одно и то же! — прикрикнул Попов, привстав на локтях с кушетки.       Шастун зло посмотрел на него, будто бы намереваясь прожечь дыру. — Тебе сказали, что нужно спать. Улегся поудобнее и чтобы ближайшие два-три часа спал. Ты меня понял? — намного строже произнес Шаст, нежели прошлую фразу. — Я спрашиваю, ты меня понял?! — крикнул Антон, наклоняясь ближе к Арсению. — Да, — промычал он, поворачиваясь на бок.       Антон посидел ещё несколько секунд на кушетке и тихо вышел в коридор, где стоял врач.

***

      Арсений долго ворочался, не мог удобно устроиться, но все же смог уснуть и проспать около полутора часов. Когда он проснулся, то солнце уже не светило так сильно в окно, а врач сидел и заполнял какие-то бумаги. Сейчас даже сам Попов почувствовал, что силы стало намного больше, и он с легкостью может подняться с кровати и идти, куда ему надо. — Как себя чувствуешь? — спросил врач, не отрываясь от заполнения бумаг. — Лучше, — честно ответил Арсений. — Хорошо, тогда мы вас отпускаем домой, но сейчас никаких нагрузок. До конца недели не ходите в университет. Я выписал продукты и лекарства, которые обязательны. В коридоре вас ждет ваш друг, — ответил доктор и оторвался от бумажек. — Да, спасибо. До свидания, — немного заторможено ответил Арс и вышел из кабинета.       Антон сидел за пределами кабинета и листал инстаграм, лайкая какие-то видео или же фотографии. Когда дверь кабинета распахнулась, то Шаст положил телефон в карман и встал с железного стула. — Пошли, — как-то грубо кинул он.       Попов послушно поплелся за парнем, ничего не говоря. Арсений понимал в чем дело, он помнил, что говорил до того, как уснуть. Сейчас он ощущал себя виноватым, и ему было очень стыдно, но слова будто бы застряли комом в горле и не хотели выходить. Пока Арс думал о том, как бы вообще извиниться и исправить ситуацию, то они дошли до машины и Шаст сразу же запрыгнул на свое место. Антон медленно выехал с парковки и включил радио, где какая-то неизвестная певица пела какую-то неизвестную песню. Ехали парни в молчании, ни на секунду не нарушая его. Даже когда Шаст выходил в аптеку, он ничего не сказал, а молча открыл и закрыл дверь. От этого угнетающего молчания становилось хуже обоим, но никто не собирался его разрывать.       Шастун вернулся реально быстро. Он купил все лекарства, которые выписал врач и, сложив их в пакет, ушел из аптеки. Следующим пунктом назначения был супермаркет, а лишь потом – дом. Арсений смотрел в окно. Обдумывая свою речь, которую он скорее всего скажет лишь дома. Известный пейзаж сменился, и Попов сам понял, что они едут за продуктами, которые обязательны и про которые говорил врач. Совершенно не хотелось есть и тратить деньги, которых и так было не много. «Ну, он везет меня сейчас в магазин, а потом, наверное, и домой довезет, хотя мог просто отвезти домой. А ещё и в аптеку заехал, купил лекарства за свои деньги, а они же не дешевые… Блин, может он не так сильно злится, как кажется? Хотя блин, я же на него накричал. Не, он сто процентов злится, не такой как всегда, даже взгляд какой-то злой у него. Блин, а зачем я на него наорал? Он же волнуется, наверное. Бля, какой же я ублюдок. Надо хоть иногда немного заботиться о людях, которые мне дороги, а то я как свинья… Все-таки Антон красивый такой, блин глаза такие зеленые офигеть. И этот человек так много обо мне заботится, всегда говорил, чтобы я ел, он переживал за меня, капец…» — думал Попов, повернувшись на Шастуна. — Пойдешь или тут посидишь? — спросил Шастун, отстегиваясь и, посмотрев на Арсения. — А.. Да, пойду, — среагировал Арс и, отстегнувшись, вышел из машины.       Парни быстро зашли в супермаркет и, Шаст взглянув на список, пошел в нужный отдел, везя тележку перед собой. Они подошли к отделу замороженных продуктов и, проехав мороженое, пельмени, дошли до курицы. Антон взял пару лоточков филе. Доктор посоветовал грудку и филе, так как там достаточно белка. Ещё неплохо было бы купить творога, рыбу, яиц и молока.       Пройдя ещё немного, они оказались в отделе рыбы, и Арс округлил глаза, когда они остановились. Он поморщился от ненавистного запаха и хотел поскорее уйти отсюда. Но ещё большим стало удивление, когда Антон положил в тележку пакет с рыбой. — Я не буду, — сразу же сказал Попов. — Ещё как будешь, — в ответ произнес Антон и поехал бы дальше, если бы не Арс, который его остановил. — Я не буду есть рыбу. Я не ем её с детства. Вообще никак. Нигде. Я даже запах этот ненавижу. Мне плохо от рыбы, — сразу же выпалил Попов и поспешил уйти отсюда и подождать Шастуна в молочке, ибо ещё немного и он заблюет тут пол от этого запаха.       Антон подумал, держа рыбу в руке, но все-таки решил убрать её обратно и взять больше молочных продуктов. Арсений выбрал себе один йогурт и молочный коктейль, который положил в тележку, в которой валялись лишь лотки с куриными грудкой и филе. Шаст посмотрел на это и, изогнув бровь, подошел к стеллажу и взял несколько пачек молочных коктейлей, бутылку молока и кефира, питьевой и обычный йогурт и две упаковки творога. — Антон, у меня денег не хватит, — сказал Арс, смотря в тележку. — Успокойся, — улыбнулся на секунду Шаст, но сразу же убрал улыбку.       После этого они ещё ходили по нескольким отделам, беря то, что желательно есть Попову. Тележка была почти полностью завалена продуктами, когда они подошли к кассе. Шастун медленно выгружал продукты на кассу. Попову стало ещё более стыдно, ибо он наорал на Антона, а тот ещё и платит за него. «Ты свинья, Попов» — сказал Арсению его мозг.       На кассе сказали немаленькую сумму, от чего у Попова округлились глаза, а Антон достал кошелек и отдал несколько купюр женщине-кассирше. Получив сдачу, он повез тележку дальше от касс, чтобы не мешать другим людям. Антон быстро расправился с пакетами, сложив туда все продукты и, взяв два наполненных пакета, пошел к машине. Попов лишь бежал за ним, как собачка, чувствуя вину и стыд.       Дома был невероятный срач, и Попов сначала даже не заметил котенка, который бегал в этом свинарнике. Антон поставил пакеты недалеко от входа и согнулся, чтобы взять на руки котенка, который значительно подрос. — Ша-а-аст, — протянул он и погладил котенка за ушком, краем глаза взглянув на Арсения.       Попов потянулся к ручкам пакета, чтобы перенести их на кухню и положить все в холодильник. — Не смей! — крикнул Антон, отчего котенок спрыгнул на пол. — Тебе же сказали, желательно без нагрузок, — Шаст сам взял пакеты, перенося их на кухню.       Парни разобрали пакеты, положили все в холодильник и были, по сути, свободны. — Чаю? — предложил Арсений, понимая, что надо поговорить. — Неплохо было бы… Но сначала таблетку, — вспомнил Антон указания врача и пошел к ещё одному пакету, который лежал в прихожей.       Придя на кухню, Шаст открыл упаковку и, достав пластинку с таблетками, выдавил одну Попову на руку. Тот вкинул её в себя и запил стаканом холодной воды. Чайник уже успел закипеть и Арс разлил воду по чашкам, где плавали чайные пакетики, раскрашивая прозрачную воду и наполняя её вкусом. Попов сел за стол вместе с Антоном и сделал маленький глоток чая. — Шаст, — начал Арсений и Шастун поднял на него глаза. — Там в больнице. Ну, прости, что я накричал, все такое, — да, Попов точно не умел извиняться. — Слушай, — начал теперь уже Шаст, намереваясь рассказать одну свою тайну, — Арс, ты мне очень дорог. Я переживаю и волнуюсь за тебя. В моей жизни был подобный случай, и я боюсь за тебя, — Шастун прочистил горло. — В моей жизни был человек, который был мне очень дорог. Нина. Я её очень любил, одаривал подарками, уделял много внимания, но сейчас не об этом. Я не могу сказать, что она была худой, но… Но. Но или я когда-то сказал не то слово, или она сама набрала себе в голову, я не знаю. Она начала худеть. Очень сильно худеть. Сначала, убрала из своего рациона сладкое, вредное и жареное. Придерживалась правильного питания, так сказать. Потом уменьшала свои порции, а после стала есть очень мало. Да, она невероятно похорошела, стала ещё лучше, чем была, но потом все становилось только хуже. Она не могла впихнуть себя ничего. Если она ела что-то сытнее каши, то бежала в туалет и выплевывала все обратно. Организм не мог нормально принимать еду. Мне становилось страшно. Она весила слишком мало и, когда я спрашивал про её вес, она переводила тему. Один раз в школе она отрубилась, как ты в универе. Уже тогда у меня была машина, хоть и водить в шестнадцать я не мог.. Но сейчас не об этом. Я повез её в больницу, ей выписали… Арсений, ты полностью повторяешь её историю, блять! — взорвался Шаст. — Я только сейчас это понял. Нет, я думал об этом, много думал, но только рассказывая, я понял, как сильно все схоже. Слишком сильно. Даже в этом списке есть лекарства, которые я покупал ей! — снова крикнул Антон. — Арс, пожалуйста, — Шаст сглотнул и очень тихо продолжил. — Нина умерла от анорексии, — его голос дрогнул. — Ее нет уже три года.       На кухне повисло молчание, которые прерывалось настенными часами, которые не переставали тикать и дыханием парней. Попов не знал, что сейчас говорить, что вообще говорить в такой ситуации. — Арс, я прошу тебя, не доведи себя, — прошептал Антон, но Попов все прекрасно услышал и после этого достал творог из холодильника.

***

      Оставшийся день Антон провел у Арсения, но понимал, что нужно будет домой, ибо завтра зачет. Арс говорил, что ему тоже завтра нужно находиться в университете, но Шаст остановил его от этого порыва. Вечером под пристальным взглядом Шастуна, Арсений выпил ещё пару таблеток и выпил пол упаковки молочного коктейля, ибо больше он вместить не мог. Антон лишь тяжело вздыхал, но был рад даже этому. Поздним вечером Антон все-таки попрощался с Поповым и уехал домой.       Дорога была пустой, что, конечно же, не удивительно. Все-таки уже около одиннадцати, машин было не много. До дома оставалось уже не так много и, когда Антон стоял на светофоре, то его телефон, лежавший на соседнем сиденье, загорелся и завибрировал, так как стоял на беззвучном режиме. Он взглянул на дисплей, где светилось «Ира». Шастун был очень удивлен, ведь они очень давно не созванивались и вообще не общались. Тогда, когда Шаст был сам не свой, Кузнецова не решалась звонить и вообще назначать встречи, а сам Антон вообще забыл про подругу. Он незамедлительно ответил на звонок. — Да, алло, — произнес Шаст, придерживая плечом телефон и выруливая машину. — Привет, — как-то тихо для нее самой произнесла она. — Как ты вообще? Извини, что я так давно не звонил, я такой хуе… — недоговорил Шаст, как его перебила девушка. — Я не очень сейчас, но ничего. Антон, все нормально, ты хороший друг, я понимаю, что у тебя были проблемы и я даже знаю какие, — произнесла девушка дрожащим голосом. — Ч-что? Да не, там мелочи, — ответил ей Антон. — Мелочи? Ты серьезно? — Ира произнесла это дрогнувшим голосом. Шастун промолчал, даже не зная, что тут можно думать. Он напрягся, слушая голос девушки, который явно дрожал. — Я встречалась с Ильей. С Макаровым, — произнесла Кузнецова.